Август - бардовые гроздья рябины,
С неба высокого свет голубой,
Утром туманным в росе паутинки,
Воздух медвяный, текучий, живой.

Спелые яблоки пахнут так сладостно,
Вечер прозрачен, неспешен и мил.
Теплыми, щедрыми, яркими красками
Август покой и довольство разлил.

А ты опять одна грустишь,
И вспоминаешь свой Париж,
Где помнят камни мостовой,
Гул кононады огневой.

Где тих таинственный Версаль
Храня седых времен печаль.
Где жил Вольтер свободой пьян
И где Моне, что Клод Оскар,
Свои полотна рисовал.

Ковер золотой листвы отгоревшей,
Туманом укроет вечерний сентябрь.
А лето ушло, скоротечно-безумное,
Вернется не скоро оно - как не жаль.

Весь лес сверкает золотым и алым,
Лишь тихо скрипнет под твоей ногой,
Груздь, под янтарною сосной.
От времени седой и вялый...

Осенний лес таинственно печален.
Грибные запахи несут с собой покой.
Особый, с шорохом листвы опавшей,
И тонкой, звонкой паутинкой золотой...

В таинственном мареве мира нездешнего,
Среди алых рощь, от тумана седых,
На краешке тонкого рыжего облака,
Ты свесивши ноги устало сидишь...

Ты мысли свои из облака рыжего,
Пускаешь то мышью, то алой лисой,
И сущности новые рыжие, милые,
По темному лесу разносят покой.

Покой на поляны росою умытые,
На звонкий и чистый холодный ручей,
И в норы подземные, на тропы зверинные
Несут словно свет - они за собой....

Осенние призраки лета ушедьшего,
Тревожно манящие в рыжую даль,
Как мысли твои - они невесомые,
Их скроет тумана густая вуаль...

Нынче осень неслышно подкралась.
Обманула коварным теплом.
Долго зелень ещё оставалась,
За околицей в поле сыром.

Воздух дышит холодною влагой,
День угас как остатки тепла.
Желтым золотом, алым металлом,
Полыхает во все небеса...

В калейдоскопе солнечного света,
Сверкает золотом упавший лист.
Твое лицо теплом и нежностью согрето.
Ты смотришь на меня, молчишь...
Молчу и я. Но в памяти звучит
Симфония цикад макушки лета.

Как трепетный цветок признание в любви.
Он не распустится до наступленья срока.
Слова и помыслы чисты как снег, твои,
Но где-то в глубине души живет тревога.

Быть может наслажденья суждены,
Быть может ждать уже совсем немного.
А эти дни, часы от милых глаз вдали,
Окупятся сполна и счастье будет долгим.

Успеть насладится безбрежной
Небес глубиной голубой,
И запахом леса осеннего,
Укрытого павшей листвой.

Пройти по тропинкам утоптанным,
Подбросить вверх листьев букет,
Найти под ветвистой сосною
Грибы как прощальный привет.

Пускай опять дожди, и ночи холодны.

А голос в трубке твой слегка простужен.

Стаккато капель как мотив любви.

Рождает отклик глубоко внутри,

И улыбаясь вновь, бреду по лужам.

Весна и Осень очень близки,
Холодным сумраком и тишиной.
Но все весной полны надежды мысли,
А Осень - нам несет покой...

Жизнь имеет итог,
Не всегда безупречный.
Каждый в ней одинок,
Полон противоречий.

В мареве серого дыма,
С запахом длинных сигар,
Взгляд пресыщено-угрюмый
Внезапно меня отыскал.

Слишком высокие ставки
В этой безумной игре,
Брошены фишки и карты,
Прячет улыбку крупье.

Взгляд твой коварный и умный,
Манит меня в полутьме.
Сколько поломанных судеб,
Крови на этом столе?

