В цикле преданий о короле Артуре можно обнаружить осколки гиперборейского мифа. Имя Артур восходит к кельтскому слову arthos — медведь. Это имя устанавливает связь Артура с созвездием Большой Медведицы, одним из полярных созвездий. В то же время медведь — это один из важнейших сакральных образов нордической Традиции. Созвездие Большой Медведицы также связано и с полярным континентом Thule. Вся совокупность традиционных представлений, сакральных образов и мифов позволяет установить связь между Артуром и арктической прародиной. В нем элемент гиперборейский соединяется с царственной силой, с героизмом и темой Золотого века.

Полярный смысл пронизывает и образ Круглого Стола. Круглый Стол был создан по образу Вселенной. Т. Мэлори писал об этом так: «А Круглый Стол был сооружен Мерлином как знак истинной круглости мира, и людям так и надлежит понимать значение Круглого Стола. Ибо весь мир, и языческий, и христианский, стремится к Круглому Столу, и когда человека избирают в братство рыцарей Круглого Стола, он почитает это для себя высшей милостью и вестью, нежели получи он полмира в собственное свое владение»[1]. Круглый Стол — это мандала, образ мира и полярный полюс посвящения, к которому стремятся люди, чтобы приобщиться к Высокой Традиции.

Именно рыцарям Круглого Стола предстоит достать чашу Грааль. Мерлин определил, что «те, кто будут рыцарями Круглого Стола, познают истину Святого Грааля»[2]. Грааль — также хорошо известный полярный образ. В полярной Традиции чаша Грааль и Круглый Стол объединяются в общем значении сакрального Центра и источника Духа. Не случайно хранителем Грааля стал Увечный Король, король Пелес, раненный копьем в оба бедра[3]. Эта рана Пелеса соответствует кастрации бога Кроноса, спящего где-то на гиперборейских островах. В сакральной орфической традиции Кронос не только кастрирует своего отца Урана, но и сам кастрирован Зевсом: «Крон... оскопляющий и [сам, в свою очередь] оскопляемый»[4]. Увечный король Пелес — это и есть спящий кастрированный Кронос, а чаша Грааль — одно из гиперборейских сокровищ[5].

Ж. Маркаль, например, считает, что мифы о далеких северных островах легли в основу преданий о замке Грааля. По его словам, история о затерянном и ненаходимом замке Грааля «слово в слово перекликается с мифом о королевстве Туле, стране, скрывающейся среди льдов, дорогу к которой будут стремиться отыскать немало тех, кто жаждет обрести Грааль»[6]. Обладание чашей Грааль — это достижение райского состояния, достижение Центра Мира. Те, кто стремились обладать Граалем, на самом деле старались восстановить этот райский Центр. Как говорит Генон, «обладание же Граалем представляет полное сохранение изначальной традиции в подобном духовном центре»[7]. Философ приходит к выводу, что те, кто «владел Граалем, могли тем самым где-то на земле создать духовный центр, который был бы образом утраченного Рая»[8]. Такой духовный центр может быть понят как восстановление утраченного Центра Мира, потерянного Рая на Северном полюсе.

Поиски Грааля — это поиски погибшей Гипербореи, своего рода «гиперборейская инициация». Во всяком случае, Генон считал, что «истоки легенды о Граале следует связывать с передачей традиционных элементов инициатического порядка»[9]. Тайна полюса и таинство инициации соединяются в чаше Грааль. Так считал и Ю. Эвола, который особенно, выделяет мотив недоступности, ненарушимости и связи с сакральным Центром. Это, по словам философа, «инициационный центр, который охраняют наследники примордиальной Традиции»[10]. В мифе о Граале три мотива соединяются как составляющие полярной Традиции — недостижимость, инициация и царская власть. «Тот факт, — пишет Эвола, — что все, связанное в различных традициях с сохранением и передачей .памяти о примордиальной земле и полярной Традиции, становится невидимым и недоступным, символизирует переход от явной власти к тайной, которую, тем не менее, необходимо рассматривать как царскую»[11]. Царство Грааля внеисторично, оно существует «всегда» и «везде», к нему стремятся рыцари в своем инициационном странствии-поиске, хотя «в своем полярном качестве это царство неподвижно»[12]. Обретение Грааля — это достижение полярного царства, посвящение в полярную Традицию, это превращение простого человека в гиперборейца.

