Мне нравится подбирать небольшие цитаты из художественной литературы к старинным открыткам из моей коллекции.


"...Она была миленькая, точно картинка с коробки конфект. Её круглое личико, осыпанное локонами волос шоколадного цвета, ярко разгорелось, синеватые глаза сияли не по-детски лукаво…».

Максим Горький
Жизнь Клима Самгина

Наверное, многие вспомнят многочисленные упоминания в литературе избалованных изнеженных детей фабрикантов, купцов, банкиров... И почти нигде нет упоминания капризных детей аристократов.

От детей в аристократических семьях требовалось не ныть по любому поводу, терпеть боль и физические неудобства. Принцип "держать тело в узде" возводился в культ, как признак принадлежности к классу "избранных". Условия жизни были спартанскими – детские спальни зимой отапливались по минимуму. От подрастающих девочек строго требовалось содержать тело в чистоте, а одежду безупречно аккуратной, причем при любых условиях.

В семьях аристократов очень поощрялось регулярное ведение детьми дневников. Не столько для того, чтобы запечатлить важные события своей жизни, скорее чтобы дать оценку своему собственному поведению, чтобы осмыслить, достойна ли ты носить высокое имя, довольны ли тобой родители. Такой письменный "самоанализ", "разбор" собственных ошибок считался очень важным кирпичиком для безупречного поведения в будущем. Дневник девочки время от времени давался на "проверку" матери.

Таким образом культ и величие предков постоянно довлели над детьми. Каждому вбивалось в голову, что если он оступится, то это бросит тень не только на него, но и на всю семью, на всех его(ее) именитых предков.

Распорядок дня был строго расписан по минутам – занятия, прием пищи, игры, прогулки на свежем воздухе. Зимой дети любили ходить на каток. Вообще физическому воспитанию детей уделялось большое внимание – верховая езда, езда на велосипеде.

Вуалетка – неотъемлемый атрибут модницы начала XX века и очаровательный аксессуар винтажной моды, интерес к которому сегодня только возрастает. К тому же, антикварные предметы одежды и аксессуары являются уникальными предметами, которые найти на блошиных рынках совсем не просто, конечно, можно сделать новую вуалетку своими руками, но в ней не будет того очарования времени, которое присуще старинным вещам.
Приведем здесь перевод статьи из журнала 1903 года под названием «Le Petit Echo de la Mode», посвященной вуалеткам и перчаткам. Прочитав статью, Вы узнаете, о пользе вуалетки и о том, кому какая подойдет вуалетка. Итак…
"Вуалетка и перчатки это два необходимых дополнения женского туалета. Не обязательно даже быть элегантной дамой, любая женщина, следящая за своей одеждой, не вздумает теперь выйти из дому без перчаток, и я добавлю: без вуалетки.
Еще несколько лет назад ваулетка была необязательной. Сегодня – наоборот, ее применение так широко распространено, что если вы понаблюдаете за женщинами на улице, то констатируете, что среди тех, кто хоть немного претендует на элегантность – все в вуалях.
Действительно вуалетка очень удобна. Она нужна практически всегда, а иногда даже необходима : когда погода сырая она сохраняет нашу прическу и завивку. Когда жарко она не менее нужна для защиты от солнечных лучей и сохранения цвета лица. Наконец она украшает и это, без сомнения, ее самая большая заслуга. Хорошенькая вуалетка, правильно подобранная и красиво уложенная, словно пудра на лице: она скрывает недостатки, смягчает черты, добавляет чистоты краскам лица и блеску глаз.
Но надо суметь правильно выбрать свою вуалетку. Выбор вуалеток огромен. Их делают разных цветов и различного плетения. В моде особенно актуальны сложные сетки. На пике моды сетки смешанные черно-белые. К сожалению, они подходят не всем. Во любом случае черные сеточки с черными бархатными крапинками хороши для блондинок, так как хорошо подчеркивают их светлый тон лица. Некоторые светлокожие брюнетки также могут носить такие вуали, но с более редкими вкраплениями бархата. Брюнетки с более темным, оливковым оттенком кожи должны отказаться носить бело-черные смешанные вуалетки; черная, а еще лучше белая вуалетка идет им гораздо больше".

