23 июля 2012 г. - 220 лет со дня рождения Петра Андреевича Вяземского
(12 (23 июля) 1792, Москва, Россия — 10 (22 ноября) 1878, Баден-Баден, Германия) — князя, русского поэта, литературного критика, историка, переводчика, публициста, мемуариста, государственного деятеля.

Щастливый Вяземский! Завидую тебе!
Пушкин А.С. из чернового наброска 1822 г.

Судьба свои дары явить желала в нем,
В щастливом баловне соединив ошибкой
Богатство, знатный род - с возвышенным умом
И простодушие с язвительной улыбкой.
Пушкин А.С. Надпись к портрету князя Петра Андреевича Вяземского: 1822 г.

П.Ф.Соколов. Портрет князя П.А.Вяземского. (1824, Государственный Литературный музей)

Петр Андреевич Вяземский происходил из древнего княжеского рода Вяземских; сын действительного тайного советника, нижегородского и пензенского наместника, князя Андрея Ивановича Вяземского (1754—1807) и княгини Евгении Ивановны Вяземской, в 1-м браке Кин, урождённой ирландки О’Рейли (1762—1802).

Андрей Иванович Вяземский (1750(1750) - 1807) - русский философ и общественный деятель, дипломат и политик, потомок русского княжеского рода Вяземских. Писал философские труды под псевдонимом Андрей Передумин Колыванов. Родился в семье князя Ивана Андреевича Вяземского (1722-1789), представителя старинного русского княжеского рода, ветви Рюриковичей и Марии Сергеевны Долгоруковой (1719-1786), внучки канцлера Петра Шафирова, известного русского дипломата Российской империи эпохи Петра Великого, еврейского происхождения

Его родители познакомились, когда князь Андрей совершал гран-тур по Европе. Влюбившись страстно, Андрей Иванович увез ее от мужа в Россию, добился для нее развода и, хотя отец и мать А. И. Вяземского были категорически против брака, в 1786 году обвенчался с нею, превратив в княгиню Екатерину Ивановну Вяземскую.

Княгиня Екатерина Ивановна умерла рано, когда Петр Андреевич был еще ребенком, а родственников с ее стороны он никогда не знал, хотя и пытался их отыскать во время заграничных путешествий.

Малый Знаменский переулок, Москва. Флигель усадьбы Голицыных-Вяземских-Долгоруковых, где в 1792 году родился П.А. Вяземский

В честь рождения Петра А. И. Вяземский 9 августа 1792 г. приобрел за 26 тысяч рублей подмосковное село Остафьево, где в 1800-1807 гг. был выстроен двухэтажный усадебный дом (ныне музей «Русский Парнас»). Имение Вяземских стало одним из средоточий культурной жизни России начала XIX в.

Вид усадебного дома в Остафьеве со стороны парка. И.-Е. Вивьен де Шатобрен. 1817 г.

Вообще в детстве моем учился я лениво и рассеянно. Во мне не было никакого прилежания и после мало было усидчивости. В уме моем нет свойства устойчивости. Мой отец, вероятно, заметивший этот умственный недостаток, хотел одолеть его и подчинить дисциплине математического учения. Хотел угомонить меня, так сказать выпрямить и отрезвить в умственной гимнастике цифр. Но усилия его были напрасны. Я не поддавался. Математика в детстве и отрочестве моем была мне пугалом. Позднее осталась она для меня тарабарскою грамотою. Несмотря на то, многие из зрелых годов жизни моей провел я по ведомству цифирному: то по делам внешней торговли, то по управлению государственным заемным банком; по счастию, ни тут, ни там при мне обмолвки в итогах не было.

