РЕБЕНОК ЛЕВША. УЖАСНЫЙ ПОЧЕРК! ЧТО ДЕЛАТЬ? ДЕЛЮСЬ ОПЫТОМ
Внук в первом классе учился в России в каком - то супер - пупер классе, в который принимали детей по конкурсу - после собеседования. Суперпуперский почерк после окончания первого класса выглядел так:

Надо отметить ради справедливости, что родители ( в связи с занятостью) не уделяли должного внимания почерку ребенка, дополнительно с ним никто не занимался. В итоге - сами видите, какой почерк.

Кроме того, внук - левша. Но то, что левша - не оправдание. Во втором классе у них три девочки - левши разборчиво пишут.



"Перевод" каракулей:
ШЕСТЬ ЛАПОК

Шесть ловких лапок у Жука,
Восемь ног у Паука.
А червяк...
Червяк - смешной:
У червяка нет ни одной!

В какой последовательности мы стали выруливать?

1. Купили специальную шариковую ручку для левшей. Полная ерунда, т. к. выбрать хороший стержень нельзя - одна конструкция и все. Не помогла нам спецручка для левшей.

2. Нашли в Интернете специальные прописи для левшей http://gaka.narod.ru/left/prop.html. Скачали, размножили их. Много полезных советов, все подробно расписано.

3. Внука возили каждый день к учителю, который занимался с ребенком только почерком. Работали они по прописям для первого класса по математике и русскому языку. Занимались рисованием и лепкой. Но дело шло чрезвычайно медленно - не растягивать же это сомнительное удовольствие на целый год... Надо было как - то ускорить процесс. Кроме того, после того, как я увидела в тетради написанное учительницей (в качестве образца) слово "удот" ("удод" подразумевалось), методику и учителя захотелось срочно изменить. Отказались через месяц от учительницы, стала я сама заниматься с внуком.

4. Сначала продолжили заниматься по прописям по русскому языку и математике для первого класса. Скукота неимоверная. Результаты плачевные.

5. На всех стенках навешали плакаты с образцами написания букв и цифр

6.А вот теперь я расскажу о главном. О том, ради чего я все это пишу.

Нашла я в Интернете рассказ мамы трех сыновей о том, как она со своими детьми занималась почерком. (Мамочка, спасибо Вам огромное!). И наше кропотливое дело сразу очень быстро пошло на лад. Произошел качественный скачок, МОЖНО СКАЗАТЬ - РЕВОЛЮЦИЯ.
Почему? Да просто РЕБЕНКУ СТАЛО ИНТЕРЕСНО заниматься!

На первом этапе внук обводил текст "Тараканище". При этом он знакомился и с правильным написанием букв, и с тем, откуда нужно начинать писать букву и в каком направлении двигаться при ее написании. Как правильно соединять буквы. Какой наклон букв следует выдерживать. В учебном "Тараканище" внук находил ошибки и ставил оценки на каждой странице.

Каждый день мы выясняли с ним его ошибки, слабые места. И работали над ошибками. Он САМ находил эти ошибки. Вот, что важно. Например, внук сам выдумал правило, как соединять буквы:" Посмотри, как легко - только к буквам "М" и "Л" надо подбираться снизу, а к остальным буквам - сверху!" (это он о соединении букв говорит). Я присмотрелась - а ведь точно подметил!

Или обсуждаем вопрос: почему я настаиваю, чтобы "кружочки" в буквах А, Д, О, он писал , начиная сверху и так , как указано стрелочками в образце. И тут однажды внук пришел к выводу: "Если писать по стрелочкам, то получается БЫСТРЕЕ !"

Девочки! Работа кропотливейшая, требует огромного терпения. Но хоть дает результат (не то, что это занудное выписывание букв в прописях...)

А это уже о каках - маляках из Интернета:

Как научить ребенка красивому почерку?

Если вы пойдете в книжный магазин и спросите «Прописи для первого класса начальной школы», то вам укажут на целую полку. Но если вы, например, захотите приобрести «Прописи для пятого класса гимназии», то на вас, вероятно, посмотрят как на ненормального. А, собственно, почему? Разве к пятому классу у всех школьников уже вырабатывается беглый, красивый почерк?

Два года назад мой старший ребенок как раз пошел в пятый класс. Заглянув однажды в его тетрадки по русскому языку, я ужаснулся. Что за жуткие каракули! Всё вкривь и вкось! У каждой буквы свой индивидуальный наклон и свой индивидуальный размер. И это — у того самого ребенка, который в первом классе поражал свою первую учительницу ровностью и красотой выводимых им букв!

