Аннотация:

Что делать, если женихи не заглядываются? Учиться. А если и тогда не спешат с предложениями руки и сердца? Открыть своё дело и забыть о них. Всё равно хозяйственная магия изучена, даром не обижена, диплом получен.

Портал приводит не туда, и начало самостоятельной жизни совсем не безоблачно. Да и ещё муж чешуйчатый попался, нечаянно так. И он не спешит стать внимательным и ласковым. Не то присматривается, не то сам ошарашен таким поворотом дела.

 

Глава 1

- Милвина, ты как всегда великолепна! – преподаватель поварского искусства довольно облизал ложку и улыбнулся, отчего его и без того круглое лицо стало ещё шире.

Невысокая белокурая девушка вытерла руки полотенцем. Конкурс она уже выиграла, а то, что за спиной шушукаются остальные воспитанницы – больно-то не волновало. После главного дегустатора и члена жюри к пробе приступили остальные учителя, и пирожные на огромной двухэтажной подставке начали стремительно исчезать. Складывалось впечатление, что все пришедшие оценить труд учениц не получали сладкого очень долго. Милли, как её чаще называли, смущённо следила, как разбираются по рукам и ртам произведения её кондитерского искусства.

Ура, последний конкурс завершён; экзамен, можно считать, тоже сдан. Осталось только получить диплом и натанцеваться вдоволь на выпускном балу. А дальше? Что же дальше? Во-первых, вернуться к дядюшке, там как раз кузина подросла, и нужно научить её премудростям кухни. Пусть у её юной родственницы и нет магического дара, но умение готовить пригодится всегда и везде. Девушка мечтательно улыбнулась, представив себе, как она вернётся в комнату в залитой солнцем мансарде. Во-вторых, присмотреться на балу поближе к возможным женихам. Пусть она и полновата, да и волосы светлые, похожие цветом на выгоревшую солому. Зато хорошая хозяйка, понимающая толк в управлении домом. Полёт мыслей и воспоминаний прервал толчок в бок.

- Что застыла? – Лирна нервно кусала губы, её творения получили не самую лучшую оценку, - Пора посуду мыть. И вообще – ты выиграла, значит, ты и моешь. А то мы все расстроенные, нам в себя прийти нужно.

Она сердито дёрнула завязки фартука, швырнула его на высокий табурет и ушла, топая каблуками. Милли пожала плечами. Что ж, пусть так, хозяйственная магия, особенно готовка и приготовление всяческих зелий, у неё на самом деле получалась лучше, чем у других. Каждому своё! Девушка оглянулась – из кухни все уже ушли.

Пальцы сами сложились в заученную комбинацию жестов. Чуть напевая формулу, Милвина поворачивалась вокруг себя, чтобы не пропустить ни одного грязного уголка или тарелки. Заклинание очистки работало исправно. Уже через несколько минут в кухне царил порядок.

Девушка встряхнула головой и устало опустилась на высокий табурет. Последнее время резерв восполнялся тяжело, а уходил словно вода через решето. Вот теперь можно и отдохнуть – всё равно это последний учебный день. Больше занятий не будет, да и школы тоже. Школа, готовящая будущих супруг и экономок, закончена.

Она сняла поварской фартук, разгладила рукой складочки и, повесив его на крючок возле двери, пошла в сторону комнат общежития. По коридорам сновали сокурсницы, довольные и не очень, с улыбкой и без, но у всех без исключения на лицах было написано одно – учёба закончена. Половина из девушек проводила её завистливыми взглядами, вторая половина – пренебрежительными. По их мнению, этой выскочке, которую так отмечали практически все преподаватели, выгодное замужество не светило. Слишком полная, светлые волосы вьются, как шерсть новорождённого ягнёнка, больше похожа на простолюдинку. Хотя её отец и был удостоен титула лэра, за заслуги перед Академией, но всё же это было не полноценное дворянское признание.

Соседки по комнате, Афия и Сантили где-то бегали, делясь своими переживаниями, а, может, просто ушли гулять в сад при школе. Погода в последние дни стояла просто отличная, тёплые вечера манили прогуляться в сумерках, пошептаться с подругами при лунном свете, помечтать о будущем.

