Бахчисарай и его окрестности. Из путеводителя Монтандона Ш. (1834 г.)

Рис. №13. "Главный двор Бахчисарайского дворца". Эльсон, с натуры. Боккачини, на камне. Литография А. Брауна

Маршрут «C»
Бахчисарай и его окрестности

Бахчи-Сарай, Цыганская деревня, руины, Успенский монастырь, Чуфут-Кале, Тепе-Кермен, долина Качи, Каролез, Мангуп-Кале, Черкес-Кермен и возвращение в Бахчи-Сарай

Бахчи-Сарай, бывшая резиденция крымских ханов, находящаяся в глубине узкой долины, образующей ущелье, где течет Джурук-Су («зловонная вода»), — это крымский город, который более других достоин посещения иностранцев. Населенная почти исключительно татарами, которым императрица Екатерина специально даровала право жить здесь одним, эта древняя столица сохранила свой национальный характер, и наблюдатель будет иметь случай найти там множество примечательных вещей, столь же удивительно редких, сколь интересных. Причудливое расположение этого города, вид его лавок, фонтанов, дворца, некрополей, мечетей и многочисленных минаретов, которые взвинчиваются всюду с пирамидальными тополями, вершины которых четко выделяются на фоне изъеденных скал округлой формы и ослепительной белизны, — все это привлекает внимание и возбуждает воображение тех, кто посещает это место впервые.

Бахчисарайские дома (высокие трубы которых походят на маленькие башни), перемежаясь с фруктовыми садами, частью занимают берег Джурук-Су, а частью располагаются амфитеатром на двух горах, нисходящих к этому ручью.

Главная улица, плохо мощенная, где с трудом могут разминуться два экипажа, представляет собой почти не прерывающиеся на протяжении полутора верст два ряда лавок и торговых палаток из дерева, открытых на улицу, что позволяет видеть, как этот народ подковывает быков, раскладывает товары, работает бритвой, месит тесто, разделывает мясо и занимается разными привычными ему ремеслами. Все это можно видеть вперемешку, и все это подобие Афин дает представление о состоянии ремесел этого народа.

Нижние улицы города, очень узкие, извилистые и всегда грязные, заняты цехами по выделке сафьяна и войлока, что составляет, вместе с обувью для мужчин и женщин, изготовлением некоторых других предметов из кожи, ножей, мыла, свечей и мундштуков, основные занятия жителей.

Этот город является также местом, куда свозят фрукты, лен и табак, которые выращивают на юге и севере гор и вдоль берегов, рек. Осенью эти товары загромождают улицы в таком количестве, что зачастую затрудняют проход.

Торговля тканями, колониальными товарами и галантереей почти целиком находится в руках евреев-караимов с Чуфут-Кале, которые каждое утро спускаются со своих скал на ослах или мулах, чтобы торговать в больших лавках, а вечером вернуться к своим очагам.

Ханский дворец, который виден в конце торговой улицы, любопытен и достоин внимания мыслящего человека. Он был заложен в 1519 г. крымским ханом Адиль-Сааб-Гиреем.

Входят туда по каменному мосту, сооруженному через Джурук-Су Это здание, где иностранцу трудно не заблудиться, если его не сопровождает солдат, недавно реставрировано на средства правительства. Господин Эльсон, искусный архитектор, которому была доверена эта тонкая работа, сумел восстановить все в прежнем виде: ни первородный характер, ни оригинальность дворца не были искажены; даже росписи внутри дворца так же, как на стенах снаружи, кроме того, что приобрели свежесть, остались такими же, как прежде1.

Меблировка должна быть также заменена новой, наподобие оставшейся старой и в соответствии с теми представлениями, которые о ней сохранились.
Путешественник после беглого осмотра апартаментов верхнего этажа пройдет из главного здания в другие строения — разной высоты и беспорядочно расположенные. Там следует отметить закрытые галереи, над которыми возвышается широкая беседка, где хан кормил соколов. Потом спускаемся на первый этаж, чтобы осмотреть мечети, потолки которых украшены грубой резьбой и заботливо вновь покрыты позолотой.

В большом вестибюле находится фонтан, прославленный в прекрасной поэме г-на Пушкина2. Тут же комнату украшает другой, больший, фонтан с краном.

