НЕРУССА

На юге Брянской области протекает река Нерусса. Ниже древнего Трубчевска она впадает в Десну. Изумительно красивы берега Неруссы в нижнем течении. В сосновом бору и дубовых рощах доживают свой век старики древних деревень Черни, Слободы, Смелижа… От них мы узнали о произошедших здесь событиях давно минувших дней.

Предки этих стариков жили как бы в пограничной зоне. Узкая полоса реки отделяла их от степей, где хозяйничали воинственные кочевники-половцы. Частыми и кровопролитными были схватки руссов с половцами. Но были и периоды затишья, когда половцы, собравшись на левом берегу реки, слушали доносившиеся к ним с правого берега протяжные русские песни. А русские парни, приложив руку к глазам, с восторгом смотрели на лихие пляски половецких девушек…
Смелый юноша Ратибор переплыл речку и подошёл к танцующим. Половецкие девушки окружили его и стали демонстрировать своё искусство. Каждая девушка хотела понравиться красавцу с правого берега. В конце танца Ратибор взял за руку смуглянку Зульфию и повёл в свой дом. Родители были напуганы появлением половчанки. Они знали, что это приведёт к войне. Боялись и все жители деревни. Но Ратибор настоял на своём. Он обвенчался с Зульфиёй по старинному языческому обряду. В деревне был организован свадебный пир. Невесёлой получилась свадьба: старики ждали нападения. Юноши готовили боевые топоры и копья. Девушки, обезумев от ревности, решились на преступление. Во время свадебного хороводного танца, они вовлекли в круг невесту Зульфию, и, танцуя, всё время подталкивали её к реке. У крутого берега реки они набросились на девушку и со словами: «Умри, Нерусса», убили её и сбросили в реку. Гуляющие ничего не заметили. Девушки продолжали танцевать. Хоровод сопровождался свадебной песней… А в кругу плясала белокурая Евдоха, которая давно была объявлена невестой Ратибора.
«Где Зульфия?» - кричал Ратибор. «Кто такая, кого ты так называешь?» - отвечали односельчане. Имя Зульфии они не могли выговорить.
«Чего хочет ваш сын?», - спрашивали старики у родителей Ратибора. «Он ищет свою Неруссу – отвечали родители, - А она либо сбежала, или выкрали её половцы. Вот беда-то будет…»
Влюблённый Ратибор переметнул через речку, прибежал в стойбище половцев и был там убит.
Жених Зульфии Тахир долго искал свою любимою. Пробирался он на правый берег, тайно обходил русские деревни. В своей кибитке плакал и звал свою невесту.
Его тоска была так велика, сто долетала до царства водяного царя, в семье которого среди русалок жил Зульфия. Однажды, когда Тахир, плача, звал её к себе, она поднялась над водой.
Племя Тахира откочевало на сотни километров от реки, назвав речку Зульфа-Русса. А русские жители прибрежных деревень, увидев смуглую русалку в реке, назвали свою речку – студенку жилищем русалки Неруссы или просто Неруссой.

ДЕСНЯНКА

Давным-давно на границе Брянских и Смоленских земель жила красна девица Деснянка. И был у неё жених – добрый молодец Днепр.

 

Пошёл Днепр на войну праведную, защищать землю русскую от злых кочевников. Узнав про это, Змей-Горыныч стал приставать к Деснянке, замуж звать её, да угрожать злыми речами. И решила Деснянка бежать к жениху своему Днепру. Тайно собираясь, но Змей-Горыныч узнал. И стал у неё на пути. Убегая от него, Деснянка петляла, возвращалась назад, и вновь бежала в сторону южную. Много слёз пролила девушка, совсем из сил выбилась. И пропала бы в болотах топких…
Но пришла к ней помощь подружка Снопоть. Взявшись за руки побежали они быстрее. Змей-Горыныч позвал всех карликов, гномов прокажённых. Непроходимой стеной стал Змей-Горыныч со своей ватагой. Гибель девушкам грозила неминуемая. Но добрый, справедливый гномик по прозвищу Борчун, ледяной струёй пробил стену и открыл путь Деснянке. От злобы Змей-Горыныч превратился в ледяной столб. Чёрные гномв долго ещё преследовали Деснянку. Хотели сбить её с пути. Но смелые русские девушки Габья, Ветьма, Серижа, Сенна, Болва, Снежеть, Ревна, Нерусса помогли своей подруге. С их помощью ушла Деснянка к жениху своему. Слившись вместе, весело побежали они к тёплому лазурному морю.
Только много слёз пролила Деснянка, и путь её превратился в реку Десну…
Поплыли по Десне корабли и ладьи. Кружат они на Золотых кольцах, подплывают к меловым горам, останавливаются у прозрачного ручья Борчуна, чтобы набрать студёной воды в бочки… Долог их путь по троснянским петлям, ржаницким дугам и речицким заворотам. Но спокойны путешественники – на носу их кораблей изображена Деснянка – покровительница всех плывущих по Десне.