Милли сняла ученическую форму и переоделась в светлое домашнее платье, любовно сшитое самостоятельно на уроках по портновскому мастерству. Как хорошо, что в школе предусмотрели абсолютно всё, что может понадобиться молодой девушке, в независимости от того, какой статус она займёт после замужества.

В открытое окно слышался звонкий смех девчонок, вышедших на прогулку. Только сегодняшняя ночь – она последняя, и наступает пора шагнуть во взрослую жизнь. Одно немного омрачало отличное настроение: почти у всех воспитанниц уже были женихи, а её обошли вниманием. Во всяком случае, предложений руки и сердца так и не поступило. Танцевать, да, приглашали, но не более. Милли разгладила ладонью складочки на покрывале и встала у раскрытого окна. Сокурсницы со вкусом обсуждали предстоящий выпускной бал. А как же, ведь многие на этом празднике сразу же заключат предварительные союзы. Девушка прислушалась и погрустнела, пока ей придётся разбираться со своей дальнейшей жизнью самостоятельно. В кругах, к которым принадлежала её семья, не было принято тянуть детей после совершеннолетия. Конечно, в крайнем случае можно обратиться к родителям за помощью, но это уж если совсем становилось плохо. Вот только она вернётся к дядюшке, которой официально считался её опекуном. Прежде чем отправляться куда-то, чтобы начать собственное дело или искать работу, нужно испросить его благословения. Да и наследство, которое находилось под его присмотром, теперь она могла забрать.

Милвина облокотилась на подоконник, глядя в ночной сад, где продолжали шушукаться девчонки.

 

Утро выдалось солнечным и приветливым. На ветках боярышника, растущего у самого окна, насвистывали птицы. Милли подняла голову с подушки – соседки ещё спали. Они вернулись очень поздно из сада, и легли спать, когда небо уже чуть начало светлеть. Последний день в школе, уже последний. Она чуть встряхнула вьющимися волосами и потянулась за гребнем, лежащим на подоконнике около кровати. Распутывать кудри ей всегда не нравилось, но и постоянно пользоваться заклинанием для укладки тоже. Ведь приятнее глядеть на то, что сделано собственными руками, а не магией. Может быть, из-за этой любви к ручному творчеству у неё и получалось намного лучше, чем у сокурсниц.

Плеснув в лицо холодной водой, Милвина окончательно проснулась. Убрала косы в высокий узел, натянула форменное платье и начала разбирать свои вещи. Завтра рано утром ей предстояло покинуть эти стены. Если сегодня не поступит предложения о работе или о замужестве, то у неё уже была готовая идея, которую собиралась преподнести своему дяде. Открытие собственного кафе-кондитерской – вот о чём она мечтала.

- Ты с ума сошла так рано вставать, - со второй кровати донёсся голос Сантили, чуть смазанный зевком, - Сегодня же выходной и бал, и всё.

- Привыкла, - солнечно улыбнулась Милвина, продолжая раскладывать платья и бельё, - Да и надо заранее о вещах побеспокоиться: вдруг дядя решит забрать меня сегодня прямо после бала.

Она бережно разгладила ладонью простенькое голубое шёлковое платье, украшенное кружевными оборками по вырезу и по подолу. На большее денег просто не было. Дядя всегда скупился, присылая ей в школу совершенно мизерную сумму. Пришлось копить, иногда с завистью глядя, как девчонки убегают после уроков, чтобы пробежаться по магазинчикам и лавкам. Зато вечная нехватка средств сподвигала её как можно лучше осваивать хозяйственную магию.

- Ой, - подскочила на своей постели Афия, - я же ещё причёску к балу не придумала. Надо будет сейчас быстренько одеться и сбегать в класс по парикмахерскому искусству. Сита Вария обещала новые журналы принести.

Слово «причёска» оказалось волшебным, и девчонки засуетились, натягивая на себя форму. Афия, скрипя зубами, срочно разбирала чёрную гриву непослушных волос. Расчёска жалобно пищала, грозя сломаться.

