Беда витает над Днестром
----------------------------------------------------------

Уже более месяца назад украинский президент Петр Порошенко сделал то, что обещал сделать еще в марте: попытался разморозить приднестровский конфликт. 21 мая Верховная Рада денонсировала пять соглашений между правительством Украины и правительством Российской Федерации в военной сфере. По сути — объявила политическую блокаду Приднестровской Молдавской республике (ПМР).

Москву, судя по реакции первых дней, демарш Украины застал врасплох. Но надо отдавать себе отчет: русские никогда доброй волей не уйдут из Приднестровья. Во-первых, потому, что это, фактически, анклав России, выдвинутый вглубь уже, опять-таки надо смотреть правде в глаза, занятой противником территории. Во-вторых, у кого-то есть сомнения, что на следующий день после добровольного ухода из Тирасполя, от Кремля не потребуют убраться уже из юридического анклава — Калининграда? Поэтому Москва вынуждена будет принять вызов.

Развитие кризиса несколько затормозилось результатами местных выборов в Молдове, показавших высокий результат российско-ориентированных сил. Но после 28 июня (второго тура выборов мэра Кишинева) следует ожидать эскалации, и к ней стороны готовятся: новостные ленты полны сообщениями о передвижениях войск. И если в Кишиневе победят евроинтеграторы, то развития конфликта политически неизбежно, с возможным перерастанием его в конфликт континентальный.

Наиболее вероятный сценарий прост: Вооруженные Силы ПМР (4 бригады, 4 батальона спецназа, две танковые роты) справятся с ВС Молдовы (три бригады, батальон спецназа, танков нет), но не имеют шансов против объединённых сил Кишинева и Киева. Объединенные силы, как показывает жизнь и Восток Украины, завязнут, если будет поднят приднестровский резерв (от 30 до 70 000 бойцов). Резерв не имеет шансов против регулярных румынских войск, «заточенных» на восток: 33 армейских батальона и батальон спецназа с ласковым названием «Влад Цепеш» (это тот самый, который Дракула). Румынское участие неизбежно приведет к столкновению военных НАТО с российской частями, дислоцированными в ПМР как миротворцы и хранители имущества (в общей сложности — три батальона, 1 500 человек, контролирующих самый большой восточноевропейский армейский склад в Колбасне: не менее 19 000 тонн боеприпасов, как будто созданных для использования приднестровским резервом). Бинго! На сцене появляется первый джентльмен, вооруженный ядерным оружием…

Правда возможна ситуация, которую американо-ливанский политолог НассимТалеб называет «черным лебедем». Это когда малое событие имеет столь значительные последствия, что меняет прогнозируемое течение событий.

Таких «лебедей» два. Во-первых, ПМР самоопределяется как «суверенное государство». Ну и что, что непризнанное. Формально Китай — тоже непризнанное государство, во всяком случае, с точки зрения Тайваня. А с теоретической точки зрения «декларативной теории государства» (никем особо не оспариваемой) вообще не требует признания: достаточно практического осуществления четырех признаков: (1) постоянное население; (2) определенная территория; (3) правительство и (4) способность к вступлению в отношения с другими государствами.

И вот по отношению к такому государству предпринимаются действия, которые подавляющим большинством экспертов уже расцениваются как «блокада». На момент написания этих строк — экономическая, но с перспективой развития в блокаду военную. С точки зрения международного права, «блокада» (blockade) это особая форма ведения военных действий, которая заключается в изоляции блокируемого объекта с целью не допустить осуществления им своих внешних связей. С этой же точки зрения, блокада, если только она не введена в качестве одной из принудительных мер по решению Совета Безопасности ООН (статья 42 Устава ООН), рассматривается как акт агрессии.

Кроме того, любая блокада — это дело опасное и для ее организаторов, поскольку создает предпосылки для невозможности существования на определенной территории гражданского населения. А отсюда — рукой подать до «предумышленного создания для какой-либо группы таких жизненных условий, которые рассчитаны на полное или частичное физическое уничтожение ее». Если кто не узнал, напомню: это третий из пяти типов действий, определяемых конвенцией ООН, как «геноцид». И не сомневаюсь, что приднестровская власть поднимет дикий крик об элементах геноцида в регионе. Уже поднимает. И может обратиться с жалобой к другому государству. Например — к «непризнаному», но все же постоянному члену Совета Безопасности ООН, Китаю.

Есть и другой «лебедь». Сейчас все «сценаристы» будущего конфликта исходят из постулата: ПМР будет обороняться. А если не будет? А если все будет хуже?

События начала июня позволяют предположить, что между лидерами Приднестровья и инсургентами украинского Востока уже налаживается оперативное, если не взаимодействие, то взаимопонимание. Во всяком случае, атака на Марьинку выглядела не особо эффективным, но весьма эффектным ответом на сообщения назначении Саакашвили на «одесское гетманство» и передислокации украинских войск в Одесскую область. В результате Киев может получить то, чего опасались и Сталин, и Гитлер — войну на два фронта. И атаки с двух сторон.

Именно атаки. Ведь для Тирасполя будет вполне логично стремиться распространить конфликт на сопредельные территории — в Молдову и в Украину. А почему бы и нет? В конце концов, юг Молдовы — это Гагаузия, пророссийски настроенное автономное территориальное образование с этнизированным населением и многолетней историей борьбы за свою автономию именно с Кишинёвом. И во время этой борьбы был эпизод, когда в октябре 1990 года молдавский премьер Мирча Друк направил в Гагаузию сотни автобусов с волонтерами и милицией: для того, что бы привести бунтующих гагаузов к покорности. Тогда из Приднестровья в помощь гагаузскому Комрату вышло несколько десятков автобусов с рабочими дружинами.

