Клара Жигня (доктор истории), 2002 год

Из истории бессарабских евреев в годы Холокоста

О Холокосте пишут много - воспоминания, романы, стихи, публицистические очерки, серьезные научные исследования. Специальный курс по изучению Холокоста включен в учебные программы школ и вузов многих стран. В последние годы немало публикуется и в СНГ - в России, Украине, Белоруссии. К сожалению, в Молдове сложилась особая ситуация. За исключением давней статьи И. Левита, двух его маленьких брошюр, дайджеста "Не забудем!", книжки Москалевой, да отдельных воспоминаний бывших узников лагерей гетто на страницах еврейских газет за период более десятилетия ничего опубликовано не было. Даже эти жалкие крохи можно найти только в нашей еврейской библиотеке. Никакой литературы о Холокосте в Молдове на прилавках магазинов не имеется, в городских библиотеках найти ничего невозможно. Широкая публика черпает сведения из легко доступных работ местных историков, ориентированных на националистическую румынскую историографию, которая либо вообще отрицает Холокост, либо кардинальным образом преуменьшает количество жертв. Не являясь специалистом в области изучения истории Холокоста, я, тем не менее, взяла на себя смелость сделать краткий обзор того, что произошло с евреями нашей страны в 1941-1944 годах, выявить самые главные моменты в истории уничтожения евреев, показать его причины и назвать главных виновников. Я буду опираться на архивные документы, переданные в мое распоряжение И. Левитом, опубликованные за рубежом документы и на исследования тех румынских историков, большая часть которых сегодня работает в США и Израиле - Ж. Анчела, П. Шапиро, Р. Иоанида и Л. Бенжамин. Истоки того, что произошло с бессарабскими евреями, уходят еще в XIX век, и далее к положению в Румынии в годы до первой мировой войны, когда подавляющее большинство евреев в этой стране было лишено многих гражданских прав. После первой мировой войны Румыния была последней страной в Европе, которая предоставила своим евреям полное равенство в правах, которое, впрочем, оказалось очень недолгим. Уже тогда, рассматривая еврейство как угрозу независимости и процветанию страны и даже биологическому выживанию румынской нации, правящие круги Румынии постоянно бились над так называемой "еврейской проблемой". Оказавшись в 1918 году в составе Великой Румынии, бессарабское еврейство разделяло все, что выпадало на долю румынских евреев и даже больше. Хотя оно и получило относительную религиозную и культурную автономию, но уже в 1924 году бессарабцы испытали на себе действие закона о румынском гражданстве - закона, который лишил гражданства 100,000 евреев. Первый расистский закон в Румынии, касавшийся принятия на работу персонала частных предприятий, был принят в 1934 году - на год раньше знаменитых Нюренбергских законов 1935 года. В 1938 году власти вновь лишили гражданства 200,000 румынских евреев. В целом же генеральной линией румынской политики в отношении евреев всегда было желание избавиться от еврейской общины. До начала второй мировой войны правящие круги, подталкиваемые протестами мировой общественности против притеснения евреев в Румынии, видели решение еврейской проблемы в создании внутренних и внешних предпосылок для вынужденной, но пока еще ненасильственной эмиграции евреев за пределы страны. По мере фашизации страны подходы к этой проблеме стали меняться. Осенью 1940 года государственная политика в отношении евреев претерпела кардинальные изменения. Хотя с 28 июня 1940 года бессарабские евреи уже не находились в составе Румынии, то, что происходило там, имело прямое отношение к их дальнейшей судьбе. Как известно, в сентябре 1940 года к власти пришел военно-фашистский режим Иона Антонеску. Краеугольными камнями внутренней политики Антонеску стали румынизация и очищение нации от инородных элементов. Это был новый путь решения еврейской проблемы. И румынизация, и пурификация были политикой ярого воинствующего государственного антисемитизма и положили начало геноциду еврейского народа румынской государственной машиной. Румынизация