26.02.13г


1.

Страницы 110 -127.

Давида не было дома десять дней. Нам, читателям, понятны переживания, которые испытывает несчастная женщина. Тревога матери проявляется даже в том, что в каждой заметке из газетных криминальных хроник она видит имя своего сына — она-то уже знает, что наркомания и преступность всегда рядом..

Лен и Симон ищут друг в друге поддержки, ожидают эту поддержку, забывая или не желая поддерживать другого: «Вероятно, мы оба испытали один и тот же страх, одни и те же муки. И оба мы были не в состоянии нести свое горе вместе».

Весьма важным событием явилось возвращение Давида домой. Это случилось после его телефонного звонка из Амстердама. Но вернуться домой возможно было только после уплаты долга за употребленные Давидом наркотики. Бросишиеся за блудным сыном родители не имели с собой такой cуммы. Давида отпускают, пригрозив, что в случае неуплаты в ближайшее время этого долга семья очень и очень пожалеет об этом..

Тяжелый оказался для всей семьи период первых дней после возвращения Давида в семью. Оказалось, что помимо стимуляторов и всяких иных «легких» наркотиков, Давида в одном из наркоманских притонов усиленно «угощали» в долг ЛСД. Давиду очень плохо, он рассказывает о действиях наркотиков, говорит о том, что видел себя мёртвым, что действие ЛСД привело его к ужасным страхам и ломке, из-за которых он теперь не может спать. Весьма знаковы эти его слова: «Я видел дьявола, а может, сам был им, с этими чудовищными страхами».

Очень горько и страшно читать и эти строки: «Он засыпал ,потом впадал в совершенную панику, отталкивал нас от себя, ходил по комнате, разговаривал сам с собой, садился перед нами, дрожащий, весь в поту, и без конца кричал: «Мама, мама, я умер...»


2.

Автор весьма подробно дает описание состояния литературного героя-наркомана, а также чувств и мыслей матери. Даже сны Лен являются отражением того, что происходит с ее сыном (и здесь вспоминается то, что рассказал гипнотизер, когда Давид был ещё совсем маленьким):


3.

«Гул самолетов, воздушная тревога, как в кино, кто-то на бегу потащил меня за собой, длинный темный коридор, в котором мы спрятались. Но я была уже не я, я стала Давидом. Я становилась все меньше, одиночество наваливалось на меня...».

Так как семья видит, что исправить ситуацию не в силах, приглашают к Давиду врачей, которые советуют показать Давида психиатру.

В эти же страшные дни у матери и отца подростка начинают вымогать деньги.

(Смирнова О.Н.)