"Я пою песни военных лет, и душа по капле возвращается, и лёгкие пробуют взмахнуть крыльями"
В непростые дни, когда во мне остаётся души на донышке, я делаю следующее. Это мой способ борьбы со стрессом. Моя альтернатива волчьему вою.
Я пою песни о Великой Отечественной Войне. Я делаю это уже много лет.
Запираюсь в ванной, включаю воду (чтобы не мешать домашним) и пою в голос.
С рождением Артёма стало легче: иногда я пою эти песни ему перед сном, вместо сказок. Малышу нравится, а у меня есть легальный способ перекричать окружающую глухоту.
Я пою песни военных лет, и душа по капле возвращается, и лёгкие пробуют взмахнуть крыльями.
Я пою несколько песен подряд. Иногда три. Иногда пять. Иногда больше. Бывает, что шея буксует и не может поднять голову. Тогда я хватаю ртом "Журавли". Или "В землянке". Эти две способны вытянуть меня из любого говна.
Меня, спущенного под ноль, эти песни физически наполняют воздухом. В них столько этого воздуха, что кажется, будто дышишь небом. Ведь когда поешь, нужно уметь правильно дышать. Песня - это, по сути, и есть осмысленное дыхание.
Эти песни лечат. Они лечат своей болью. Так звучит раненая душа человека.
Они сакральны. Песни военных лет - это такие светские советские молитвы.
Вне зависимости от того, кто их создавал.
Пусть Лебедев-Кумач, автор "Священной войны", по воспоминаниям Фадеева, и пытался сбежать из Москвы в самые тяжёлые дни 1941 года с двумя пикапами барахла. Пусть Фатьянов, на чьи стихи "Давно мы дома не были", и был тем самым Фатьяновым из популярной в те годы эпиграммы "видели Фатьянова, трезвого, не пьяного! Трезвого, не пьяного?! Ну, значит — не Фатьянова..."
Это не важно.
В то громадное время было непозволительно мелочиться в поступках. Заиграли даже пустые барабаны.
В эти песни выдохнул свою душу целый народ.
В этих песнях - такой катехизис любви и правды, что они способны утешить любое сердце, особенно наши современные малолитражные сердца с их букашкиными трагедиями.
После той войны, как после землетресения истории, были афтершоки в последующих поколениях. Они поразительны.
Я могу назвать три, самые яркие лично для меня.
Первый - Леонид Быков. Маленький человек, сумевший вместить огромную войну. Его "В бой идут одни старики" - тоже фактически песня. Реквием. А "Аты-баты" - вообще документальное кино. Кино, задокументировавшее забинтованную душу.
Второй - Владимир Высоцкий. Его "Братские могилы" сначала спел Бернес, исполнивший много фронтовых песен. Отчасти, поэтому пошла молва, что песню написал фронтовик. И, удивительно, очевидец войны Бернес, выступавший с концертами на передовой, в своей трактовке (на мой взгляд) не дотянул до авторского исполнения Высоцкого, войны не видевшего.
Третий - Дмитрий Хворостовский. Когда я посмотрел в записи его концерт "Песни военных лет", я полчаса просидел в темноте, не шелохнувшись. Единственным моим желанием было послушать это снова, немедленно. Но я не мог. Мне нужно было отдышаться.
Эти трое не воевали на той войне. Но я уверен, что те, кто воевал, встретили их и обняли как однополчан - там, где нет войн.
Сейчас я поставлю песню "Журавли" из того концерта Дмитрия Хворостовского. Только послушаю, подпевать не буду.
Теперь эта песня и про него тоже. Светлая память.