...Воспоминания, дневники, письма - это "работа с переживаниями". Все оживает, когда читаем оставленные нам строки мемуаров и когда всматриваемся в лица ушедших людей, любивших место и время, в которых они жили. Жили в больших и не очень больших семьях, где был "неторопливый быт, внутренний лад и задушевность выражения". "Позадержать бы всю тогдашнюю жизнь. Она одна была ладная, и складная, и ясная, и голубая-прозрачная. Так в ней все помнишь... Все тогда было легкое. Может быть, потому и помнишь и благодарно, и светло, и улыбаясь... Такое наше детство. Нестерпимо лучистое. Как ковчег в серебре...". А самыми замечательными "бусинами" в этой книге являются фотографии из семейных альбомов - это самое ценное: они живые, непостановочные, непосредственные и ...любимые в семьях!

В начале ХХ века эта девочка была пожалуй одной из самых популярных фотомоделей для открыток. Сколько же я видела фотографий с использованием её образа! Кто она? Выяснить это мне не удалось. Коллекционеры открыток со огромным опытом и стажем не смогла найти никакой информации о этой девочке. Полагают, что во время Великой Отечественной войны в Европе в пожарах сгорели каталоги, в которым могла быть информация о ней. Но как же она потрясающе фотогеничка, как же она хороша! Предлагаю посмотреть лишь немногие открытки с её образами.
Открытки из коллекций моих друзей и мои личные.












Читать далее

«С древнейших времен свадьбы почитались, наравне с рождением, одним из самых значимых и счастливых событий в человеческой жизни. Свадебные обряды сильно менялись со временем согласно религиозным верованиям различных народов и эпох. Но некоторые из самых древних традиций дошли до нашего времени: фата – вуаль невесты – символизирует непорочность девушки; цветы, которые дарят молодоженам и которыми украшают наряд девушки, тоже частица дохристианской традиции.

Истоки обряда христианского венчания всходят к временам Древнего Рима и связаны с именем святого Валентина, тайно венчавшего влюбленных христиан. Православие придавало огромное значение блеску и парадности костюмов молодоженов. Однако традиционное сегодня белое платье невесты вовсе не было обязательным в прошлом. Например, в средние века, в Европе цветом невесты считался зеленый, в эпоху рококо подвенечные платья делали розовыми, серебряными и кремовыми.

Родоначальницей моды на белое подвенечное платье стала французская принцесса Мюрат, прелестница наполеоновской поры. В начале XIX века мода на античность привела к тому, что белый цвет стал главным в подвенечных платьях. При этом свадебные наряды всегда стремились к традиционности, даже некоторому архаизму кроя. Так уж повелось, что свадебная мода меняется медленнее, ведь в разряде семейных ценностей свадьба – это традиционность, а вовсе не авангард.

Эпоха романтизма с легкой руки шотландского романиста Вальтера Скотта подарила невестам еще один атрибут, без которого под венец не шла ни одна девушка викторианской эпохи. Это был флердоранж – венок и букет на платье, составленный из цветов апельсина. Но так как апельсины цветут раз в год весной, в другое время живые цветы пришлось заменить восковыми, после свадьбы их укладывали на бархатную подушечку и ставили на камин под стеклянным сферическим колпаком в память о свадьбе.

Все же на протяжении XIX века силуэты свадебных платьев следовали веянием моды. Русская невеста в корсете и кринолине запомнилась всем по хрестоматийному полотну В. В. Пукирева «Неравный брак». Затем пришли турнюры, рукава «жиго», мода на кружевные подвенечные платья. Упразднение корсета в начала XX века заставило кутюрье изменить пропорции и позднее укоротить платье, ставшие невероятно короткими в эпоху чарльстона, чтобы снова удлиниться в эпоху депрессии 1930-х годов.

Мировые войны серьезно повлияли на свадебную моду. Тогда венчались впопыхах, не успевая или просто не имея средств заказывать роскошные подвенечные платья.

Борьба с религией в СССР вынудила советских невест довоенного времени отказаться от традиционного белого подвенечного платья. Обручальные кольца тоже были на какое-то время запрещены большевиками. Возрождение моды на белые мини-платья из кримплена с короткой тюлевой фатой относится к 1960-м годам.