НЕИЗВЕСТНЫЙ СОЛДАТ

В лесу в пяти километрах от Сельцо под высокими соснами вечным сном спит неизвестный солдат. Он погиб в октябре 41 года, когда 50-я армия небольшими группами бойцов выходила из окружения. Уже раненый, он прикрывал отступление своих товарищей пулемётным огнём…

С любовью ухаживают за его могилой школьники. Но что-то случилось с людьми в период перестройки: разбивают и уродуют памятники, оскверняют могилы.
Если бы Неизвестный солдат знал, что будут делать грядущие поколения на его могиле! Если бы мог видеть! Впрочем… послушаем жителей посёлка Первомайский, проживающих на опушке леса недалеко от могилы.
Рассказ Лукерьи Дёминой:
- Моя корова не пришла домой. Мы стали искать её по лесу. Ходили часов до 12 ночи. В лесу темно – деревьев не видно. Смотрим, что-то белеет. Подходим. Стоит высокий красивый солдат в пилотке и плащ-накидке. Только плащ-накидка у него не зелёная, а белая. Наша бабка как крикнет: «Это тот солдат, который подходил к нашим домам в 41-году каждую ночь, а как похоронили его, перестал ходить».
Зачем он встал опять? Может просит защитить его от хулиганов, недоумков и пьяниц… Вот бы поговорить с ним! Давайте прислушаемся:
«Я убит был гранатой у посёлка Сельцо,
Перед смертью зажал я на гашетке кольцо.
Уж не видел врагов я, труппы их не считал.
А «максим», пулемёт мой, всё стрелял и стрелял.
Как по доту из поймы миномет застучал.
Расстреляв лишь обойму, мой «максим» замолчал.
А душа уж летала по дорогам лесным,
Она друзей провожала, уходившим к своим».

