Однажды на продажу поневоле,
Художник вынес в холод полотно,
И каждый человек себе был волен
Взглянуть глазком хотя бы на него.

А с полотна нагая незнакомка
В отчаянии смотрела на людей,
Когда подшучивали слишком громко
Студенты относительно грудей.

Не мог предвидеть казус сей художник,
Открыв свой холст с красавицей нагой,
Уж, право, лучше бы какой сапожник
Развесил обувь для толпы хромой!

Как справиться с возникнувшей досадой?
Как деве защитить достойно честь?
Она могла кому-то стать наградой,
В ком истинное благородство есть!

Она смотрела из другого мира,
Где красота, изящество и свет,
Где каждый может сделаться кумиром,
Не зная в своей жизни горьких бед.

Но вдруг с её ресниц упали слёзы,
Она с улыбкой подняла глаза...
Людей испуганных застыли позы,
Когда сверкнули с громом небеса.

Услышав в небе грома голос Божий,
Художник понял: "Это неспроста!.."
Но было поздно, образ нежный ожил
И вдруг сошёл с висевшего холста...

Босые ножки обнажённой девы
На снег ступая, оставляли след,
И женщина какая-то несмело
На плечи ей накинула свой плед.

Ушла красавица из мира грешных,
Услышал с неба Бог её мольбу!
И по подошве ног, до боли нежных,
Дорога лишь прочла её судьбу.

Художник гладил холст осиротевший,
Который белым стал, как будто мел,
И в горести ушёл весь поседевший,
Но жаловаться Богу не посмел...

(интернет)

Ты слышишь? Это осень бьется в стекла
Непрекращающимся злым дождём.
Моя душа опять насквозь промокла.
Мы высушим с тобой её вдвоем...

Осень. Обсыпается весь наш бедный сад,
Листья пожелтелые по ветру летят;
Лишь вдали красуются, там на дне долин,
Кисти ярко-красные вянущих рябин.

Л.Толстой

Блузки кружевные,
Белые рубашки,
Лица озорные –
Это первоклашки!
****
В школу вереницей
Все несут букеты:
– Мы идем учиться,
До свидания, лето!

(Л. Левина)