Грааль не просто имеет полярное происхождение. Он являет собой то самое сокровище, которое, по мнению М. Серрано, «потерявшие родину скитальцы унесли с собой с легендарного севера»[13]. Посвященный ищет тот Грааль, который делает бессмертным и превращает человека в полубога, а атланта в божественного гиперборея. Рыцари Круглого Стола, отправляющиеся на поиски Грааля, на самом деле реализуют свое инстинктивное желание вернуться на утраченную полярную прародину. Грааль — это образ того, что было утрачено, но должно быть возвращено — сакральная гиперборейская Традиция. Когда подвиг Грааля исполнен, король Пелес исцеляется. Это означает, что Кронос проснулся и Золотой век вернулся на землю.

Так и Артур тяжело ранен и перенесен на таинственный остров Авалон. Мэлори сообщает, что корабль, управляемый тремя женщинами, увозит Артура «в долину Авалона», чтобы он смог залечить там свою рану[14]. Там он пребывает в состоянии сна, чтобы вернуться как спаситель мира. Название острова Авалон восходит к слову afal, что означает «яблоко». Авалон — это все тот же полярный «Яблочный остров», остров Гесперид с золотыми яблоками бессмертия, Эмайн Аблах или Джамбу-двипа[15].

 Грааль артуровского цикла восходит к котлу в преданиях кельтов. В легендах Ирландии и Уэльса волшебный котел занимает выдающееся место. Он связан непосредственно с потусторонним миром. Чаще всего проявляются три его качества — неисчерпаемость, вдохновение, возрождение. Однако все они объединяются одним главным — центральным положением. В Ирландии есть история о золотой чаше Кормака. Она хранится в замке бога Мананнана. Чаша способна отличить правду от лжи (распадается на части, если при ней говорят неправду). Кормак приходит в Обетованную страну и получает чашу и ветвь с тремя золотыми яблоками в дар. Эта чаша — талисман Истины, воплощает в Фебе сверхъестественный опыт и является самим воплощением идеи Иного мира, царства Правды[16].

В осетинском эпосе о нартах также упоминается волшебная чаша Уацамонга (или Нартамонга), вокруг которой герои усаживаются, рассказывают о своих подвигах. Это была чаша Истины. Она, как гласит предание, «была знаменита тем, что если кто-то хвастался своими подвигами, то она тут же показывала, говорит он правду или лжет»[17]. Когда кто-то говорил правду, то чаша вскипала и поднималась в воздух. Ж. Дюмезиль сравнивает обычай нартов с ежегодным праздником у скифов, когда воины усаживались вокруг сосуда с вином. При этом он подчеркивает одну важную особенность: чаша нартов «сама обладает чудесным могуществом и сама выявляет ложь и правду»[18]. Это качество чаши у нартов полностью совпадает с описанием золотой чаши Кормака, что указывает на ее потустороннее, сверхъестественное происхождение. Само обладание чашей делает нартов избранным племенем, подтверждает их героизм и силу.

Самый известный из преданий кельтов — котел Дагды. Дагда, «Добрый Бог», владел волшебным котлом. Подобно всем остальным, этот котел также является выражением идеи потустороннего мира. Это был сосуд изобилия, «от которого никто еще не отходил голодным». Котел указывал на Дагду как на владыку мира иного[19]. Котел — своего рода посредник между миром живых и миром мертвых; это нечто, что можно назвать окном в иной мир. Соединяя в себе стихии огня и воды, котел становится некой божественной формой, из которой, как отмечает С. Хайнц, «как из чрева матери богини, возникает жизнь и которая может сама эту жизнь и уничтожить»[20]. По мифу, котел Дагды был принесен в незапамятные времена с далекого северного острова из города Муриас. Этот Муриас из кельтских сказаний соответствует местности Моуру в «Авесте» — одному из названий прародины ариев.