...Отца огорчала моя рассеянность или развлекательность: она была еще сильнее лени моей. Впрочем, это была, может быть, одна внешняя лень, которая закрывала мою внутреннюю деятельность. Отец упрекал меня, что когда я возьму книгу в руки, то начну читать ее без разбора, то с середины, то с конца, и поэтому без толка и без пользы. Замечание его должно быть справедливо, потому что и позднее читал я более урывками. В жизни моей я очень многое прочел, но мало дочитал.
... детстве моем, вероятно, был я не серьезное дитя, а скорее несколько угрюмое. Ловкости, удальства, резвости во мне не било. Старик Pingot, наш танцмейстер, говаривал, что я мешок. Не помню, чтобы я когда-нибудь с увлечением предавался детским играм. Братьев у меня не было, следовательно, в доме я был довольно одинок. Дядьке моему, Никите, который впоследствии сделался ужасным пьяницей и забавлял Жуковского, любил я передавать осколки из разговоров, подслушанных мною у отца моего. Вероятно, ни дядька, ни я не понимали толково и хорошо этих выдержек. Но, может быть, и тут уже прорывались некоторые намеки на свойственную мне наблюдательность и на развитие способностей моих в упражнениях литературного сыщика и общежитейского сплетника.

Отец был со мною взыскателен и строг. Я более боялся, нежели любил его. ..Был я довольно труслив и, вероятно, уже и тогда нервического сложения. Отец хотел победить во мне и этот недостаток. Меня заставляли одного барахтаться в Остафьевском пруду, с тем чтобы выучился я плавать. Летом, в темную ночь, посылали меня одного в рощу. Разумеется, на всякий случай следили за мною, но тогда я этого не знал.

Между тем отношения мои к отцу не всегда бывали так натянуты и строги. Помню, что он часто смеялся моим детским устным выходкам. Вероятно, были и они проблески некоторой стороны будущего авторства моего. Речь моя была иногда довольно бойка и оригинальна. Помню, что из многочисленных посетителей дома нашего умнейшие, например князь Белосельский, Нелединский, граф Лев Разумовский, князь Яков Лобанов обращались ко мне, вызывая на какую-нибудь шутку или детскую остроту. Выше сказал я, что учился плохо в детской комнате; но зато рано начал я практическое учение в салоне нашем: метко вслушивался я в разговоры, которые раздавались вокруг меня. В этом отношении дом наш был для меня живою школою. Разумеется, многого из разговоров не понимал я, иное понимал криво. Но все же кое-что схватывал. Таким образом мой ум мог развиться довольно рано, хотя и не совсем правильно.

П.А Вяземский. Из "Автобиографического введения" (для первого тома ПСС 1878)

В ранней молодости Пётр Вяземский остался единственным наследником большого состояния и занял блестящее положение в высших кругах столичного дворянства. Его сводная сестра, побочная дочь А. И. Вяземского Екатерина (носившая фамилию Колыванова) в 1804 г. стала второй женой Н. М. Карамзина, благодаря чему Пётр с ранних лет вошёл в среду московских литераторов карамзинского круга.

Екатерина Андреевна Карамзина, ур. Колыванова (1780-1851), жена историка Н.М.Карамзина. Единокровная сестра П. А. Вяземского, внебрачная дочь его отца князя Андрея Ивановича Вяземского и графини Елизаветы Карловны Сиверс. Брак не был заключён потому, что графиня была замужем. В дальнейшем родители Екатерины Андреевны расстались, и она воспитывалась в семье тётки отца — княгини Е. А. Оболенской. Фамилию Колыванова она получила от старого русского названия Ревеля, где она родилась — Колывань

Сестра моя, впоследствии жена князя Алексея Григорьевича Щербатова (княжна Екатерина Андреевна Вяземская (1789—1810). Умерла неожиданно, будучи беременной, имея от роду всего 20 лет.), - Жуковский посвятил памяти ее несколько трогательных стихов в "Певце в стане русских воинов" 34 ,- сестра моя, старшая меня тремя годами, и я были вовсе не довольны водворением Карамзина в наше семейство. В нас таилась глухая оппозиция против этого брака: детские сочувствия наши были на стороне армейского майора, помнится, Струкова, который был несчастным соперником Карамзина.

П.А Вяземский. Из "Автобиографического введения" (для первого тома ПСС 1878)

Тропинин Василий Андреевич (1776–1857). Портрет Н.М. Карамзина (1818, Третьяковская галерея, Москва)

После смерти А. И. Вяземского Карамзин был назначен опекуном юного князя, который в одном из своих стихотворений назвал его «вторым отцом».