Тогда войны удалось избежать, но в воспоминаниях Михаила Кендигеляна, одного из лидеров движения за гагаузскую государственность, приднестровцы называются «соратниками». Так называют боевых товарищей. А совсем недавно молдавские гагаузы провели референдум, где высказались за страшный сон нынешних и украинских, и молдавских лидеров — Таможенный Союз (98%) и за «отложенный статус автономии» (сиречь — права выхода Гагаузии из состава Молдовы в случае, если та утратит независимость).

А несколько южнее молдавской Гагаузии — украинская Бессарабия (или Буджак). Ее много лет с гордостью называли нашей «лабораторией толерантности», и это была правда. При неимоверном количестве народностей, живущих на этом клочке земли (украинцы, молдаване, болгары, гагаузы, евреи, русские староверы и многие, многие…), за последние десятилетия там проблем особо не возникало. Но оборотной стороной толерантности всегда выступает латентное напряжение, которое имеет место и в Южной Бессарабии. И приднестровский конфликт может «разбудить» не только молдавских, но и буджакских гагаузов.

Пару лет назад я немало поездил по Южной Бессарабии в поисках материалов для книги. И вот тогда мне рассказывали, что в «лихие 90-е», когда преступные сообщества делили регион, лучшими «торпедами», бойцами бандитских стрелок были именно гагаузы: дисциплинированные, бесстрашные и, главное, спокойные в момент исполнения решения. Помнится, тогда я спросил: «А сколько „бойцов" гагаузы могут выставить сейчас?». В ответ: «Около шести тысяч». Не слабо, да? Состав двух полновесных бригад.

Конечно, не факт, что гагаузы, болгары, русские и иные представители не титульных наций восстанут против Киева и Кишинева. Но факт, что приднестровцы будут делать все, что бы военные действия вышли за территорию ПМР как можно дальше.

И вряд ли стоит сомневаться в том, что у них уже есть. Ведь советская 14-я гвардейская армия, до 1995 года стоявшая в Тирасполе, своей «зоной ответственности» имела не только Балканы, но и Дунайско-Днестровское междуречье. И как действовать в Северо-Западном Причерноморье нынешнюю армию ПМР (и по духу, и по вооружению — наследницу 14-й гвардейской) натаскивали с момента становления. Так что атака по линии Днестровск-Беляевка, с разрушением беляевской инфраструктуры — это далеко не самое серьезное, что могут придумать приднестровцы в окрестностях Одессы.

И последнее. Основное наследство 14-й армии — это склады вооружений в Колбасне. В свое время — стратегический склад ВСЕХ западных округов СССР. Еще больше оружия сюда завезли при выводе советских войск из ГДР, Чехословакии и Венгрии. Так что, если кто-то скажет, что он знает, сколько оружия хранится в Колбасне — не верьте. Этого не знает никто.

И именно поэтому самым неприятным сценарием для Евросоюза будет сценарий победный. Это если нацмены промолчат, приднестровцы сдадутся, а россияне испугаются и уйдут с левого берега Днестра. Тогда и делать ничего не надо будет — просто снять посты Оперативной Группы российских войск, охраняющих военное имущество. Оно тут же будет разворовано и уйдет туда, где его могут купить — в украинский, молдавский и балканский криминал.

И тогда беда, которая сейчас витает только над Днестром, выпорхнет за Дунай. А может и значительно западнее…
Андрей Ганжа

regnum.ru

Россия теряет Приднестровье?
----------------------------------------------------
Очень плохие новости поступают из Приднестровья. Президент не признанной к сожалению республики, встретился с послом США в Молдавии Джеймсом Петитом. Кадры с этой встречи вы видите на экранах. О чем они говорили на этой встрече остается только догадываться. Но я все-таки предположу, что Петит предложил Шевчуку, в обмен на снятие блокады Молдавией и Украиной Приднестровья, вернуться в состав Молдавии на условиях особого статуса региона. Предположу, что пока Петит прозондировал почву и договориться особо не удалось. Но это не значит что в следующий раз не удастся договориться. Учитывая бездействие России в части снятия блокады с ПМР, последней ничего другого может и не остаться. А потеря Приднестровья России будут стоит очень дорого.

Например, США уже построили в Румынии первые элементы американской ПРО. Россия могла бы американскую ПРО в Румынии свести нет, признай независимость Приднестровья и прими его в состав России. А дальше можно там разместить "Искандеры". Которые способны прорвать любую американскую ПРО. Особенно новейшие крылатые ракеты Р-500, которыми и собираются оснастить комплексы.

Вторым последствием для России будет принятие Молдавии в НАТО. Это сейчас невозможно это сделать по причине территориальных споров и конфликтов. А если ПМР, не дай бог, вернется в состав Молдавии, то препятствий для вступления Молдавии или даже поглощения Молдавии Румынией, не останется. Про остальные последствия России, в виде сдачи на заклание граждан РФ в ПМР и потери международного авторитета, я вообще молчу. Именно поэтому России нужно признавать Приднестровье и принимать его в свой состав. Тем более республика давно просится. Только трусость Москвы перед Западом, не позволяет в отношении ПМР провести крымский сценарий.