Глядя на эти полотна, невольно думаешь, что человек, создавший подобное чудо, держал не только кисти в руках, но и само сердце океана.

Работы Рэна Орнера (Ran Ortner) – это огромные холсты до восьми футов в высоту и тридцати футов в ширину.
 Зрители, оказавшись наедине с этими картинами, как правило, переживают сильное эмоциональное потрясение. И это неудивительно, ведь реалистичность изображения столь велика, что у многих создаётся иллюзия шума океанического прибоя, крика чаек и, даже запаха моря.

Впервые с океаном Рэн познакомился в раннем детстве. Его отец – странствующий проповедник, призывающий жить за пределами общества, увёз свою семью из окрестностей Сан-Франциско в далекий посёлок на Аляске и поселил жену и пятилетнего ребёнка в маленькой избушке на краю света.

Холодный климат Аляски не нравился даже отцу Рэна, что уж говорить о детях и жене. На три-четыре зимних месяца ежегодно он забирал детей из школы для того, чтобы совершить с ними путешествие вдоль побережья на юг на собственном одномоторном самолёте Cessna. Чуть позже они всей семьёй переезжают в Южную Америку. Именно там, в Эквадоре, юный Рэн увлекается серфингом и мотокроссами.

Но карьера мотогонщика резко оборвалась: очередные соревнования на мотоциклах стали последними в жизни Рэна – он получает страшную травму и навсегда прощается со всеми видами спорта, кроме серфинга, отказаться от которого он так и не смог, несмотря на предписания врачей.
 «Живопись стала моей матерью. Я понял, что картины всё же немного безопаснее, чем мотогонки», - шутит художник.

Вместо титановых белил, которые обычно используют современные художники, Ортнер берёт старомодные свинцовые белила, обладающие превосходной прозрачностью. Он изготавливает их сам, используя окись свинца и масло грецкого ореха, нагревая смесь на медленном огне в течение трех дней.

 "Вы знаете, что свинец - мощный нейротоксин?" – поинтересовался как-то журналист, которому повезло своими глазами увидеть творческий процесс в мастерской Орнера. "Да, не ешьте его", - ответил Рэн.

Большинство других красок - серую, синюю, зеленую и прочие - Орнер тоже изготавливает сам, по старинным рецептам, из минералов в сочетании с маслом льна, мака, или грецкого ореха. Но более всего в работе он использует всевозможные оттенки серого.

Работа в студии и серфинг, во время которого он может соприкоснуться с водной стихией, дыханием и ритмом огромного невидимого сердца океана – это и есть вся жизнь Орнера. Он стал непреклонным атеистом, а полки в его аскетичном доме отшельника прогибаются от книг по философии, психологии, физике и искусству. Он признаёт лишь таинство сотворения в творческом процессе, а всё прочее отметает без сожаления.

«Люди часто отождествляют себя с горами или океаном. Я вырос на Аляске, где с одной стороны были горы, а с другой вода. И куда бы ты ни шёл – ты приходил к океану. В некотором смысле горы и океаны схожи. Горы возникают при столкновении тектонических плит, а затем разрушаются и осыпаются вниз, подобно тому, как волны поднимаются вверх, а затем крошатся на брызги. Они просто делают это с разной скоростью...

Волны поднимаются и опускаются синхронно с биением моего сердца и ритмом моего дыхания. В океане я вижу столкновение жизни и смерти: в подъёме каждой волны есть жизнь, отстаивание себя, а в опускании волн я вижу смерть. Эти высшие и низшие точки движения являются частью одного бесконечного танца. Вы действительно чувствуете, стон океана, оплакивающего каждую волну, и в то же время видите щедрость его, потому что волны возникают снова и снова.

Вся суть жизни – там, в море. Есть бури и темные глубины. Не шутите с океаном. Он может избить вас и перемолоть все ваши кости. Он может быть невероятно жестокими. И тем не менее, он может быть светлым, прозрачным и нежным. Он исцеляет раны нашего тела и души. Это своеобразное отражение нашей собственной человеческой природы. Мы так жестоки, порой, так ужасны, и все же у нас есть потенциал для неизбывной нежности, необыкновенного тепла, эмпатии сострадания и безграничной щедрости»
 (перевод редакции 13doors.ru).

В 1990 году Рэн Орнер переехал в Нью-Йорк, где живет до сих пор. Он всё так же не может жить без океана. А тот, в знак благодарности, позволяет художнику иногда послушать ритм и подержать в руках огромное противоречивое сердце...

Некогда океан принадлежал только богу.
Но вскоре
Его присвоили отважные первопроходцы,
благодаря морякам простор океана
Стал достоянием звезд и нашей планеты.
Набегают волны-виденья огромного мира.
Океан теперь принадлежит юным.
Некогда океан принадлежал Нептуну.
Некогда океан принадлежал одиноким пиратам.
Но никогда ни одна страна не владела
Всей громадой бескрайнего океана.
Океан никогда не принадлежал трусам,
Что страшатся призраков пораженья...

Сюнтаро Таникава.