Сейчас женственность возвращается. О ней много говорят. И если раньше за подобные речи можно было получить всеобщее осуждение, то сейчас многие соглашаются. С каждым годом все больше женщин идут на женские тренинги и семинары, стараются узнать об этом побольше и поглубже.

Но все-таки есть и некая сила, которая сопротивляется этому движению. Есть те, кому такие перемены не по нраву. Те, которые называют все это пренебрежительно «Домостроем», а женственных женщин – «дурами».

Именно они рассказывают о том, что женственность – это глупость, инфантильность, серость. Что это никому не нужно и не важно. Что это немодно, что это недальновидно, рискованно, опять же глупо. Они же набрасываются на всех, кто начинает этот путь. И многих неокрепших в своем стремлении они способны спугнуть, затащить обратно. В серое болото, где нет не только женственности, но нет еще и любви, тепла, заботы.

Там не растут цветы и не щебечут птицы. В этом мире нет места таким «странным и ненужным» атавизмам. Это технократичный мир, где каждый сам за себя. В нем много машин, устройств, внешнего лоска. Но нет теплоты, взаимопомощи и поддержки, самой энергии жизни. Где отношения носят формальный характер, и внешне кажутся красивыми. Но в глубине – пустота.

Кто же эти люди, которые боятся перемен?

1. Снежные Королевы.

А точнее женщины с закрытыми сердцами. Которые очень боятся, что их ледяной мир рухнет. Придут тут всякие, теплые и светлые, — и все коту под хвост! Не будет ли дворца, изо льдов срубленного, ни привычного холода. А вдруг еще и сердце растопят? Там же столько всякого ужаса намертво законсервировано! Чтобы никто и никогда не добрался, не раскопал, не причинил снова боль этим самым прошлым.

Когда-то меня это поразило, что самые яростные противницы – это женщины. Они не могут равнодушно пройти мимо, они сразу бросаются в бой. Даже если их напрямую никто не трогал и не спрашивал. Они невероятно жестоки в этой странной борьбе. Борьбе против собственной природы.

Но когда я понимаю, что на самом деле ими движет страх, мне становится понятнее и проще. Страшно, что их такой упорядоченный уже мир рухнет. Ну и что, что он построен из глыб льда. Это не так важно. Какая разница из чего? Главное, что все уже понятно, привычно, знаешь, что где лежит. Уже приспособилась. Страшно, что этим жутким вирусом заразится кто-то из близких – и тогда вообще непонятно как с этим бороться. А вдруг дочь в свои восемнадцать откажется от института и престижной специальности ради замужества и рождения детей? Вдруг в своей жизни она станет «всего лишь» женой и матерью? Для них это и правда ужас ужасный.

Страшно, что однажды и их сердце поддастся всеобщему безумию и начнет таять. А что скрыто в нем? Какие ужасы? Какая грязь? Пока оно ледяное – оно хотя бы выглядит красиво и ведет себя тихо. А что потом? Научится любить? Вспомнит, что такое боль? Всплывут все обиды и травмы? А что с этим потом делать? Куда бежать?

Страшнее всего, если жизнь прожита зря и не так. На свои книги я получаю разные отзывы. И много женщин возраста моей мамы писали мне о той боли, которую они испытали при чтении. О том, что можно было воспитывать детей иначе. О том, что можно было стремиться к другим целям и ценностям. Что можно было сохранить семью. Вырастить своих детей, не разрушив с ними отношения. Что вообще можно было родить больше детей. И можно было не работать с утра до ночи. Это самые тяжелые отзывы, но для меня самые важные. Значит, книга трогает. Значит, она доходит до сердца даже под коркой льда.

Поэтому они против. Они яростно против. Чтобы это безумие не распространялось. Чтобы не рушился их мир, чтобы никто не трогал их болевые точки. И во имя спасения своего Снежного королевства – они и воюют. Они умеют воевать, им это искусство хорошо знакомо. Они не всегда воюют по правилам – чаще всего накидываясь на безоружных. Или на тех, чье сердце начало открываться и вера еще не окрепла. Тогда эту женщину можно очень больно ударить. И может быть, она испугается и забудет снова о том, что она женщина. Они беспощадны – «для вашего же блага». Они жестоки – как хирурги, которые вырезают все

«лишнее». Они агрессивны, нападают первыми. От них не так просто отделаться – если они почувствуют в вас сомнение, будут бить до последнего. Приведут много аргументов, перелопатят кучу литературы. Чтобы объяснить вашему мозгу, что сердце ошибается. И это сердце нужно немедленно заткнуть, пока оно делов не натворило.

Не надо их бояться. Какой смысл бояться тех, кто сам боится того, что видит в вас? Не надо с ними связываться и ввязываться в дискуссии. Просто продолжайте идти вперед. Вам в другую сторону. Хотя я знаю, что это может быть и больно, и тяжело. Но если вы остановитесь ради них – вы потеряете время, силы, нервы. Даже если это ваши близкие – идите дальше в своем развитии. Вполне возможно, они тоже придут к этому. Потом, уже сами. Когда терпеть и прятать боль будет уже невозможно. Тогда захочется освободиться от всего, что мешает. Ото льда, от грязи в сердце. И может быть, ваш пример станет для них путеводной звездой. Кто знает.