СОФОЧКА

Это было в 1841 году. В деревню Сельцо прибыл гусарский полк. Офицеры остановились в доме помещицы Саловой. Столбовая дворянка Салова выдавала свою дочь замуж за помещика из деревни Стаево, что под Хотылёво. Жених души не чаял в невесте, обожал её, но ревновал даже к котёнку.
На предсвадебный пир Салова пригласила всех офицеров. Благородные офицеры наперебой хвалили сад, цветники, висячие мосты, парк, сбегающий к самой Десне.
- А наши судки вы не видели?, - спросила помещица.
- Нет!
- Значит, вы ничего не видели… В наших прудах рыба красная, жёлтая и синяя. Поинтересуйтесь господа!
- Жаль, что ночью мы отбываем, - ответил полковник.
Молодой корнет встал и чётко произнёс:
- С Вашего разрешения я бы сейчас пошёл к прудам, если бы мне кто-нибудь показал дорогу… Я готов пожертвовать прекрасным угощением.
- Не нужно ничем жертвовать, - сказала помещица, - судки рядом. Мы не начнём, пока не приедёт жених. Софи, проводи офицера к верхнему судку.
В белом платье с фатой, в белых атласных туфельках повела Софья корнета по мокрой дорожке сада. Только что прошёл дождь. Дорогу им преградила лужа. Софья в замешательстве остановилась.
- Нет проблем! – воскликнул корнет – только разрешите… Он поднял Софью на руки и перенёс её, смело ступая по луже.
В этот момент в аллею верхом на белом коне въехал жених Софьи. Увидев свою невесту на руках корнета, он издал нечеловеческий крик. На крик выбежали слуги, хозяева и гости. У парадного крыльца творилось невообразимое. Жених кружил на лошади и кричал нечленораздельные фразы. Его родственники, как переводчики, повторяли слова жениха. «Свадьбы не бывать! Нам не нужны распутные барышни! Целуйтесь со своими постояльцами! Моей ноги здесь не будет!» - и с этими словами жених ускакал.
Онемевшими от неожиданной выходки жениха, хозяева и гости на площадке у парадного.
В этот момент от верхнего судка по мокрой тропинке, перепрыгивая лужицы, бежали, взявшись за руки Софья и корнет.
Корнет сыпал комплементы. Софья смеялась…
Немая сцена, гробовое молчание толпы не смутили Софью. Она начала рассказывать, как корнет хотел руками поймать зелёноглазого осетра. Мать подошла к дочери и по французски приказала ей замолчать. Видя, что дочь продолжает улыбаться, старая помещица сорвала с неё фату и дважды ударила по щекам. Софья пошатнулась. Корнет поддержал её. Потеряв самообладание, Салова закричала: «Оставьте её сударь. Корнет хотите обольстить чужую невесту!» Прижав руку к щекам, Софья побежала в дом. Гости со стороны жениха с ехидными репликами покинули усадьбу Саловой. Ночью уехали офицеры.
Ужинать Софью не пригласили. На завтрак она не вышла. В обед слуги доложили, что дверь в комнату заперта… Вечером помещица приказала взломать дверь. Софьи в комнате не было. Её искали в доме, в саду, по всей деревне, ездили в деревню Стаево к жениху. Через неделю её нашли в затопленном гроте верхнего судка. Помещица приказала спустить воду из пруда, чтобы обнажился грот. Но слуги торопливо открыли створки плотины. Вода хлынула в узкий проём, смыла часть плотины и унесла в Десну всю ценную рыбу, корзины с кормом, лодки плотики и … тело Софьи.
Три недели искали Софью, теперь уже в Десне. Но тщетно. Найти её не удалось.
В разгар поисков Софья стала появляться в усадьбе на площадке у парадного крыльца. Она стояла и смотрела в окно матери. Мать открывала окно, звала Софью, посылала служанок, чтобы они привели барышню. Но служанки, возвратившись, говорили: «Там никого нет, барыня». Это повторялось каждый день. С немым укором смотрела на мать и ни с кем не хотела разговаривать…
Только с Лизой со своей подругой, сельской учительницей, стала разговаривать Софья. Лиза любила Софью, верила ей. Софья поведала ей о жизни русалок и о том, какие жертвы понесут люди за её загубленную жизнь:
- Каждые три года ко мне будет приходить подружка – твоя ровесница. А каждые семь лет река будет приносить мне ребёнка, мальчика. Так обещал мне царь водяной. А его слово закон…
Жители деревни Сельцо давно заметили закономерность:
Семнадцатилетние девушки тонут в Десне каждые три года, а мальчики дошкольного возраста – каждые семь лет.
Среди этих жертв немало и жителей нашего города.

 