нашла свое выражение в целом ряде законов, которые привели к изгнанию евреев из государственных и частных коммерческих, индустриальных, финансовых предприятий Румынии, к конфискации их собственности и запрету заниматься культурной и просветительской деятельностью. Пурификация была нацелена на выявление всех лиц с еврейской кровью и полное очищение от евреев румынского общества. "Если мы не используем возможность для очищения румынской нации, - говорил Антонеску, - данную нам внутренними и внешними обстоятельствами, мы пропустим последний шанс, данный нам историей: Я могу вернуть нам Бессарабию и Трансильванию, но я ничего не достигну, если я не очищу румынскую нацию. Не границы, а однородность и чистота расы дают силу нации: такова моя высшая цель". Как считает румынский исследователь Лия Бенжамин, политика румынизации не была продиктована новыми условиями международной обстановки или навязана Третьим Рейхом, она выросла из собственной, годами развивавшейся расистской концепции этнической однородности. С приходом к власти режима Антонеску и вступлением Румынии в союзе с фашистской Германией в войну против СССР появились благоприятные условия для ее реализации. Теперь речь шла уже не об эмиграции, к которой следовало всячески подталкивать евреев. Речь шла об изгнании и уничтожении. Румынизация и полная пурификация румынской нации предусматривала различные этапы и методы. Евреи Бессарабии и Буковины должны были стать первым объектом чистки. Что касается евреев Старого королевства, то от них собирались избавиться в течение 5-10 лет. 22 июня 1941 года настало время для начала этнической чистки на бывших румынских территориях Бессарабии и Северной Буковины, которые предстояло вернуть в ходе войны против СССР. Первоначальный план заключался в полном удалении евреев с этих территорий. В Директивах для представителей новых румынских властей, которые направлялись в Бессарабию и Буковину, говорилось, что евреям нечего делать в этих провинциях "в момент реставрации навечно наших национальных прав на этой территории". 8 июля 1941 года Ион Антонеску объявил: "Рискуя быть не понятым теми, кто придерживается традиционных взглядов, я выступаю за насильственную миграцию всего еврейского населения из Бессарабии и Буковины, которое должно быть выброшено за границу страны... меня не волнует, что история нас запомнит как варваров: в истории более не будет благоприятных моментов. Если необходимо, стреляйте из пулеметов". И пулеметы применялись. Сразу и повсеместно. Первыми жертвами стали евреи местечка Скулень на севере Бессарабии. Местность, где было расположено это местечко, имела стратегическое значение, для захвата его были сосредоточены большие воинские силы. Уже 23 июня тут шли кровопролитные бои, местечко несколько раз переходило из рук в руки. Румынские офицеры поспешили обвинить в своих неудачах евреев Скулень, которые якобы помогали Красной Армии. Когда румыны окончательно завладели местечком, они переправили всех жителей на румынский берег, отделили евреев от христиан и расстреляли их из пулеметов как предателей и пособников противника: 19 детей в возрасте до 6 лет, столько же детей в возрасте до 12 лет, 46 - в возрасте до 18 лет. Была расстреляна 61 женщина. А всего румынские офицеры расстреляли 311 евреев. И далее можно продолжать село за селом, местечко за местечком, город за городом, всюду без исключения в первый же день вступления в них румынских и немецких войск происходила "показательная" казнь евреев - от нескольких человек до нескольких сотен людей. Архивные документы хранят свидетельства страшных издевательств, избиений, глумления над евреями перед их расстрелом. Трупы не всегда закапывались сразу, по несколько дней валялись на месте расстрела, их растаскивали по кускам одичавшие собаки. Казни эти совершались румынскими воинскими отрядами совместно со специально созданными для уничтожения евреев немецкими эсэсовскими отрядами Айнзацгруппы Д. Впервые эти совместные действия были опробованы в Яссах во время еврейского погрома 28-29 июня 1941 года, когда было уничтожено от 13 до 20 тысяч евреев. (Это, между прочим, дало основание румынскому исследователю Раду Флориану назвать трагедию в Яссах не погромом, а первым актом геноцида, осуществлявшегося режимом Антонеску в годы войны). 