В городе Сергиев Посад при Московской духовной академии есть Церковный археологический кабинет. Подобные кабинеты существуют во всех православных высших учебных заведениях, но Сергиево-Посадский — самый крупный. Он основан более 125 лет назад, а затем возрожден в 1950 году. Фактически это культурно-исторический музей с большим количеством залов и богатейшей коллекцией. Здесь хранятся замечательные собрания икон и картин, утвари и шитья, медалей и монет, скульптуры, резьбы по дереву, камню, кости и перламутру и, конечно, книги: рукописные и печатные. В залах можно увидеть картины, написанные известнейшими русскими художниками: Виктором Васнецовым, Павлом Кориным, Владимиром Маковским, Михаилом Нестеровым, Василием Поленовым и Василием Суриковым. Много и талантливых, самобытных произведений неизвестных художников.

В одном из залов археологического кабинета в простой раме под стеклом висит старинная гравюра с изображением Господа Иисуса Христа в терновом венце. Надпись на гравюре привлекает необычным сочетанием слов: "ЕДИНЫЙ ЕДИНОЮ ЧЕРТОЮ". Приглядевшись внимательнее, вы поймете, в чем суть: портрет сделан одной спиралевидной линией, начинающейся от центра гравюры и постепенно раскручивающейся до ее краев. С расстояния двух-трех метров, на котором обычно находятся зрители, гравюра больше похожа на рисунок. Качество исполнения поражает. Невольно возникает вопрос: как автору удалось одной линией создать мягкие переходы света и тени, изобразить все оттенки от бледно-серого до черного, написать неповторимый лик с выразительным, печальным, проникающим в душу взглядом.

Обычно при гравировании разнообразие оттенков достигается штриховкой. Мастер наносит резцом линии той или иной толщины, меняет расстояние между ними, использует перекрестную штриховку и в результате добивается различной насыщенности цвета. На гравюре из археологического кабинета через увеличительное стекло можно рассмотреть: художник получал полутона, изменяя толщину линии спирали. Она выполнена не механически, по циркулю, а рукой творца, использующего изгибы линий для увеличения выразительности образа. Конечно, этим художник колоссально затруднил себе работу по сравнению с известными приемами. Но в результате получилось не схематичное изображение, а живой лик.

На гравюре отсутствует имя автора, но есть сведения о месте и времени ее изготовления. Она отпечатана в литографической мастерской Московского университета, разрешение цензора получено 29 ноября 1838 года. В то время в Москве было не так уж много умелых мастеров. Поэтому у искусствоведов есть заманчивая задача сравнить известные гравюры того времени с данной работой и найти в них общую руку одного художника. Будем надеяться, что кто-нибудь возьмется за разгадку авторства уникальной работы.





Отсутствие подписи на гравюре можно объяснить тем, что она скопирована с более ранней известной работы. Мастер не считал себя вправе ставить собственное имя на гравюре, у которой есть прототип. Дело в том, что первый образ Спасителя, вычерченный одной непрерывной линией, выполнил еще в 1649 году знаменитый французский художник и гравер Клод Меллан. Он родился на севере Франции в 1598 году, а умер в Париже, прожив девяносто лет. Меллан прославился и как живописец-портретист, и как гравер. В мировых энциклопедиях, например в английской "Encyclopaedia Britannica", о Меллане есть статья с перечислением прославивших его имя картин. Но если вы возьмете энциклопедические словари, в которых самым знаменитым людям отводится всего несколько строк, в заметке о художнике Меллане будет упомянута лишь одна работа: "Плат Святой Верoники", на которой образ Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа выполнен спиральной линией переменной толщины. В нижней части Меллан поместил надпись на латыни: "FORMATUR UNICUS UNA" (выполнен как никакой другой) и ниже: "NON ALTER" (неповторим).

