Роман и Александра

Перед войной.

 

Всматриваюсь. Уже пятое десятилетие всматриваюсь. Как будто там,  в глубине столетий, глаз, душ, - прячется разгадка. Это не праздное любопытство,  -  это про то, откуда родом одиночество…

Еще лет тридцать назад  в Могилевской области, близ Глуска, было несколько деревень  Мартиновичей:  Ключ, Барбарово,  Малиново, Бояново…   Три-четыре  сотни «душ» с этой фамилией.… И дед мой, и бабушка были   Мартиновичами в нескольких коленах – и достоверно не родственниками.

Мой прадед Тимофей, бабушкин отец, рассказывал,  что это были мартыны (рабочие руки сталеплавильного производство на Урале), проигранные тамошним владельцем в карты.  В нем  самом была и казахская кровь – отсюда бабушкины широкие скулы, пухлые губы и едва заметная роскосинка  черных глаз; отсюда характерное «степное» веко отцовских.

Есенинские глаза деда Романа к концу жизни поблекнут, обесцветятся, уголки чувственных губ исказятся перенесенным в годы войны, - он будет молчалив, как, впрочем,   все  Мартиновичи  нашей линии  и  большую часть своих  довоенных, военных  и послевоенных тайн унесет с собой…