Солнечное, тихое весеннее утро. Вроде бы все как обычно, если бы не горьковато-свежий привкус одиночества, непривычного, какого-то почти безумного. Я знаю, что рядом остались те, кого я люблю, и кому дорога, взаимно, что очень важно для меня. Я понимаю, что эти безумные отношения давно уже зашли в тупик, и продолжать общения, когда оба друг другу не нравятся, но почему-то нужны, не стоит. Если ты не нужен - уходи. Даже если потом будешь плакать, кричать, биться об стены. Уходи, потому что ты не нужен. Потому что ты тратишь свою единственную жизнь впустую. Потому что будут издеваться, пытать, самоутверждаться за твой счет. Даже если ты настолько любишь, что готов это простить, уходи. Потому что это правильно. Потому что кроме тебя, никто не сможет тебя защитить. Любой разрыв болезненен, но лучше перетерпеть один раз эту сильную боль, чем страдать еще несколько лет и все же остаться ни с чем. Придти к тому же горьковато-свежему одиночеству, потеряв несколько необычайно ценных лет. Возможно, лучших лет в собственной жизни.
Эти мысли крутились в моей голове, в поисках возможности сложиться в единые фразы. Наконец-то я смогла их сформулировать, и, надеюсь, что теперь смогу настоять на своем. Первые дни будут тяжелыми, разумеется. Да что там дни. Недели. Месяцы. Но потом привычка умрет, любовь останется, я знаю. Главное, что привычка умрет и чувство вины перестанет терзать меня долгими вечерами.
Я справлюсь. Потому что я всегда мысленно буду с ними.
Даже если здесь у меня почти никого нет.

Это - не самая худшая жизнь из тех, которые у меня были. Да и потом, в любой, даже самой прекрасной жизни, будут люди, которым ты не будешь нравиться. Просто не будешь, и это нормально, потому что все слишком разные, чтобы любить одно и то же и думать одинаково. Жить было бы слишком скучно. Но я надеюсь, что все можно исправить и придти к компромиссу. Да, мне бывает очень больно. Грустно. Тоскливо. Но пока мы еще живы, я хочу дописать свою книгу. И я хочу, чтобы она была о том, что любой может сделать свое счастье. Любой: маг, вампир, оборотень или король, с силой или без, с поддержкой или без. Я хочу, чтобы наша сказка никогда не кончалась, и большая ее часть была еще впереди. Непременно счастливая. Грустных сказок и так хватает в каждой человеческой жизни.
Я не хочу славы, мне не нужно громкое имя. Я хочу просто жить, дышать, именно это в последнее время стало таким сложным. Но у меня есть братья, самые замечательные, которых я люблю, тот, кого боятся люди (и которого я тоже люблю. и не только я. и он знает, о ком я), сестры. Которых я тоже люблю, ведь если бы не любила - не было бы так больно. А значит, я смогу жить, потому жить может только тот, кто любит.
А еще, знаете. Я прощаю всем все. Потому что надеюсь, что меня тоже кто-нибудь когда-нибудь за что-то простит. По-настоящему, действительно забыв о принесенной мной боли. Потому что любви без прощения не бывает. А счастье невозможно без любви.
А пока я буду много работать, над собой, делами, книгами.
Быть может, однажды, я смогу все наладить.

Однажды паук доплетет свою паутину, проживет долгую жизнь, умрет. А паутина останется. И однажды в эту паутину, заменившую сотни и тысячи веков назад карту миров, попадет обычная слабая девочка. Кто просил ее соваться на пыльный чердак? Кто заставил ее лезть за старой потрепанной книжкой? Кто научил ее чувствовать? Никому неизвестно, да и неважно, почему так случилось. Главное, что случилось. И что паутина осталась столь же липкой, как и в первый день своего существования. Годами передвигаясь по тонким граням, уже взрослая девушка пришла в самое ее сердце.Так бывает все чаще. Миры сходятся в одной точке, и она чувствует их все. Иногда два одинаковых мира обнимают ее со всех сторон, и тогда, именно тогда, рождается безумие. В одном - уже поднадоевшие ссоры, раздоры, непонимания и боль. В другом - любовь, тепло и счастье. Именно то, чего так долго недостает. В один верить больно и не хочется, другой слишком желанный, но. Но. Но. Два мира не могут существовать сразу. Какой-то из них обман. И если обман тот, счастливый, то это самая жестокая насмешка, которую только можно придумать для человека. А если же тот, что каждый день обжигает болью, то как же невыносимо почувствовать себя в ловушке. Понять, что все те события, что заставляли желать смерти - всего лишь... Обман? Чья-то игра? Страх затмевает разум, по щекам текут слезы, сердце разрывается, а их горла вырывается вой, изрядно ломанный от слез и спазмов глотки.
Кубики брошены, карты раскинуты. Кто останется жить? И где, вот в чем вопрос.