Сантили вихрем пронеслась по небольшой комнатке, разыскивая сброшенные ночью туфли. Одна, как и положена, стояла около кровати, а вот второй в обозримом пространстве не наблюдалось.

- Да что ж такое, - она с досадой хлопнула подошвой по ладони, - вечно что-то теряется. И всегда в самый неподходящий момент.

Крошечный светлячок поискового заклинания метнулся по комнате и застыл. Над подоконником, на котором сиротливо стоял одинокий второй туфель.

- Хорошо тебе, Милли, вся магия в подспорье, - запыхтела Сантили, торопливо натягивая нашедшуюся обувь.

- Так вам-то кто не давал? – удивилась Милвина. Её вещи всегда стоили или лежали в полном порядке.

- Давали-не давали, какая сейчас разница? – соседка по комнате торопливо расправляла кружевную оборку фартука, который носили ученицы до самого выпускного бала, - Получу сегодня диплом, оттанцую на балу и… прощай магия. Дома достаточно слуг, так что разыскивать мои туфли и делать причёски будут горничные. Это твой дядя вынужден экономить на найме работников, а в нашей семье денег всегда было достаточно.

Милли еле сдержалась, чтобы не ответить что-то резкое. Даже в последний день девушки умудрялись сказать гадость. Не со зла, нет. Хотя…, они правы, в золоте их семья никогда не купалась. Она сохранила на лице благожелательную, чуть укоряющую улыбку и мысленно благодарила учителей за то, что научили её самому главному – держать лицо в любой ситуации.

Соседки по комнате покрутились перед зеркалом, чинно сложили руки, и тут же со смехом выбежали за дверь. Сегодня воспитатели и преподаватели уже не так строго следили за соблюдением внешних приличий, усиленно вдалбливаемых девчонкам. Милвина развела руками, ей беспокоиться о причёске не приходилось. Во всяком случае, до такой степени. За четыре года, проведённых в Школе ни один представитель мужского пола, исправно посещающий балы и праздники, устраиваемые специально, чтобы к ученицам могли присмотреться возможные женихи, ей так и не заинтересовался. Танцевать - танцевали, даже приглашали отдохнуть на банкетке, а заодно и поговорить о родителях и возможном приданом. Но как только слышали, что она происходит из весьма небогатого рода, и приданое за ней не может составить значительную сумму в золоте и недвижимости, так вежливо отговаривались занятостью и больше к ней не подходили. Сначала её это обижало, потом удивляло, а потом она просто смирилась с неизбежностью и стала подумывать об открытии собственного дела, если не удастся устроиться на хорошее место экономкой, или кухаркой.

Пока бывшие ученицы всей толпой осаждали учительницу по парикмахерскому делу, Милвина ещё раз сполоснула руки и пошла в класс для кружевниц. Буквально два дня назад ей пришла в голову чудесная идея – сплести в подарок директрисе кружевной шарф. Рисунок сложился в голове сам, всего-то посмотрела в сад на ажурную тень от листьев старого клёна. Доделать оставалось совсем немного, и девушка надеялась ещё до ужина завершить начатое.

Коклюшки тихонько позванивали в пальцах. Милли вздохнула и попыталась представить себе собственное будущее. Сегодня – прощальный бал и вручение дипломов, праздничный ужин. А завтра почтовая карета повезёт её в дом дяди. Здесь недалеко и до вечера она уже будет дома. Вечером можно будет рассказать кузине об учёбе и приготовить ужин для всей семьи, чтобы они оценили её поварское искусство. Ну а через пару дней нужно попытаться напомнить дяде о наследстве - как раз наступит совершеннолетие. Пусть по закону она останется под опекой, но вполне сможет открыть своё дело. Дело, о котором она мечтала два последних года, - собственная кондитерская.

Шарф уже почти был доплетён, как в дверь влетели хохочущие соседки по комнате. Милвина недоверчиво покосилась на девушек, но первой спрашивать, что же их так развеселило, не стала.

