Георгий Бурков



Георгий Иванович был ярким и популярным актером, одаренным редким чувством трагикомического. Его актерский диапазон был очень широк, но все его персонажи проходили по категории «лучшая роль второго плана». Умный и тонкий человек сам Бурков мечтал стать серьезным драматическим актером, и хотя у Буркова практически не было главных ролей, но его второстепенные яркие и самобытные персонажи навсегда запомнились и полюбились публике. А коронные реплики «Я никогда не пьянею» или «Я за машину родину продал» давно живут своей отдельной жизнью… Он казался своим парнем, простым и доступным. А в жизни был совсем другим — философом и аскетом, мечтателем и идеалистом.



Георгий Иванович Бурков родился 31 мая 1933 года в Перми.В возрасте шести лет Георгий Бурков чуть не умер. Он заболел брюшным тифом, началось заражение крови. Ему сделали несколько операций без наркоза (боялись за сердце). Перед седьмой операцией он уже лежал в палате смертников. И тогда мать забрала его и выходила дома травами и любовью."Я рос на опере и балете ленинградского театра имени Кирова. Знал целые спектакли наизусть, видел Чабукиани, Дудинскую, Уланову, слушал Нэлеппа и других знаменитых певцов" — из книги "Хроника сердца", изданной по дневникам Георгия Буркова.

Георгий мечтал о сцене едва ли не с пеленок. Но понимания у окружающих не находил. Длинный, сутулый, нескладный... Да еще и с дефектом речи. «Это была не шепелявость и не картавость, а довольно своеобразная, не всегда разборчивая речь», — вспоминал один из приятелей артиста.
Но Жора был настырным. Несколько лет подряд ездил из родного Кемерово за тысячи километров в Москву — подавать документы в Школу-студию МХАТ и ГИТИС. Проваливал экзамены, возвращался и жизнерадостно сообщал знакомым: «Еще годик поучусь, подтяну уровень — и тогда точно поступлю!»
В 1952 году Георгий Бурков поступил на юридический факультет Пермского университета, где проучился два года. Одновременно с учебой он занимался в вечерней студии при Пермском драматическом театре.



С 1954 года Бурков стал профессиональным актером, работал в театре в Березняках, потом — в Пермском областном театре, в Кемеровском театре.К 32 годам за плечами у Георгия не было ничего: ни семьи, ни образования, ни работы (мелкие роли в провинциальных театрах не в счет). Но оптимизма он не терял. Как-то прослышав, что в Кемерово гастролирует московский театр имени Станиславского, Бурков умудрился прорваться в кабинет к главному режиссеру ЛьвовуАнохину.

- Вы кто? — спросил Львов-Анохин.
— Я — молодой, но перспективный актер, — гордо ответил Бурков. — Хочу украсить собой вашу труппу!
— Ну не такой уж и молодой, — поморщился Львов-Анохин. — А какое у вас театральное образование?
— Никакого, — ответил Бурков. — А разве по мне этого не видно?


Однако чем-то провинциал ЛьвовуАнохину все же приглянулся. Главреж пригласил Жору в Москву, показал худсовету театра и... принял в труппу. Буркову дали место в общежитии, роль в постановке. Но утром в день премьеры в общежитии вдруг объявился его приятель из Кемерово. Встречу решили обмыть...В результате первую в жизни Буркова столичную премьеру пришлось отменить. Был скандал, директор театра тут же вывесил приказ об увольнении новичка. Спас Георгия все тот же Львов-Анохин, который разглядел за непритязательной внешностью свежеиспеченного лицедея талант. Главреж уговорил директора дать Буркову шанс: оставить его в театре на испытательный срок, но не в штате. Оклад в сто рублей Борис Александрович обещал выплачивать Буркову из своего кармана. И несколько месяцев, пока «самородка» не взяли обратно в штат, честно делился с ним собственной зарплатой.
Приспосабливался к столичной жизни тяжело. Через десять лет в своем дневнике запишет:

"Я до сих пор не могу отделаться от очень многих провинциальных черт моего характера: не люблю ездить в такси, не очень-то умею разговаривать по телефону, не умею уверенно сидеть в ресторане и т.д. Я совершенно не приспособлен к современной жизни".



