Зачем из Крыма изгнали греков? Как донецкими стали греки крымские…
До сих пор историки не пришли к единому мнению, зачем в 1778 году, когда российские войска контролировали положение в Крыму, когда реалистически мыслящие политики понимали, что присоединение Крымского ханства к Российской империи предрешено (оно состоялось через 5 лет) – зачем было выселять с полуострова все христианское население, которое дружески встретило единоверные российские войска и могло стать опорой будущей российской администрации?



Историки выдвигают много версий – от добровольного исхода до депортации, то есть насильственного выселения.

Сторонники версии добровольного переселения ссылаются на то, что царским правительством было принято решение выделить в пределах Российской империи на каждую ревизскую душу (т.е. на каждого члена семьи мужского пола) по 30 десятин земли. Греки освобождались на десять лет от государственных налогов и на сто лет – от рекрутской повинности.

Это был пряник. Но был и кнут.

Вот представьте себе – Вы живете там, где жили Ваши отцы, и деды, и прадеды. Имеете свой дом, свою землю, свои виноградники. Вы владеете фабрикой, или магазином, имеете друзей, какие-то связи в обществе, являетесь добросовестным налогоплательщиком. И вдруг появляются российские войска во главе с известным полководцем, и предлагают вам добровольно переселиться со своей исконной родины на побережье Черного моря, где предки ваши жили более двух с половиной тысяч лет, куда-то на север, в земли запорожских казаков. Взамен предлагаются какие-то льготы. Отказаться нельзя.

Что это – добровольный исход или насильственное выселение?

И кому оно было выгодно, это переселение, и кто первым поднял вопрос о нем?

Каковы были цели данного проекта?

ПРИЧИНЫ ПЕРЕСЕЛЕНИЯ

Основной стратегической целью России в те времена – на пути к завоеванию Константинополя – было завоевание Крыма. Этим самым Россия обеспечивала установление влияния над Черным морем. Как писал В.О.Ключевский, «после Ништадтского мира, когда Россия твердой ногой стала на Балтийском море, на очереди оставались два вопроса внешней политики: один территориальный, другой национальный. Первый состоял в том, чтобы продвинуть южную границу государства до его естественных пределов, до северной береговой линии Черного моря с Крымом и Азовским морем… («Русская история. Полный курс лекций в трех книгах»).

В ходе первой русско-турецкой войны 1768-1774 годов Россия добилась в 1772 году объявления независимости Крыма. Следующим шагом должно было быть, естественно, присоединение Крыма. Чтобы ускорить тот процесс, да так, чтобы для Европы это выглядело как желание самих татар – в Крым был отправлен претендент на престол хан Шагин-Гирей, человек, по словам Екатерины ІІ, «душевно познающий цену дарованной Отечеству его вольности». 10 марта 1777 года А. В. Суворов, как пишут исторические источники, одними маневрами своих войск рассеял неорганизованное воинство крымского хана Девлет-Гирея, что позволило Шагин-Гирею войти в Крым, где 29 марта он был провозглашен ханом.

Но, несмотря на то, что крымский хан Шагин-Гирей был усажен на престол с помощью суворовских штыков, он пытался Крымское ханство превратить в сильное независимое государство. Это никак не входило в планы Екатерины и Потемкина. Фельмаршалом Румянцевым был предложен вариант экономического ослабления Крымского ханства путем вывода из Крыма основной категории налогоплательщиков. Таковыми в Крыму были греки, а также армяне и грузины, в руках которых была сосредоточена практически вся торговля ханства. Все они исповедывали православную религию, и сам собою напрашивался вариант спасения православных от мусульманского угнетения.

Насколько большое значение придавалось тогда этому проекту, можно понять из письма Румянцева, который писал тогда Екатерине, что вывод православных из Крыма «может почесться завоеванием знатной провинции». Румянцев считал, что, в силу политических и экономических реалий того времени, переселение православных будет очень выгодным для Российской империи.

Этим выводом Крым ставился в экономическую зависимость от России, и, таким образом, мечта о покорении Крыма становилась для правителей России еще ближе.