Забвенье - это долгий сон души,
Уставшей от тревоги и сомненья.
А вдохновение в ночной тиши,
Рождается рассудку вопреки.
Переплавляя в белые стихи,
Обиды, горечь и волненье...

Ты позабыл меня уже давно,
Так увлечен безумным дней течением.
Осенний поздний вечер, так темно.
Но монитора скромное свечение,
Как в мир чужой раскрытое окно.

Туманной тишиной укрыт старинный город ,
Осенний вечер волшебством окутал скаты крыш.
И золото листвы , и мост где ты стоишь,
Рассеянно смотря в речную воду...

Осенний вечер тих, сижу одна на крыше.
И зябко мне в плену обид былых.
Смотрю на звезды, жду метеорита.
Храню чужой секрет, хотя полно своих.

Дворцы и замки, каменная сказка
Воздушных арок и штандартов блеск,
Здесь счастье принца ждет за поворотом,
А ящер терпеливо стережет принцесс.

На деле же в объятьях камня зябко,
А тех кто штурмовал цитадель больше нет,
Туристов шумный рой, японцы с фотоаппаратом,
Рисуют яркой вспышкой старины портрет.

В прощальном вальсе закружив березу,
В медово- золотом лаская хрупкий стан,
Бродяга- ветер, от любви хмелея,
Одежду медленно с неё снимал...

А после вальса, нежной и ранимой,
Береза белая поникла над рекой,
До вешних дней в душе своей лелея,
Бродяги- ветра образ неземной...

Виноградные гроздья с утра. Воскресенье.
Этот день принахмурился серым дождем.
Из динамиков джаз, льется тихо, свободно.
Я устала от прихоти спорить с судьбой...
Кофе в чашке чуть горек, но пахнет волшебно,
Как и весь этот день, что наполнен тобой...

На улице темно уже давно.
И лампы фонарей как маяки во мраке.
Среди осколков луж в чернильной пустоте,
Бредем с тобой одни- лишь лают вслед собаки.
***
Осенний вечер поздний, фарами машин,
Кинжалы света вспарывают резко.
Ну отчего, мой друг, ты загрустил?
Прошло, как праздник, ласковое лето...

Как воск свечи истают жизни дни,
Отпущеные нам до срока...
Но яростно гореть или едва светить
В том скрыта выбора извечная свобода.

Фантасмогории из снов чужих,
Связали крепко разум.
Понять и разгадать возможно их?
Быть может да. Я этого не знаю.

Обыденность- как серая стена, глухая и слепая.
От мира ярких чувств она ограждена, ему чужая.
Как бабочка - любовь, цветной калейдоскоп,
Меж серых стен задумчиво порхает,
Но душит её воздух серости слепой.
И насекомое частенько умирает.

Есть в нежности сиреневого цвета,
Что разлился по хладным водам рек,
Предчувствие предзимнего рассвета,
И первый тонкий лед, и хрупкий первый снег.
***
Зимы предвестники, седые тучи хмуро,
Закончат здесь свой торопливый бег,
Стою на берегу под этим серым небом,
Ловлю дождинок в водной глади след.
***
А мысли далеко - там где другое небо,
Свой в теплом море отражает свет.
Где пальмы над волнами тонкий силуэт,
И крики чаек слышны то и дело.

Короткий день. Октябрь. Осенний вечер.
Холодный парк заволокло дождем...
Пусть музыка кому-то душу лечит,
Я же спасаюсь кофе с имбирём ...

Есть в этой жизни для всего свой срок.
В осеннем сумраке не видны лица.
В туманной дымке тает силуэт,
И звук шагов теряется, троиться.
***
Сюда приводит каждого лишь рок.
И заставляет с будущим проститься.
Здесь каждый третий жутко одинок,
А каждый пятый жаждет ...ся.

Утраченной любви укор немой,
Не шелохнёт, под утро, снежных веток,
И сонные тела высоковольтною дугой,
Уж не согнет увы. Их сон под утро крепок...