17 июля Антонеску прибыл в Бельцы, собрал представителей румынской администрации в Бессарабии и приказал: "Ни одного еврея не оставлять в селах и городах, интернировать их в лагеря". В случае побега полагалась казнь. Начался новый этап. В процессе сбора евреев во временные лагеря, колонны перегоняли с одного места на другое, морили голодом, многих на местах расстреливали. Пурификация шла полным ходом. К середине августа лагеря были в основном укомплектованы. И. Левит нашел сведения о 49 лагерях и гетто на территории Бессарабии. Наиболее крупными среди них были лагеря: в Вертюженах - 23 тысячи евреев, в Маркулештах - 11 тысяч, в Единцах - 13 тысяч, в Секуренах - 20 тысяч, в Рубленице - 5 с половиной тысяч и т.д. 22 июля было принято решение создать в Кишиневе гетто, выделив для него район, примыкающий к Вистерниченам и ограниченный улицами Харлампиевской, Кожухарской, Вознесенской и Павловской. Сюда было согнано 11 с половиной тысяч евреев. До этого румынскими и немецкими специальными отрядами в саду сельхозинститута на Садовой улице было уничтожено 400 евреев, 6 евреев было убито по обвинению в поджогах, 16 под предлогом того, что они стреляли в румынских солдат, еще несколько десятков расстреляли как заложников. Хорошо известны условия жизни во временных лагерях и гетто - голод, инфекционные болезни, изнурительный труд, которые уносили тысячи жизней. В августе начались массовые казни. 1 августа 411 узников кишиневского гетто было расстреляно возле ст. Вистерничены, 7 августа 325 евреев было казнено в Гидигиче. Массовые расстрелы проводились на 5-м километре Оргеевского шоссе, у конного завода. Такая практика применялась во многих местах. В Косоуцком лесу впоследствии после освобождения Сорокского района были найдены 2 могилы, в которых на глубине 3 метров были уложены рядами трупы общей численностью около 6 тысяч человек. В лагере Вертюжены было обнаружено 105 могил с общим количеством 7560 трупов. В Дубоссарах было расстреляно 12 тысяч, но эта цифра, кажется, в результате последних исследований еще возросла. Пребывание евреев во временных лагерях и гетто Бессарабии было недолгим. 19 августа на территории между Днестром и Бугом было образовано губернаторство Транснистрия, а уже 30 августа Антонеску принял решение начать депортацию бессарабских и буковинских евреев в Транснистрию. Как писал в своих воспоминаниях личный секретарь Антонеску Барбул, конечным пунктом депортации должен был стать район к северу от Азовского моря. По замыслу Гитлера, там должно было возникнуть огромное гетто, в котором бы евреи жили в полной изоляции от остального мира. Не существует документального подтверждения этого плана, но существуют реальные документы - план депортации от лагерей в Бессарабии до лагерей на берегу Буга. Предполагалось, что евреи Бессарабии будут находиться и работать в этих лагерях до тех пор, пока не возникнет возможность переправить выживших дальше на восток, т.е. через Буг к немцам. 7 сентября начальникам лагерей была разослана специальная инструкция о том, как проводить депортацию. Евреев следовало собирать в "конвои" и вести по специально разработанным маршрутам к специальным переправам на Днестре. Вдоль дорог через каждые 10 км следовало выкопать яму из расчета на 100 человек, для тех, кто не сможет идти и будет расстрелян. После убийства евреев в ходе наступления румынских и немецких войск летом 1941 года, гибели и расстрелов в лагерях и гетто, депортация стала очередным этапом уничтожения евреев и пурификации румынской нации. Вырытых заранее в соответствии с инструкцией ям не хватало, обессиленных и умиравших пристреливали и бросали на дорогах. Трупы подвергались ограблению, с них снимали даже одежду. Евреи из следующих конвоев, которых гнали по тем же дорогам, видели лежавшие вдоль дорог обнаженные трупы. Не будет