Валентин Катасонов. Иностранный капитал — «пятая колонна» в «холодной войне»
---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Многие наши граждане, воспитанные в духе экономического либерализма, полагают, что действующие в российской экономике предприятия с участием иностранного капитала, — вне политики. Следовательно, они вне той «холодной войны», которая сегодня развязана Западом против России. Им кажется, что такие предприятия живут по принципу: «Бизнес и ничего личного». Тем более что предприятия с участием иностранного капитала находятся в российской юрисдикции. То есть они зарегистрированы как юридические лица Российской Федерации и подчиняются всем законам Российской Федерации. Их иностранное происхождение проявляется лишь в том, что уставные капиталы формируются за счет средств нерезидентов, нерезиденты принимают участие в управлении этими компаниями и имеют право переводить свои инвестиционные доходы за пределы России.

Однако мировой опыт показывает, что когда между странами начинаются войны, то власти начинают принимать меры в отношении тех компаний, в капитале которых участвуют юридические и физические лица противоборствующих государств. В первую очередь, конечно, это относится к компаниям, имеющим прямое или косвенное отношение к производству оружия, боеприпасов, военного снаряжения. Думаю, что читателю не надо объяснять причину подобного рода предосторожностей. Меры могут быть разными: от временного «замораживания» участия иностранного капитала в деятельности предприятий до полной национализаций без каких-либо компенсаций. Между прочим, именно так поступали противоборствующие стороны в годы первой и второй мировой войны. К сожалению, в нашей литературе этот вопрос очень слабо исследован.

Большевики, придя к власти в октябре 1917 года, не собирались немедленно проводить национализацию иностранных предприятий, действовавших на территории России. Однако их подрывная деятельность была столь очевидной, что новой власти пришлось ускоренными темпами осуществлять искоренение «пятой колонны», на которую очень рассчитывали наши бывшие союзники из Антанты. В 1918-1919 гг. была проведена национализация всех крупных и средних компаний с участием иностранного капитала (национализация отечественного капитала также происходила, но с некоторым отставанием). Еще раз подчеркнем: быстрая ликвидация иностранного капитала после прихода к власти большевиков диктовалась, прежде всего, политическими соображениями, а не экономическими и идеологическими.

Теперь давайте вернемся к сегодняшней России. Иностранный капитал в России не просто присутствует. Можно говорить о засилье иностранного капитала в нашей экономике. По данным Росстата, на начало 2012 года доля иностранных компаний (компаний, где нерезиденты являются мажоритарными акционерами) приходилось 27% общего объема уставных капиталов всех компаний российской экономики. Это в целом по экономике. Эта доля выше среднего показателя в таких секторах, как добыча полезных ископаемых (43,7%), обрабатывающая промышленность (33,6%), оптовая и розничная торговля (89,6%). Доля иностранных компаний в оборотах (продажах) российской экономики еще более впечатляет. В конце 2011 г. она составила 33,9%. В отдельных секторах экономики этот показатель был выше среднего уровня: добыча полезных ископаемых (42,0%); обрабатывающая промышленность (49,6%); оптовая и розничная торговля (47,1%).

Россия получила серьезную встряску в результате событий на Украине, присоединения Крыма, введения санкций Запада. Нам объявлена война, пока «холодная». Правительство в настоящее время принимает достаточно серьезные шаги по восстановлению военно-экономического потенциала России, выделяя на это каждый год сумму, измеряемые триллионами рублей. Это правильно. Также правильно, что ставится задача максимальной «локализации» производств, относящихся к стратегически значимым отраслям экономики. Это тоже правильно. Но вот под «локализацией», к сожалению, понимается лишь сокращение доли импортных поставок. А вот если поставки идут с российского предприятия, в котором участвует иностранный инвестор, то уже есть «локализация».

Нам доказывают, что это предприятие, которое действует по российским законам, подчиняется российской власти и поэтому его можно причислить к «местным» поставщикам. Тезис весьма сомнительный. Все-таки для такого предприятия его «материнская» компания, находящаяся за границей, является высшей инстанцией, а вот российская власть располагается ниже. Попытаюсь подкрепить свои рассуждения конкретными примерами.