Задние дворы этого храма памяти, пустынного сегодня и людного когда-то, но равно печального, украшены садами, рощами цветов, беседками винограда, фонтанами, сохраняющими приятную свежесть, которая увеличивается еще и благодаря тени, значительную часть дня отбрасываемой высокими крепостными стенами.

Вид этих укреплений, куда желание более полной свободы не могло бы проникнуть, будит в душе горькие размышления о тех несчастных жертвах, которые томились в этом дворце под тяжестью закона столь же позорного, сколь тиранического и варварского.

Апартаменты слева от главного входа, меблированные на европейский манер, предназначены для высоких гостей и тех, кто имеет рекомендательный билет г-на губернатора Тавриды.

Путешественники посещают также кладбище, которое покрывает склон горы напротив дворца, а также ханские могилы и большую мечеть, находящуюся рядом Это здание, украшенное двумя минаретами, имеет решетчатый балкон, который позволяет иностранцам, не смущая благочестия татар, присутствовать при вечерних молитвах в праздничные дни и при плясках дервишей по пятницам.

Напротив главного входа, в глубине двора, находится прекрасный фонтан из тесаного камня, выстроенный недавно в азиатском стиле и носящий на себе написанный по-турецки вензель покойного императора Александра.

Во многих местах дворца и мечети встречаются надписи на арабском языке, которые нельзя передать верно, если подражать восточному стилю. Буквальный перевод этих изречений, большей частью взятых из Корана, более интересен, вот он:

Буквальный перевод надписей, находящихся в различных местах Бахчисарайского дворца

На железной двери входа во дворец:
Хозяин этой двери, который приобрел эту область, — великий Хаджи-Гирей-Хан, сын Менгли-Гирей-Хана! которого, Менгли-Гирей-Хана, всевышний награждает высшей благодатью, а также — его отца и его мать.

На той же двери, немного ниже:
Возведение этой большой двери было выполнено по приказу хозяина двух морей и двух областей Хаджи-Гирей Хана, сына султана Менгли-Гирей-Хана, сына султана, год 953.

На фонтане, называемом Сельсебиль, который находится слева в большом вестибюле:
Слава Всевышнему!
Лик Бахчи-Сарая обрадован благодетельной заботой светлого Крым-Гирей-Хана; это он своей великодушной рукой утолил жажду своей страны, стремясь к еще большим благодеяниям с помощью Всевышнего. По своему доброму расположению он открыл превосходный источник воды.
Если существует другой фонтан, похожий на этот, пусть он объявится.
Города Шам3 и Багдад видели много прекрасных вещей, но они не видели столь прекрасного фонтана!

Автора этой надписи зовут Шеги. Словно человек, мучимый жаждой, прочтем сквозь воду, вытекающую по трубе, не толще пальца, то, что здесь начертано. Но что гласит эта надпись? Выпей эту прекрасную воду, вытекающую из самого чистого среди фонтанов, — она дает здоровье.
Год 1176 (буквами).

На фонтане с красной надписью в том же вестибюле:
Каплан-Гирей-Хан, сын Хаджи-Селим-Гирей-Хана!
Да соблаговолит Всевышний простить им обоим все грехи, а также их отцу и их матери.

На двери ханской мечети, со стороны улицы:
Кто Хаджи-Селим? Это тот, кто был самым знаменитым среди ханов, это герой Всевышнего. Пусть Всевышний Бог даст ему все блага в награду за строительство этой мечети!
Селим-Гирей-Хан сравним с розовым кустом, сын, рожденный им, — роза. Каждый в свою очередь на троне был увенчан почестями во дворце.
Розовый куст снова зацвел, его неповторимая свежая роза стала львом падишаха Крыма, Селамета Гирей-Хана.
Господь выполнил мое желание этой надписью. Только ради Всевышнего была сооружена эта мечеть Селамет-Гиреем.
Год 1153 (буквами).

На двери в коридоре при входе в цветник, не доходя до стеклянного павильона, где также находится фонтан и где молился хан:
Селамет-Гирей-Хан, сын Хаджи-Селим-Гирей-Хана. 1740.

В большой мечети дворца, если входить в большую дверь:

На окне справа вверху:
№ 1. Мой возлюбленный пророк, я послал тебя для процветания всего народа.