Вяземский получил прекрасное домашнее образование, в 1805-06 гг. учился в Петербургском иезуитском пансионе и пансионе при Педагогическом институте. В 1805 г. поступил на службу в Межевую канцелярию юнкером. Рано начал пробовать перо. Первое известное произведение будущего поэта — франкоязычная трагедия «Эльмира и Фанор» (1802), первое опубликованное стихотворение (под криптонимом К. П. В..ий) — «Послание к … в деревню» («Вестник Европы», 1808).

Вяземский Петр Андреевич

Регулярно публиковаться начал с 1809 г., впервые опубликовался под своим именем в 1814 г., широкую известность в России как поэт приобрел в 1818-19 гг. В раннем творчестве испытал мощное влияние со стороны ведущих русских поэтов конца XVIII-начала XIX вв. - Гавриила Романовича Державина, Ивана Ивановича Дмитриева, Василия Андреевича Жуковского, а также французской "легкой поэзии". Тем не менее достаточно быстро выработал собственную манеру, которая поражала современников "Вольтеровой остротой и силой" (А.Ф.Воейков) и одновременно вызывала ассоциации с "живой и остроумной девчонкой" (К.Н.Батюшков).

В 1811 г. женился на княжне Вере Фёдоровне Гагариной (1790—1886).

А. Молинари. Портрет В.Ф.Вяземской. Ок.1809г.

А. Молинари. Вяземская В.Ф. (1810-е гг.)

Рисунок Э.В. Бинемана (1795-1842). Княгиня Вера Федоровна Вяземская, урожденная Гагарина (1790-1886), дочь Прасковьи Юрьевны Гагариной, рожденной Трубецкой, и Федора Сергеевича Гагарина. Жена П.А. Вяземского. (1820-e)

Брак оказался счастливым и прочным, у Вяземских родились восемь детей, но пережил родителей только сын Павел — остальные сыновья умерли в детстве: Андрей Петрович (1812—1814), Дмитрий Петрович (1814—1817), Николай Петрович (30.4.1818—9.1.1825), Пётр Петрович (28.3.1823—18.04.1823), две дочери - в юности

Бруни А.Ф.  Портрет княжон Прасковьи (1817—1835), Надежды (1822—1840) и Марии Вяземских (1813—1849). (1835)

В молодости участвовал в Отечественной войне с Наполеоном, добровольцем вступил в народное ополчение и принимал участие в Бородинском сражении в чине поручика. На поле боя спас раненого генерала А. Н. Бахметева, за что получил орден Святого Владимира 4-й степени с бантом. По мнению некоторых исследователей, рассказы Вяземского об участии в Бородине были использованы Львом Толстым во время создания «Войны и мира».

В 1813-1817 гг. Вяземский - один из самых перспективных молодых поэтов России. Он активно выступает в самых разных жанрах - от эпиграммы и дружеского послания до басни и сатирических куплетов, вступает в литературное общество "Арзамас", заводит множество дружеских связей в литературных кругах, находится в постоянном личном и творческом контакте с Василием Андреевичем Жуковским, Константином Николаевичем Батюшковым, Василием Львовичем Пушкиным.

К. Рейхель. Портрет П. А. Вяземского (1817)

В 1817 г. друзья выхлопотали Вяземскому служебный перевод в Варшаву в качестве переводчика при императорском комиссаре в Царстве Польском. Там князь присутствовал при открытии первого сейма, переводил речь Александра I, известную своими либеральными обещаниями, и участвовал в составлении Н. Н. Новосильцевым «Государственной уставной грамоты Российской империи». Осуществлял перевод на русский язык франкоязычного проекта конституции П. И. Пешар-Дешана, его редактуру и общую доработку. На первых порах его деятельность ценилась высоко: 28 марта 1819 г. Вяземский получил чин надворного советника, а уже 19 октября того же года — равный полковнику чин коллежского советника, между тем как обычный срок чинопроизводства составлял шесть лет. Неоднократно лично встречался с императором Александром I и обсуждал с ним вопросы, связанные с будущей конституцией.