Кроме того, этим выводом преследовались еще сразу две цели. С одновременным подрывом экономики ханства осуществлялось заселение земель Запорожской Сечи – вместо выселяемых на Кубань и ушедших за Дунай казаков. А второй, может быть, даже более важной, целью было показать всей просвещенной Европе жестокость мусульманского населения Крыма по отношению к православным народам Крыма – и переселение преподнести как благородную миссию по спасению христиан от «магометанского ига» и «убережения их от «мстивого ятагана».

МАВР СДЕЛАЛ СВОЕ ДЕЛО…

Как нельзя кстати пришлись тут письма митрополита Игнатия к Екатерине с просьбами принять православных Крыма под покров России. Игнатий Гозадинов, родившийся на острове Фермия, был назначен митрополитом Готфейско-Кафайской епархии в Крыму в 1771 году. И это тоже было, как отмечали многие историки, одной из побед российской дипломатии. Потому что Игнатий практически сразу после прибытия в Крым стал писать письма о принятии крымских православных под покровительство «Великой императрицы».

Надо отметить, что в этих письмах не было ни строчки о переселении. Но… мавр сделал свое дело. 23 марта 1778 года фельдмаршал Петр Румянцев назначил Суворова командующим войсками Крыма и Кубани. Суворов собрал руководителей грузинской, армянской и греческой церквей и предложил им вместе со всеми христианами переселиться в Россию. 23 апреля, в день Пасхи, митрополит обратился с этим призывом к своей пастве.

Суворов вместе с Игнатием действовали очень энергично – ведь они были в ответственности перед самой императрицей – по склонению прежде всего православных священников к переезду.

И уже 22 июля 1778 года Суворов пишет письмо к Шагин-Гирею, в котором сообщает, что «Всепресветлейшая Императрица Всероссийская, снисходя на просьбы христиан…, Всемилостивейше соизволяет переселить их в свои границы, надеясь, что Вы, Светлейший Хан, не токмо Высочайшей воле Покровительницы своей прекословить не будете, но и благоспешествовать не оставите, поелику все, что до особы Вашей касается, предохранено и награждено будет. Сему Высочайшему соизволению повинуясь, исполнять я долженствую…».

Это письмо Суворова стало для Шагин-Гирея громом с ясного неба и не могло не привести его в ярость. В знак протеста хан покинул свой дворец и разбил палаточный лагерь в трех верстах от своей столицы. Он отказался принимать Суворова и представителя русского правительства Константинова (грека по национальности), прося Суворова только об одном – отсрочить переселение на 25 дней. Шагин-Гирей написал письмо Екатерине – и ждал ответа. Суворов решительно отказал, потому что ответ Екатерины он знал заранее. Русское правительство прислало из Азовской губернии 6000 подвод, на которых были размещены греки, армяне и грузины. И эскортируемые войсками А.В. Суворова 31386 человек двинулись в путь.

Переселение началось в августе 1778 г. Вначале переселили городское население из Кафы, Бахчисарая, Карасубазара, Козлова, Ак-Мечети и Старого Крыма (5 августа – 1.122 души, 15 августа – порядка 3 тыс.душ). Затем переселили сельское. Уже 18 сентября (за полтора месяца!) все было завершено.

ЖИЗНЬ НА ИСКОННОЙ РОДИНЕ

Накануне своего переселения из Крыма греки проживали в более чем 80-ти населенных пунктах в горах и на Южном берегу Крыма, четверть из них была горожанами. Греки предпочитали южный берег Крыма, где были рассеяны по большому количеству селений (самые крупные из них: Большая Каракуба – 1.423 чел., Стела – 1.228, Мангуш – 773, Сартани – 743, Бишуи – 686, Керменчи – 477).

Большинство городского населения промышляла ремеслом, а шестая часть греков занималась торговлей. Основными занятиями сельских жителей были отгонно-пастбищное скотоводство, земледелие (выращивали рожь, просо, пшеницу, ячмень, лен); на Южном берегу греки специализировались на садоводстве, виноградарстве, овощеводстве, рыболовстве. Ханская перепись недвижимого имущества, составленного на полуострове при их переселении, подтверждает относительное материальное благополучие основной массы крымских греков, а также свидетельствует о совместной хозяйственной деятельности представителей различных конфессий и даже священнослужителей. Все это население было встроено в существующую систему расселения и хозяйствования, большинство греков было татароговорящими, немало армян участвовало в самом прибыльном бизнесе тех дней – работорговле и т.д.