Для современников Меллана и в последующие века осталось загадкой, как он сумел сделать это. Среди знатоков гравюр и специалистов непререкаемым авторитетом до сих пор пользуется книга Пауля Кристеллера "История европейской гравюры XV-XVIII века" (русский перевод издан в Ленинграде в 1939 году). Рассказывая о Меллане и его знаменитой гравюре, автор пишет: "Меллан пренебрегает перекрестной штриховкой и моделирует только ординарными рядами более или менее параллельных линий, которые следуют формам и утолщаются в тенях". И далее: "Меллан не имел последователей своей совершенно своеобразной и личной техники". Итак, Кристеллер пишет, что спираль на гравюре Меллана имеет различную толщину, и сообщает, что никто не брался повторить его способ гравирования.

То, что автор монографии не знал о существовании русской копии гравюры Меллана, понять можно. Как нередко бывает в западных источниках, у Кристеллера вообще нет ни слова о русской традиции, хотя название книги — "История европейской гравюры XV-XVIII века" — к этому его обязывало.





Еще до Кристеллера, а после его труда тем более, во всем мире утвердилось мнение, что своеобразие Клода Меллана заключалось в умении изменять толщину борозды, которую резец оставлял на медной доске. Любой мастер понимал, насколько это сложная работа. Однако западноевропейские художники все же предпринимали попытки копировать технику Клода Меллана, о чем есть упоминания в справочной литературе, но о русских копиях там ничего не говорится.

Гравюра, хранящаяся в Церковном археологическом кабинете Московской духовной академии, — редкий экземпляр и отличается от французской тремя особенностями:

- надпись сделана по-русски: "Единый единою чертою";

- нимб с косым крестом вокруг головы, не традиционный для православной иконографии, заменен на чистый;

- изображение зеркально по отношению к французскому оригиналу.

Внесенные изменения нетрудно объяснить, в том числе и зеркальность: отпечаток на бумаге, получаемый с гравировальной доски, всегда зеркален по отношению к рисунку на доске. Русский художник сделал доску, копируя изображение с бумажной гравюры, поэтому его отпечатки зеркальны относительно французского оттиска: левая часть лица стала правой и наоборот.

Еще одно отличие состоит в том, что художники применяли различные техники. Французская гравюра — резцовая, а русская — офорт.





При изготовлении резцовой гравюры мастер берет металлическую пластину (в нашем случае — медную) и, после проковки и полировки поверхности до зеркального блеска, покрывает ее слоем копоти. Затем мелом или иглой он наносит рисунок и по его контурам выбирает металл специальными резцами. Рука гравера с инструментом, как правило, двигается мало: перемещается пластина, которая лежит на специальной подушке. После того как изображение вырезано, пластину набивают краской с помощью тампона. С плоской поверхности краску удаляют таким образом, что она остается лишь в углублениях-бороздках. Затем на пластину кладут лист особым образом подготовленной бумаги. Саму печать выполняют на специальном станке с круглыми валами, между которыми проходят медная пластина и лист бумаги. В результате получается оттиск — то, что мы и называем гравюрой.





В офорте механическое воздействие заменяется химическим. Перед работой металлическую доску покрывают слоем кислотоупорного лака. Художник наносит рисунок специальной офортной иглой, удаляя лак в линиях рисунка до металла. Далее следует травление кислотой, которое может проходить в несколько этапов, что необходимо для получения нужной глубины тона. Затем доску промывают, удаляя кислоту и лак. Процесс подготовки и последующей печати проходит точно так же, как и в резцовой гравюре.

Образ Христа Спасителя на русской и французской гравюрах, о которых шла речь выше, в православной иконографии и западном искусстве называется "Плат Святой Верoники". История образа связана с известным церковным преданием: когда Господа Иисуса Христа вели от тюрьмы к месту казни — на Голгофу, некая женщина по имени Верoника подала ему платок, которым он вытер пот и кровь с лица. При этом на ткани чудодейственно отпечатались лик Спасителя и терновый венец.