Он убегал… В него стреляли люди…
Проваливаясь лапой в рыхлый снег,
Волк твёрдо знал: спасения не будет
И зверя нет страшней, чем человек.

А в этот миг за сотни километров,
Был в исполнении ужасный приговор:
Девчонкам малолетняя там где-то
Уже четвёртый делала аборт.

Малыш кричал, но крик никто не слушал.
Он звал на помощь: «Мамочка, постой!
Ты дай мне шанс, чтобы тебе быть нужным!
Дай мне возможность жить! Ведь я живой!»

А волк бежал… Собаки глотку рвали…
Кричали люди пьяные в лесу
Его уже почти совсем догнали,
Волк вскинул морду и смахнул слезу…

Малыш кричал, слезами заливаясь,
Как страшно, не родившись, умереть!
И от железки спрятаться пытаясь,
Мечтал в глаза он маме посмотреть.

Вот только «маме» этого не нужно —
Не модно стало, видите ль, рожать!
Она на глупость тратит свою душу,
Своих детей «не в падлу» убивать.

А волк упал без сил… Так было надо —
Он от волчицы варваров увёл —
Одна она с волчатами осталась,
Когда он на себя взял приговор…

Собаки рвали в клочья его тело,
Но только душу волчью не порвать!
Душа его счастливой мчалась в небо —

Ради детей есть смысл умирать!
И кто, скажите, зверь на самом деле?
И почему противен этот век?
А просто человечнее нас звери,
И зверя нет страшней, чем человек!

«Знаешь, внук, зачем мы здесь?» - спрашивает дед.
«Снова грузишь? Дай поесть. Это чё, ваще, за бред?»
«Извини, внучок, ты кушай. Чай сейчас налью.
Жуй, не торопясь и слушай, больше не давлю.
Стар я. Чую, уже скоро, вслед за бабкой, на тот свет.
Так что, брось нытьё и споры, принимай завет.
Как и ты, я был беспечен, пил и куралесил.
Воровал, людей калечил. О богатствах грезил.
Роскошь, тусы, драки, крэк – скользкая дорога.
Но, богатый человек – тот, в ком много бога.
Жаль, не слушал стариков, был горяч и дерзок.
Не прощает жизнь долгов, сам себе стал мерзок.
Как-то, пьяненький стою, жути нагоняю.
Вдруг, увидел ту – мою… детали пролистаю.
Было нелегко, сперва. Трения и сложности.
Мы ж, как пламень и вода – противоположности.
Штука странная – Любовь. Многогранен вкус.
То, поток нежнейшей страсти, то – змеи укус.
В общем, стал меняться я, медленно, но верно.
А, когда пошли детишки, счастлив был безмерно.
Без заботы друг о друге, мы ничуть не лучше крыс.
Только с осознанием истины, жизнь обретает смысл.
Ты запомни, охламон… так, ты что? Уже сопишь?!
Ладно, расскажу потом, отсыпайся, мой малыш.ского
Что-то сердце закололо... неужели стынет кровь?
Что ж, встречай меня, родная. Я иду, моя Любовь» .

© Василий Котов.

Как хорошо, когда тебя ждут дома…
Как хорошо, что есть куда идти.
И знать, что дверь рукой знакомой....
Тебе откроют, скажут: «Здравствуй, заходи!»

Ведь это счастье, где-то быть и верить,
Что тот, кто там, он не устанет ждать!
Что я могу ему...все...все доверить...
И мне не нужно, оглянувшись.... проверять...

Октябрь. Парк. Скамейка. Два мужчины.
Один - старик, второму двадцать три.
Наверно у судьбы нашлись причины,
чтоб встретились сегодня их пути.
Старик смотрел, как листья опадают,
молчал..и только кашлял иногда.
А парень прокричал по телефону
не очень уж приятные слова:
"Я ухожу..устал я от истерик!
Твоя любовь, как к горлу острый нож.
Мне ревность и скандалы надоели.
А ты!..легко замену мне найдешь!"
- Красивая? - спросил старик чуть слышно.
- Красивая, но дура! - тот сказал.
- Любимая? - старик с груди, как выжал.
- Любимей не бывает! - отвечал.
- Зачем?..скажи, сынок..зачем тогда?!
Вот..я сижу, а рядом ее нет!
Она ушла из жизни навсегда!
Все думаю...зачем мне этот свет?
А обещала, что умрем то вместе,
в одной постели, в час один и в день.
Солгала та, что не любила лести!
Одна ушла..а я теперь, как тень.
Мы столько с ней прошли: болезни, голод,
детей подняли через нищету.
Все жду...что она сядет на скамейку.
Я жить без нее просто не могу!
Она б сейчас ругалась, что без шапки,
и что лекарство выпить вновь забыл.
Она была такая скандалистка!
Но..как же сильно я ее любил...
Он встал с скамейки медленно, шагами
вдоль по аллее тихо уходил.
А парень обгонял его рывками,
и на ходу ей снова позвонил:
"Люблю!..ты слышишь, вредина, люблю!
Бороться я привык с тобой, не лень!
Я жить с тобой до старости хочу!
И умереть...в один и тот же день!"