Следует отметить веротерпимость, существовавшую в средневековом Крыму, которая приводила к многочисленным смешанным бракам, а также к тесным этническим контактам, способствовавшим интеграции. Например, в судейских книгах XVII в. приводятся такие факты: мусульманка Фатьма из с.Богатырь, дочь Гавриила, просила, чтобы из ее дома христиане вынесли крест, оставшийся после отца, и этот крест был перенесен в дом христианки Вении, дочери Мухаммеда, жены христианина Балабана. В другом случае христианка Иниша усыновила татарского ребенка и оставила ему все свое имущество. Принадлежность членов одной семьи к разным конфессиям также не была исключением: в с.Ай-Георги христианин Бийгельди, сын Бийберди, судился с женой своего брата, мусульманкой Хангельди, дочерью Трандафила; из родных братьев Сеита, Магомета, Топа и Бебия первые два были мусульманами, а два вторые – христианами; Джантемир, сын Дмитрия был христианин, а сестра его Сайме – мусульманка, у мусульманина Мустафы жена Десфина и дочь их Феодора были христианками.

«МОИХ ПРЕДКОВ-ГРЕКОВ ЗАРУБИЛИ СОЛДАТЫ…»

Из «Известий Таврической ученой архивной комиссии» 1899 года, N30 мы узнаем, что «когда в 1778 г. греков переселяли из Крыма, то многие из них, не желая покидать родные края, приняли мусульманство и сказались татарами. И до сих пор в некоторых селениях Южного берега татары соблюдают христианские обычаи и носят чисто греческие фамилии (Кафадар, Барба и т.п.) с прибавкой специфического «оглу» (сын).

Известный исследователь Крыма, посетивший Крым 13-14 июля 1898 года, А.Л.Бертье-де-Лагард писал: «Выходили христиане с горькими рыданиями, бегали, скрывались в лесах и пещерах, мало того, принимали мусульманство, лишь бы только остаться в родной земле».

Симера мавру урано,
Симера маври мера;
Симера ули клегуне,
Кета вуна липуне…
Сегодня черное небо,
Сегодня черный день
Сегодня все плачут
И горы грустят…

Эта греческая песня была записана более ста лет назад. Она исполнялась Н.Яцко на румейском и урумском языках.

Переселение, вернее, выселение, состоялось, несмотря на нежелание многих уезжать. Историк Петрушевский в книге «Генералиссимус князь Суворов», изданной в 1884 г., пишет: «Переселение было в основе своей насильственное». Кассандра Костан в книге «3 літератури маріупольських греків», изданной в 1932 году, говорит о том же: «грецькі народні маси були проти цього переселення».

«Переселением греков руководил генерал А.Суворов. Оно проходило жестоко. По семейному преданию, моих предков-греков зарубили солдаты за отказ переселяться», – писал В. Джувага в мариупольской газете «Ильичевец» в 1997 году.

В Крыму греки оставляли свои дома, магазины, мельницы, виноградники и много другого имущества, нажитого на протяжении жизни и перешедшего в наследство от предков.

Я думаю, что только этот небольшой перечень фактов не может не поставить под сомнение версию добровольного исхода греков из Крыма и версию гуманной миссии Екатерины по отношению к грекам. А, между прочим, до сих пор в Мариуполе и некоторых греческих селах рьяные поклонники Екатерины II продолжают ее «обожествлять» и благодарить за проявленную милость.

На проводившейся в Мариуполе в 1996 году международной конференции ученый из греческого города Янина Христос Ласкаридис о событиях 1778 года сказал так: «Митрополит Игнатий, в действиях которого есть также доля вины, сам оказался жертвой политики российского правительства, поскольку переселение было инициативой российских властей».

«ВЫВОД КОНЧЕН!…»

А.В. Суворов за организацию переселения получил орден и хорошее материальное вознаграждение. Он же предложил выделить 3000 рублей митрополиту Игнатию за усердие по мобилизации греков. Кроме того, в начале 1779 г. хан Шагин-Гирей получил вознаграждение за ушедших христиан в размере 50 тыс. рублей, и такая же сумма была выделена братьям хана, беям, мурзам и ханским чиновникам

Всего Россия выделила на эту акцию 230 тыс. рублей.