Мы с женой засели на кухне и принялись на чем свет стоит ругать современную школу: и учат, дескать, там не тому, и учат совсем не так, и за детьми-то там не следят, и здоровье им только губят. Мы ругали школу и день, и два и месяц, но почерк у ребенка от этого лучше не становился. Пришлось тогда заняться поиском более эффективного средства.

Результатом этого поиска явилась система прописей для всех возрастов, которую я разместил в свободном доступе на моем сайте «Тропинка к гениальности» (http://nekin.info). Слава компьютеру! Благодаря ему, я теперь не завишу от официальных методистов и могу сам без героических усилий изготавливать методические материалы для своих детей, следуя лишь собственным представлениям и вкусам. Система прописей состоит из трех частей, которые соответствуют трем этапам становления почерка.

Этап первый: отдельные «крючочки» и буковки
Начинать, конечно, нужно с самого начала — с прописей для первоклашек. Но уже на первом этапе мои прописи очень сильно отличаются от тех, которые продаются в магазинах. Главное и самое важное отличие заключается в том, что это — не сброшюрованная тетрадка, а компьютерный файл (в pdf-формате), каждую страницу которого можно распечатать сколько угодно раз.

Почему это так важно?
Покупные прописи ориентированы на школу, а в школе всем балом правит учебный план. Например, в учебном плане по математике на тему «умножение на однозначное число» отведено какое-то количество академических часов. Ученик, который за положенное время освоил данную тему, получает хорошую оценку. Ученик, который не уложился в отпущенный срок, получает плохую оценку. Но и тот, и другой переходят затем к новой теме — «умножение на многозначное число».

Этот же педагогический принцип лежит и в основе школьных прописей для первоклашек. Вот, например, образец написания буквы «а», и тут же — три пустые разлинованные строчки, чтобы ребенок тренировался писать свою собственную букву «а». Независимо от того, научился ли ребенок писать букву «а» или нет, — как только три строчки кончаются, он переходит затем к букве «б».

Но дети есть дети. Как только ребенок заметит, что ему отпущено всего лишь три строчки, вряд ли он будет выписывать буковку «а» с усиленным прилежанием — с тем, чтобы успеть наработать соответствующий моторный навык, пока еще остается свободное место. Нет, скорее всего он поступит в точности наоборот. Если уж он получил задание исписать буквой «а» три строчки, то он будет это делать не с максимальным прилежанием, а с максимальной скоростью. Как бы жутко ни выглядели его каракули, переделывать халтурно выполненную работу его уже не заставят — на это в его прописях просто физически нет места. Ну, подумаешь, взрослые скажут ему «ай-ай-ай» и покачают головой. Зато теперь можно подольше посмотреть телевизор.

В прописях-файлах пространство, отведенное ребенку для тренировки, никак не ограничено. Даже если ему не хватит листа для того, чтобы научиться писать какую-либо букву, точно такой же лист всегда можно распечатать заново. А значит, появляется возможность сформулировать задание для ребенка таким образом, что работать халтурно и наспех не будет иметь никакого смысла. Не «испиши столько-то строчек», а «напиши столько-то красивых букв».

Далее, в новых прописях образец буквы повторяется несколько раз на строке. После каждого образца следует пробел, куда ребенок вписывает свою букву. Это нужно для того, чтобы в поле зрения ребенка всегда находился именно образец, а не его же собственная корявая буква, написанная минутой раньше.

И наконец, я вернулся к частой косой линейке, которая так облегчала жизнь первоклашкам в пору моего детства и от которой в нынешних российских школах почему-то отказались.

Этап второй: каллиграфическое письмо
Наконец ребенок научился (в некоторой степени) выводить буквы. Что делать дальше?
В традиционных школьных прописях, помимо букв, имеется еще сотня-другая отдельных слов да пара десятков предложений-образцов, которые по содержательности и благозвучию примерно соответствуют знаменитому изречению: «Мама мыла раму». Я уверен, что содержание текста для переписывания окажет немаловажное влияние на формирование ребенка как личности. Вовсе не всё равно — выходит ли из-под его пера: «Мама мыла раму», — или же: «Ветер, ветер! Ты могуч…». Когда человек переписывает Пушкина, он становится немножко Пушкиным. А тот, кто переписывает не-Пушкина, в не-Пушкина же и превращается .

