Тоннель близ Байдарских ворот

Из Ялты до Севастополя по дороге, построенной Воронцовым, можно доехать за один день. Это чуть меньше ста километров.

Расстояние не ощущается, прогулка просто великолепна, пока мы едем по южному склону, но пейзаж резко меняется, когда оказываемся по другую его сторону. Я уже несколько раз ездил по воронцовской дороге, видел эти замки, деревни, чарующие глаз своим видом и слух названиями: Орианда, Мисхор, Кореиз, Алупка, Симеиз…

Именно за Симеизом и до самой оконечности бухты, мыса Ласпи, подножье Яйлы становится диким и пустынным; его высокие горные стены, нависающие над дорогой, слишком опасны и нестабильны для строительства здесь каких-либо зданий. Каждые десять или пятнадцать лет очередной фрагмент этой стены обрушивается вниз.

Видъ на Байдарскiе ворота с площадки церкви

На этих скалистых лавах татары обустраивают свои деревни. Именно таким образом родились Лиман, Кикинеиз и Форос.

Последние повороты дороги перед Байдарскими воротами. Мы пересекаем каменный хаос, такой же, как в Пиренеях: нет ничего более живописного и дерзкого, чем чудеса эквилибристики, демонстрируемые отдельными обломками этих гор. Огромные лысые грифы вылетают из скалистых расселин и планируют над вершинами Яйлы.

Байдарскiе ворота

Гранитный пилон, образующий маленький туннель, поглощает отрезок дороги горного ущелья, через которое мы покидаем Южный берег Крыма. Это место называется Байдарские ворота из-за одноименного названия долины, расположенной по другую сторону ущелья. Эта долина связывает плато Яйлы с Херсонесским плоскогорьем.

Байдары – это огромная лесная воронка с полянами, на которых раскиданы мусульманские деревеньки. Эта часть маршрута привлекательна настолько, насколько что-либо может заменить неподражаемые красоты лучезарного южного моря.

Мы выезжаем из Байдар через довольно узкое горное ущелье. Внизу протекает приток речки Черной. Начиная с опушки ущелья, с того места, где расположена почтовая станция, и дальше простирается вереница неясных холмов, пустынная, вымершая местность. И только один предмет вдалеке привлекает наше внимание: что-то наподобие ограды с башней. Я спрашиваю у маленькой девочки, единственного живого существа, стоящего у дверей станции, что виднеется там, на горизонте. “Это французское кладбище”, - отвечает она.

А вот и первый ориентир Севастополя! Очень хорошо! В этом печальном ущелье вид кладбища потрясает наше воображение. Но все же, как далеки мы от прекрасных пейзажей Южного берега! Сначала голые, песчаные равнины, затем плоскогорье Херсонеса, кладбища, памятные пирамидки на полях сражений. Впереди виднеется Кадыкой, где пали в сражении драгуны Эннискиллена и серые шотландцы лорда Кардигана, поддерживаемые африканскими стрелками генерала Аллонвиля. Вдоль всей этой дороги вплоть до самого Севастополя встречаются похожие друг на друга, покрытые черной пылью, напоминания о той войне.

А вот и огни самого города!
21 сентября 1887 г.
Эжен Мельхиор де Вогюэ (1848 – 1910), французский дипломат, писатель–путешественник, литературный критик, член Французской академии).


Дорога у Байдарских ворот. 1916 г.