Нет, наверное, священника, который не отвечал бы регулярно этими или похожими на них словами на то и дело звучащий у аналоя с Крестом и Евангелием вопрос: «Что мне, батюшка, делать?!». И как же часто бывает, что человек, получив этот ответ, отходит, понурив голову, словно понимает: да, дело плохо, тут уж НИЧЕМ НЕ ПОМОЖЕШЬ! А мы видим это и провожаем отходящего взглядом, полным удивления, огорчения, осуждения, а то и попросту — равнодушным.

На самом же деле надо бы человека догнать, вернуть, объяснить такую простую и важную одновременно вещь: в том-то и дело, что помочь можно. И не беда, что способ назван лишь один, он от этого менее действенным не становится.                        

Мы любим православные праздники. Любим дни, когда совершается память наиболее близких и дорогих нам святых. На Крестовоздвижение и на Введение, на Сретение и «на Николу» (вешнего или зимнего) храмы у нас всегда полны. И нас совершенно не смущает то, что в обычное, рядовое воскресенье народу в храме меньше, и желающих причаститься Святых Таин тоже меньше — порой раза в три: «то праздник был, а то обычный день…».

Протоиерей Андрей Ткачев, настоятель прихода во имя преподобного Агапита Печерского в Киеве, один из самых активных и решительных православных проповедников нашего времени, помогает нам увидеть ситуацию иначе.

***

Давайте расчистим площадку под строительство. Давайте назовем главный праздник. Это — Воскресенье. Не в смысле Пасхи — раз в год, а в смысле еженедельного литургического собрания в первый день недели ради проповеди о Воскресшем и причащения. Это — главное. Если это для кого-то не главное, то разговор не получится и удочки придется сматывать.

Воскресная Литургия выше по смыслу, чем праздник Петра и Павла, потому что Петр и Павел еще были живы, а Церковь росла и набиралась сил через воскресную проповедь и Евхаристию. Все праздники в честь Богоматери по значению и церковному осмыслению ниже (кто-то уже схватился за сердце!) любой воскресной Литургии. Ниже. Меньше. Альфа и Омега, начало и конец — это Христос, Который был мертв, но вот — жив, и жив во веки веков. Аминь!

Если эту простоту и изначальную чистоту литургического сознания в души крещеных людей, как саженцы, не высаживать, то будет та каша, что есть сейчас. Будет то смутное и расплывчатое благочестие, в котором — у каждого своя — плавает «глупая вобла воображения».

Во главе всего и всех — Христос и наше, ради Него, евхаристическое собрание в воскресный день, прежде всего. А если «на Николая зимнего» храм битком набит, а в рядовое воскресенье — в три раза меньше молящихся, то это диагноз, при котором человек если и жив, то лишь по милости, а не по состоянию.

Давайте говорить по существу и учить людей правде, как бы строга и проста она ни казалась. Давайте оставим угождение сентиментально-нежной душе нашего благочестивого и неученого народа и расположим буквы не в кучу, но в порядке алфавитной очередности. И первой и последней буквой этого алфавита, как уже сказано, Альфой и Омегой его, будет воскресший из мертвых Сын Божий.  

Нам нужно:

• филе свежего карпа с кожей 1 кг,
• 4 средние головки лука,
• 1 большая головка чеснока,
• зелень кинзы,
• 3 — 4 свежих огурца.
• Специи: соль,черный молотый перец, красный острый молотый перец-по вкусу,
• сахар — 1ст.л,
• молотый кориандр — 1ст.л,
• уксусная эссенция — 2ст.л.,
• соевый соус — 50мл.,
• растительное масло-100мл.

Снимаем филе с карпа, нарезаем рыбу тонкими полосками и кладем в эмалированную посуду. Солим и наливаем уксус, размешиваем ложкой и накрываем крышкой, оставляем на 30 минут. В это время чистим лук, чеснок и моем кинзу. Лук и огурец нарезаем тонкими полукольцами, кинзу тоже нарезаем. Время мариновки истекло, рыба наша побелела от уксуса, т.е «сварилась» . Теперь кладем все специи, давим чеснок, добавляем лук и огурец, наливаем соевый соус. Нагреваем растительное масло и заливаем наше Хе по-корейски из речной рыбы, все хорошо размешиваем и добавляем нарезанную кинзу. Пробуем обязательно на соль и остроту. И по своему вкусу регулируем.