Ниже:
№ 2. Только Господь и никто иной может указать все пути к истине.

На круглом окне посередине:
Пусть воля Бога свершится!

На окне слева вверху:
№ 1. О Всевышний! Богатство твоего милосердия! Освободи нас от семи бедствий ада!

Внизу:
№ 2. Твоим светом, пророк, освещена Вселенная.

На окне в конце вверху:
№ 1. Здесь и в иной жизни спасение достигается праведным словом.

Внизу:
№ 2. Пусть милость и восхваление совершатся также

На другом окне:
№ 1. Эта мечеть была возведена милостью Господа!
№ 2. Каждый здесь и в иной жизни добьется счастья и покоя уединением.

Вверху, в мечети, где молился хан, на окне справа:
№ 1. Всевышний - мой господин, и пророк - мой возлюбленный.
№ 2. Господь один, и нет никого другого, кроме него4
.
Господин Булатов, инспектор дворца, внимание которого к иностранцам неизменно, любезно дает все необходимы им справки.
В Бахчи-Сарае есть большое число общественных фонтанов, питаемых подземными каналами, которые искусно проведены вдоль горы и хорошо содержатся.

В городе насчитывается 3000 домов; тут есть также греческая церковь, синагога, тридцать две мечети, три медресе5, две бани, построенные в турецком стиле; большое число кофеен, десять караван-сараев и несколько водяных мельниц на Джурук-Су.
Численность населения достигает приблизительно 14000 человек, из которых 12000 татар, 1270 русских и 250 иностранцев.
Красивейшие пейзажи открываются из внутренней беседки дворца и с возвышенностей по обеим сторонам города. При наличии билета можно поселиться во дворце; в противном случае нужно останавливаться в караван-сараях или же у грека по имени Христа Полити, который может предложить лишь довольно жалкие комнаты. На въезде в город есть русская гостиница или нечто вроде этого, где также можно получить комнату.

* * *
В окрестностях Бахчи-Сарая есть достопримечательности и бесконечное число крайне разнообразных и живописных ландшафтов.
Вот маршрут осмотра, который требует всего 2-3 дня и из которого все путешественники возвращаются с приятными впечатлениями.

* * *
Приблизительные расстояния от одного пункта до другого, считая от дворца
верст
До Успенского монастыря1½
до Чуфут-Кале2
до долины Жозафат–½
до вершины Тепе-Кермена4
до Бицки5
до церкви Фицки1
до Каролеза через Тиберти10
до Черкес-Кермена3
до Мангуп-Кале8
Возвращение в Бахчи-Сарай по прямой20
Весь маршрут55 верст

Примечания

На хороших лошадях и с некоторыми предосторожностями на возвышенности Чуфут-Кале при необходимости можно забраться в экипаже; иное дело Тепе-Кермен: туда добираются верхом или пешком. В течение этого пути люди, которые не любят путешествовать таким манером, будут иметь время, чтобы отправить с Чуфут-Кале свои экипажи через Бахчи-Сарай к церкви Фицки на Каче и даже в Татаркой, где в экипажи снова можно будет сесть, спустившись с Тепе-Кермена, и пользоваться ими на протяжении всего остального пути, за исключением небольшого участка — захода на Мангуп-Кале.
Не следует пренебрегать тем, чтобы взять с собой несколько провизии и подзорную трубу, случай воспользоваться которой представится не раз.

* * *

Чтобы добраться от Бахчи-Сарая до Успенского монастыря, поднимаемся вдоль Джурук-Су6 по каменистой дороге, проходящей между голых скал причудливой формы, у подножия которых растут хорошие фруктовые сады.

Выехав на окраину города, имеющую вид жалкого предместья, слева обнаруживаем множество навесов и домишек, прислоненных к склонам скал и заселенных цыганами, песни, дикие крики и нестройная музыка которых производят гам, отдающийся далеко в горах.

Путешественник, любящий понаблюдать и не боящийся слишком оскорбить свою брезгливость при виде этих несчастных, едва прикрытых лохмотьями, сможет пройти среди их закопченных жилищ; они представляют собой картину, говорящую о человеческом упадке в последней его степени.

Выше этого места, неизвестно, как его назвать, находится медресе, упомянутое выше, и весьма примечательные развалины.