21 сентября генералиссимус пишет Румянцеву рапорт: «Вывод крымских христиан кончен!»

Центром поселения была назначена Новоселица – нынешний город Новомосковск Днепропетровской области.

Греков, покинувших Крым, насчитывалось 18391 человек, из них – 87 представителей духовенства. С ними было 12598 армян, которых вывезли под Ростов.

О результатах переселения более чем красноречиво свидетельствуют строки из прошения, поданого в двадцатых годах XIX столетия уполномоченными греков-переселенцев Министру внутренних дел Ланскому: «Мы не в силах подробно описать всего того, что происходило при переселении нашем и как действовали болезни, произошедшие от перемены климата, воды, тесноты квартир и большей частью от неимения их… нелицемерно скажем и по самой истине, что целые семейства пострадали жизнью, а многие лишились половины оных и ни одно семейство не осталось без потери отца, матери, брата, сестры и детей; словом сказать из 9 тысяч мужского пола выходцев не осталось и третьей части…»

«Между переселенцами открылись разные недуги и сверх того, появилась в то время в Новороссийской и Азовской губерниях повальная болезнь, отчего многие в дороге померли»

Тут необходимо учесть, что указанная треть – это количество тех, кто, в конце концов, поселился на отведенных землях. Остальные – не все умерли: некоторые остались в Екатеринославе, другие поселились в Таганроге. Отметим также, что многие все-таки вернулись в Крым.

ДВА ГОДА ВРЕМЕННОГО ЖИТЬЯ

Митрополиту Игнатию предоставленные земли в центре Запорожской Сечи не понравились. Впрочем, А.А.Скальковский и некоторые отечественные этнографы считают, что истинные причины были в другом. Во-первых, чисто религиозные – Игнатий хотел оградить свою паству от русских и украинцев. Во-вторых, предлагавшиеся земли были не очень удобны для земледелия.

Похоже, еще в «крымские» времена митрополит Игнатий не питал особых симпатий к запорожцам. Ему были известны случаи, когда прежние греческие переселенцы на запорожские земли сливались с казаками. При этом греки даже церкви свои переносили из Крыма в Сечь. Бывали случаи, когда греки вступали в запорожское войско. Видимо, именно для обсуждения этих вопросов митрополит Игнатий выехал в Петербург 2 июля 1779 года.

В конце концов митрополит добился, что места поселения греков были определены новым документом – ордером Потемкина губернатору Азовской губернии Черткову от 29 сентября 1779 года. Ордером Потемкина отводимая грекам территория определялись в границах Павловского уезда – бывшей до 1775 года Кальмиусской паланки Запорожской Сечи. Город для купцов греки могли построить в устье Кальмиуса. Но здесь уже был город Павловск (ранее Кальмиус), названный в честь сына Екатерины II. Греков не устраивало название, ибо свой город они хотели назвать Мариуполем, в честь Святой Марии, чудотворную икону которой они намечали установить в главном соборе города. Главная святыня крымских греков – икона Божьей Матери – на берега Азовского моря была перенесена монахами Успенского монастыря. К сожалению, этот памятник средневековой византийской живописи был утерян в период Гражданской войны.

Напомним, что в устье реки Волчьей, где греки отказались поселиться, намечался к строительству город именно с таким названием, правда, в честь другой Марии – жены наследника русского престола, невестки Екатерины. Проблема разрешилась чрезвычайно просто. Без бюрократических проволочек Потемкин просто поменял двум городам названия и Павловск стал Мариуполем, а предполагавшийся Марионополь – Павлоградом. Городу на Кальмиусе присвоилось название Мариуполь согласно Указу императрицы Екатерины II, всему уезду присваивалось наименование Мариупольский.

Однако возникли новые проблемы. Отведенные грекам земли были заселены. Их надо было освободить. Проживавшим здесь «малороссийским» поселянам разрешалось остаться на местах лишь зиму 1779-1780 года и лето – до снятия урожая. После этого они должны были покинуть эти места.

Таким образом, одно насильственное переселение – христиан из Крыма – вызвало новое, такое же насильственное перемещение сотен, а может быть, и тысяч людей из Приазовья.

НОВАЯ РОДИНА

Весной 1780 года начался завершающий этап переселения – переход христиан-греков в Мариупольский уезд.

