Стоит ли удивляться тому, что парижане вновь весьма ответственно подошли к открытию выставки. К приезду гостей Париж ещё более преобразился: в городе был построен Лионский вокзал, вокзал Орсе (ныне музей Орсе), мост Александра III, Большой и Малый дворцы, знаменитый сквот Улей на Монпарнасе (здание строилось как винная ротонда временного пользования). Уже во время работы выставки, 19 июля 1900 года, открылась и первая линия парижского метро c шестью станциями

Тогда же впервые в истории подобных выставок каждое государство устроило свой национальный павильон, в котором было сосредоточено всё, что характеризует страну и отличает её от других: исторические памятники, предметы искусства и т.д.. А поскольку на предыдущих всемирных выставках Россия была слабо представлена, в 1900 года правительство Российской империи решило продемонстрировать техническую мощь страны как можно полнее. Парижане пошли навстречу и выделили России для экспозиции более 24000 м². Впрочем, в итоге и этой площади в итоге оказалось мало. Российский павильон на выставке в Париже более походил на небольшой город.

Фарфоровый иконостас в г. Марианские Лазни

По окончании выставки иконостас приобрёл угольный магнат из Донецка, владелец Григорьевского, Макарьевского и Кальмиусского рудников, полковник (позднее – генерал) в отставке Пётр Петрович Рыковский для тогда еще не построенной церкви Св.Владимира в чешском городе Марианские Лазни (Мариенбаде).

В этом городе Рыковский провёл последние годы своей жизни. Идея соорудить православный храм в Марианских Лазнях появилась в 20-х годах XIX века среди представителей русской знати, часто посещающей город. Наряду с иконостасом в Мариански Лазни, другим известным фарфоровым иконостасом производства Кузнецовской фабрики в Твери является сохранившийся иконостас в храме Преображения Господня в деревне Саввино около г.Железнодорожный (Московская область). Иконостас состоит из трех ярусов, в которых находятся 33 иконы. Их краски и состояние и по сей день вызывают восхищение посетителей.

Две фарфоровые тарелки со знаменитой промышленной выставки, состоявшейся в Париже в 1900 году. Одна из них — сувенирная, выпущенная во Франции ограниченным тиражом специально в память об этом событии.

Тот факт, что те или иные экспонаты выставки приобретались кем-то из посетителей, был в порядке вещей. Выставка для того и проводилась, чтобы заключать контракты, а уникальные изделия — продавать на месте. Сегодня мало кто помнит, что именно Парижской выставке 1900 года Россия обязана своим главным оргáном, установленным в Большой зале Московской консерватории. Этот уникальный музыкальный инструмент был изготовлен самым известным оргáнных дел мастером того времени Аристидом Кавайе-Коллем специально для строящейся Московской консерватории

Орган Кавайе-Колля в Московской консерватории

Идея построить этот инструмент для России возникла у одного из известнейших французских органистов того времени Шарля-Мари Видора, большого друга П.И.Чайковского. В 1896 году Видор выступал в России, где и предложил дирекции Московской консерватории оборудовать Большой зал столь популярным в Европе (в России органная музыка была известна хуже) инструментом. Почти три ода потребовалось знаменитому Кавайе-Коллю на конструирование большого оргáна. Весной 1899 г. инструмент был готов. По традиции его первая сборка состоялась в специальном зале фирмы. Но Кавайе-Колль так и не успел увидеть своё творение в действии — он умер в том же году.

На выставке в Париже 1900 года С.П. Суратов был награждён золотой медалью в разделе «Кружева, вышивки, позументы» за представленные им «военные галуны всехъ формъ, для кавказскихъ же казачьихъ войскъ галуны и тесьмы спецiально, а также мебельныя и модныя дамскiе отделки и все вообще басонные изделiя».

Остаётся лишь добавить, что Парижская выставка 1900 года была далеко не последней, где выставлялись и были отмечены высшими наградами изделия Кузнецовского завода. Даже после революции бывший кузнецовский — а теперь уже Конаковский завод, к тому времени получивший им.М.И.Калинина — продолжал славиться на весь мир.

На другой знаменитой выставке в Париже — теперь уже 1937 года — Конаковский фаянсовый завод вновь завоевал гран-при. Завод неоднократно побеждал и на других международных выставках. Что, впрочем, не спасло его от разрушения уже в наши дни . То, что годами выстраивал М.С.Кузнецов, за несколько лет превратилось в груду руин. Так что к новому владельцу Конаковского завода вполне подходят хлёсткие строчки из бессмертного стихотворения М.Ю.Лермонтова: «Не мог щадить он нашей славы…».

Автор  Валентина Чудакова  https://ok.ru/feed