Еще в юности, страстно мечтая о профессии актера, Бурков разработал план самообразования. До ночи пропадал в городской библиотеке, заглатывая книги, как удав — калорийных кроликов. "Это только внешне Жора шалтай-болтай был, а по сути — энциклопедия ходячая. Не имея диплома, он знал больше иного профессора", — утверждают все его близкие. Много лет спустя на концерте перед милиционерами Георгий вдруг признался: «Я вас боюсь с юности. Когда я нигде не работал и поздно вечером возвращался домой из библиотеки, всегда боялся, что меня остановят и заберут за тунеядство». Годы, проведенные в стенах книгохранилищ, превратили Буркова в ходячую энциклопедию. «Не имея диплома, он знал больше иного профессора», — уверяют его близкие.
Женщины Георгия не любили. Да и сам он никогда не был ловеласом. Его единственный брак вырос из служебного романа. 18-летняя москвичка Таня Ухарова училась на первом курсе Щукинского училища и одновременно работала в театре Станиславского. С Бурковым они играли в одной пьесе: Танюша была «дочкой», Жора — ее «отцом».- Репетиции были каждый день, мы много общались, и вскоре у нас начались отношения, больше похожие на дружбу, — вспоминает Татьяна. — А однажды он вдруг сказал: «Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж». И я почему-то сразу ответила: «Да». Родители Тани не смогли смириться, что их умница и красавица вышла замуж за такого — картавого, из провинции, без денег, к тому же на 13 лет старше. В итоге молодым пришлось скитаться по углам. Татьяна одолжила в театре реквизитный матрас, на нем и спали. Прилежно штопала Жоре носки и рубашки и по копеечке откладывала деньги на пусть поношенные, но приличные костюмы. Готовила, покупая продукты на мизерную зарплату Георгия (в те годы он получал за спектакль рубль пятьдесят). 



Таня была худенькая, хрупкая, выглядела, как пионерка. Когда она забеременела, прохожие на улице стыдили Буркова и называли растлителем. Актер заливался краской, а Танюша тут же бросалась на его защиту: «Вы его просто не знаете! Он не растлитель, он гений!»За преданность жены Георгий платил верностью. «Я не знаю не то чтобы романа, даже ни одного легкого увлечения, — вспоминает друг артиста Виктор Мызников. — Жора был совершенно не ходок. Семья, Таня, дочка Машенька — вот все, что он любил».Вскоре родилась дочка Маша. Появились предложения сниматься в кино, стало полегче в финансовом плане. Но куда деться от мук творческих? В 1970 году Георгий Иванович мечтал: "Мне исполнилось 37 лет... Я готов к чему-то гораздо большему, нежели делал до сих пор... Настало время свершений. Время сладострастное и опасное. Я готов играть Гамлета, Тимона, Ричарда, Ван Гога, Дон Кихота, Фауста, Мефистофеля, Каина, Мастера, Лоренцаччо, Федю Протасова, Годунова, царя Федора и пр. пр. Я готов и отвечаю за гениальность исполнения". Но режиссеры предлагали совсем другие роли.На таких артистов как Бурков, одаренных редким чувством трагикомического, надо было специально писать сценарии. Актер ведь был яркий, народом любимый, но все его персонажи проходили по категории "лучшая роль второго плана". В итоге — более 60 ролей. Самые яркие — в фильмах Эльдара Рязанова. Петя в комедии "Зигзаг удачи" мечтал: "Давайте вскладчину купим автобус. Будем ездить за город, ловить рыбу, пить пиво…", Федяев в "Стариках-разбойниках" щеголял скромным героизмом: "Бандитские пули изрешетили меня всего. Я весь в дырках". В "Иронии судьбы, или С легким паром" приятель Лукашина Миша — классика жанра: "Положись на меня, я никогда не пьянею".