Стремясь определить место расположения чаши как Центр Мира, средневековый эпос помещает ее в Храме. А. Н. Веселовский отмечал этот мотив: «Святая чаша хранится в храме, построенном наподобие Соломонова; там стерегут ее король и рыцари Грааля; они отказались от плотской любви и всякого порока, принесли обеты девственности, верности, смирения; Грааль дает им пишу, одежду и оружие; кто посмотрит на него, тот не умрет в течение недели; его постоянное созерцание давало вечную жизнь»[21]. Храм Грааля — все тот же Иной мир, сакральный Центр Мира. Пребывание в нем делает людей совершенными. Жизнь в храме Грааля равносильна обретению качеств совершенного или изначального человечества Золотого века. Это, по существу, алхимическая трансмутация (о чем мы поговорим в одной из следующих глав). В то же время следует постоянно помнить, что Грааль (или Граль) имеет дохристианское происхождение. Можно согласиться со словами Й. Ланца фон Либенфельса: «В святом Грале и его тамплиерстве мы имеем уходящую в древнейшие времена арийскую перворелигию»[22]. Однако первоначальная арийская религия была не просто нордической, но арктической, Откровением Северного полюса.

Отто Ран замечает, что в одном из средневековых французских стихотворений конечной целью для искателя Граля становится Олимп. «Таким образом, нашедший Граль становится олимпийцем, подобно греческим богам и героям», — пишет он[23]. Однако Олимп, как мы помним, — не просто Мировая Гора. Это настоящий полярный Центр Мира, высшая точка Северного полюса, вокруг которой вращается остальной мир. Достижение его и связано во французской песне с обретением Грааля (или Граля).

В одном из преданий Артур пробирается в Аннвн (Аннувн) — «Иной (Нижний, Темный) мир», преисподняя кельтов. Там он похищает у царя Пвилла (Пуйла — тоже, что Пелес у Мэлори) волшебный котел вдохновения и поэзии. Важно заметить, что замок Пвилла в преисподней называется Уфферн (Обитель холода), Кэр Видар (Стеклянный замок) и Кэр Предриван (Вращающийся замок)[24]. Бард Талиесин, воспевая подвиг Артура, говорил о «Граде о Четырех Углах и Четырех Стенах», о «Граде о Четырех Углах на Острове Двери Проворной» и о «Граде Стеклянном»[25]. «Проворная дверь» — это вращающаяся преграда, вращающаяся стена с дверью или вращающийся остров. Стеклянный город — также постоянный мотив кельтской мифологии, воспоминание о горах льда, ледяных пещерах или домах, построенных изо льда (наподобие иглу). Этот вращающийся замок находился в Аннвн, на острове посреди моря. «Там не было недостатка в вине, и счастливые обитатели того мира проводили время, пируя и услаждаясь музыкой, и предаваясь всем радостям жизни, не знающей ни болезней, ни старости»[26].

Предмет, который Артур похитил у Пвилла, был котлом Правды, и он никогда не готовил пищу для лжеца и труса. Так и Грааль недоступен для взоров грешников. В «Святом Граале» Передур, прибывший к замку, где хранится Грааль, замечает, что «замок этот поворачивается, да притом так быстро, что обгоняет ветер»[27]. Все эти вращающиеся вокруг собственной оси замки — точное указание на полярное (в буквальном смысле) расположения Грааля.