 ДАШКИН ЛУГ

«Дашкин луг» - это красивый левый берег реки Сенны с прилегающим сосновым лесом. Весной луг покрывается цветами. Здесь растут ели и густые заросли калины.
Днём здесь весело. По тропе часто проходят люди, проносятся велосипеды и мотоциклы. Совсем другое дело вечером. Берег пустеет. Жители ближайшей деревни Корчминки с наступлением сумерек спешно покидают берег речки. Из поколения в поколение они передают предостережение: по одному к Сенне не ходить, вечером на луг не выходить. Откуда такое предостережение?
50 лет назад на этом берегу произошла трагедия, которая стала результатом подлости, жестокости, чёрствости людей. Здесь утопилась 16-летняя девочка Даша с только что родившимся ребёнком.
Даша была старшим ребёнком в многодетной семье. Росла трудолюбивой, весёлой девочкой. Лучшим парнем в деревне считался гармонист, хотя и был он не высокий, кривоногий, чахлый. Завлекая игрой на гармошке и пением частушек, он соблазнил Дашу. Узнав, что она ждёт ребёнка, испугался и стал распускать грязные сплетни, что Даша гуляла с разными солдатами.
Узнав, что дочь беременна, мать Даши велела ей идти в Бежицу к тётке (поезда тогда ещё не ходили). «Поживи там, может умрёт твой нагулянный»,-говорила она.
Тётка жила на квартире, снимала угол на общей кухне. Дашу она не приняла.
Вернувшейся в Корчминку Даше мать сказала: «Наймись в няньки, кухарки, прачки… В Корчминке тебе не жить». Неделями Даша жила то в хлеву, то на чердаке сарая.
Когда начались схватки она попыталась попросить помощи у людей. И мать, и соседки грубо оскорбили девочку и посоветовали ей не «мозолить глаза» людям, а уйти в Бежицу или Сельцо.

Даша пошла по дороге в Сельцо. На берегу сены у неё начались роды. Родился мальчик. Она взяла его на руки, вошла в реку и шла до тех пор, пока волны не сомкнулись у неё над головой. Течение не сбило её. Двое суток она стояла в воде.
Рыбак, увидевший Дашу, прибежал в деревню седым.
- Где Даша, - спросил он свою двоюродную сестру, мать Даши.
- В Сельцо пошла, - спокойно ответила мать.
- Когда пошла? – спросил он.
- Два дня назад»,- сказала мать.
Посмотреть на Дашу на берег Сенны сбежались все жители деревни. Мёртвая Даша крепко прижимала к груди младенца. Её так и похоронили с голым ребёнком на руках.
Ужас охватил всю деревню, когда на ближнем лугу люди, один за другим, стали встречать Дашу с ребёнком…
Самый красивый подход к реке назвали «Дашкин луг», Даша появилась на лугу, когда над Сенной стелился туман и ещё в полнолуние.

ОГНЕННЫЙ КАСЬЯН

Если идти по левому берегу Сенны, то у пятого моста вы остановитесь. Ваше внимание привлечёт поляна треугольной формы. Вершина треугольника глубоко вклинивается в лес. Основание треугольника сливается с линией реки. За рекой большой неопрятный луг. Все есть на том лугу: кусты калины, трава по пояс и цветы, как и всюду. Но впечатление создаётся такое, будто кто-то взял да и растрепал всё га этом лугу и беспорядочно расшвырял куда попало.
Называется этот луг «страшным», «жутким». А вся местность по левому берегу называется «КАСЬЯНОВ УГОЛ».
Касьян был лесничим и егерем. Егерь организовывал охоту для графа Селищева. Граф привёз Касьяна в свои владения из Польши. Был он тогда не Касьян, а Констану… Не успел Констану освоиться, как женил его граф Селищев на своей горничной Анисье. Про Анисью говорили, что водится она с нечистой силой и ночью на метле летает на «страшный луг»… Когда граф предложил молодому егерю построить дом в любом квартале леса, по совету Анисьи, Констану выбрал «страшный луг».
Внешне всё было хорошо у молодожёнов. Констану стал Касьяном.
Его службой граф был доволен. В семье Касьяна уже было 7 детей. В сараях сытно зимовали овцы, козы, лошади…
Омрачали жизнь Касьяну ночные отлучки жены и непонятный шабаш за рекой на лугу. Ни с того, ни с сего на луг налетал вихрь: кусты гнулись до земли, сено из стогов клоками летело и падало в Сенну. Крик, визг, стоны, жуткое пение продолжалось до третьих петухов. Потом всё исчезало. Потом всё исчезло.
Однажды не выдержал Касьян и выстрелил дуплетом из двустволки, не целясь, в орущую кутерьму на «страшном лугу». Шабаш прекратился. На лугу загорелся стог. Улетая на метле ведьма крикнула: «Не балуй, Касьян! Скоро сам сгоришь в своём огне!»
Долго не мог забыть это случай Касьян. Теперь он не выходил во двор ночью, а наблюдал шабаш ведьм из окна. Засыпал лишь после третьих петухов…
Однажды Касьян проснулся от беспокойного блеяния коз и овец. Взяв ружью, он вошёл в сарай и замер: в сарае орудовала стая волков. Все овцы и козы лежали зарезанные. Несколько волков, бросив свои жертвы, устремились на Касьяна, Касьян бросил фонарь и выстрелил… Заряд попал в бочку с керосином. Огненный столб охватил овчарню. Потом взорвалась вторая бочка с керосином. Дом, сарай, овчарня, амбары, были охвачены огнём. Жена и дети Касьяна погибли в огне, не проснувшись. Касьян погиб в первые мгновения. Огненным факелом вырвался он из овчарни и упал посредине двора.
В огне погибла семья Касьяна, весь скот и стая молодых волков. Два матёрых волка отбежали к Сенне и оглашали лес жутким воем. Старшая дочь Касьяна Сима (Касьян называл её Светланой) накануне этой трагедии ушла к тётке в Дорожово. На следующий день она возвращалась домой. До графской усадьбы её подвезли. А от Селища знакомыми тропинками побежала Светлана на родную заимку…
Увидев пепелище, обогревшие скелеты людей и животных, Светлана упала без чувств. Когда очнулась, была уже ночь. Высоко в небе стояла луна… Две пары огоньков устремились на Светлану. Потом раздался протяжный, жалобный вой. К этому вою диких зверей присоединился пронзительный крик девушки. Сима бежала от волков к охотничьей будке, что устроена была под дубом у шестого места. Эта охотничья засада приютила Светлану в жуткую, холодную ночь. Но психика её не выдержала, рассудок помутился…
На заимке Касьяна и сейчас можно наблюдать шабаш ведьм. Начинается он появлением огненного Касьяна, а заканчивается лихими плясками ведьм и жутким волчьим воем.