преувеличением сказать, что можно с полным основанием ставить памятники жертвам Холокоста в любой точке на основных дорогах Молдовы. Предотвратить гибель своих соплеменников попытался Президент Союза еврейских общин Румынии Вильгельм Фильдерман, который трижды обращался к Антонеску с просьбой остановить депортацию. "Практически все, покинувшие кишиневское гетто в первом конвое, - писал он, - усыпают своими трупами дорогу между Оргеевом и Резиной: это смерть, смерть, смерть безвинных людей только за то, что они евреи". Антонеску не оставил обращения без ответа. Более того, свой ответ он напечатал в газетах. Антонеску нашел вину десятков тысяч бессарабских стариков, женщин и малолетних детей, за которую их следовало уничтожить. Эти несчастные должны были ответить за проявленную бессарабскими евреями в 1940 году радость по поводу присоединения Бессарабии к СССР, за коммунистические настроения левой молодежи и даже за потери румынских армий в боях под Одессой и в Крыму. "В соответствии с традицией, - публично обличал весь еврейский народ кондукэтор, - вы хотите превратиться из обвиняемых в обвинители, как будто вы забыли причины, вызвавшие нынешнюю ситуацию:. неблагодарные скоты отвергли дружескую руку, которая была протянута им в течение 20 лет... Если у вас действительно есть душа, - посоветовал Антонеску, - не жалейте тех, кто не достоин жалости". 17 ноября последний конвой евреев пересек Днестр, 9 декабря кондукэтору доложили, что депортация евреев из Бессарабии и Северной Буковины в основном завершена. Попробуем подвести некоторые итоги. Накануне войны еврейское население Бессарабии и Северной Буковины составляло более 300 тысяч человек. Когда началась война, эвакуировалось и ушло в Красную Армию примерно 100 тысяч, т.е. осталось 200 тысяч евреев. По румынским данным на февраль 1942 года, из Бессарабии и Северной Буковины в Транснистрию было депортировано 118,5 тысяч. Следовательно, на территории Бессарабии и Буковины было "вычищено", т.е. уничтожено 80,5 тысяч евреев. Но депортации продолжались за счет евреев из внутренних районов Румынии и района Черновцов, и к концу 1942 года число депортированных достигло 190-200 тысяч человек. Как уже указывалось, евреи Бессарабии должны были попасть на берег Буга, там быть использованы как рабская сила, а затем либо отправлены к немцам, либо уничтожены. Как сообщал один из представителей Германии в Бухаресте Густав Гюнтер, в середине октября сразу же после начала депортации Антонеску приказал уничтожить на берегу Буга 110 тысяч евреев из Бессарабии и Буковины. Раздраженный большими потерями в боях под Одессой, взрывом военной комендатуры в этом городе, Антонеску объявил о переходе к политике уничтожения еврейского населения: "Загоните их в катакомбы, сбросьте в Черное море! Мне все равно - погибнет ли 100, погибнет ли 1000, погибнут ли все". Именно тогда по его приказу было уничтожено более 25 тысяч бессарабских евреев, находившихся в Одессе. Однако реализовать свои планы в полной мере румынам не удавалось. К тому времени, когда в Транснистрию были депортированы бессарабские и буковинские евреи, местные украинские евреи уже были согнаны в лагеря и гетто, и огромные массы людей перегонялись с места на место в более крупные лагеря. Еврейское население Транснистрии тоже составляло примерно 300 тысяч человек. К ним присоединились конвои из Бессарабии. Румынские власти оказались неспособными справиться с такими массами народа. Трудовые лагеря не были заранее подготовлены, румынские офицеры и жандармы, сопровождавшие конвои, не знали местности, конвои сбивались с пути и блуждали в лесах и болотах. И теперь уже дороги Транснистрии, как раньше Бессарабии, были усыпаны трупами, которых не успевали хоронить. Румыны поняли, что им не удастся переправить все депортированное население на Буг, тем более, оказалось, что немцы не желают принимать евреев из Транснистрии в свои концентрационные лагеря. По мнению Ж. Анчела, одной из причин того, что румыны гоняли сотни тысяч евреев по дорогам Транснистрии с осени 1941 по лето 1943 года, было