«Карточная война» против России, или Кто у иностранных компаний настоящий хозяин

В марте 2014 года американские власти в ответ на присоединение Крыма к РФ ввели санкции против группы российских граждан. В «черный» список попали и такие персоны, как Юрий Ковальчук, основной собственник банка «Россия», и Борис и Аркадий Ротенберги, владеющие СМП Банком. Удивительно, что после этого последовала почти молниеносная реакция со стороны компаний, эмитирующих банковские карты Visa и MasterCard. Они заблокировали операции с картами в ряде российских банков. Официальный представитель Visa в России в этой связи сделал следующее заявление: «Казначейство США ввело санкции против некоторых российских физических лиц и организаций. В целях соответствия законодательству США компания Visa International Service Association обязана приостановить доступ к сети Visa для таких организаций». Он добавил, что по состоянию на 21 марта 2014 года список этих организаций, помимо банка «Россия» и СМП Банка, включает Собинбанк и Инвесткапиталбанк. Последние два входят в группу банка «Россия». Таким образом, санкции затронули четыре российских банка. А косвенно, как отмечают специалисты, — целых семь банков.

Деятельность некоторых российских банков пострадала по той причине, что осуществлялась на основе договоров с теми банками, которые стали непосредственными объектами санкций. На примере начавшейся «карточной игры» Запада против России мы наглядно видим, что представляют собой некоторые компании, акционерами (владельцами, пайщиками) которых являются иностранные инвесторы. Visa и MasterCard — не только коммуникационные и технические системы, обеспечивающие проведение платежей с помощью пластиковых карт. Прежде всего, это международные компании, которые действуют в большинстве стран мира (их пластиковые карты используются в 200 странах). В начале третьего тысячелетия на долю Visa приходилось около 57% платёжных карт в мире, главный конкурент MasterCard имел примерно 26%, третья система American Express чуть более 13%. Крупнейшая в мире платежная система Visa принадлежит американской транснациональной корпорации Visa Inc. Это гигант американского бизнеса. Достаточно сказать, что с 20 сентября 2013 г. цена её акций участвует в расчёте индекса Доу-Джонса. Во многих странах мира указанная ТНК действует напрямую, создавая на местах своих филиалы, которые подчиняются американской штаб-квартире и действуют согласно законам США.

Понятно, что в этом случае команда из Вашингтона по блокированию операций с картами Visa на местах является законной. Но такая схема — чисто колониальная.

В Российской Федерации американская ТНК Visa Inc. организовала дочернюю компанию ООО «Платежная система „Виза“». Как любая дочерняя компания, она является юридическим лицом Российской Федерации. Это означает, что любая дочерняя компания, даже если 100% ее капитала принадлежат нерезидентам (иностранным юридическим и физическим лицам), действует исключительно по законам и иным нормативным документам Российской Федерации. В случае с ООО «Платежная система „Виза“» мы видим грубое нарушение этого принципа: российская «дочка» исполняет указания американской администрации.

Более того, есть основание подозревать, что ООО «Платежная система „Виза“» выступает агентом американских спецслужб. Она располагает уникальной информацией о многих операциях российских банков и граждан Российской Федерации, что представляет большой интерес для разведки США. Уже не приходится говорить о том, что при необходимости (по команде из американской штаб-квартиры) российская «дочка» может заблокировать операции с картами не одного или нескольких банков, а всей банковской системы Российской Федерации. Это уже будут не «точечные» уколы, а масштабная операция «экономической войны», способная дестабилизировать внутреннюю ситуацию в России.

Об этом немало говорилось в процессе обсуждения и принятия Государственной Думой РФ в 2011 году закона «О национальной платежной системе». Однако большинство законодателей не прислушались тогда к трезвым предупреждениям некоторых депутатов и представителей отечественного банковского сообщества и не поддержали проект создания независимой платежной системы в стране. Как всегда сославшись на высокие затраты. Лишь когда мы наступили в марте 2014 года на «карточные грабли», начали серьезную работу по собственной банковской карте.