В «Истории Талиесина» повествуется, что колдунья Каридвен решила «опустить своего сына в Котел Вдохновения, чтобы он обрел знание всех тайн прошлого и будущего». За котлом, в котором варились волшебные травы, должны были присматривать слепой Морда и юный Гвион Бах. Однажды три капли волшебной влаги выплеснулись из котла и попали на палец Гвиона Баха. Тот сунул обожженный палец в рот и, «проглотив волшебные капли, узнал все, что было и будет», котел же раскололся пополам, а жидкость из него превратилась в яд[28]. Слепой Морда — это темное, ночное солнце дня зимнего солнцестояния. Гвион Бах, который проходит после этого цепь превращений и вновь рождается из чрева Каридвен в образе Талиесина («Сияющее чело») — это молодое солнце, рожденное девой Зари. Это типичный сюжет солярного мифа, относящийся к изначальной, гиперборейской Традиции. Хорошо видно, что центральное место в преданий занимает волшебный котел и ритуал посвящения. Стоит запомнить, что подвиг Грааля является не религиозным, а рыцарским. Он связан с героическим духом, с рыцарским посвящением и с воинской кастор. То, что в преданиях чашу Грааль несет девушка, а не священник, означает, что это рыцарская, а не церковная реликвия. Грааль содержит в себе идею мистической устремленности как героического, а не религиозного опыта.

«Грааль, — пишет известный ученый Р. Барбер, — таинственный и пугающе-загадочный образ, выходящий за пределы привычной фантазии и духовности...»[29]. Поиск Грааля — это путешествие по территории, выходящей за рамки профанного пространства-времени. Даже если в предании оно описано подобно нашему, похоже на наш мир, это все равно всегда иное бытие. Это мистериальное и инициационное пространство мифа. Здесь даже неважно, является ли оно внутренним, духовным, или внешним, объективно-космическим. В любом случае, оно существует реально, но скрыто «в ином». Такой тайной реальностью обладает и сам Грааль. Во всех своих ипостасях Грааль — это недостижимый идеал, тайно присутствующий в нашем мире и в душе каждого человека.

Грааль представляет собой некое внутреннее переживание, мистическое озарение. Благодаря этому Грааль связывает различные уровни действительности, скрытые в повседневном мире за некими особыми знаками- заместителями. Грааль обладает силой преображения и позволяет осознать подлинную суть сакральных явлений. В романе Эшенбаха «Парцифаль» Грааль «определяется как символ внутреннего опыта, состояния бытия и сознания, включая в себя поиск и превращение-озарение, мистическую связь. Здесь можно говорить о посвященческом действии и, перенеся его в гностический контекст, который ему, естественно, присущ, увидеть в нем специфическое выражение каббалистической мысли»[30]. Грааль воплощает собой стремление к внутреннему совершенству, к преображению личности и преодолению всего земного. Эшенбах утверждает, что «вожделеннейший камень Грааль» является «райским даром». Хранившийся ранее в раю, Грааль предстает в «Парцифале» как концентрация всего «земного блаженства» и как цель человеческих устремлений[31]. В романе «Титурель» Грааль — предвечная и надзвездная вещь. Он не завоевывается, а вручается герою «ангельской ратью, небесной силой». Обычный человек Грааля «никогда не касался». Поэтому герой, получивший Грааль, становится «Государем Грааля» в силу того, что «чист и честен»[32]. Соотнесенность Грааля с раем говорит о том, что его место — сакральный Центр Мира, священный Полюс.

Центральное значение и полярное расположение Грааля всемерно подчеркивается в преданиях. Грааль, как и Гиперборея, наделен качествами сакральности, центральности, недостижимости. Грааль мистически совпадает с Гипербореей, откуда он, в виде котла Дагды, прибыл. По словам Р. Майера, «в мире Грааля воссияло возрождение гиперборейских мистерий силами христианства»[33]. Путь Грааля — это мистерия Северного полюса.