Один за другим они затягивают меня через липкую паутину границы, окуная в воспоминания, жестоко извращенные явно недружелюбно настроенной реальностью. Вот и сегодня. Моя любимая семья, мои любимые сестры, дача, велосипеды, старый дом в деревне с покосившимися заборами. То, что раньше называлось счастьем, превращается в затянутый ад, и в этих снах я плачу. Я была изрядно удивлена, обнаружив свои глаза сухими, проснувшись. Зачем же вы мне снитесь-то? Этак рана в душе никогда не затянется, хотя.. не слишком-то и важно. Вы скорее всего давно уже перестали читать мой дневник и эти письма - они в никуда. Как те, что однажды летним днем написали на бумажках и сожгли, в надежде, что ветер передаст их тем, кого нет рядом. Помните эту затею? Одну из многих, сделавших лично мое детское лето счастливым. Даже несколько летних каникул подряд. Было для чего жить, да. Было для кого жить.
Я надеюсь, что все к лучшему.
Я надеюсь, что у вас все будет хорошо.

Загораются искорки в небе,
Зимний вечер задует свечу,
Как хотелось сегодня мне бы
Рассказать тебе все. Промолчу.

Промолчу про красивые сказки,
Те, что вместе творили мы летом,
Новогодне-веселые маски,
И все то, что назвали обетом.

Я решительно книгу откину,
Что подарена тоже тобой,
Знай. Тебя никогда не покину.
Даже звать буду дальше судьбой.

В этот вечер я плакать не стану.
Даже вспомнив, расстровшись, тоже,
Я закрою от ветра рану,
И зажгу вновь свечу. Вдруг поможет?

Этим первым выходным утром мне снова грустно. Кружево слов не плетется, обрываясь, толком не начавшись, ведь я точно знаю, что писать мне больше не для кого. Потому что те, кто рядом, слышат, как я проговариваю печатный текст вслух, ибо скорость полета моих пальцев над клавиатурой давно уже приближается к скорости речи. Поэтому пишу я исключительно для того, чтобы исчерпать на сегодня норму пессимизма. Итак, мой чай медленно остывает, а впереди целая вечность абсолютно никем не занятого времени. Я часто думаю о том, что случилось, о своей семье, о том, как больно терять тех, кому доверял больше, чем себе. А еще о том, как же сложно жить в мире, если ты думаешь по-другому. Нет, дело даже не в мировоззрении, как раз здесь-то большое разнообразие представлений. Дело в самом отношении к жизни, к миру. Как же сложно, когда ты говоришь одно, а слышат абсолютно другое и не хотят понимать, когда ты в сотый и тысячный раз объясняешь, что именно имеешь ввиду. Да не то, чтобы понимать, даже слышать не желают, поскольку, услышав самое первое слово, достроили фразу по своему разумению, извратив смысл до неузнаваемости и упираются в эту собственную придуманную белиберду. Иногда мне кажется, что людям нравится считать других сволочами. Возможно, на этом фоне собственная низость кажется более оправданной, что ли. Я никогда не ставила себя выше других людей, долгое время мне казалось, что я намного хуже, чем все остальные, ничего не могу, не умею, ничего не достойна. Теперь я просто считаю себя другой, по сравнению с большинством тех людей, с которыми я пересекалась, когда-либо. Да, я очень легко нахожу общий язык с любыми людьми. Да, многие из них на порядок лучше меня что-то знают и умеют, и в этом я готова у них учиться, но общаться и жить с ними мне не интересно. Парой-тройкой тем общение завершается, оставляя какую-то сосущую пустоту внутри, а еще чаще их взгляды ввергают меня в глубокую подавленность. Тяжело быть Марсианином на Луне, чего уж там.

Очередное суматошное воскресное утро. Когда кто-то суетится на кухне, носится по квартире, мне кажется, что время течет в два, три, четыре раза быстрее. Утекает из моей жизни, оставляя какую-то болезненную пустоту. Как же мне хочется вернуться на год назад, когда еще все было так прекрасно. Увы, это не в моей власти. Поэтому сейчас я включу тихую музыку и налью себе чай. Молочный. Оолонг. Буду медленно пить, пока не стемнеет, а затем зажгу свечку. Мне нужно как-то восстановиться от этого бешеного ритма, отдохнуть. Написать очередную сказку и подумать. Что мне делать дальше?

2 слушали 0 копий [+ в свой плеер]

Мой декабрь

Леди тихо откроет двери,
Разольет обжигающий чай,
Заставит забыть потери,
Прогонит тоску и печаль.