Переходили небольшими партиями, состоящими из жителей одного или нескольких крымских селений, и селились по желанию на определенных для устройства сел местах. На территории Мариупольского уезда переселенцы из Крыма поселились в 20 селах.

Выходцы из крымских городов и сел селились отдельно друг от друга, образуя кварталы и селения. Так появились села Ялта, Урзуф, Старый Крым, Карань, Ласпи, Мангуш, Сартана и многие другие. В них основывались храмы, одноименные с оставшимися в Крыму. В некоторых селах, как Урзуф, храмы уже были – казацкие. Они просто передавались грекам.

Греки пяти небольших сел: Демерджи (Фуны), Алушты, Улу-Узень, Кучук-Узень, Куру-Узень, располагавшихся у подножия горы Демерджи, поселились вместе. Присутствуя при освящении новой церкви Феодора Стратилата, митрополит Игнатий поразился щедрости греков, пожертвовавших в этот день около много живности. Видимо, учитывая это обстоятельство (а также то, что только священник села Демерджи дошел до нового места, в то время как остальные умерли в пути), митрополит дал новому селу пышное название – Константинополь, в честь столицы Византии и родины всех греческих митрополитов.

Константинополь поныне существует. В нем живут выходцы из Алуштинского района. Нынешний поселок относится к Великоновоселковскому району Донецкой области. Его население – около 1000 человек – занято сельским хозяйством. Фамилии местных жителей: Демерджи, Чердаклы – в память об исторической родине.

26 июля 1780 года во главе с митрополитом Игнатием переселенцы прибыли в город Мариуполь. Здесь поселились выходцы из шести крымских городов: Кафы (Феодосии), Бахчисарая, Карасубазара, Козлова (Гезлева – Евпатории), Бельбека, Балаклавы и предместья Бахчисарая Мариам. Большинство этих названий долгие годы сохранялось в названиях городских предместий, где жили ремесленники (Кефе, Гезлеве, Карасубазар, Бахчисарай и Марьинск), а позже – в названиях улиц.

Вместе с переселенцами в Мариуполь прибыли представители губернской администрации для организации первых выборов Мариупольского греческого суда – органа самоуправления, выполнявшего административные, полицейские и судебные функции на территории всего уезда. Первым председателем стал купец Хаджи (Хаджинов) Михаил Савельевич.

15 августа 1780 года в Мариуполе состоялись торжества по случаю завер¬шения переселения. Переселение крымских христиан-греков, продолжавшееся более двух лет, завершилось.

Новые места явно уступали старым крымским и по красоте, и по природным условиям. Но дело было сделано, процесс переработки этнокультурного состава и хозяйственной структуры начался, и поэтому правительство даже после присоединения Крыма к России в 1783 году не разрешило грекам и армянам возвратиться (лишь немногим из них удалось вернуться на малую родину).

«МНОГИЕ ГРЕКИ ЖЕЛАЛИ ВОЗВРАТИТЬСЯ ОБРАТНО»

В книге «Мариуполь и его окрестности», изданной в 1892 году, читаем: «Многие греки желали возвратиться обратно; доходило иногда до открытого неповиновения, – и тогда укрощались строгими от начальства мерами и правительство в необходимости было высылать военные команды для усмирения беспокойных». Волнения были во всех селах, а в особенности проявилось в 1804 году в селах Сартана, Чердаклы, Малый Янисоль, Карань и других. Свое стремление вернуться в Крым бунтовавшие объясняли тем, что «они и предки их там жили». Непросто складывались отношения митрополита с переселенцами. К тому же, если в Крыму митрополит был не только духовным лицом, но и судьей своего народа, то в Мариуполе он таких прав был лишен, вследствие чего возникали некоторые трения с представителями местной власти. Владея поместьем из нескольких домов, рыбным заводом и лавками, он построил дачу и посадил сад. По указанию председателя городского суда (по нашим понятиям – мэра города), усмотревшего, вероятно, незаконность в действиях митрополита, была снесена ограда и сад уничтожен. И вот тогда произошло событие, заставляющее задуматься о многих конъюктурных, вперемешку с политическими, моментах творения «новой» истории Мариуполя. Игнатий, отслужив обедню, вышел на Покровскую могилу, что на Георгиевской улице, предложил своим сторонникам отделиться от противников и в лице председателя городского суда проклял тех.