Утратив свою арктическую прародину, этот земной рай, человек сохранил память о ней. Эта память о Гиперборее заставляет человека искать ее. Опорой в этом поиске становится один из главных сакральных образов, несущих в себе понятие Центра, — Грааль. В Граале сосредоточено все, что осталось от примордиальной Традиции, в равной мере полярной и сверхчеловеческой по своему происхождению. Арктическая Традиция никогда не исчезнет. Она просто концентрируется и превращается в знак — Грааль, в котором ищущий видит образ утраченной Гипербореи. В основе этой Традиции лежит понимание того, что Грааль, по словам А. Дезгри, — «это божественный источник универсальной гармонии, способный излучать, изливать ее на Землю, это своего рода квадратура круга, общность Творца и Мироздания, созидаемого и созидателя...»[34]. «Универсальная гармония» — это свойство Изначального, а «общность Творца и Мироздания» указывает на самые ранние этапы творения. Переживание этой гармонии и единства как раз и составляет самую сущность примордиальной Традиции, дарованной человеку в Гиперборее.

Грааль — это интуиция Северного полюса и переживание утраченной изначальной Традиции, смысл которой скрыт на дне Чаши или заключен в центре Камня. Все это приводит к тому, что на протяжении веков Грааль снова и снова захватывает воображение и затрагивает самые глубинные, потаенные стороны души человека. Здесь открывается очень особенная вещь: Грааль — это поиск Гипербореи. Сияние, которое излучает Грааль, это свет Северного полюса.

Телегин С. М. Гиперборея – священная родина человечества. М. Фаир. 2011, стр. 60-71.

ПРИМЕЧАНИЯ :

[1] Канселье Э. Алхимия. М., 2002. С. 97.
[2] Мэлори Т. Смерть Артура. М.; СПб., 2005. С. 573.
[3] Там же. С. 574.
[4] Там же. С. 617.
[5] Фрагменты ранних греческих философов. Ч. I. М., 1989. С. 53. Мэттьюз Д. Традиция Грааля. М., 1997. С. 40.
[6] Маркаль Ж. Указ. соч. С. 211.
[7] Генон Р. Царь Мира. С. 33.
[8] Генон Р. Символы священной науки. С. 43.
[9] Там же. С. 60.
[10] Эвола Ю. Цикл Грааля // Lapsit Exillis. Альманах. Киев, 2001. № 2. С. 54.
[11] Там же.
[12] Там же.
[13] Серрано М. Указ. соч. С. 182.
[14] Мэлори Т. Указ. соч. С. 754.
[15] Кокс С, Оксбрау М. Король Артур и Святой Грааль от А до Я. М., 2008. С. 15-16.
[16] Рис А., Рис Б. Указ. соч. С. 353-356.
[17] Жизнь доблестных нартов. С. 284.
[18] Дюмезиль Ж. Скифы и нарты. М., 1990. С. 177.
[19] Мифы и верования кельтов. С. 35.
[20] Хайнц С. Указ. соч. С. 159.
[21] Веселовский А. Н. Мерлин и Соломон. Избранные работы. М., 2001. С. 230.
[22] Ланц фон Либенфелъс Й. Теозоология. Тамбов, 2008. С. 146.
[23] Ран О. Двор Люцифера. С. 30.
[24] Кельтская мифология. С. 361-362.
[25] Уэльс: Хроники бриттов. С. 75, 76.
[26] Кельтская мифология. С. 408.
[27] Там же. С. 410.
[28] Мабиногион. С. 159.
[29] Барбер Р. Святой Грааль: Во власти священной тайны. М., 2006. 9.
[30] Бейджент М., Ли Р., Линкольн Г. Святая Кровь и Святой Грааль. М., 2005. С. 309.
[31] Вольфрам фон Эшенбах. Парцифаль. М., 2004. С. 136.
[32] Вольфрам фон Эшенбах. Титурель. М., 2009. С. 45.
[33] Майер Р. В пространстве — время здесь... С. 84.
 [34] Дезгри А. Тайная история Грааля: Катары, тамплиеры, рюзенкрейцеры и франкмасоны. СПб., 2008. С. 27-29.