На мой взгляд, для переписывания лучше всего подходят стихи великих поэтов. Именно у них логичнее всего учиться родному языку. Я установил для своих детей правило — каждый день они должны переписать пять стихотворных строчек, да при этом заодно их и выучить. Халтура не принимается. Моя инструкция звучит так:
— Твое задание — переписать из этого стихотворения (поэмы) пять строк подряд красиво и без ошибок. Если ты делаешь ошибку или хотя бы помарку, то тебе ничего не надо переписывать заново, ты просто продолжаешь писать дальше, — пишешь, и пишешь, — и не отрываешь свою попу от стула, пока не окажется, что ты написал пять «хороших» строчек подряд.

На моем сайте представлено несколько образцов для переписывания, однако главное — это компьютерный шрифт Primo, который позволяет переформатировать любой текст в каллиграфическое письмо и, таким образом, «превратить» его в прописи.

У нас в ходу разные типы прописей-текстов: например, «черные» и «серые». Они названы так по цвету букв. Блеклые, серенькие буквы хороши тем, что ребенок может их обводить яркой (капиллярной) ручкой. Это прекрасное переходное упражнение, которое подготавливает к собственно переписыванию по образцу. Прописи с черными буквами лучше подходят именно для переписывания. Однако самой большой популярностью пользуются у нас «полосатые» прописи: сначала идет черная строка (для образца), затем — с тем же текстом — серая (для обводки), и, наконец, третья строка оставлена пустой для самостоятельного заполнения.

Все желающие могут установить шрифт Primo на своем компьютере и использовать его для изготовления собственных прописей.

Этап третий: выработка индивидуального почерка
Очень скоро школьники обнаруживают, что если они станут выводить буквы именно так, как их учили в первом классе, то они в буквальном смысле слова превратятся в неуспевающих учеников. Им поневоле приходится как-то переиначивать начертания букв, чтобы ускорить процесс письма. Это происходит совершенно стихийно, под девизом «кто во что горазд», без всякой помощи со стороны учителей. В результате такого переиначивания вырабатывается индивидуальный почерк, и неудивительно, что он далеко не всегда оказывается хорош.

Я полагаю, что было бы правильней обучать детей не только каллиграфическому, но и (гораздо более практичному) беглому письму. Для этого нужны особые прописи, которые написаны красивым взрослым почерком. Теперь подобные прописи можно изготовить с помощью компьютерного шрифта под названием Tempo, который также представлен на моем сайте.

Именно благодаря таким, «взрослым», прописям моему старшему ребенку — теперь уже семикласснику — удалось выровнять свой некогда жуткий почерк. Да и сам я, признаться, тоже немножко поупражнялся и кое в чем усовершенствовался. Учиться практичному и красивому почерку никогда не поздно.
http://obrazovanie.odessa.ua/stati/pismo.html

Леонид Некин, автор проекта «Тропинка к гениальности», http://nekin.info

Кто позаботится о том, чтобы ребенок писал красиво, быстро и грамотно?
Научить писáть — это посложнее, чем научить читать.

