Нужда была так сильна, что иногда Моне приходилось соскабливать краску с прежних картин, чтоб использовать холст повторно. Денег катастрофически не хватает, Моне вынужден постоянно останавливать работу над картинами.


Небольшое состояние Камиллы, которое она получила в приданное, безвозвратно промотано. Потрачено на погашение долгов и самое дорогое вино. Как -то спасаясь от кредиторов Моне (в первый раз) порезал 200 своих картин, но, даже, уцелевшие куски были собраны и проданы по 30 франков каждый.


Его родители  категорически против этой связи. Они соглашаются расплатиться с кредиторами и приютить Клода, но с условием полного разрыва с Камиллой. Моне оставляет беременную Камиллу практически без средств к существованию. И уезжает жить к своей тетке.  Первый сын Моне - Жан родится в отсутствие отца.


Камилла у окна, 1873 год, частная коллекция





Раздумья мадам Моне на софе, 1871 г





Камилла на садовой лавочке, 1765 г


Через некоторое время Моне возвращается и продолжает работать. Появляется интересная картина. Картина была написана, когда Моне жил в небольшом городке близ Парижа — Аржантее. Прекрасный сад и небольшой дом — все, о чем художник только мог мечтать. На картине — его жена и сын .
Желая передать ощущение движения, Моне добавил вторую пару фигур на вершине холма. Они соединены с фигурами на переднем плане едва заметной, пробегающей по траве тропинкой. Кажется, что фигуры женщины и мальчика будто вырастают прямо из поля.

Клод Моне был одержим способом написания на пленэре, художник упорно пытался уловить момент "здесь и сейчас", чтобы потом передать его зрителю.

Пленэр (от французского plein air — «открытый воздух») — это техника написания картин вне мастерской, на природе.

Он совершенно не берег свои глаза, можно сказать, что он жестоко их эксплуатировал, заставляя себя работать на открытом солнце, ничем не защищая. Он работал изо дня в день.
Моне подчеркивал: "Я пытался сделать невозможное – нарисовать сам свет".

Лодки в Аржантее





Маковое поле в ложбинке близ Живерни.

Он написал  несколько серий картин, включая полотна с изображением собора в Руане. Каждая картина передает игру света и теней в разное время суток: раннее утро, когда солнце ласково пробивается сквозь туман, обволакивающий шпили собора, и полдень, когда весь фасад утопает в солнечном свете.

Моне начинал работать ранним утром, не дожидаясь семи часов, при контровом свете, так как солнце всходило за собором, и его лучи падали на здание сзади, едва высвечивая контуры башен и шпилей. В полдень, когда солнце находилось в зените, все здание озарялось ослепительным солнечным светом, в тени оставались лишь порталы, заслоненные фасадом. Во второй половине дня, ближе к вечеру, тени близлежащих домов окрашивали фасад в различные оттенки синего.

Руанский собор, 1903 - 1905 год





Здание парламента в Лондоне

Голод доводил Моне до отчаяния, Салон не принимал его картины. Все стены и комнаты были заставлены не проданными полотнами.
Однажды Моне разбудил Ренуара торжествующим возгласом:
— Я нашёл, что им нужно! Вокзал Сен-Лазар! Когда отправляется поезд, дым паровоза застилает всё так, что кругом ничего не видно! Это волшебная картина! Надо только задержать руанский поезд: освещение куда лучше через полчаса после его отправления! :)))Ты увидишь: теперь всё изменится!

Но ничего не изменилось, картины по - прежнему не покупали.
Не имея должного лечения и нормального питания Камилла угасла, сразу после родов второго ребенка. В возрасте 32 лет.

Горестно вглядываясь в холодеющее лицо, Моне заметил сначала голубоватое свечение над ним, а потом с ужасом обнаружил, что взгляд его отмечает изменение цвета — эти синие, жёлтые и серые тона, появившиеся после смерти.

Инстинктивно, не сознавая того, что делает, Моне взял кисть и стал набрасывать последний портрет Камиллы. Он проклинал себя, плакал, пытался разжать пальцы и выпустить кисть, но пальцы не разжимались, и кисть словно сама по себе ходила по холсту. „Я не человек, — подумал он, — я животное, вращающее мельничный жёрнов“.

Вскоре после смерти Камиллы Моне снова женится, на этот раз на Алисе Ошеде, с шестью детьми, вдове его мецената, и уезжает в Живерни, где художник проведет остаток своей жизни. Алиса сделает все, чтобы Моне забыл Камиллу, даже могила ее будет заброшена и зарастет цветами и травами. Наконец картины начинают покупать, слава приходит к нему.

По прежнему Моне много работает, не жалея своих глаз, зрение его сильно ухудшается и врачи ставят диагноз: катаракта. Поселившись в Живерни, Клод и Алиса Ошеде вызывали подозрительность среди крестьянского окружения. Особенно профессия главы семьи — художник — не впечатляла патриархальных крестьян.

А Моне и правда выглядел интересно: каждое утро бродивший по полям, сопровождаемый ребятней, которые на тележке везли за ним холсты, краски и кисти. Здесь он пишет свои знаменитые стога.

Клод Моне как никто другой придавал значение свету, его оттенкам и игре теней, и как никто другой боготворил природу.
Это было непривычно - городской житель в деревне. Но постепенно все привыкли. Крестьяне стали уважать его за то, что он не гнушался ежедневной работы, а Моне и не нужно было привыкать, он попал в объятия своей музы.