отсутствие у румынского государства машины массового уничтожения людей, такой, какая была у немцев, и они надеялись на умерщвление евреев "естественным" путем - голодом, болезнями, изнеможением, непосильным трудом. Поэтому румынам вновь приходилось менять планы. По мнению Анчела, новые архивные данные могут свидетельствовать о том, что режим Антонеску принял решение убить зимой 1941-1942 годов более 200 тысяч евреев. В целом в Транснистрии возникло 4 основных района, где были расположены лагеря и гетто - Могилев, Тигина, Балта и Голта. Ближе всех к Бугу была Голта. Именно туда попала значительная часть бессарабских и одесских евреев. И тогда Антонеску принимает новый план - вместо убийства 110 тысяч бессарабских и буковинских евреев уничтожить в районе Голты имевшихся там 25 тысяч депортированных из Бессарабии и Буковины и 85 тысяч евреев из Одессы и Южной Транснистрии. В соответствии с этими указаниями одним из крупнейших лагерей смерти стал лагерь в Богдановке. По сообщению префекта уезда Голты, на 13 ноября 1941 года в лагере находилось 28 тысяч евреев из них 18 тысяч живых и 10 тысяч умерших, но не захороненных. Все живые были больны тифом и туберкулезом. Сюда же направлялось еще 40 тысяч с юга Транснистрии и Одессы, хотя никаких строений, где их можно было расположить, не имелось. К середине декабря на протяжении 3 км на берегу Буга при температуре - 30 градусов лежало, ползало, умирало от голода, холода и болезней огромное количество евреев. Трупы смерзлись таким образом, что их невозможно было разъединить. Так их и сжигали. Трупы складывали в пирамиды послойно с дровами, но замерзшие трупы горели трудно. Всех живых было решено собрать в Богдановке. 21 декабря 1941 года в последний день Хануки в Богдановке 5 тысяч живых скелетов были загнаны в несколько коровников и заживо сожжены. Затем остальных партиями стали гнать на берег Буга и расстреливать возле рвов и высохших русел ручьев, летом бежавших в Буг. Это происходило каждый день до 9 января 1942 года с перерывом на Рождество и новогодние праздники. В лагере Доманевка поначалу находилось только 12 тысяч, и там тоже было огромное количество замороженных трупов. Затем сюда стали привозить евреев из Бессарабии и Одессы. В декабре 1941- январе 1942 гг. там оказалось 20 тысяч евреев. Каждый день прибавлял сотни умерших. Хоронить их в замерзшей земле не было никакой возможности. Убийства тут начались после того, как были уничтожены все евреи Богдановки. В Доманевке все было закончено 18 марта. По данным Ильи Эренбурга, в Богдановке было уничтожено 54 тысячи, в Доманевке - 15 тысяч. В близлежащем лагере Акмачетка погибло 14 тысяч, в лагере села Мостовое - 32,600 евреев. Район Голты был назван "королевством смерти". Но лагеря смерти были устроены румынами не только в районе Голты. В лагере смерти Печора нашли смерть 18 тысяч человек. Полностью было уничтожено еврейское население в Рашкове, Шпикове, Ладыжине, Любашевке, Кодыме, Ананьеве и в других местах. Подсчеты Анчела показывают, что румынское государство и его режим в Транснистрии несут ответственность за уничтожение по крайней мери четверти миллионов евреев в течение страшной зимы 1941-1942 годов. К сожалению, не существует выверенных общих данных о количестве жертв Холокоста в Бессарабии и Транснистрии. Известно, что когда в районы лагерей в Транснистрии вернулись советские войска, там оставалось примерно 50 с половиной тысяч евреев Бессарабии, Буковины и самой Румынии. Румынские авторы пишут о том, что режим Антонеску уничтожил 270 тысяч румынских, бессарабских и буковинских евреев. По данным И. Левита геноцид, осуществленный румынскими фашистами, унес жизнь 330-350 тысяч евреев, в том числе украинских. Таковы страшные цифры. Таковы уроки Холокоста. И нельзя допустить, чтобы за красивыми словами о жертвах фашизма в разных странах забывали о том, какой народ стал главной жертвой фашизма. Наш долг сделать так, чтобы этот урок выучили не только евреи, а они его выучили и сделали надлежащие выводы, но и те люди, в среде которых сегодня живут евреи.[more/]