С горечью Георгий Иванович поверял дневнику свои обиды: "Неужели люди не могут понять мою актерскую тему? Даже не тему, а метод. Скорее и то, и другое… Я рассказываю о борьбе за человеческое достоинство, об активности, о талантливости Человека. Какой бы изуродованный, какой бы испорченный он ни был…". В фильме Сергея Бондарчука "Они сражались за Родину" устами своего героя актер со всей страстью говорил: "Русский солдат, конечно, все вытерпит. Но и у него ведь терпелка не из железа выструганная. Я нынче до того натерпелся всякой всячины, что в доме моего терпения все швы полопались".Дневники Буркова сохранились. В них он – совсем другой человек. Неудовлетворенность, мрачные предчувствия постоянно терзали его. Он сравнивал себя с Гамлетом, философствовал: «Москва – волчий город, – пишет Бурков. – Мы – млекопитающие среди динозавров. Надеюсь, они умрут, а мы выживем». Он мучился от того, что еще ничего серьезного ни в кино, ни в театре не сыграл. Вот он пишет в своем дневнике: «Мне исполнилось тридцать семь лет. Готов играть Гамлета, Дон Кихота… Отвечаю за гениальность исполнения. Через год играть Гамлета – это приказ».

– Однажды руководитель театра Олег Ефремов запретил всем пить, видимо, потому, что сам завязал, – рассказывает режиссер Роман Виктюк. – Он проверял актеров на трезвость при входе в театр, они дышали в трубки! Потом дышали в гримерках… А на сцену выходили подшофе! Как это получалось? Оказалось, что Бурков придумал делать клизму из водки! Человек пьянел, а запаха не было!
Такой образ жизни закончился тем, что Буркову пришлось лечь в больницу, чтобы лечиться от хронического алкоголизма. Он смог взять себя в руки и снова оказаться в строю. Рязанов пригласил его на съемки фильма «Ирония судьбы, или С легким паром», где он играл одного из друзей Жени Лукашина в бане.– Эти съемки были для Жоры настоящей трагедией, – вспоминает Александр Ширвиндт. – Потому что он был в завязке. А нам удалось втайне от Рязанова протащить на съемки водку, которую мы добавляли в пиво. У него же в бокале был чай…После выхода «Иронии…» Буркова опять чествовали как короля эпизодов, опять он сыграл алкоголика. Предложениями сыграть Гамлета или короля Лира и не пахло… Как свет в окне пришла дружба с Василием Шукшиным.



– Так, как Шукшин дружил с Бурковым, он не дружил ни с кем! – вспоминает Эльдар Рязанов. – Они могли часами молчать. Один начинал фразу, другой завершал ее. После знакомства с Шукшиным Бурков сказал: «Я встретил человека!»Как известно, именно Бурков первым обнаружил Шукшина мертвым, они вместе были на съемках. Смерть друга потрясла Георгия Ивановича и в сущности самого его привела к гибели. Тогда, в 1974 году, на съемках фильма "Они сражались за Родину", Бурков зашел в каюту к другу (группа жила на пароходе) и обнаружил его мертвым. Георгий Иванович долго в оцепенении стоял на палубе, не решаясь никому сказать о смерти Шукшина."Трудно описать, что их связывало, — рассказывает Татьяна. — Это как любовь, как выстрел. Однажды он пришел и сказал: "Я встретил Человека". Знакомых было много, но соратников по духу не было. Я видела, как они с Василием Макаровичем общались на пароходе, — это выше всего. Они могли молчать вдвоем, один начинал фразу, а другой уже заканчивал. Шукшин удивительно чутко воспринимал Жору. Он его понял — первый и единственный. 