ГАНКА

Осмотрев Свенский монастырь, туристы входят к монастырскому кладбищу. Отсюда, с высокой горы хорошо просматривается панорама левобережной поймы Десны. На широком заливном лугу раскинулось Ганкино озеро.
Это было в начале XVIII века. Пётр I в тяжёлых боях отвоёвывал у шведов выход к Балтийскому морю. Сильная шведская армия прорвалась тогда на Украину и подошла к Полтаве… На помощь осаждённой Полтаве Пётр лично повёл армию. Делая большие переходы русская армия подошла к Брянску. Тайные враги препятствовали русскому войску. Гетман Украины Мазепа изменил России. Вместе с Калом XII они подкупали монахов, корчмарей и других лиц, встречавшихся на пути Петра I к Полтаве.
Им удалось подкупить и монахов Свенского монастыря, чтобы они задержали Петра с войском в монастыре. Силой задержать царя было невозможно. Вот и решили монахи подослать к нему красивую девушку, чтобы она песнями и плясками соблазнила царя и задержала его в монастыре.
Самой красивой и весёлой оказалась девушка Ганка. Монахи посвятили её в свои планы. Первое задание, развлечь царя, Ганка выполнила. Когда же царь выразил желание остаться в монастыре на неделю, Ганка призналась Петру, что против него готовиться заговор…
Пётр с войском ускакал к Полтаве, где одержал блестящую победу… Монахи жестоко расправились с Ганкой. Они зашили её в мешок и кинули в озеро, что плещется за Десной.
Легенда гласит, что Ганка превратилась в русалку и в полнолуние всегда бродит по прибрежным камышами поёт грустные песни… Иногда она поднимается на крутой берег Десны к дубам, под которыми песнями и плясками развлекала царя Петра.
Иногда она подходит к рыбакам и туристам, смотрит на них, а из воды выходит. Исчезает она мгновенно, и тогда страх охватывает всех, кто остался на берегу.