Все бедствия – ежегодные засухи, повальные болезни, как, например, холера в 1830 году, когда вымирали целые улицы – Георгиевская и прочие – народ приписывал проклятию своего предводителя».

Сегодня митрополит Игнатий УПЦ Московской патриархии канонизирован – возведен в лик святых. Что ж, он пережил немало, и во всей этой трагедии с переселением вина его была лишь относительная. Как мог, он старался в тех условиях своему народу помочь. Не всегда его понимали – потому что перед своими соплеменниками он был как раз тем стрелочником, который во всем виноват. За стремление Екатерины и ее фаворитов захватывать все больше и больше территорий, принося неисчислимые страдания населявшим те территории народам.

Митрополит Игнатий умер 16 февраля 1786 года. На похороны не приехал ни один из высших церковных чинов – архиереев. Епископ Дорофей, возглавивший после Игнатия епархию, в отличие от своих соплеменников, в Крым уехал. Резиденцию он устроил в Феодосии. Этот факт я комментировать не буду.

СПОРЫ О ЦЕРКВЯХ

В Мариуполе греки правили службу сначала в казацкой Свято-Николаевской церкви. Рядом с ней они начали строить Харлампиевский собор. От церкви запорожцев туда был перенесен колокол. Долго также хранились казацкие серебряное монастырское кадило и железный крест, который венчал Свято-Николаевскую церковь. Каким-то образом этот крест потом попал в село Богатырь, где в 1890 году профессор Ф.Браун записал легенду, в которой говорилось, что этот крест был привезен из Крыма.

Кроме Свято-Николаевской церкви, жители Кальмиуса (Павловска) успели возвести каменные стены церкви Марии Магдалины (в том месте, где сейчас здание Укрсоцбанка). «Малороссийской нации люди» (как писали в архивах), которые были обязаны все переселиться в Павлоград, переселились не все. Более двух тысяч их (греков в Мариуполе было чуть более трех тысяч) хотели, чтобы им вернули хотя бы церковь Марии Магдалины. Около трех лет продолжались споры и препирательства между мариупольской управой благочиния и греческим судом, пока, наконец, эта церковь не была отдана казакам. Освящена она была в 1791 году. В 1897 году ее перенесли на то место, где сейчас в Мариуполе Театральный сквер.

Кстати, сегодня главный собор в УПЦ в Мариуполе называется Свято-Николаевским.

КОНЕЦ ОДИССЕЕ

Из-за отсутствия скота, орудий труда земли, переданные грекам, не были освоены в полной мере. В скором времени часть земель была возвращена в государственные владения, так как русское правительство было заинтересовано в полном заселении и хозяйственном освоении территории. В силу этого с 1790 по 1796 год с разрешения российского правительства в Северное Приазовье начинают переселяться прибывшие сюда из Европы представители других стран, которые по вероисповеданию причислялись к католикам, лютеранам, кальвинистам и другим протестантским направлениям. Крестьянская реформа 1861 года и последующие за ней буржуазные реформы 60-90-х годов XIX века отразились и на организации местного управления. Были ликвидированы национальные округа и особые права (привилегии) отдельных национальных групп населения. На местах создавались единые общегражданские органы управления.

Трагедия греческих переселенцев так и осталась трагедией в памяти потомков тех переселенцев. Но некоторые конъюнктурщики от политики превращают ее сегодня в фарс, пытаясь одну из акций в захватнической политике царской России представить этакой заботой самодержавия о православных в ханском Крыму.

Сейчас в многонациональной Донецкой области проживают около 100 тысяч греков – потомков тех, кто 220 лет назад обрел свою родину в Приазовье.

Трагически, кстати, сложилась и судьба крымского хана Шагин-Гирея. Он был вынужден отречься от престола в пользу императрицы Екатерины II. Шагин-Гирей попытался организовать мятеж, но он был быстро подавлен. После чего бывшего властителя Крыма простили и отправили в почетную ссылку в Воронеж. Тоскуя в плену, он попросил позволения поехать в Константинополь. Его отпустили, но вскоре он был там умерщвлен турками.

Анатолий Герасимчук

http://uargument.com.ua/istoriya/zachem-iz-kryima-...etskimi-stali-greki-kryimskie/