Цитата сообщения ФИЛИНТЕЛЛЕКТ Кремлевские диковины. Часть 2-2. Алмазы "Орлов" и "Шах", Грибоедов с его знаменитым монологом ...Карету мне, карету"

Алмаз «Орлов» — драгоценный камень индийского происхождения, огранённый алмаз слабого зеленовато-синего оттенка. Крупнейший из найденных в Индии, алмаз был обнаружен в районе Голконды, принадлежал Великим Моголам и Персидским шахам. С 1774 года «Орлов» инкрустирован в Императорский скипетр Екатерины II, в настоящее время является самым крупным алмазом в коллекции исторических драгоценных камней Алмазного фонда Российской Федерации.
Алмаз «Орлов» предположительно был найден в начале XVII века в копях Коллура султаната Голконда — самом богатом месторождении алмазов в Индии. Предположительно, до огранки «Орлов» весил около 400 каратов и являлся осколком ещё большего камня
Легенда о попадании алмаза в Европу подробно изложена в книге «Драгоценные и благородные камни» француза Луи Дютана, изданной в 1783 году во Флоренции. Дютан писал, что алмаз «Орлов» был «глазом знаменитой статуи Шерингам в храме Брамы».



На северном краю острова Шрирангам находился окружённый стеной индуистский храм, а в нём — большая пагода с несколькими башнями и многочисленными поселениями для брахминов. В этот храм прислужником попал французский солдат, дезертировавший из индийской армии, и узнавший о хранящихся там бесценных алмазах. Они были инкрустированы в глазницы священного идола индуистского божества Ранганатхи, стоявшего в запретной для христианина зоне храма. Задумав похитить драгоценные камни, солдат принял индуизм и стал служить в храме под видом брахмана. Спустя несколько лет он стал пользоваться доверием остальных брахманов и был назначен стражем в центральном святилище. В ночь, когда бушевала сильная гроза, он похитил один алмаз из глазницы идола и сбежал с острова, направившись к месту расположения британской армии, а после через Тричинополи — в Мадрас, где он продал камень некому английскому капитану за 2000 фунтов.

Существуют две версии того, как именно камень попал к Екатерине II. Более романтическая версия утверждает, что камень императрице преподнёс её фаворит граф Григорий Орлов 24 ноября 1773 года на торжестве по случаю её именин. Прусский посланник граф Виктор фон Сольмс, присутствовавший в тот вечер на приёме, писал:
Все появлявшиеся в зале дарили, несмотря на глубокую осень, огромные букеты цветов, а кое-кто вручал и сувенир, специально припасённый для подобного случая. Один граф Григорий явился с пустыми руками. Заметив несоответствие своего явления общему настроению, он будто бы с досадой хлопнул себя по лбу и в сердцах проговорил: «Прости, матушка! У тебя ведь сегодня такой праздник, а я, старый дурак, совсем запамятовал. Ну, не сердись, вот тут у меня завалялось кое-что… Может, сгодится… Не откажись принять». И с этими словами граф достал из кармана жилета плоскую коробочку, в которой находился драгоценный алмаз.

Более прозаичная версия состоит в том, что Екатерина II сама интересовалась алмазом и купила его на деньги из казны. Чтобы избежать возмущений дворян и народа и скрыть огромные затраты, она попросила Орлова помочь ей в этом и представить камень своим подарком.

Академик Александр Евгеньевич Ферсман, ведущий минералог начала XX века в России, первым провёл полноценный научный анализ «Орлова».
Согласно исследованию Ферсмана, алмаз «Орлов» был осколком от кристалла массой 400—500 каратов, до огранки был ограничен двумя большими поверхностями раскола по октаэдрической спайности и сильно искривлёнными гранями псевдододекаэдра со слабым развитием граней октаэдра. При огранке основной целью была шлифовка природной грани и плоскости спайности, поэтому бриллиант получил неправильную внешнюю форму

Алмаз «Шах» был подарен русскому правительству персидским принцем Хосрев-Мирзой, сыном наследника престола Аббаса-Мирзы, в качестве компенсации за убийство Александра Грибоедова во время резни в русском посольстве в Тегеране 30 января 1829 года

Александр Грибоедов был дипломатом и лингвистом, историком и экономистом, музыкантом и композитором. Но главным делом своей жизни он считал литературу. «Поэзия! Люблю ее без памяти страстно, но любовь достаточна ли, чтобы себя прославить? И наконец, что слава?» — писал в дневнике Александр Грибоедов.
Великая комедия Грибоедова «Горе от ума» заканчивается отчаянным восклицанием главного героя: «Карету мне, карету!». Чацкий, проведя всего день в фамусовском обществе, решает покинуть Москву навсегда. Что заставило его принять такое решение? Образ Чацкого и фамусовское общество строятся на антитезе. Взгляды двух сторон совершенно диаметральны. Так, это касается и их отношения к службе. Фамусов восхищается Скалозубом, который давно полковник, а служит недавно, хотя как человек он ограничен и туп, что проявляется в его словах о Москве (по его мнению, пожар способствовал ей к украшению). Для Чацкого же, как для «нового человека», «прислуживаться» — ужасная и непозволительная вещь. Мнение сторон различается и во взглядах на обучение. Фамусову от русских книг «больно спится». Главный герой приехал в Москву, ожидая впитать в себя русского духа, по которому он так скучал. Но увы, его ждёт разочарование. В монологе о «французике из Бордо» он высказывает своё возмущение касательно обнищания русской культуры

Стремления и надежды героя испаряются. Он полностью разочарован в Москве и в её нравах. Чацкий не согласен ни с московскими принципами жизни, ни с устоями. Грибоедов создал образ «нового человека», который воодушевлен новыми идеями, но ему не хватает сил, чтобы продолжить борьбу с напирающем на него фамусовским обществом
Источник: https://www.kritika24.ru/page.php?id=157880

.....С кем был! Куда меня закинула судьба! Все гонят! все клянут! Мучителей толпа,
В любви предателей, в вражде неутомимых, рассказчиков неукротимых,
Нескладных умников, лукавых простаков, старух зловещих, стариков,
Дряхлеющих над выдумками, вздором, – безумным вы меня прославили всем хором.
Вы правы: из огня тот выйдет невредим, кто с вами день пробыть успеет,
Подышит воздухом одним, и в нём рассудок уцелеет.

Вон из Москвы! сюда я больше не ездок.
Бегу, не оглянусь, пойду искать по свету,
Где оскорблённому есть чувству уголок!..
Карету мне, карету!