Отсюда начинается дорога, ведущая прямо на Чуфут-Кале, но иностранцы следуют по ней редко.
Вид нескольких домов, принадлежащих этой крепости и выстроенных на самом краю отвесной, очень высокой скалы, — это единственное, что представляется интересным на этой дороге, тогда как дорога направо постоянно дает пишу вниманию. После подъема на полверсты, который огибает скалу, где видны ниши с вырубленными в них саркофагами, служащими ныне в качестве кормушек, подходим к подножию монастыря.

48 ступеней, вытесанных в скале, ведут на террасу, откуда поднимаемся по еще одной каменной лестнице, прежде чем оказаться внутри утеса. Переходы, кельи и маленькая церковь с колоннами замечательны только тем, что дают представление о затратах труда, которого они стоили. Деревянные галереи, оборудованные на помостах, с восхитительной дерзостью устроенных снаружи скалы, предлагают вид на дикую красоту ущелья, лежащего под ногами, и гор, возвышающихся напротив7.

15 августа это святое место, где круглый год обитает греческий священник, предстает во всем своем блеске. Сюда стекаются паломники — часто с босыми ногами — из всех районов Крыма. И в этот день местность оживлена огромной толпой, которая теснится на всех подходах к монастырю, чтобы присутствовать при службе в честь Святой Девы.

Группы людей обоих полов, всех возрастов и национальностей, собираются после этого религиозного действа в разных точках на горах и прилегающих скалах, чтобы перекусить на свежем воздухе, и представляют крайне любопытные сцены. Зрелище разнообразных костюмов подчеркивается своеобычностью сельской местности и видом монастыря, будто подвешенного в воздухе.

Продолжая двигаться по тому же ущелью, минуем четыре фонтана, куда караимы приходят за водой, необходимой для их нужд. Ее перевозят на спинах ослов или мулов в бочонках, имеющих около одной туазы в длину и всего 12-15 дюймов в диаметре и размещенных вертикально с обоих боков вьючного седла, также имеющего особую форму.

Рис. №13. "Главный двор Бахчисарайского дворца". Эльсон, с натуры. Боккачини, на камне. Литография А. Брауна

Рис. №14. "Успенский монастырь близ Бахчисарая". А. Фадзарди, с натуры. Боккачини, на камне. Литография А. Брауна.
http://bfnk.ru/bahchisaraj/books-montandon-bahchisaraj

От этих фонтанов в крепость взбираемся по тропинке, все возрастающая крутизна которой делает ее похожей скорее на лестницу, вырубленную в скале.

Чуфут-Кале, заселенная исключительно евреями-караимами8, имеет крайне необычное расположение. Выстроенный на выступе огромной скалы, этот город, опоясанный стенами и домами, имеет лишь двое ворот, запираемых каждый вечер, и может целиком изолироваться, не имея никаких сношений с внешним миром.
В городе приблизительно 300 домов, прислоненных друг к другу и образующих узкие, извилистые улицы с голой скалой, заменяющей мостовую.
Иностранцы задерживаются в этом месте, чтобы посетить мавзолей дочери хана, жизнь которой могла бы стать сюжетом для романа. Этот мавзолей украшен изящным портиком, состоящим из двух арок, расположенных одна выше другой.

Синагога имеет небольшой сад, который служит во время праздника кущей. Раввин (Реби Юсуф) очень предупредителен с путешественниками; мало кого он сам не сопровождает повсюду и не приглашает на легкий завтрак, включающий в себя фрукты, варенье, пирожные и ликер.

На плато, на севере крепости, когда-то можно было увидеть оленей, которых заботливо содержали для удовольствия хана, большого любителя охоты. Уже семь лет, как все они истреблены.

Совсем рядом с Чуфут-Кале, откуда открывается множество хороших видов, находится очаровательная долина Жозафат, занятая кладбищем, затененным прекрасными деревьями; это своего рода поле мертвых, покрытое множеством могил, в большинстве своем высеченных в форме саркофагов с каменными табличками, носящими древнееврейские надписи; некоторым из них уже четыре века.

От этого места захоронения, к которому караимы питают глубочайшее почтение, четыре версты до Тепе-Кермена: две версты — на спуск и две — на подъем по скудной местности. На некотором расстоянии от вершины придется сойти с верхового животного и двигаться пешком.