Уходит время, как песок сквозь пальцы.
Нас тонким послевкусием дразня,
Чтобы уже назад не возвращаться.

Холодный первый снег. Осенний росчерк дня.
И тает хрупкость красоты на теплых пальцах.
Мечтанием несбыточным маня...

Еда на столе, виноград и вино,

От краба дурманящий запах.

Тут с ноткой горчинки зеленый лимон,

И булки французской подарок...



Еда на столе, виноград и вино.

Заманчиво взгляд привлекает,

Но нет лишь тебя и алея клешней,

Краб нежный уже остывает...

Есть в смене месяцев своё очарованье,
А счастье - так изменчиво порой,
Как солнечных лучей дрожанье,
В воздушной капле радуги двойной.

Нам летом хочется зимы. Зимою - лета.
Весной - осенней грусти над рекой,
А осенью - весеннего букета,
Влюбленности и буйства чувств порой...

Стало привычкой не думать о смерти.
Это удел только старцев седых?
А остальным - в городской круговерти,
Некогда вспомнить и лица живых.

Мир на ладони, друзья в телефоне.
Музыка вместо дыханья родных.
Смотрим на мир сквозь экран монитора.
Мысли привычно слагают в стих.

От чего так пьян хмельной октябрь?
От чего так жаждут обнаженья,
Рощи что румянец покрывал,
Предвкушая чудо обновленья?

Может от любви так пьян октябрь?
Может жаждет нежность поцелуя,
Первый снежный пух - зимы вуаль,
Раны грязных луж легко бинтует.

От того так пьян хмельной октябрь,
От того так жаждут обнаженья,
Рощи что румянец покрывал,
Предвкушая чудо обновленья...

Мой маленький мир на границе у леса.

Осенней накрыло тоской.

Осыпались листья у старой березы,

И тополь ушел на покой.

Ломтики белого хлеба,
Голубь лениво клюет.
Хлопьями белого снега,
Октябрь за окном метет.

Так сумрачно и тоскливо,
Серый асфальт под окном.
Машины ездят лениво,
Лужи с надтреснутым льдом.

Всюду предзимняя слякоть -
Снег так упрямо идет,
Мне же хочется плакать.
Тихо шептать - все пройдет...

Слова - осколки серого на белом.
И дождь с утра,
Слова порой слагаются в стихи
Несмело...
И музыку рождают, слышную едва.

Чердачный мир так холоден и пуст.
Ушло так быстро трепетное лето.
И мы с тобой задумчиво сидим,
На крыше дома в ожидании рассвета.

Ладони вместе,
Крепко сцепленые пальцы ,
Глаза, умытие дождем тихи.
В них как хрусталь,
Осколки свежих луж.


Из разделенных на двоих,
Наушников твоих.
Сминая в кокон наши души,
Предчувствием любви,
Сжимает сердце блюз.

Последней осенней просинью
Простился с нами октябрь.
Рассыпалось пеплом золото,
Кленовый угас пожар.

Лишь калины алеют гроздья,
От которых ты сладко пьян.
И инеем, словно проседью,
Укрыл нас вечерний туман.

А звезды сверкающей россыпью
Как стылого неба обман...
Как шанс загадать желание
Под нежного взгляда дурман.

Белым -бело.

И в этой белизне,

Укрыты инеем

Деревья в серебре.



И скачут с самого утра,

По веткам скользким.

Синицы резвые

И воробьи, слегка навеселе.

Наедине с собой так отраженье зыбко,

Сказали древние, что "истина в вине".

Заставив этим пить девченок и мальчишек.



Но горечь лишь устало плещется на дне,

Бокала, что забвение сулил тебе и мне.

И изможденное лицо в зеркальной глубине,

Так страшно и неотвратимо близко...

Ночь темнее после фейерверка.

Эхо затихающей пальбы.

Ускользнуло незаметно лето,

Осень поздним снегом замела следы.



