Он говорил, что любит многих женщин И что не может ей принадлежать,
Что он свободен, слишком переменчив, Не стоит ждать его и ревновать.
Она смотрела вдаль, не отвечала, Лишь сигаретный дым клубил в окно,
И улыбалась, словно вспоминала, Что где-то это видела в кино.
А он сказал: "Ты нравишься мне, детка! Давай побудем вместе пару дней.
Ты, правда, не блондинка, а брюнетка, И я люблю - немного похудей..."
Вздохнула, затушила сигарету, К нему прижалась, нежно обняла,
В глаза взглянула, привыкая к цвету, Добавив поцелуями тепла.
Он понял, что она не возражает: "Наверно, много знала ты мужчин? -
Добавил, - Как твой запах возбуждает! И гибкая ты, словно пластилин".
И, уходя, сказал: "Все было мило! Пусть это будет только тэт-а-тэт!"
Предупредил, чтоб только не звонила: "Я сам перезвоню тебе! Привет!"
Она кивнула и рукой смахнула Пылинки незаметные с плеча,
Опять ему в глаза на миг взглянула, И дверь закрыла с помощью ключа.
Он ей послал с десяток сообщений, Она молчала день, и два, и три.
Он знал уже количество ступеней В подъезде от крыльца и до двери.
Он дозвонился ей спустя неделю, Спросил, срывая голос: "Где была?
Я в оправданья женские не верю! Так как ты развлекалась без меня?"
Она не отвечая, отключилась, Он приезжал, стучал и вновь звонил...
И как-то дверь в ночи ее открылась, Где, как щенок, он жалобно скулил...
Она его на кухню пригласила, И предложила: "Кофе или чай?"
А он сказал: "Ты сердце мне разбила! Прошу, меня, ты больше не бросай!"
Вздохнула: "Не ходи без приглашенья!" А он ответил: "Будь моей женой!"
Она сказала: "Это заблужденье, Люблю свободу, хорошо одной..."
Он закурил дрожащими руками, И холодом сковало все внутри,
И скулы заходили желваками, И в сердце будто вставили штыри.
Сказала: "Жизнь менять не собираюсь. Что ничего тебе я не должна,
И, что на шею, вроде, не бросаюсь, И, что привыкла быть уже одна..."
А он молчал... А что он мог ответить? Ему никто отпора не давал!
Еще такую женщину - не встретить, Которая сразила наповал...

Марина Бойкова, 2007