Вяземский Петр Андреевич (неизв. художник с оригинала И.Е. Вивьена, 1817)

Либеральная атмосфера Варшавы того времени была воспринята легко увлекающимся Вяземским особенно горячо, тем более, что сам он, как представитель когда-то влиятельного древнего рода, тяготился деспотизмом самодержавия, возвышением новоиспечённой аристократии и изолированным положением, в котором находилось старинное родовитое дворянство. В 1818 г. в Варшаве вступил в масонскую ложу Северного Щита, но активного участия в ее деятельности не принимал.

Его переживания этого периода близко совпали с назревшим настроением декабристов. В 1820 г. вступил в Общество добрых помещиков и подписал записку об освобождении крестьян, поданную императору графом М.С.Воронцовым. Однако отказ Алесксандра I от идеи проведения масштабных реформ разочаровал Вяземского. Свои убеждения он демонстративно высказывал в получивших широкую известность стихах («Петербург», «Негодование», «К Кораблю»), частных письмах и беседах. В результате Вяземский был отстранён от службы: 10 апреля 1821 г., когда он находился в отпуске в России, ему запретили возвращаться в Польшу. Оскорбленный князь подал в отставку, отказавшись в том числе и от придворного звания камер-юнкера. Александр I высказал ему неудовольствие, но отставка была принята.

В 1821-1828 гг. Вяземский находился в опале, под тайным надзором, и жил преимущественно в Москве («терем казарменного типа» в Вознесенском переулке, принадлежавший ему в 1821-1844 гг.) и подмосковном имении Остафьево. С конца 1827 года и до осени 1829 года, с перерывами, Вяземский находился в имении родителей жены, селе Мещерском Сердобского уезда Саратовской губернии, ныне Сердобского района Пензенской области. Неоднократно бывал в Пензе, где получал письма от А. С. Пушкина, Д. В. Давыдова. Не будучи сторонником декабристов, воспринял разгром восстания 14 декабря 1825 г. как личную трагедию и резко осудил казнь пятерых участников восстания, трех из которых знал лично. В 1831 г. также осудил Жуковского и Пушкина, опубликовавших оды на разгром Польского восстания 1830-1831 гг. Однако в дальнейшем пересмотрел многие свои оценки: в старости отзывался о декабристах без всякого сочувствия, в 1863 г. в связи с Польским восстанием 1863-64 гг. опубликовал резкую антипольскую брошюру.

Петр Андреевич Вяземский

В творчестве Вяземского 1820-х поэзия заметно отошла на второй план — он увлекся журналистикой, основал популярнейший русский журнал «Московский Телеграф», выступал с острыми критическими статьями и рецензиями, перевел на русский язык роман Бенжамена Констана «Адольф» и «Крымские сонеты» своего близкого друга Адама Мицкевича, планировал написать роман. Именно тогда имя Вяземского входило в первую пятерку популярнейших поэтов России, его неоднократно называли «остроумнейшим русским писателем», его стихотворения становятся народными песнями («Тройка мчится, тройка скачет…»), цитаты — пословицами («И жить торопится, и чувствовать спешит», "квасной патриотизм", «Дедушка Крылов»).

К 1820-м гг. относится близкая дружба Вяземского с Александром Сергеевичем Пушкиным. Они познакомились в Царском Селе в 1816 г. и поддерживали близкие отношения до самой смерти Пушкина (хотя в последние годы несколько отдалились и виделись реже, чем прежде). Пушкин высоко ценил творчество Вяземского, особенно его журнальную прозу, одобрял и поддерживал все его начинания, посвятил ему несколько стихотворений и третье издание поэмы "Бахчисарайский фонтан", неоднократно ставил эпиграфами к своим произведениям цитаты из Вяземского ("Евгений Онегин", "Станционный смотритель"; только из-за ссоры с Федором Толстым Пушкин снял эпиграф из Вяземского к "Кавказскому пленнику"), неоднократно цитировал Вяземского в своем творчестве, ввел его как действующее лицо в «Евгения Онегина». По свидетельству Е. Ф .Розена, Пушкин ввел негласный запрет на критику Вяземского в своем присутствии.