Тепе-Кермен — это утес конической формы на плато, в котором выдолблено большое количество маленьких комнат и ниш; иные из них имеют вход с поверхности скалы и скрыты совершенно маскирующими их кустарником, ежевикой и высокой травой; ходить там следует с осторожностью.

Нет согласия насчет эпохи, когда были созданы эти требующие упорства сооружения, но все заставляет предполагать, что они служили приютом и убежищем для гонимых племен; хотя время, которое должно было уйти на их сооружение, делает это маловероятным и даже наводило бы на противоположные выводы, если бы множество признаков не доказывало, что эти таинственные пещеры расширялись в разные эпохи и, следовательно, были местом пристанища для разных народов.

Тепе-Кермен очень высок, совершенно отделен от других гор и виден издалека. С его высоты можно окинуть взглядом огромную территорию, всю вздыбленную горами, и Качу, которая наводит на мысль о спуске. Пробираемся туда по узкой тропе, которую пересекают извилистые овраги и опутывает мелкий кустарник, затрудняющий движение лошадей.

Татаркой — покинутый татарский хутор, расположенный у воды; мы видим здесь селение, которое некогда было очень красивым, но из-за отсутствия ухода в скорости превратится в развалины9; внимание привлекает лишь место его расположения. Отсюда две версты до Бицки, которую находим, следуя по руслу реки. Возле этой деревеньки проезжаем мимо кожевенного завода г-на Багера, испанского консула в Одессе.

В скалах, расположенных напротив, есть углубления вроде тех, что мы видели на Тепе-Кермене; некоторые из них наполнены человеческими костями. Совсем высоко, там, куда взобраться можно лишь с большими трудностями, находятся глубокие силосные ямы, высеченные в камне и содержащие в себе раскрошившееся, почерневшее от времени зерно.

Путешественники, не подверженные головокружению, могли бы отправиться туда и увидеть также фонтан, сооруженный неподалеку от того места, куда совершаются паломничества; но в любом случае необходимо сопровождение татарина из деревни Бицки; за рубль можно найти молодых парней, которые достанут и принесут эту пшеницу, перемешанную с песком.

Среди скальных глыб, сорвавшихся с высоты, видны любопытные выдолбленные внутри, с лестницами и нишами разной формы и разного диаметра. Одна из этих глыб имеет трудно объяснимую особенность: это — бочка, заботливо обработанная и имеющая в верхней части горловину, которая сообщается узким проходом с большим углублением, вырубленным в виде сферы, имеющей правильную форму и очень гладкой внутри. Немногие иностранцы видели это устройство, назначение которого не поддается объяснению; никто из авторов о нем не упоминал. Его большая высота опровергает мысль, что оно могло служить давильней для винограда, тем более, что в этой части Качи нет старых виноградников.

В одной версте от Бицки находится церковь Св. Анастасии, построенная наконец на месте старого монастыря с тем же названием г-ном Ж А. Фицки; сюда тоже совершается паломничество. Расположение этой церкви самое романтическое, как и всей прилегающей долины, богатой к тому же хорошими садами и огородами.

Прежде чем достичь водяной мельницы, где следует пересечь реку, у дороги можно увидеть угрожающую скалу курьезной формы, очень тонкую в основании и называемую «Войвой-Каясой». Местные татары обычно рассказывают забавную историю об этой скале и о ее «бабушке», находящейся чуть выше.

Путешественник, пожелавший немного посмеяться и быть более осведомленным, сможет обратиться к Саид-Махмуту, живущему совсем рядом с заведением г-на Багера. Этот человек, который довольно свободно говорит по-русски, и без того может быть полезен для тех, кто обнаружит желание осмотреть эту часть страны в деталях.

Если вы в экипаже, следует спуститься по реке ниже мельницы, чтобы попасть в Каролез. Прямая дорога проходит по высотам слева, где пейзаж мало-помалу вновь принимает сельский облик. Прекрасно обработанные поля тянутся до деревни Тиберти.
В четырех верстах оттуда, переправившись через Бельбек в том месте, где раскинулась прекрасная растительность, поднимаемся на плато, на котором начинаются плантации табака, принадлежащие Каролезу; в эту деревню попадаем после получаса пути вдоль хорошо орошаемых садов.