Сразу оговорюсь: под умением писать я подразумеваю отнюдь не складывание отдельных слов из кубиков Зайцева. Речь идет, во-первых, о выработке быстрого, красивого, разборчивого и грамотного почерка, а во-вторых, о компьютерном наборе слепым десятипальцевым методом. Я нарочно употребил тут не совсем обычное словосочетание — «грамотный почерк», — для того чтобы подчеркнуть, что грамотность — это не теоретические знания, а моторный навык, который должен быть привит не голове, а руке. Но о грамотности у нас еще будет возможность поговорить поподробнее, а сейчас на повестке дня другой вопрос: «Кто, вообще, должен обучать наших детей письму?»
Посмотрим для начала: что нам могут предложить модные ныне методики раннего развития?
Оказывается, ровным счетом ничего. Лена Данилова, один из ведущих экспертов в области раннего развития, пишет по этому поводу следующее.
Замечено, что дети, рано научившиеся писать, попав в школу, пишут отвратительно. Учителя начальных классов из года в год твердят родителям, чтобы они не занимались со своими детьми письмом в дошкольном возрасте. И в этом они, к сожалению, правы.
Дети, обучившись в раннем возрасте письму, быстро портят почерк за счет того, что рука еще не устоялась. Даже если с самого начала буквы получаются красивые, закрепить хороший почерк как навык невозможно из-за нереальности ежедневных интенсивных занятий с малышом.
Научить ребенка писать очень легко. Научить писать можно и в три, и в четыре, и в пять. Но заставить трех-четырехлетнюю кроху писать по часу в день, внимательно следя за правильным изображением каждого элемента букв, не только бессмысленно, но и жестоко. А по-другому добиться установки хорошего почерка невозможно. Ребенок, выучив письменный алфавит, начинает им пользоваться по собственному усмотрению. Остановить или проконтролировать этот процесс уже невозможно. Пишет что попало и, естественно, как попало. Почерк, даже если он был вполне сносным в момент обучения, быстро портится и именно в таком виде закрепляется как навык.
Честно говоря, я не ожидал от Лены Даниловой такого откровенно саморазоблачающего признания. Ведь здесь почти прямым текстом заявлено: «В сферу раннего развития входит только то, чему ребенок может научиться играючи, без усилий. А всё, что требует от него настойчивого, систематического труда, находится в исключительной компетенции школы».
Что ж, ладно: заглянем в школу. Как обучают письму там?
Следует отметить, что школьные методики по обучению письму за последние полвека кардинально изменились. В былые времена писали пером или перьевой ручкой, причем младшие школьники пользовались, как правило, самыми дешевыми письменными принадлежностями весьма скверного качества. Если плохую перьевую ручку держать неправильно, то она просто-напросто не пишет и, к тому же, быстро ломается. Поэтому школьные учителя волей-неволей должны были следить за правильной постановкой руки каждого из учеников. Процесс обучения письму был долгим. Он занимал весь период начальной школы (три года), и, пока дети не выучивались мало-мальски сносно писать, им не слишком забивали голову правилами орфографии.
Заглавные буквы из школьных прописей писались тогда красивее, но гораздо сложнее. Да и сами прописи были устроены не так. Предполагалось, что одна книжка прописей должна прослужить несколько лет разным ученикам, поэтому там приводились только образцы для переписывания, а упражняться письму следовало не в ней, а в отдельной тетради. Тетради для первого класса тоже были другими — в частую косую линейку, которая очень облегчала написание букв, служа им дополнительной «опорой».
С тех пор качество письменных принадлежностей и качество школьного преподавания существенно изменились. Первое — в лучшую сторону, второе — в худшую. Теперь в ходу неприхотливые шариковые ручки, и учителям нет надобности правильно ставить руку ученикам. После перехода к упрощенному написанию букв стало возможным значительно сократить время на освоение каллиграфии. Нынче уже первоклашки начинают писать диктанты и зубрить орфографические правила.
Что же касается современных прописей, то они заслуживают более пространного комментария. Вся абсурдность школьной системы получила в них свое законченное воплощение. Вот что я имею в виду.
Как известно, в школе всем балом правит учебный план. Например, в учебном плане по математике на тему «умножение на однозначное число» отведено какое-то количество академических часов. Ученик, который за положенное время освоил данную тему, получает пятерку. Ученик, который не уложился в отпущенный срок, получает двойку. Но и тот, и другой переходят затем к новой теме — «умножение на многозначное число».