Иностранный капитал подключает к санкциям Запада граждан России

В январе нынешнего года российские СМИ сообщили весьма пикантную новость. Накануне, в декабре американская фирма Abbott приобрела российскую фармацевтическую компанию «Верафарм», производственные мощности которой находятся в Воронеже. Американцы заплатили 21 млрд. рублей за этот российский «актив», обещав провести модернизацию производства. На предприятии трудятся около 2 тысяч человек. Как сообщают СМИ, трудовой коллектив без излишнего шума присоединился к антироссийским санкциям, которые ввели против нашей страны власти США и представители Евросоюза. Работники «Верафарма» поставили свои подписи под так называемым «кодексом чести» компании, неведомыми путями документ оказался в интернете.

Здесь несколько традиционных пунктов, которые обязывают работников бороться с коррупцией, не разглашать коммерческую тайну и т.п. Но самым интересным является пункт, который призывает не сотрудничать с российскими компаниями, попавшими под международные санкции. Список нежелательных фирм тоже прилагался. В нем — Сбербанк и другие крупнейшие российские банки, Лукойл, Роснефть и другие топливные компании, оборонные и авиастроительные предприятия — всего 27 пунктов. По этому поводу уже высказался депутат Государственной Думы Олег Паводков, который представляет в парламенте Воронежскую область. Работники воронежской фармацевтической компании обратились в его приемную с жалобой на собственное новое руководство, которое, по сути, сделало их бесправными.

Олег Паводков дал следующую характеристику действиям иностранной фармацевтической компании: «Это полностью противоречит российскому законодательству от начала и до конца. У нас есть право на труд, право на защиту, все наши права прописаны конституцией, и у нас нет таких оснований, если человек не поддерживает те или иные санкции, он может быть уволен с работы. Это жесточайшее вмешательство в конституцию нашей страны»1. После утечки информации американская компания заняла глухую оборону. Работников компании под угрозой увольнения заставили молчать и запретили общаться с журналистами на эту ему. Люди в своей собственной стране оказались запуганными, лишенными социальных прав и даже права голоса. История получила широкий резонанс. Депутаты Госдумы начали проводить собственные проверки в компаниях своих регионов. Но, увы, далеко не всегда иностранные компании готовы делиться своими секретами.

В Думе даже родилась идея принять закон, который бы защищал права российских граждан на иностранных предприятиях и предусматривал санкции в отношении нерезидентов, нарушающих это правило. Вплоть до национализации. «Если мы сейчас заметим, что это будет хоть в одной компании, если это примет какой-то систематический порядок, но тогда мы тоже будем отвечать санкциями. Я думаю, мы разработаем защитные законы, по защите наших людей, вплоть до национализации этих предприятий», — прокомментировал реакцию депутатов Олег Паводков.

Общий вывод моих рассуждений достаточно очевиден. Мы ведем серьезную войну с Западом. Предприятия с участием капитала тех стран, которые участвуют в санкциях против России, не могут не быть «троянскими конями», действующими в нашем тылу. Такие иностранные предприятия следует подвергнуть реорганизации: либо национализировать, либо произвести замену иностранных акционеров на российских физических и юридических лиц. Впрочем, в России могут действовать предприятия с участием иностранного капитала, но лишь тех стран, которые в санкциях не участвуют. В первую очередь, это может быть иностранный капитал из стран БРИКС, Латинской Америки (Аргентина, Венесуэла и др.), ближнего зарубежья.

Не следует себя тешить иллюзией, что запрет на участие в акционерном капитале нерезидентам из недружественных стран решит все наши проблемы. Конечно, нет. Даже хотя бы потому, что сегодня крупный капитал предпочитает использовать неакционерные формы контроля над предприятиями и компаниями. Например, через предоставление кредитов, по условиям которых кредитор получает право контролировать компанию-должника. Или через договоры передачи технологий, через договоры франшизы и иные договоры. Но вопросы, относящиеся к обеспечению эффективной защиты российских компаний от различных форм контроля со стороны крупного иностранного капитала, выходят за рамки этой публикации.

Валентин Катасонов — доктор экономических наук, профессор, председатель Русского экономического общества им.С.Ф.Шарапова, специально для ИА REGNUM


Подробности: http://www.regnum.ru/news/polit/1892956.html#ixzz3R6FbYPM4
Любое использование материалов допускается перссылки на ИА REGNUM