Устал любить любовью безответной,
Устал смотреть в печальные глаза,
В них нет давно ни радости, ни света,
Зато блестит укором мне слеза.

Её печаль мне сердце прожигает,
Обняв, целую нежно, но она,
Как будто бы удара ожидает,
Вдруг станет, как струна напряжена.

Или покорной сделается, нежной,
Безропотной, – хочу точней сказать, 
Но отрешённость – океан безбрежный – 
Не мне ли каждый вздох её не знать?!

Она умна, и мудрости хватает,
Чтоб виду мне открыто не подать,
Но вижу я: она, как свечка тает – 
Зачем? За что обоим нам страдать?

Нет, я её, поверьте, не неволил,
Она сама сказала робко «Да».
Но как же я не смог увидеть боли
В её глазах? Я счастлив был тогда!

Я думал, счастья хватит нам обоим,
Его я буду множить на любовь.
Но не желаю вам, друзья той доли,
Которая рвёт сердце вновь и вновь.

Не верьте, что мужчина много может,
Не выходите замуж не любя:
Он в сотни раз любовь свою умножит,
Но не научит вас любить себя.

"Дорогие, да здравствует Любовь!
Отрицать любовь - значит отрицать Источник.
Вы приобретаете столь многое, не отказываясь от любви, так позвольте же ей течь!
Любите себя и любите других! Любите полной грудью, радостно, откровенно и безусловно, и вы увидите , как изменится ваш мир!"
(от Юльвиуса)

Я не русалка, не Ундина, и не роскошная Марина,

Полячка гордая с холодною душой,

Я воздух нежный, дом Меркурия ночной,

Я воин в колеснице золотой, в которую два сфинкса впряжены,

Их знают все, или, по крайней мере, знать должны…

То символы добра и зла…

В твой лунный мир я забрела,

Пытаясь отыскать себя в магическом зеркальном отражении!

Чтоб не подумал ты, что это лишь одно воображенье,

Влюбленное в мерцанье звездных глаз,

Незамедлительно добавлю поясненье в мой сбивчивый и путаный рассказ:

Однажды лунный дух, небес ночных посланник,

Явился мне во сне и нашептал проказник,

Что ты хранитель зеркала того и мой избранник,

Что в очередь свою храню я перстень с лунным камнем,

Способным душу излечить твою.

Быть может это бред ночных метаний, Морфея шутки,

Тщетные терзания постичь себя, преодолев сознанье,

Рвануться из границ, отбросив суету, весь мир объять

И, вечность постигая, с тобой на звездном встретиться мосту!

Пусть так, и я мечтатель странный, романтик, жаждущий чудес,

И все ж не обижай иронией пространной,

Не отнимай волшебных, нежных грез…

Так мало их в душе моей осталось,

Уж замерла давно она, казалось, навек покрылась льдом….
И только звездных глаз печальная усталость заставила ее и сердце трепетать…

Я вновь живу, и вновь хочу писать, и путешествовать, и истину искать, и Грезить о причудливых мирах, где правит лишь любовь, а не коварный страх!

Есть женщины, похожие на утро:
Глаза - из голубого перламутра,
Спорхнувшие с изящных и душистых
Картин иных салонных портретистов.
Любовь таких – как дымка из тумана:
Полна и сладкой неги, и обмана,
Легка, непринуждённа и беспечна,
Но, словно сон под утро, быстротечна.

Есть женщины, похожие на полдень,
Сошедшие с Матиссовских полотен.
Глаза – огонь, ведь в них на самом донце
Горячее полуденное солнце.
Любовь подобных дам – одни напасти:
(Подобно танго – танцу жгучей страсти)
Пьяняще – обжигающе – прекрасна,
Но, как смертельный яд, она опасна.

Есть женщины, похожие на вечер:
Глаза мерцают тихо, будто свечи,
Из-под ресниц задумчиво темнея…
Те рождены полотнами Ромнея.
Любовь их – мудрость, что присуща даме,
(Вино, в сосуде зревшее годами),
Спокойна, не несёт в себе упрёка,
Но к чувствам рассудительно-жестока.

Есть женщины, похожие на ночи,
Глаза черны, рот чувственно-порочен.
Красавицы, что созданы (не даром!)
Французским живописцем Ренуаром.
Любовь их, пусть недолга и случайна, -
Загадка, обольстительная тайна.
Но таинство любовного урока
Несёт в себе, увы, следы порока.

А женщина, что сочетает мудро
В себе горячий полдень, лёгкость утра,
Загадку ночи, вечера блаженство, -
И есть самой природы совершенство,
Одна (средь миллионов, тысяч, сотен!)
Сошедшая с божественных полотен.

© Юлия Вихарева