Этот же педагогический принцип лежит теперь в основе прописей для первоклашек. Вот, например, образец написания буквы «а», и тут же — три пустые разлинованные строчки, чтобы ребенок тренировался писать свою собственную букву «а». Независимо от того, научился ли ребенок писать букву «а» или нет, — как только три строчки кончаются, он переходит затем к букве «б».
Вероятно, нынешние школьные методисты полагают, что дети — это какая-то особенно сознательная разновидность людей. Когда ребенок заметит, что ему отпущено всего лишь три строчки, он уж, конечно, будет выписывать буковку «а» с усиленным прилежанием — чтобы успеть наработать соответствующий моторный навык, пока еще остается свободное место.
Плохо, в таком случае, школьные методисты знают детскую психологию. Нормальный, психически здоровый ребенок поступит в точности наоборот. Если уж он получил задание исписать буквой «а» три строчки, то он будет это делать не с максимальным прилежанием, а с максимальной скоростью. Как бы жутко ни выглядели его каракули, переделывать халтурно выполненную работу его уже не заставят — на это в его прописях просто физически нет места. Ну, подумаешь, назавтра учительница скажет «ай-ай-ай» и покачает головой. Зато теперь можно подольше посмотреть телевизор.
Любопытно отметить, что в первом классе школы оценок теперь не ставят. Плохие оценки за плохой почерк ученики начинают получать только во втором классе, когда все занятия по прописям уже далеко позади.
Итак, быстренько заполнив пустые строчки в прописях, дети переходят к изучению орфограмм.
Гм… гм… Читатель благородный! Знаете ли Вы, что такое орфограмма? Я впервые столкнулся с этим словом, когда отвел старшего сына в первый класс и заглянул в его учебники, чтобы поинтересоваться, чем же он там занимается. Оказывается, это центральное понятие, вокруг которого вертится изучение русского языка в современной школе на протяжении многих лет. Я тогда принялся расспрашивать всех своих знакомых, не знают ли они, что такое орфограмма. Нет, никто не знал. Тогда я обратился к словарям. Иногда значение какого-то незнакомого русского слова проще всего уяснить, если взглянуть на его перевод на какой-нибудь иностранный язык. Так вот, если обратиться, например, к словарю Яндекса, то в его английской, немецкой, французской, итальянской и испанской частях комбинация букв «орфограмма» воспринимается как опечатка. А в русской части это слово встречается лишь в единственном источнике — в Большой Советской энциклопедии. Здесь написано следующее.
Орфограмма (от греч. orthós — правильный и grámma — письмо)
1) последовательно воспроизводимый способ передачи на письме фономорфологического явления в том или ином языке (…);
2) Написание, соответствующее правилам орфографии.
Надо отдать справедливость школьным методистам: они прививают первоклашкам всё же не первое из указанных определений, а второе. Так, в учебнике А.В.Поляковой для 1 класса начальной школы читаем:
Орфограммы — это написание слов по определенным правилам. <Например,> большая буква в именах, отчествах и фамилиях людей — это орфограмма.
Кто понял, что такое орфограмма, — поднимите руку! Я уж точно руки не подниму. Наверно, всё дело в моем математическом образовании. Я машинально делаю подстановку и получаю:
Большая буква в именах, отчествах и фамилиях людей — это написание слова по определенным правилам.
В этой фразе не больше логики, чем, например, в такой:
Лестница между двумя этажами — это строительство дома по определенным правилам.
Конечно, некоторый смысл тут интуитивно угадывается, но какое неряшество мысли! какое неуважение к русскому языку! В разговорной речи подобные ляпсусы, пожалуй, еще допустимы, однако учебник для первого класса можно было бы написать и покорректнее.
Итак, лишь только пустые строчки в прописях заканчиваются, каллиграфия считается пройденным этапом, и первоклашки принимаются осваивать правописание. Их обучают отыскивать в словах орфограммы. Например, ребенок пишет под диктовку: «У Маши тетрадь». По замыслу школьных методистов, он должен про себя проговаривать: «Маша — это имя человека. Значит, оно пишется с большой буквы, потому что большая буква в именах людей — это орфограмма. На конце у Маши должна стоять буква и, потому что буква и в буквосочетаниях жи, ши — это орфограмма. Буква е в слове тетрадь — это безударная гласная. Значит, это тоже орфограмма. Проверочного слова тут подобрать нельзя. Такие случаи следует проверять по словарю и запоминать. На конце слова тетрадь слышится ть, а надо писать дь, потому что можно подобрать проверочное слово — тетради, — и это опять-таки орфограмма».
Где уж тут уследить за красивостью почерка!
Короче говоря, тот мрачный сценарий, которым Лена Данилова пугает родителей дошкольников, как раз в школе-то и реализуется в полной мере. Есть, правда, два несущественных отличия. Во-первых, Лена Данилова предполагает, что хотя бы попервоначалу буквы у дошкольников получаются всё же красивыми, а про школьников мы такого утверждать не можем. Во-вторых, согласно Лене Даниловой, дошкольники принимаются писать что попало и как попало, реализуя свои собственные необузданные фантазии, в то время как школьникам приходится писать под строгим надзором учителей, воплощая в жизнь убогие фантазии методистов.
Нет, я не хочу огульно хаять все подряд школы и всех подряд учителей. Наверняка, в наших необъятных просторах найдется такой учитель, который действительно учит писать красиво и грамотно. Однако всерьез рассчитывать на то, что мой ребенок попадет именно к нему, увы, не приходится.
23.03.2007, отредактировано: 07.06.2012 http://nekin.info/e21.htm