К проявлениям прогресса следует отнести то, что за последнюю пару месяцев я почти совсем перестал материться — за исключением оправданных случаев ушибленных членов или при взгляде на градусник за окном. Интересно, какая мерзкая черта исчезнет следующей. О причинах прекращения сквернословия достоверных сведений нет. Возможно, они кроются в колоссальном количестве русской классики, прочитанной за последнее время.

Сегодня дочитал "Бесов". Это самая достоевская из всех достоевских книжек, но, пожалуй, какая-то ядовитая. Осиливал её долго и мучительно; от неё осталось какое-то гадкое послевкусие, как от скверно заваренного чая. В процессе чтения одолевали какие-то фашистенькие мысли на предмет гнусности и пустотелости правящих классов XIX века, равно как и мещанства, и всех без исключения слоёв населения. Из всей армии персонажей действительно приятных всего два-три — Маврикий Николаевич, честный и терпеливый офицер, да книгоноша Софья Матвеевна. Все остальные тупы, недоразвиты, жестоки, себялюбивы, мстительны и трусоваты — как измельчавшие римляне времён Поздней империи. Совсем скверная мыслишка — про то, что Россия вполне заслужила кошмар 1917-го года, который, впрочем, ничуть её не исправил, а вовсе наоборот.

В общем, гнусные и тяжёлые мысли; на душе скверно.