П.А. Вяземский. Рисунок А.С. Пушкина.

В свою очередь Вяземский с восхищением отзывался о творчестве Пушкина, посвятил ему свой перевод романа "Адольф" (1831), выступил издателем поэмы "Бахчисарайский фонтан", испытал сильное и благотворное влияние пушкинской стилистики (некоторые стихи Вяземского - например, "Водопад" (1825) и "Казалось мне: теперь служить могу..." (1828) - были выправлены Пушкиным лично). Однако значение фигуры Пушкина для русской культуры Вяземским вряд ли осознавалось. Так, рассуждая в старости на тему русских гениев, Вяземский пришел к выводу, что таковых было всего трое - Петр I, Ломоносов и Суворов, Пушкин же - "высокое, оригинальное дарование", не более.

Афанасьев Константин Яковлевич. Вяземский Петр Андреевич (1828)

Журналистская деятельность князя и его независимая позиция вызывала неудовольствие правительства. В 1827 г. против Вяземского была развернута настоящая кампания травли — его обвиняли в «развратном поведении» и дурном влиянии на молодежь. На протяжении 1828-29 гг. князь пытался защитить свое честное имя, обратился к Николаю I с «Запиской о князе Вяземском, им самим составленной», в котором откровенно объяснял свою позицию, и одно время даже собирался эмигрировать. Но в итоге Вяземский все-таки вынужден был оставить «Московский Телеграф», просить прощения у императора и после этого был принят на службу чиновником особых поручений при министре финансов. В связи с поступлением на службу в апреле 1830 г. переехал из Москвы в Петербург, а в апреле 1832 г. перевез в столицу семью.

Орест Адамович Кипренский (1782–1836). Вяземский Петр Андреевич (1835)

Дальнейшая служба Вяземского также была связана с Министерством финансов: вице-директор департамента внешней торговли (1833—1846), управляющий Главного Заёмного банка (1846—1853), член совета при министре финансов (1853—1855). Князь постепенно рос в чинах: статский советник (1833), действительный статский советник (1839), получал награды — орден Святой Анны 2-й степени с короной (1837), орден Святого Станислава 1-й степени (1848), неоднократно награждался денежными выплатами и арендой. Впрочем, сам он относился к своей службе с иронией, граничащей с отвращением, и считал себя совершенно неспособным к финансовой деятельности. Временами продолжал вести себя вызывающе: так, c 1831 г. имея придворное звание камергера, в 1838-1849 гг. князь демонстративно не появлялся на придворных церемониях в Зимнем дворце.

П.Ф.Соколов. Портрет князя П.А.Вяземского.(1830-е)

Тем не менее служебная деятельность Вяземского в Министерстве финансов была весьма плодотворной: он написал несколько статей экономического характера, участвовал в разработке русско-английского договора 1843 г., основал библиотеку департамента внешней торговли и многократно управлял департаментом в отсутствие директора, был организатором Второй Всероссийской промышленно-художественной выставки (Москва, 1831). Фактически на протяжении 13 лет внешняя торговая политика России находилась в ведении Вяземского и не возглавил департамент он по чисто формальной причине: так как в структуру ведомства входил Корпус пограничной стражи, директором департамента мог быть только военный.

Вяземский П.А.

В 1830-х годах для Вяземского начинается полоса личных трагедий: смерти детей, многочисленных друзей, среди которых особое положение занимал Пушкин. .

Ф. Бруни.  Княжна Прасковья Петровна Вяземская (21.2.1817—11.3.1835), умерла от чахотки, была похоронена на Римском некатолическом кладбище,

В 1840 г. умерла от туберкулёза в Баден-Бадене дочь Надежда Петровна (1822—1840)

Под влиянием этих трагедий творчество поэта становится все более меланхоличным на грани мрачности, в нем преобладают стихи-воспоминания, в начале 1840-х начинают встречаться религиозные мотивы

Тогда же приходит официальное признание его литературных заслуг — членство в Российской Академии (2 декабря 1839 г.) и Санкт-Петебургской Императорской Академии наук (19 октября 1841 г.)