ПРИЗРАК СЕЛИЩА

В 99 лет граф Селищев устал от шумной городской жизни поселился в тихом скромном поместье, что раскинулось в девственном лесу в верхнем течении Сенны.
Позади была большая жизнь: служба в армии, генеральский чин, походы в европейские страны, поездка в Индию. Из Индии привёз генерал эликсир бессмертия и «порошок смерти».
От Соколово до графской усадьбы была заложена ракитовая аллея. Ракита – дерево вечного обновления.
Богатства графа были несметны. Но престарелый граф потерял интерес к своим банковским счетам, доходным домам и драгоценностям, которые хранились в многочисленных тайниках московского, петербургского и орловского домов. Были тайники и в доме Селищева. Об этом хорошо знал управляющий имением. Семь взрослых сыновей графа в уверенности, что отец их выжил из ума, лихорадочно искали завещание: ездили в Орёл, Москву. Сыновья враждовали межу собой. Говорить о наследстве с отцом было бесполезно: он отвечал на вопросы, качал головой, и только глаза его живо и зорко смотрели. От этого взгляда у собеседников мурашки бегали по спине, и ноги становились ватными. Ночами граф не спал. В длинной белой рубахе ходил он по дому, выходил во двор, ходил на конюшню, где стояли выхоленные орловские рысаки. Любимца своего пегого Орлика граф гладил по холке. Тот отвечал тихим ржанием… Прислуга незаметно следовала за графом…
Ранним апрельским утром графа нашли мёртвым на полу спальни. После непродолжительного переполоха начались приготовления к похоронам. Из Орла, Москвы, Петербурга, Брянска телеграммами были вызваны родные и близкие. Гроб с прибранным телом генерала поставили в большом зале. Над парадным крыльцом повесили флаг с чёрным крепом.
Непрерывным потоком из окрестных деревень шли люди, посмотреть на мёртвого генерала. Когда в ракитовой аллее показались кареты, управляющий приказал всем крестьянам удалиться, а горничным подмести залу.
Управляющий стоял на крыльце, готовясь встретить гостей, когда горничные выбежали из зала с криком: «Графа нету!» Управляющий побежал к гробу и увидел его пустым… «Закрыть и забить гроб!» - скомандовал управляющий. Приехавшим родственникам и друзьям было сказано, что граф умер от страшной болезни, гроб открывать нельзя. Был приказ выкопать могилу на графском фамильном кладбище. Там никого, кроме благородных предков Селищева, не хоронили. Могила была вырыта за один час. Но к вечеру она оказалась зарыта и над ней возвышался высокий холм.
Всемогущий управляющий приказал выкопать новую могилу в другой части кладбища. Когда пустой гроб с почестями принесли на кладбище, то оказалось, что первая могила разрыта, и из неё извлечены трупы двух сыновей графа от первого брака. Убиенные были выброшены за кладбищенскую ограду.
В последующие дни таинственно погибали сыновья и внуки графа от второго брака. Без почестей их хоронили на кладбище. Но кто-то незримый раскапывал могилы и выбрасывал трупы за ограду.
Не проводив в «последний путь» своего отца семь сыновей графа погибли в течении недели. Последним погиб графский сын «Сокол» на пороге своего дома в Соколовской дубовой роще. За несколько часов до своего конца он убил своего сына «Соколика», который пытался удержать отца от очередного вероломства.
Все эти убийства были приписаны мятежным крестьянам… Шёл 1905 год. В стране бушевала революция.
В доме графа порядок менялся ежедневно. Управляющий отпустил прислугу по домам, и сам стал ночевать в доме один. Он не спал. С фонарём и молоточком он обходил одну комнату за другой, выстукивал стены и полы, искал тайники. Эти его занятия, однако, продолжались не долго. Однажды среди ночи он выскочил на улицу и стал звать сторожа. Сторож пришёл. С ним управляющий обошёл весь дом, но никого не нашёл. Остаться на ночь в доме один управляющий боялся. Прислуге было приказано ночевать в доме.
Из Брянска, Орла и других мест к управляющему стали приезжать помещики с просьбой продать породистых лошадей. Уже были оформлены документы и распиты бутылки шампанского, когда среди дела дня со всех сторон загорелись конюшни. Ворота оказались закрыты намертво. Все лошади сгорели заживо. Охваченный пламенем Орлик вырвался из пылающей конюшни и ускакал в лес.