То, что раньше было просто огородиком возле дома, превратилось, благодаря Моне в настоящий праздник цвета, света и красоты. Он засадил все разнообразными видами цветов и растений.
Вряд-ли найдется много садов, которые смогут спорить с садом Клода Моне по количеству видов растений.

Однажды ему прислали огромный каталог цветочных семян - чтобы он выбрал и заказал нужные. Он быстро пролистал каталог и заказал весь каталог. Розы, лилии, глицинии, тюльпаны, ромашки, подсолнухи, гладиолусы, астры - сад Моне - это буйство красок практически круглый год.


Берега пруда украсили разнообразные растения - малина, остролист, японская сакура, анемоны, пионы многие другие. Главной достопримечательностью сада является Японский мостик, который просто не смогут не узнать любители творчества художника. И главное Моне заказал из Японии семена нимфей (кувшинок) и украсил ими водную гладь пруда...

Но болезнь прогрессировала. Моне видел все хуже и хуже. Настал такой момент, когда он не мог отличить голубой цвет от черного, и ему приходилось раскладывать тюбики с краской в определенном порядке, чтобы не перепутать цвета. Он рисовал почти вслепую тот же  мостик через пруд.
В конце концов Моне решился на операцию, которая прошла успешно. И после выздоровления  загорелся прямо-таки изнуряющей одержимостью в работе. Далекий от того, чтобы спокойно трудиться над старыми произведениями или думать о покое, он максимально загружал себя. Боясь, что после него останутся посредственные работы, он вновь и вновь уничтожал многочисленные картины.

Клода Моне можно назвать хрестоматийным импрессионистом. Так как он был верен этому направлению всю свою долгую жизнь.
Он писал не предметы и людей, а единую цветовую конструкцию из бликов и пятен. Раздельные мазки. Дрожание воздуха.


Клод Моне просто остановил мгновение, потому что всё уходит, но ничто не исчезает, а жизнь всегда – это ожидание следующего дня. Это был прижизненный триумф творчества Клода Моне.
Моне был очень счастливым человеком. Он добился признания еще при жизни, любил и был любим, занимался любимым делом.

Один из величайших учителей в истории человечества, формально  никого не учил. Моне показывал нам мир не таким, как мы его видим, а таким каким мы его чувствуем.
Оскар Клод Моне родился в Париже 14 ноября 1840 года в семье бакалейщика. Детство и юность он провел в Гавре. 
В детстве Моне был вполне обычным лоботрясом, и на берегу моря проводил гораздо больше времени чем в учебном классе. На уроках он развлекал себя тем, что изображал  своих учителей в виде карикатур, разрисовывая обложки тетрадей. В 15 лет его побаивались даже известные люди Гавра.
Первым учителем живописи Моне был Эжен Буден, который сразу рассмотрел талант в подростке. Позже Моне писал Будену: «Я не забыл, что вы были первым, кто научил меня видеть и понимать».

Увлеченный живописью Моне перебирается в Париж.
На этом безоблачная жизнь художника заканчивается. Отец Моне был в ярости узнав о решении Моне бросить школу и стать художником. Он отказал ему в средствах, но это не остановило Клода.
Однако, после того как Моне попал в армию и тяжело заболел лихорадкой, отец выкупил его  и отправил его в Школу изящных искусств в Париже с условием, что он будет серьезно изучать академическое искусство.
Но Клоду  были неинтересны мастера Академии, он бросил учебу и поступил в свободную мастерскую Шарля Глейра. Там он и познакомился с молодыми художниками Базилем, Сислеем, и Ренуаром - могучей кучкой основавшей  движение импрессионизма.

Что было общего между ними — сыном бедного портного с окраины Парижа Огюстом Ренуаром, наследником сенатора из Леро, богатого виноградаря, Фредериком Базилем и сыном богатого коммерсанта из Лондона Альфреда Сислея?
Лёгкость, с какой давалась учёба, и уверенность в том, что им суждено нечто большее, чем копирование картин?  Но им всем не хватало бесспорного лидера.
И тут появился четвертый, его появление запомнили все! Щеголь! Денди, одетый с иголочки у лучшего портного в Париже, не имел в кармане ни гроша. А когда портной пытался протестовать, он говорил ему  со снисходительным высокомерием: „Если вы настаиваете, мсье, я лишу вас своих заказов“.

Обучение в мастерской Глейра проходило весело и с большим энтузиазмом. Друзья снимали студию, вместе работали и вместе веселились по вечерам в ближайших кафе. Обычно выбор падал на кафе Гербуа (Cafe Guerbois) на улице Батиньоль. Здесь властвовал Эдуард Мане (Edouard Manet) - самый старший из всех (не путать с Клодом Моне).


Нужно сказать, что Клод Моне был страшный транжира, как только у него появлялись деньги, он в лучшем случае закупался красками, а остальное прогуливал с друзьями.

Художники решили объединиться и название их движению нашлось само собой. Этот термин придумал в своем фельетоне журналист по имени Луи Леруа. Он использовал производное слово от названия картины Клода Моне «Впечатление.
Восходящее солнце».
Заметка, в которой журналист обронил слово «импрессионист», была посвящена выставке работ так называемого «Салона отверженных», где выставлялись произведения, отклоненные членами жюри Парижского салона, самой авторитетной выставки того времени.
Первоначально воспринимаемое как кличка, название группы вскоре становится общепринятым, и уже через несколько дней после статьи в "Шаривари" благонамеренный критик пишет о молодых живописцах: "Если нужно одним словом охарактеризовать их намерения, то следует создать новое понятие - импрессионисты. Они импрессионисты в том смысле, что они передают не пейзаж, но вызванное им впечатление"
Картина была подвергнута жесткой критике.