От активной литературной деятельности Вяземский постепенно отходит. В 1831, 1833 и 1836 гг. он еще планировал издавать собственные журналы и альманахи, активно участвовал в пушкинском журнале "Современник" (еще в 1827 г. Вяземский придумал название журнала и разработал его концепцию, которую сообщил Пушкину), но со смертью Пушкина активность князя в качестве критика и журналиста практически сошла на нет.

С.-Ф. Диц. Вяземский Петр Андреевич (1838)

Параллельно с внутренней эволюцией от либерализма и свободомыслия к консерватизму и глубокой религиозности Вяземский постепенно переставал восприниматься как модный и актуальный писатель, новому поколению читателей его творчество кажется уже устаревшим, критики, в их числе Виссарион Белинский, отзываются о нем с пренебрежением, а порой и с откровенной издевкой. Из критических работ Вяземского этой поры большой резонанс имели «Языков.-Гоголь» и «Взгляд на литературу нашу в десятилетие после смерти Пушкина» (обе — 1847), в которых он подверг новое поколение русской литературы резкому осуждению. Из писателей в это время ему наиболее близки Василий Андреевич Жуковский, Николай Васильевич Гоголь, Федор Иванович Тютчев, Петр Александрович Плетнев. Во время зарубежных путешествий 1835 и 1838-1839 гг. Вяземский свел приятельство также с многим европейскими писателями; наиболее близкие отношения у него возникли со Стендалем, творчество которого князь высоко ценил, также дружил с Адамом Мицкевичем, Шарлем де Сент-Бёвом, неоднократно общался с Шатобрианом, Ламартином, Гюго, Альфредом де Мюссе, Алессандро Мандзони. Начиная с 1840-х гг. Вяземский активно пропагандировал за рубежом русскую литературу и добился в этом заметных успехов.

П.А. Вяземский. Акварель Т. Райта. (1844)

В 1848 г. свет увидела написанная Вяземским еще в 1827-1830 гг. биография русского драматурга Дениса Ивановича Фонвизина — первая русская биография писателя. Она еще в рукописи получила восторженную оценку Пушкина («книга едва ли не самая замечательная с тех пор, как пишут у нас книги»). Однако, пролежав в рукописи 18 лет, биография опоздала к читателю, к тому же была издана крохотным тиражом 600 экземпляров.

В марте 1848 г. Вяземский попытался обратить на себя внимание Николая I запиской о цензуре, где предлагал коренным образом реформировать русскую цензуру и доверить руководство ей честному и образованному человеку. По следам этой записки в России был создан так называемый Бутурлинский комитет, однако на служебном положении самого князя это никак не отразилось. В 1850 г., после смерти седьмого ребенка - 36-летней дочери Марии, он предпринял паломничество в Иерусалим ко Гробу Господню, а с начала 1850-х лечился от тяжелого приступа нервной болезни в Европе.

Графиня Мария Петровна Валуева, ур. Вяземская (1813—1849), дочь поэта П.А.Вяземского.Мария Петровна (1813—1849), с 1836 года была первой женой П.А.Валуева (1815—1890), впоследствии графа и министра внутренних дел; умерла от холеры. По воспоминаниям князя А.М.Мещерского «она была замечательно миловидна, свежа, стройна и умственно развита, её портил только курносый носик, полученный ею по наследству от отца. Вследствие этого недостатка, в свете, где она считалась в числе львиц, её прозвали миловидной дурнушкой... Я не менее других её поклонников находился под влиянием её оригинальной красоты и чарующих голубых глаз». По свидетельству А.О.Смирновой, П.А.Валуев «имел церемониймейстерские приемы, жил игрой, потому что ни жена, ни он не имели состояния»

На Крымскую войну отреагировал циклом ярких патриотических стихотворений, которые широко публиковались в России и были переведены на несколько европейских языков, и написанной по-французски книгой политической публицистики «Письма русского ветерана 1812 года о Восточном вопросе, опубликованные князем Остафьевским» (1854-55), которая была издана в Бельгии, Швейцарии и Пруссии (русский перевод сделан в 1883 г. Петром Ивановичем Бартеневым).