2. Мальчик Кай

Есть и другая категория тех, кто против. Это те слабые мужчины, которые привыкли быть рядом со Снежными Королевами. Которые привыкли, что женщина может все сама. Не нужно напрягаться. Можно ничего не делать, сидеть на диване, пить пиво. Можно даже не работать.

Их даже нельзя назвать мужчинами, потому что они не несут никакой ответственности. Даже за себя. Они словно сыновья своих жен. Маленькие мальчики, которых никто не научил быть мужчинами.

И они тоже против. Они против того, что их удобный мир рухнет, тогда им придется что-то делать. Им придется встать с дивана, начать что-то делать. И тоже столкнуться с болью. Болью своей несостоятельности, никчемности, ничтожности. Им придется брать ответственность, иначе рядом с ними не будет никого. Им придется принимать решения, учиться быть аскетичными. Взрослеть. Тренировать свое тело, дух и душу – до мозолей, пота и крови.

Они уже не смогут жить так удобно, как сейчас. Но кто их может научить жить иначе? Кто может рассказать им об истинной мужественности? Кто их может научить всему этому? Если отцов у них не было и нет? Или отец был физически, но ничего не смог дать? Если нет культуры передачи этого знания? Если это знание было утрачено, и если о женственности уже говорят много, то о мужественности молчат? Если между мужчинами не приняты доверительные отношения, обучение друг друга? Если мужчины друг с другом только конкурируют, но никогда не поддерживают, не наставляют? Если женщины за всю их жизнь никогда не давали им даже попробовать подержать штурвал в руках, а только упрекали и делали все сами?

Представьте, как им непросто. Насколько им страшно. Они не только не знают, как потом жить, но и не понимают, зачем. И если рядом с ними женщина раскрывает женскую силу – у них остаётся два выбора. Измениться. А значит прыгнуть в обрыв и на ходу сделать парашют. Или остаться таким же, и уйти. И каждый делает этот выбор сам.

3. Королевство кривых зеркал.

Не поверите, но нашему миру тоже не особо нужна женственность. Государствам неинтересно, чтобы женщины рожали детей и сидели дома. Чтобы люди помогали друг другу. Если возродится культура семей, никому не нужны будут пенсионные фонды, потому что лучшая гарантия старости – это вера в Бога и крепкие отношения с детьми.

Если семьи научатся строить отношения друг с другом, уже будет нестрашно жить всем одним домом. И даже удобно. Когда у ребенка не только мама, а еще и бабушка, и тетя. И все рядом. Тогда люди перестанут так горбатиться ради жилья и брать ипотеку.

Если люди возродят традиции, им не нужны будут города, они захотят жить на земле. Там же будут строить сами свои дома, поселения. Начнут сами кормить себя, выращивать продукты. Никому не нужны будут все эти ГМО и прочие химикаты.

Столько странных и никому не нужных образований могут просто умереть от того, что люди начнут жить другой жизнью. Прививки, химические лекарства, ипотечные кредиты, телевизоры, кабельные каналы, презервативы в случайных половых связях, венерические болезни, аборты… Сколько всего может вдруг исчезнуть, если женщина начнет заниматься своим делом. Женским делом.

Если мы сами будем воспитывать своих детей, а не сдавать их учреждения с тысячей ненужных предметов. Если мы сами будем готовить еду с любовью вместо того, чтобы покупать всякие полуфабрикаты. Если мы сами будем рожать детей – вместо того, чтобы делать из естественного процесса сложный случай болезни с операциями и кучей исследований. Если мы перестанем открывать свои тела и научимся быть целомудренными – и в уме, и телом. Если мы будем помогать друг другу, поддерживать друг друга.

Слишком многим это невыгодно. Слишком многие в этом движении к нравственности, к корням могут остаться не у дел.

Но это не повод нам останавливаться или идти на попятную. Пусть мир не изменится в одночасье. Но мы можем изменить свою часть этого мира. То, где мы живем и как. Кто нас при этом окружает. Какие у нас отношения. Как мы при этом себя чувствуем. Какая у нас культура и какие традиции. Как мы живем и для чего.

И может быть, наш пример станет вдохновляющим для кого-то. Кто просто наблюдает со стороны. Или даже для того, кто сейчас по другую сторону баррикад. Они ведь тоже имеют право быть против. Они имеют право хотеть, чтобы их мир остался таким, как сейчас. Давайте дадим им такое право, занимаясь своей жизнью и принимая выбор других.

Потому что настоящая женственность – это всегда принятие. Принятие окружающих и того, какой выбор они делают в этой странной войне против женственности. Наш путь – ненасилие. Не сопротивление. И помните, что именно так Ганди освободил Индию от английского господства. Без насилия и без войны. У него получилось. И у нас получится.

Главное – сделать свой личный выбор. И идти вперед, не смотря по сторонам и не прислушиваясь к критике. Идти вперед, по-женски меняя мир. Хотя бы вокруг себя.

Ольга Валяева