Управляющий решил перевести свою семью в Орёл. Во дворе нагружались телеги. Богатая мебель, книги, картины, утварь были взяты из графского дома. Семью управляющий решил отправить одну, а сам намеривался продолжить поиски тайников.
Уснув перед самым рассветом, управляющий был разбужен шумом и стуком к чугунную рельсу. Выбежав на крыльцо, он увидел пылающим свой дом. Пламенем были охвачены и возы с добром. В огне погибли жена и дети.
Управляющий вызвал войска. Рота солдат под командованием унтер-офицера прибыла днём и была встречена самим управляющим. Унтер-офицер и управляющий подошли к дому с чёрного хода, где должны были разместиться солдаты. Они были в доме, когда с трёх сторон загорелся графский особняк, побежал к солдатам, которые кричали: «Человек на крыше!»
Действительно на крыше стоял высокий худой старик в белой рубахе, что-то кричал и смеялся. Управляющий остался в доме. Этот, последний, выход из дома запылал сразу, как только из него выбежал унтер-офицер. На месте роскошной усадьбы к вечеру тёплого апрельского дня образовалась жуткая поляна с тремя огромными пепелищами.
Солдаты ушли из Селища, не найдя мятежных крестьян. Прислуга, садовники, конюхи в ужасе разбежались по деревням и городам Брянщины.
Жители окрестных деревень объезжали за версту жуткую усадьбу. Между тем, проезжая мимо графского кладбища, смелые липовские парни заметили, что в часовне горит свеча, и за аналоем сидит человек в белом балахоне. Перекрестившись, они подошли к часовне, но поднявшийся ветер захлопнул дверь и погасил свечу.
Белый призрак исчез…
Такое повторялось неоднократно.
В сад стали приходить люди из деревень. Они трясли хрупкие китайские деревца, топорами рубили яблони, чтобы собрать яблоки, петлями-арканами гнули книзу ветки груш, ломая при этом деревья…
В одно утро прибывшие в графский сад крестьяне удивились, увидев почерневшие листья. Кое-где на земле был рассыпан белый порошок. В этот день от острого отравления в Липовке, Соколове и Верхнем Селище умерло несколько десятков человек. Деревья сбросили листья и плоды и очень быстро засохли.
Ночные пожары, «красные пастухи», в 1905-1907г.г. были обычным явлением… Поэтому никто не удивился, увидев зарево над лесом. А утром узнали, что выгорел графский сад.
На месте усадьбы и сада образовался большой пустырь. Даже трава не росла там. Только могучие дубы не поддались индийскому порошку смерти. С обожженными стволами стояли они широко раскинув свои кроны. В одном месте в ста метрах от кладбища из одного корня выросли пять могучих дубов. Люди верят, что под этими дубами покоятся пять сыновей графа Селищева от второго брака. Напротив них рядом стоят два дуба. Они выросли на месте, куда были выброшены тела двух сыновей Селищева от первого брака…
В центре графского сада под большим дубом похоронил сам себя граф Сенищев. Неспокоен сон графа и его сыновей. Каждую ночь лес оглашается жуткими криками и плачем. По старому кладбищу мечутся белые тени. На месте конюшни появляется огненный конь. А по аллеям молодого леса ходит высокий старик и разговаривает сам с собой. Охотники слышали, как призрак, обращаясь к огромному тополю, сказал: «Ну, раз выжил, живи вечно!...»
В старика-призрака стреляли. На его пути ставили капканы. В ответ слышали невесёлый смех: «Ох, хо-хо!» И белый старик улетал, как лёгкая ткань, подхваченная вихрем…
Днём в Селище интересно и красиво. Но ночевать там страшно. С большим отрядом, при огромном костре можно остановиться на ночлег. Но отойти от костра никто не осмеливается.
Смельчаки пытались сфотографировать белого призрака, но фотоплёнка оказалась засвеченной. Огромные камни – валуны, декоративно разбросанные в саду, опасны… один из них – смертоносный. Люди, попытавшиеся исследовать природу этого камня, погибли…
Несмотря на всё это, туристы опять и опять приходят в Селище.

http://bookmaster.livejournal.com/17291.html