В.Васнецов. П.А. Вяземский

После воцарения Александра II, который всегда относился к князю с большим уважением и симпатией, Вяземский 22 июня 1855 г. вернулся из Швейцарии в Россию и получил пост товарища министра народного просвещения при министре Аврааме Сергеевиче Норове, а в декабре 1856— марте 1858 одновременно возглавлял Главное управление цензуры, руководил подготовкой цензурной реформы. В конце 1850-х гг. он пользовался немалым влиянием при дворе, был одним из любимых приближенных императрицы Марии Александровны, посвятил немало стихотворений ей и другим членам правящего дома (в том числе в 1868 г. написал стихи на рождение будущего императора Николая II). 31 августа 1855 г. стал тайным советником, 25 декабра 1855 г. — сенатором, 3 марта 1861 г. - гофмейстером Двора Его Императорского Величества, 28 октября 1866 г. — членом Государственного совета и обер-шенком Двора Его Императорского Величества. В 1861 г. в Петербурге было торжественно отпраздновано 50-летие литературной деятельности поэта.

Вяземский Петр Андреевич (Е.Р. Рейтерн (?), 1853)

Тем не менее активная служебная деятельность Вяземского завершилась в марте 1858 г. Он ушел в отставку сам, заявив, что предпочитает бороться с цензурой как писатель, а не как ее начальник. Деятельность князя на посту главы русской цензуры вызывала полярные оценки — от литераторов старшего поколения он слышал похвалы, от «революционных демократов», в том числе Александра Герцена — грубую ругань в свой адрес. После ухода в отставку сохранил влияние при дворе.

Вяземский П.А. (галерея русских писателей фотографа Левицкого С.Л., 1857)

Еще в конце 1810-х гг. Вяземский начал страдать нервной болезнью, со временем усугубившейся (современный исследователь Л.А.Юферев ставит князю диагноз "рекуррентное депрессивное расстройство"). Болезнь сопровождалась тяжелыми приступами депрессии и мучительной бессонницей, от которой Вяземский безуспешно лечился с помощью хлоралгидрата; эти образы стали одними из главных в поздней лирике поэта. С конца 1850-х гг. преимущественно жил в Европе (Германия, Австрия, Италия, Франция, Швейцария). Посвятил множество стихотворений европейским городам - Венеции, Берлину, Виченце, Вероне, Женеве, Флоренции, Дрездену, Праге, Карлсбаду, Ницце, Веве и т.д. Регулярно бывал и в России, главным образом в Москве, Петербурге и его дворцовых пригородах. В 1866 г. стал основателем и первым председателем Русского исторического общества (переизбран председателем 22 марта 1871 г.) В июле-августе 1867 г. в свите императрицы совершил большое путешествие по Крыму и Молдавии, после чего написал большой цикл стихотворений "Крымские фотографии 1867 года". Регулярно публиковал в журнале «Русский Архив» выдержки из своих записныx книжек, которые с перерывами вел с 1810-х гг., и мемуарные статьи, в том числе резко полемическую «Воспоминание о 1812 годе», направленную против искажения истории в «Войне и мире» Льва Толстого. О русской литературе 1850-1870-х годов Вяземский отзывался по преимуществу отрицательно - так, его возмущали произведения Александра Островского и Николая Некрасова. С оговорками он принимал творчество Ивана Тургенева, Алексея Писемского, Александра Гончарова, Алексея Толстого, Аполлона Майкова.

Фотография П. А. Вяземского (1860)

На протяжении 1850-1870-х гг. Вяземский продолжал писать многочисленные стихи в разных жанрах: от политического памфлета и эпиграммы до стихов-посвящений умершим друзьям и придворных од. В начале октября 1862 г. в Москве тиражом 1186 экземпляров вышел первый и единственный прижизненный сборник Вяземского "В дороге и дома", включавший 289 стихотворений и имевший очень скромный успех: за два года было продано около 500 книг. В 1850-1860-х годах активно публиковался в российской прессе, начиная с 1870-х годов практически перестал печататься. В поздней лирике развивал ранние темы и мотивы собственной поэзии, пытался модернизировать эстетику классической русской поэзии XIX в., приспособить ее к требованиям нового времени. Начиная с 1850-х гг. испытывал влияние со стороны одного из своих ближайших младших друзей - Федора Ивановича Тютчева; поэты посвятили друг другу ряд стихотворений.