Радугой огня раскрасив небо,

Душу музыкой любви пленил,

Ты теперь уже из просто друга,

Стал фатально, скоротечно мил.

Бутоны губ отенка спелой сливы,
Иль сакуры полутонов живых,
Как персики на белом блюде
Они цветут среди футляров лиц .
***
Глаза в глаза и вновь немеют руки,
Лишь сердца быстрый, сумасшедший стук,
Соприкасаются слегка бутоны губ,
Но быстро вянут в холоде разлуки.

За окнами зима играет с ветром, слышишь?
Бросая в лица пригоршни холодных искр.
А ветер плачет, как младенец брошеный,
И ветками осин пронзительно скрипит.

Мороз не сильный, только воздух ломок,
На вздохе ветер вдруг дыханье перекрыл,
Лишь в сером небе росчерк серых крыл,
Да след двойной от самолетных сопел.

Звук благовеста одинокой колокольни...
В морозном воздухе рождает грусть.
О том, что не сбылось он нам напомнит.
О том, что в мире все конечно. Пусть!
***
За тысячи ночей от этой зимней сказки,
В том мире, что остался только в снах,
Соборный звон звучал началом счастья.
Теперь лишь колокол один звонит о нас...

Прогулки под дождем. Отключены фонтаны.
Прохладный воздух струями звенит.
Хрустальных капель брызги на ресницах.
И снова "Сплин" в наушниках звучит.
***
Среди зонтов реки без берегов,
Гудков машин дождем умытых,
Мелькнет за стеклами знакомое лицо...
И сердце содрогнется пойманою птицей.
***
Забыть тебя легко... Труднее просто жить.
За росчерками дней дождем умытых,
Осенний микс любви уж больше не звучит,
Мелодией из снов давно забытых...

Маленький кораблик в бутылочном стекле.
Мачты с парусами рядом с пресс-папье.

Тонкие морщинки - от тревоги след.
У окна морозного серый силуэт...

Белое на сером, в этот зимний день,
Тихо и тоскливо без мечты-поверь.

Есть масса вещей в этом мире,
Что делать увы - моветон.
Заглядывать в окна чужие,
Бродить по полям босиком,
Делиться кусочками хлеба,
С бездомной дворнягой тайком.

Жить в отраженьях, отражения любя,
Мечтать о призрачном, гадая на рулетке,
Что припасла нам виртуальная судьба.
Мильонов тыщу, или маргаритки.

Наверно в этом есть какой-то смысл,
По крайней мере здесь тебе так рады,
И призрачным огнем опять горит -
Твой ник что для Него надежда и отрада.

И пусть мы в отражениях своих,
Давно забыли истинные лики,
А лица дорогих людей сменив,
С профайла смотрят лишь пустые ники.

Свобода воли не мираж,
Так призрачно порою счастье.
А мир - он соткан из зеркал.
Их все разбить не в нашей власти.

Коль путник дальний собрался,
Себя отдать на волю рока,
Пусть будет легкою дорога.

Что до намеков и кивков,
В ответ на кучу комплиментов,
Так избежать таких моментов,
Пока не смог увы никто.

Судьба - как маятник порою.
Уходит все в единый миг.
Любовь и дом - а ты старик.
И грусти от людей не скроешь.

Единой жаждою мечты,
Мы здесь с рождения томимы,
Хотим любви, любви хотим.
Но вновь она проходит мимо.

От образа из детских снов,
Остался призрак одинокий.
И только эхо чьих-то слов,
Да вздох ночной порой глубокий...

Воруем время чьих-то снов.
Воруем мысли наслаждаясь.
И паутиною из слов,
Путь в будущее выстилаем.

Обманчива порой мечта.
Её убить не в нашей власти.
Но для чего нужна она?
Чтоб душу поддержать в ненастье.

Люблю фантазировать. Пишу фэнтези-рассказы, мистику и фантастику.