В Европе кутюрье любили экспериментировать с фасонами свадебных платьев. Ив Сен-Лоран предложил невестам белый вязаный кокон, Пако Рабанн – белый купальник-бикини. Были попытки сделать подвенечное платье черным, серым, вновь розовым и даже красным. Оригинальное решение свадебного наряда в 1930-х годах предложила хозяйка Дома «Арданс» в Париже баронесса Аккурти, создавшая модели «Мой второй брак» – платье сиреневого цвета – и «Мой третий брак» – наряд огненно-карминового оттенка.

И поныне день свадьбы остается самым светлым и торжественным событием в жизни каждого человека.»

Александр Васильев,
«История моды. Открытки. Выпуск 7. Свадебная мода»
Издательство Этерна, 2006.

Фотографии в альбоме «Дамский альбом» tatyaro на Яндекс.Фотках






Читать далее

Фотографии в альбоме «Детский альбом» tatyaro на Яндекс.Фотках






Читать далее

Открытка из личной коллекции.

Журнал «Столица и усадьба». 1913 год.

«Стройная, изящная, нежно-выхоленная, как оранжерейный цветок. У неё тёмно-бронзовые- волосы, невинные глаза цвета пармской фиалки и неправдоподобные ресницы. Бездна шика, живости, очарования. Удивляет, увлекает, сводит с ума, хотя не очень красива. Нечто среднее между старинным портретом Виже-Лебрен и модной картинкой журнала Voque. Это не женщина, а произведение искусства — une oeuvres d'art ».

Воспитанные люди, по моему мнению, должны удовлетворять след[ующим] условиям:

Они уважают человеческую личность, а потому всегда снисходительны, мягки, вежливы, уступчивы... Они не бунтуют из-за молотка или пропавшей резинки; живя с кем-нибудь, они не делают из этого одолжения, а уходя, не говорят: с вами жить нельзя! Они прощают и шум, и холод, и пережаренное мясо, и остроты, и присутствие в их жилье посторонних...

Они сострадательны не к одним только нищим и кошкам. Они болеют душой и от того, чего не увидишь простым глазом. Так, например, если Петр знает, что отец и мать седеют от тоски и ночей не спят благодаря тому, что они редко видят Петра (а если видят, то пьяным), то он поспешит к ним и наплюет на водку. Они ночей не спят, чтобы помогать Полеваевым, платить за братьев-студентов, одевать мать.

Они уважают чужую собственность, а потому и платят долги.

Они чистосердечны и боятся лжи, как огня. Не лгут они даже в пустяках. Ложь оскорбительна для слушателя и опошляет в его глазах говорящего. Они не рисуются, держат себя на улице так же, как дома, не пускают пыли в глаза меньшей братии... Они не болтливы и не лезут с откровенностями, когда их не спрашивают... Из уважения к чужим ушам, они чаще молчат.

Они не уничижают себя с тою целью, чтобы вызвать в другом сочувствие. Они не играют на струнах чужих душ, чтоб в ответ им вздыхали и няньчились с ними. Они не говорят: "Меня не понимают!" или: "Я разменялся на мелкую монету! Я [...]!..", потому что все это бьет на дешевый эффект, пошло, старо, фальшиво...

Они не суетны. Их не занимают такие фальшивые бриллианты, как знакомства с знаменитостями, рукопожатие пьяного Плевако, восторг встречного в Salon'e. известность по портерным... Они смеются над фразой: "Я представитель печати!!", которая к лицу только Родзевичам и Левенбергам. Делая на грош, они не носятся с своей папкой на сто рублей и не хвастают тем, что их пустили туда, куда других не пустили... Истинные таланты всегда сидят в потемках, в толпе, подальше от выставки... Даже Крылов сказал, что пустую бочку слышнее, чем полную...

Если они имеют в себе талант, то уважают его. Они жертвуют для него покоем, женщинами, вином, суетой... Они горды своим талантом. Так, они не пьянствуют с надзирателями мещанского училища и с гостями Скворцова, сознавая, что они призваны не жить с ними, а воспитывающе влиять на них. К тому же они брезгливы...

Они воспитывают в себе эстетику. Они не могут уснуть в одежде, видеть на стене щели с клопами, дышать дрянным воздухом, шагать по оплеванному полу, питаться из керосинки. Они стараются возможно укротить и облагородить половой инстинкт...

(Из письма брату Николаю, 1886 г.)