Каролез, бесконечно привлекательный своим расположением, возвышается позади дающих наипрекраснейшие фрукты садов, на склоне холма, ограниченного стеной отвесных скал с краями в виде зубцов своеобразной формы.

Большой ручей, исток которого находится возле Мангуп-Кале, вращает отличную мельницу, пересекает деревню и служит для орошения большого числа садов и плантаций, лежащих ниже.

Среди этих очаровательных мест расположено имение князя Адиль-Бея, у которого путешественники обычно останавливаются. Гостеприимство этого помещика столь же известно, сколь и его готовность быть полезным.
С вершины голых гор, находящихся перед деревней в направлении Сюрени, открывается восхитительный вид на всю долину и окрестности.

Расстояние от последних домов Каролеза до Черкез-Кермена составляет три версты. Первая часть дороги, наезженная по известковой почве, утомляющей взгляд во время яркого солнца, примечательна лишь формой скал, мимо которых проезжаешь. На вытянутой равнине, пересеченной холмами и расположенной далее, среди кустарников есть хорошие пастбища и прекрасно обработанные поля, которые тянутся до Черкез-Кермена.

Эта деревня, зажатая среди скал, вероятно, изрытых водой, удивляет своим необычным расположением и конструкцией домов. Большинство из них выходят на улицу (которая является ни чем иным, как длинным, извилистым коридором, по которому с неистовой силой дует ветер) фасадом, снабженным дверью и отверстиями, через которые проникает дневной свет. Другую сторону этих жилищ совершенно особого рода, как и их потолок, образует сама скала.

Над небольшой новой мечетью, расположенной посреди деревни, видны углубления, из которых вытекает чистая, прозрачная вода.
На скалах на востоке заметна башня древнего форта и несколько каменных построек, называемых местными татарами «Кителей». Совсем неподалеку оттуда есть колодец, заслуживающий любопытства путешественников. Туда можно пробраться через верх скалы, но так как лестница, высеченная в камне и спускающаяся там, сильно разрушена, лучше пройти к нижнему отверстию колодца.

В этом случае снова спускаемся вглубь деревни до большого дома, строительство которого приостановлено со смертью владельца, князя Кая-Бея; оттуда следуем версту по дороге, огибающей скалу. Потом через кустарник поднимаемся на гору, находящуюся справа, до отверстия, расположенного у подножия скалы, в которую заходим, чтобы осмотреть при свете факелов (ими придется запастись) великолепный источник в форме колодца.

Мангуп-Кале, называемая также Мангут10, удалена от Тепе-Кермена на 10 верст. Местность вынуждает следовать дорогой, по которой добираемся почти до Орта-Каролеза11; не заезжая снова в эту деревню, поворачиваем направо и едем вдоль садов, разнообразная зелень которых и скалы, находящиеся рядом, создают впечатление исключительной красоты.

Расположенный рядом Йокар-Каролез примыкает к садам и хорошо обработанным землям. В двух верстах от этой деревни покидаем Байдарскую дорогу и едем по той, что уходит влево; она одинаково хороша до деревни Куджа-Сала, которой достигаем через версту. Это последнее селение, имеющее довольно возвышенное местоположение, состоит из 36 домов и не заключает в себе ничего примечательного.

Люди, привыкшие ходить пешком, отправятся от этой деревни прямо к вершине горы по тропе, очень затененной, но настолько каменистой и крутой, что лошадью можно пользоваться только временами. Большая дорога, которая длиннее тропы по крайней мере на 4 версты, делает несколько поворотов в лесу, где также царит тень.

На Мангуп-Кале попадаем через узкий проход, проделанный между утесом и древней стеной, очень высокой и чрезвычайно мощной.
По рассказам татар, этот проход когда-то был закрыт железными воротами, отворить которые возможно было лишь объединенными усилиями десяти человек.

Каменистое, очень высокое плато этой горы достигает одной версты в длину и от четверти до половины версты в ширину. Цитадель, как думается, занимала всю выступающую часть скалы на востоке, отгороженную крепкими стенами, представляющими собой фасад большого здания в руинах, у подножия которого до сих пор растет прекрасная сирень.