- Милли, на нашем балу сегодня будет столько гостей, - Сантили задорно повела плечами и подмигнула собственному отражению в зеркале, - Сита Вария по секрету сообщила, что приедут ещё мужчины, которые будут присматривать невест среди выпускниц.

- Представляешь, сколько придётся танцевать, ведь они же захотят познакомиться с нами поближе, - вторила ей Афия, прохаживаясь по мастерской, - Да, Милли, же. Неужели тебя это совсем не интересует?

- Да толку-то, - Милвина как можно безразличнее улыбнулась, - мне замужество всё равно не светит. Да и на балу дяди не будет. Неужели кто-то поедет в наш небольшой городок, чтобы договариваться о браке.

Последние петельки связались между собой, и девушка с облегчением начала сворачивать подарок. Пусть она и не могла соперничать со старыми мастерицами в тонкости плетения, но зато умела придумывать собственные узоры. Коклюшки, бережно завернутые в тонкую льняную ткань, отправились в ящик для инструмента.

Соседки-девчонки кружились, изображая пару на балу и искусно лавируя между стульями, пяльцами и подставками с подушечками. Милвина наблюдала за ними, стараясь не завидовать. Не завидовать их беспечности, тому, как они мечтали о замужестве и всерьёз обсуждали возможные союзы. Даже, если её кто-то и пригласит на балу на танец, то только в том случае, если не достанется другой партнёрши.

 

* * *

 

Время шло, и вечер приближался. Щебет выпускниц был слышен даже в коридорах. То там, то тут они ныряли друг к другу в комнаты, чтобы поделиться своими мечтами. Шуршал шёлк, стучали каблучки.

Милвина уже переоделась и сидела около зеркала, закалывая шпильками причёску. Её светлые волосы вились крупными кольцами, мешая создавать нечто гладкое, с локонами по последней светской моде.

- Милли, может заклинанием? – Афия, наряженная и причёсанная наклонилась, чтобы лучше разглядеть лицо соседки в зеркале, - Так совсем не модно получается. Мужчины ведь в первую очередь оценивают внешность, а уж потом интересуются насколько ты умелая хозяйка.

- Так за мной всё равно никто не ухаживает, - вздохнула девушка, - Так что кудрями больше, кудрями меньше…

В коридоре мелодично зазвонил звонок и девчонки замельтешили ещё быстрее, добавляя последние, но столь необходимые, штрихи к причёскам и платьям. Они уже выскользнули за дверь и торопливо застучали каблучками по направлению к бальному залу, а Милвина всё сидела с застывшим взглядом, непроизвольно сминая пальцами оборку платья.

- Рина Милвина, - в комнату заглянула одна из воспитательниц, - в малой голубой гостиной тебя ждёт твой дядя. Давай, поторапливайся, а то бал скоро начнётся.

Милли встрепенулась, бросая взгляд на часы. Что-то дядюшка прибыл слишком рано? Она ожидала, что за ней приедут завтра утром, когда все воспитанницы будут отбывать домой.

Бросив беглый взгляд в зеркало, она заторопилась к выходу, припоминая, что её дражайший родственник всегда был исключительно пунктуален и не терпел чужих опозданий.

 

Невысокий худощавый мужчина нетерпеливо мерил шагами голубую гостиную. Плотно сжатые губы указывали на то, что он готовился к неприятному, но очень важному разговору.

Тихонько скрипнула дверь. Милвина чинно сложила руки и присела в поклоне, сияя белоснежными зубами в радостной улыбке.

- Дядюшка, я так рада вас видеть! – воскликнула она, и тут же осеклась, заметив насколько недоволен родственник её вспышкой.

- Милли, я приехал сообщить тебе, что более ты не нуждаешься в моём опекунстве, - мужчина искоса глянул на замершую на месте девушку, - Договор об опёке расторгнут официально – ты уже совершеннолетняя.

- А куда же мне возвращаться? – Милли из последних сил старалась стоять спокойно и сохранять достоинство.

- Понятия не имею, - передёрнул плечами мужчина. Он даже не опустился в кресло, надеясь как можно быстрее покончить с объяснениями и отправиться в обратный путь, - Ты прекрасно знаешь, что я дал обещание твоей матери, что выращу тебя. Мой долг выполнен.

