.
Когда дела наперекосяк, я в них добавляю мед, - ведь с ним, мне
кажется, все-превсе гораздо лучше идет! Медовый рогалик вдвойне вкусней,
чай - мед и липовый цвет; медовые песенки по весне согреют, как мягкий
плед. И мед, добавленный в злую грусть, растопит ее, как лед. Поверьте, я
знаю, когда берусь, зачем добавляю мед.
Но есть в жизни избранные
места, что редко, а все ж гнетут: возлюбленный мой - серебро и сталь,
какая уж сладость тут! Прозрачность снегов и текучесть рек, прохлада
туманов, соль, и песня метельная в январе, и звездное колесо. Медовые
песни не для него, рогалики он не ест. Зато он умеет ступать легко и
слушать людей и лес. И там, где я щедро свой мед налью, он будет лить
серебро, и крепко сжимает ладонь мою. Я глажу его крыло.
Ну ладно,
решаем мы с ним вдвоем, а я не люблю вино - так что ж нам теперь, стоять
на своем, другого и не дано? Возлюбленный знает так много слов,
смеется: ах, компромисс! А я ему говорю: любовь, - и он добавляет:
жизнь.
И вот мы сидим на диване с ним, и рядом пятнистый кот, и в
тонком бокале искрятся дни, расплавленные легко. В окошко наше глядит
луна, медовая, как горшок. История не завершена, но все идет хорошо.