На краю этой части плато, по направлению к Каролезу, находятся несколько комнат, вырубленных в скале, и между прочими одна — довольно просторная; туда нужно спускаться по двум лестницам, и не многие рискуют остаться при этом без поддержки. В центре этого помещения стоит широкая колонна; комнатки, снабженные нишами, расположены рядом и создают довольно сильный резонанс, когда повышаешь голос.

Эта часть крепости, где также можно увидеть рукотворные резервуары и желоба, наиболее интересна.
Плато, которое при входе оказывается справа, закрыто в некоторых местах высокими укреплениями. Там находится бесчисленное количество обломков, старинная разрушенная греческая церковь, а ниже — прекрасный источник, питающий табачные поля.

Все, что попадается на глаза, указывает на многочисленность населения, которым некогда обладала Мангуп-Кале, и кладбище, находящееся там и заваленное надгробными плитами с древнееврейскими буквами, доказывает, что население это в большой части составляли евреи.

Во времена Палласа (1794 г.) эта крепость еще была занята несколькими караимскими кожевенниками, имевшими собственную синагогу; сегодня здесь не встретишь никого, кроме пастухов, стерегущих небольшие стада.

В какую бы сторону ты ни повернулся, с Мангуп-Кале открывается очень далекий вид: на горы, на долины и на море. На западе различимы карантин, порт и корабли Севастополя; на юге, на высотах, — часть деревни Ай-Тодор; на северо-востоке взор охватывает Каролез и всю местность, по которой следует возвращаться.
Если имеется экипаж, то для возвращения в Бахчи-Сарай нужно, достигнув Бельбека, повернуть влево и выехать на почтовую дорогу около моста через Качу.

1 ↑ См. рис. № 13.

2 ↑ «Бахчисарайский фонтан»; заглавие поэмы дано по-русски и по-французски. — Прим. переводчика.

3 ↑ Город Шам, существование которого г-н Муравьев-Апостол в своем сочинении о Крыме ставит под сомнение, — это город Дамаск, который турки называют первым именем.

4 ↑ Эти надписи переводились несколькими людьми, хорошо сведущими в восточных языках, и все они увидели лишь то, что здесь изложено.
Замечание. Следует также посетить мавзолеи около почтовой станции, находящиеся в одной версте от города по Севастопольской дороге.

5 ↑ Медресе — это заведение, куда принимают татар, которые имеют желание приобрести знания выше общеизвестных, чтобы овладеть некоторыми родами занятий или служить в мечетях. Обучают их эфенди; религия, немного истории, арифметики и астрологии составляют основу обучения. Ученики живут вместе, объединяясь по 10 или 12 человек для питания и всего, что связано с их небольшим хозяйством.

Первое медресе соприкасается с большой мечетью около дворца. Оно имеет 70 довольно юных учеников. Второе находится в предместьях, которые мы пересекаем, чтобы попасть на Чуфут-Кале, и насчитывает 115 учеников. Оно было построено Амет-Агой, умершим 140 лет назад; он сам заказал для себя мавзолей подле школы.

Третье медресе, которое особенно заслуживает посещения, расположено немного дальше, возле Цыганской деревни, у входа в ущелье, по которому поднимаемся в Успенский монастырь. Оно вмещает 110 учеников, часть которых имеет возраст от 20 до 25 лет; эта школа, выстроенная Менгли-Гиреем, мавзолей которого можно увидеть там рядом, называется Салачик-Медресе. Все здание сделано из камня и разделяется на маленькие кельи, в которых размещается до 10 человек.

6 ↑ Исток этого ручья находится около Чуфут-Кале.

7 ↑ См. рис. № 14.

8 ↑ См. подробнее в особом примечании об этой секте.

9 ↑ Почти напротив этого селения, на левом берегу реки можно увидеть карьер сукновальной глины, с некоторых пор заброшенный.

10 ↑ Некоторые утверждают, что это слово происходит от mein-goths (готы).

11 ↑ Следует заметить, что Каролез делится на три части; первая от Бахчи-Сарая называется Ашоа-Каролез, вторая — Орта-Каролез и третья — Йокар-Каролез.


Монтандон Ш. Путеводитель путешественника по Крыму, украшенный картами, планами, видами http://bfnk.ru/bahchisaraj/books-montandon-bahchisaraj