Безликий пасмурный день. Старенький городок. Улица из сросшихся деревянных домишек. Мы с Андрюхой сидим на низкой скамеечке, привалившись к выбеленным временем доскам. Вокруг ни души. И ни звука. Как в одном из безлюдных пространств Крапивина. И ощущение, будто вот-вот что-то произойдёт. Ни хорошее, ни плохое. Важное. Очень важное.  

        До восьмого мы с Андрюхой учились в "В". А в девятом из четырёх классов оставили три. И я стал "бэшником". Дружили? Нууу... ну как бы начинали. Но и не закончили. Я бывал у него дома. До сих пор помню смешные прозвища, которые папа-балагур давал Андрюхиной младшей сестре Нюре. Помню, как одно время ухлёстывали за двоюродными сёстрами: Наташкой (моя) и Люськой. И полусапожки у нас с Андрюхой были одинаковые. Купленные в подземном переходе, что выходит к главной проходной Ростсельмаша. И помню, как Андрюха - фанат футбола дразнил одноклассницу Валю Аверину. Вилли ван де Керкоф - вот как. А после школы они женились. Помню, как играли в Андрюхины игры. У него ж всё про футбол. То бросали три камушка и продвигались к воротам, пробивая одним в промежуток между двумя остальными. То гоняли по листочку в клеточку точку-мяч. В эту он вообще без вариантов у меня выигрывал.
      Но ничего этого мы не вспоминали. Я вообще не помню, о чём мы трепались целых два часа. Или молчали. А потом появилась его новая жена с дочкой-подростком. Причём, я для них был не просто абстрактным одноклассником папы. Андрюха явно им что-то про меня рассказывал. Пока прощались, дочка слушала, а не топталась со скучающим видом. А у новой жены красивая открытая улыбка. Впрочем, Валя мне тоже очень нравилась. />

      Сон, как оправдание. Я ж опять не пошёл на встречу одноклассников. Хоть Ира - вечный наш организатор не раз пыталась меня переубедить. Ну что там снова делать? Уже было, пробовал.
     Ах, ну да... Общаться... Как Лёха заявил. Остановился - даже из машины не вылез. "Олег! Олег! Иди сюда. Мы тебя искали, искали..." Искал он меня... Ну позвонил бы, если так соскучился. Для чего мы телефонами менялись?
- Привет. Ну, кто хотел... Ирка звонила, приглашала.
- И чего?
- Не хочу.
- Совсем-совсем?
- Лёша, ты уже тридцать лет без меня как-то обходился.
- А теперь тридцать пять. Пообщаться.
      Как же, как же... Ира говорила: кафе, музыка, попрыгать... Самое место, чтоб пообщаться.
        Они что ли сами не видят? Это в школе мы одинаковые. Одни учителя, одни контроши, один спортзал... А что общего у нас потом? Какое, нафиг, пообщаться?! Скорее, отмазаться, мол, всё нормально. Катя деликатно не станет про то, что объездила весь мир. Скажет уклончиво, мол, заведую лабораторией. Ну чего там интересного? Работа, работа... Но оборудование, правда, суперское! Надька риелтор с гарнитурой на ухе. Чтоб постоянно быть на связи с клиентами. Она и будет на связи. Маринка отмахнётся: "Всё так же в Пенсионном фонде перекладываю бумажки". (Развелась или нет? Если развелась, то не придёт.) Ленка перекладывает в налоговой. Она точно не придёт. Артур - наверное уже без формы - тот, как обычно, будет загадочно улыбаться. Вова тоже про себя много не станет. Ну, может быть, всё же решится, мол, теперь работаю не на дядю, мастерскую выкупил. Лёшка в банке был, в банке и будет. От добра добра не ищут. Другой Лёха... ну да, тот добросовестно всё про себя расскажет. Фирма распалась, жена летает на гастроли. Или наоборот. А кому-то ж и сказать нечего. Было, да не осталось. Только дети.
    Да. Дети. Вот про них и всё наше общение. И похвастать можно - остальным не завидно. И даже если у них пока не сложилось... Это ж не у нас - правильно? - это у них. К тому же у детей всё ещё впереди. Сложится. А мы... ну мы дали им, что смогли. Теперь их очередь. Пробиваться, делать нас бабушками, приходить к нам с тортиком. Занимать взрослое место в круговороте жизни.
     Ну ради чего встречаться? Посмотреть сколько коллагена осталось в наших щеках, да послушать про чужих детей? Сидеть рядом с Галчонком и не хотеть ей напомнить, как однажды в колхозе под яблоней? Понимать, что уже не ломанёмся в буфет за слоечками с творогом по 10 копеек. Что больше не будем со всей дури пинать баскетбольный мяч в зарешёченные окна спортзала. Что на субботнике Люда не запрыгнет с тряпкой на подоконник, сверкая глазами и салатного цвета трусиками. А наша любимая историчка Нина Михайловна не будет срывать голос, пытаясь угомонить оба класса.
     Всё. Закончилось. И вообще, говорят, что те, кто часто вспоминают прошлое, быстрее стареют.