Грузинская правнучка одесского раввина. Тамара Гвердцители: дочь не только грузинского народа, но и еврейского

В один из знойных июньских дней я пристроился в тенистом уголке большого двора нашего "олимовского" дома ("микбацей диюр", или, в просторечии, "микбац") и, прокручивал на магнитофоне аудиокассету с песнями моей любимой певицы Тамары Гвердцители. Тихо звучали чарующие мелодии песен об Иерусалиме, о маминых глазах, песня на музыку моего земляка, израильского композитора Алекса Ческиса, на слова поэта Юрия Гарина "Шлягер моей мамы"... Слушая песню об Иерусалиме, подумал про себя, что для такого исполнения мало одного таланта певицы, надо любить, гордиться и восхищаться этим вечным городом.



Песни услышал, подошедший ко мне работник микбаца - Платон Ройтман.

- Не мог не подойти к вам, услышав родной голос Тамары. Ведь мы с ней в родстве.

Я, конечно, слышал о еврейских корнях Тамары Гвердцители. Но никак не думал, что мне доведется познакомиться с теми, кто знает об этом не понаслышке.

Платон оказался прекрасным рассказчиком. И посему я почти дословно передаю то, о чем поведал мой собеседник.

"У раввина Одесской хоральной синагоги Соломона Розенштеха было три дочери. Старшую дочь звали Зелда, среднюю - Ревекка, а младшую - Суламифь.

Зелда была моей бабушкой, а младшая - Суламифь - была бабушкой Тамары. Моя мама, Татьяна Александровна, и мать Тамары, Инна Владимировна, - двоюродные сестры, а мы с Тамарой, получается, правнуки рава Соломона. В памяти его потомков раввин Розенштех остался человеком благочестивым, мудрым, добродушным. Наряду с религиозным, он почтительно относился и к светскому образованию, это положительно отразилось на судьбах его детей и внуков.

То, как мы оказались в Грузии, тема отдельного разговора. Скажу только, что мои одесские родственники в начале войны эвакуировались на Север - в Коми АССР. Мой отец, Семен Юдкович Ройтман, был офицером Советской Армии и служил в Тбилиси. Он помог семье перебраться в Грузию. Инна Владимировна Кофман, мать Тамары, закончила филологический факультет Тбилисского пединститута им. А.С.Пушкина. Она была обаятельной, интересной девушкой. В один прекрасный день познакомилась с Мишей Гвердцители, ставшим впоследствии ее мужем. Миша был комсомольско-партийным работником, затем перешел на научную работу.

Первенца назвали Павлом, в домашнем кругу его называли Пупа, а младшей дочери дали имя - Тамара. Все родные любовно называли ее Тамуней. Она была веселой, открытой, доброй девочкой. Моя мама восхищалась ее музыкальными способностями. С раннего детства она пела и обучалась игре на фортепьяно.

Тамуня часто посещала наш дом. Моя мама закончила Тбилисскую консерваторию. Спустя много лет ей было присвоено почетное звание "Народный учитель Грузии", она преподавала фортепьяно в музыкальной школе, в училище. Мама нередко помогала Тамаре в изучении новых песен, музыкальных пьес. В салоне нашей квартиры стояло старинное, еще с николаевских времен, пианино. Маленькую Тамару не надо было упрашивать, она охотно выполняла просьбы домашних, садилась на высокий стульчик, увлеченно играла и пела. А когда уставала, кричала: "Ой, уведите меня, оторвите от пианино, сама я уйти не могу!"

Во "Дворце пионеров" был создан детский вокально-инструментальный ансамбль "Мзиури" (Солнечный), в котором играли и пели девочки с 8 до 14 лет. Тамара была активной участницей ансамбля. С него и началось ее восхождение к музыкальному Олимпу.

Тамара совершенно свободно владеет английским, французским, грузинским и, разумеется, русским языками. Это в значительной степени предопределило богатство и разнообразие ее песенного репертуара. Важным этапом в ее творческой жизни была работа во Франции совместно с известным французским композитором Леграном, а когда она жила в США, ей довелось выступать в самом знаменитом концертном зале мира - "Карнеги холл". Впрочем, ваши читатели с творческой биографией Гвердцители хорошо знакомы, так что повторяться не будем.

Тамара души не чает в своем сыне Сандро (Александре). Сандро учится в Лондоне, в одном из престижных колледжей столицы. Так что сердце Гвердцители нынче разрывается между Грузией, Россией, Англией и Израилем. Да-да, наша страна для нее - особое место, видимо, сказывается генетическая память, да и любовь израильской публики многое значит.

Будучи в Израиле, Тамара всегда гостит у нас, она желанный гость нашей семьи. Моя мама очень любила Тамару - за ее душевную щедрость, сердечную доброту, за ее яркий, неподражаемый, красивый, идущий из глубин сердца голос. На памятнике моей мамы высечены ноты первых тактов песни "Мамины глаза", которую она любила слушать только в исполнении Тамары.



Бывая на гастролях в Израиле, Тамара, несмотря на занятость, обязательно посещает военное кладбище "Кирьят-Шауль", возлагает цветы к памятнику моего сына. Роман репатриировался по программе "Наале". Он был прекрасным парнем, отлично учился, получил высокий багрут. К несчастью, он погиб во время прохождения военной службы в полиции...

Мы часто с моей супругой Татьяной слушаем Тамарины песни. На одном из дисков - дарственная надпись: "Любимым и родным, незабываемым, душевным родственникам от Тамары".

Теперь, после рассказа Платона, нам стали понятны причины столь душевного исполнения песни "Иерушалаим". Ну не может же правнучка одесского раввина, не раз повторявшего слова "В будущем году - в Иерусалиме", - не любить эту страну. А если вспомнить то, что Израиль - священная земля и для грузинского народа, светоч которого, Шота Руставели, похоронен в одном из монастырей нашей столицы, - то особое отношение Гвердцители к Иерусалиму становится еще понятнее.

И в заключение - знаменитая песня "Иерушалаим"



Валентин ЛИВШИЦ, Петах-Тиква

Источник: Секретный портал - еженедельник "Секрет"