Он полез в карман камзола, достал оттуда небольшой кошелёк, взвесил его в руке и положил на столик, стоявший между креслами.

- Это твоё, - мужчина снова поджал губы, - Домой возвращаться не рекомендую, просто не пущу. Ты уже взрослая – учись жить самостоятельно.

Милли зашаталась, оглушённая такой новостью. Потом всё же взяла себя в руки и присела в почтительном поклоне.

- Я благодарна вам за заботу, дядюшка, - как ей удалось совладать с голосом, она даже и сама не поняла, - Не беспокойтесь, я не пропаду. Моё почтение тёте.

Мужчина коротко кивнул и вышел. Для него этот разговор тоже оказался тяжёлым. Но деваться было некуда – дома подросла собственная дочь на выданье. И он не мог допустить, чтобы приглашаемые молодые люди обратили своё внимание на племянницу.

Ноги всё-таки подогнулись, и Милвина рухнула на пол, больно ударившись плечом о подлокотник. В глазах потемнело от обиды и боли. Остаться бездомной – что могло быть хуже? Слёзы так и не пролились, только дыхание стало тяжелее. Ладно, хоть диплом успела получить, не дожидаясь официальной части бала.

Как только в глазах прояснилась, она поднялась с пола, скинула теперь уже ненужные туфли – желание пройтись в танце испарилось окончательно. Чуть звякнули монеты в кошельке, упав на ковёр. Милли подняла мешочек, развязала его и заглянула внутрь. Всего семь или восемь серебрушек: этого не хватит  на то, чтобы открыть собственное дело. Можно было попробовать использовать последние деньги на портал, чтобы уйти как можно дальше от возможных сочувствующих взглядов.

Около стены на резной подставке стоял глобус. Милвина раскрутила его, зажмурилась и наугад ткнула пальцем. В конце концов, какая разница куда ей уходить?

Глобус остановился, и девушка с изумлением уставилась на то место, на которое сама и указала. Тёмная империя Эралсия! Хотя, готовить можно везде, а если удастся накопить хоть немножко денег, то и открыть собственную кондитерскую. Вот только денег, чтобы добраться туда, не хватало. Милли вздохнула, ещё раз заглянула в кошелёк и решительно вышла из голубой гостиной.

 

Сборы много времени не заняли, благо почти все вещи были уложены ещё днём. Свернув бальное платье, Милли убрала его в небольшую зачарованную сумку, переоделась в дорожный наряд, состоящий из плотного платья и длинной безрукавки, натянула сапоги и поспешила к выходу из Школы. Башня портала находилась недалеко и работала до полуночи.

- Простите, мне нужно перейти как можно ближе к северной границе империи Эралсии, - Милли тронула за плечо худенького старичка, дремавшего около зала порталов, - На сумму в шесть серебрушек.

Маг пожевал губами и возвёл глаза вверх, подсчитывая, куда можно перебросить посетительницу за столь смехотворную сумму.

- Столица Иврского княжества подойдёт? – голос старичка оказался неожиданно гулким, и девчонка от неожиданности вздрогнула, - Там правда до границы ещё почти неделя пути, но ближе за эти деньги не получится.

- Прекрасно, - Милли чуть натянуто улыбнулась, холодея внутри. На еду и жильё денег практически не осталось. Только надежда на то, что её возьмёт к себе на работу поварихой, хозяин какого-нибудь ресторанчика.

- Заходи, - маг пересчитал деньги и открыл дверь зала.

Круг вспыхнул, замыкаясь, и залил одинокую девичью фигуру зеленоватым цветом. Дедок забеспокоился, не должно было быть такого цвета на обычном переходе. Пробежавшись пальцами по кристаллам, он помрачнел. Портал срабатывал совсем не туда, выбрасывая девчонку в старый портовый город, прибежище воров, разбойников и контрабандистов. Но что-либо менять уже было поздно - перенеся посетительницу, круг гас.

 

© Сербжинова Полина