Вяземский Петр Андреевич (князь, в старости)

Тем не менее современники не оценили позднее творчество Вяземского - его стихи стали предметом многочисленных пародий (в их числе Василия Курочкина и Дмитрия Минаева), насмешек и воспринимались многими как безнадежно архаичные. Последняя большая публикация Вяземского в России (20 стихотворений) состоялась в апреле 1874 г.

Петр Андреевич Вяземский и его сын Павел Петрович

С 1873 г. преимущественно жил на водах в Хомбурге, где работал над подготовкой 12-томного Полного собрания сочинений и "постскриптумами" к старым статьям. Физическое и психическое состояние старого князя постепенно ухудшалось. 10 ноября 1878 г. он скончался на 87-м году жизни «от старческой слабости» в отеле «Beausejour» одного из своих любимых европейских курортов — Баден-Баден, которому князь посвятил множество стихотворений, в том числе «Уж если умереть мне на чужбине, так лучше здесь, в виду родных могил…» (в этом же городе скончались 2 его близких друга, дочь, внук, а впоследствии и жена). Тело покойного перевезли в Россию. 13 ноября 1878 г., после панихиды в Казанском соборе, состоялись похороны на Тихвинском кладбище Александро-Невской лавры Санкт-Петербурга. На погребении присутствовали немногочисленные представители столичной интеллигенции - Тертий Иванович Филиппов, Григорий Петрович Данилевский, Яков Карлович Грот, Михаил Иванович Сухомлинов. Смерть поэта прошла на родине практически незамеченной.

надгробный памятник на Тихвинском кладбище Александро-Невской лавры

Сын поэта, Павел Петрович Вяземский (1820—1888), cтал известным историком.

Орлов Пимен Никитич (1812–1865) Портрет Марии Аркадьевны Бек, ур.Столыпина (1819-1889), во втором браке Вяземская (1839, Государственная Третьяковская галерея, Москва ) Женой князя П. П. Вяземского была Мария Аркадьевна Столыпина (1-м браком за поэтом Иваном Александровичем Беком), двоюродная тётка М. Ю. Лермонтова, сестра его друга «Монго», дочь А. А. Столыпина, внучка адмирала Мордвинова. У них были две дочери — Екатерина и Александра. Старшая, графиня Екатерина Павловна (1849-1929) - фрейлина, благотворительница, историк, унаследовавшая родовое гнездо Остафьево, вышла замуж за графа Сергея Дмитриевича Шереметева. Младшая была за министром внутренних дел Сипягиным. Единственный сын князя - Петр Павлович (1854-1931) - в молодости участвовал в русско-турецкой войне 1877-78 гг., дослужился до чина генерал-майора, после революции эмигрировал во Францию, умер и похоронен в Ментоне. На нем эта ветвь рода Вяземских угасла.

правнук, граф Павел Сергеевич Шереметев (1871-1943) - хранитель Остафьевского музея после революции.

Ссылки:

http://ostafyevomuseum.ru/

http://www.rulex.ru/rpg/persons/166/166690.htm

http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%92%D1%8F%D0%B7%D0...%D0%B5%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87

Серия сообщений "Россия":
Часть 1 - К 130-летию Александра Блока
Часть 2 - Страсти по Огареву
...
Часть 13 - "Свиньин неугомонный!..."
Часть 14 - Анатолий Борисович Мариенгоф - “единственный денди Республики"
Часть 15 - "Щастливый Вяземский!"
Часть 16 - Константин Эдуардович Циолковский
Часть 17 - Черты из жизни Д.Н. Мамина-Сибиряка
...
Часть 29 - Воспоминания княгини С.В. Мещерской (часть 1)
Часть 30 - Воспоминания княгини С.В. Мещерской (часть 2)
Часть 31 - О портрете А.А.Грузинской работы С.К.Зарянко