Когда Бурков сыграл криминального авторитета Губошлепа, бывшие зэки начали принимать его за своего — и не верили, что актер никогда не сидел.Благодаря системе Станиславского, в Калине красной появился один из самых мерзких бандитов советского кино — он-то и укокошил главного героя Егора Прокудина (Василий Шукшин), который стал на светлый путь исправления.Правда, это убийство было у Губошлепа последним: шурин Егора догнал удирающих бандитов и утопил их в речке. Годы общения с великим русским артистом и писателем стали самыми счастливыми из прожитых в Москве. Под влиянием друга Бурков стал писать, задумался о режиссуре. В 1987 году снял первый фильм "Байка", а в 1988-м стал художественным руководителем Центра культуры Василия Макаровича Шукшина. Мечтал создать свой театр, свою театральную школу. На экране Бурков часто представал в образе выпивохи и чудака. И что скрывать, выпивать он любил, особенно по молодости. Но артиста погубила вовсе не страсть к водке, как считают многие, а вторая страсть — к книгам. На здоровье Бурков никогда не жаловался, терпел и молчал, даже когда последнее время плохо себя чувствовал. А в дневниках писал: "Нам кажется, что смерть у нас впереди. А она сбоку, она все время с нами, мы идем вдоль нее..." Однажды сказал жене не то всерьез, не то в шутку: "Я живу лишние два года. Тащишь меня своими травами..." И все чаще мелькала в его записях одиозная фраза: "Аннушка уже купила подсолнечное масло".В первый раз он попал в больницу в 1988 году с ишемической болезнью сердца. Тогда он пробивал Центр Шукшина, по кабинетам ходить не любил и не умел, страшно нервничал, и это сказалось. У него было несколько микроинфарктов. Один из них он наверняка получил, играя спектакль "Так победим!", когда в ложе сидел Брежнев. У Брежнева сломался слуховой аппарат, он ни слова не слышал и громко задавал вопросы: "Что он только что сказал? Почему все смеются?" Бурков весь побелел, подошел поближе к ложе, но ничего не помогло. В последний раз он попал в больницу с переломом бедра и так оттуда и не вышел... "Аннушка" подстерегла его в самом, казалось бы, безопасном месте. Он упал дома в собственной библиотеке, потянувшись за книжкой на верхней полке. В больнице выяснилось, что из-за перелома оторвался тромб.Артисту сделали операцию, но через три дня тромб попал в легочную артерию…



Врачам так и не удалось спасти артиста.В тот момент, когда Бурков умер, рухнула несущая стена в его загородном доме, который он построил своими руками.

– Это поразительно, но это факт, это видели все жители поселка! – вспоминает Лев Дуров, сосед артиста по даче. – Дом рухнул, как снаряд попал, кирпичи разлетелись на 10–15 метров. Причем совпадение не в минутах, а в каких-то секундах.

А ведь его ждала серьезная роль: Рязанов планировал пригласить Буркова на главную роль в фильме «Небеса обетованные». Артист не дождался серьезной роли буквально несколько дней…После смерти актера супруга Татьяна Ухарова подготовила сборник эссе "Хроника сердца", где привычный образ своего парня, балагура и выпивохи, чуть ли не многолетнего соседа по подъезду, был порушен. То, о чем можно было лишь догадываться, глядя на экран, проступило запоздалой явью. За характерной маской скрывался тонкий, интеллигентный, глубокий человек, писавший в своих дневниках: "Когда видишь несправедливости, когда веришь во что-то, когда в жизни что-то любишь и ненавидишь, тогда можно писать. Но писать не для того, чтобы величаться писателем, а для того, чтобы защитить то, что страстно любишь, от того, что всей душой ненавидишь…В донкихотстве вижу смысл жизни Человека. Самое прекрасное в человеке — стремление сделать что-то необыкновенное".Когда Георгий Иванович умер, Министерство культуры выделило сорок рублей на венок и — "аминь". Гранитный крест на могиле Буркова сделан из того же куска гранита, что и памятник его близкому другу Василию Шукшину.

Человек, которому везло / 1978 / DVDRip



Год выпуска: 1978
Жанр: Киноповесть
Продолжительность: 01:19:21
Режиссер: Константин Ершов
В ролях: Георгий Бурков, Александр Пороховщиков, Эрнст Романов, Анатолий Адоскин, Владимир Лосев, Михаил Девяткин, Елена Андерегг, Юрий Лазарев, Татьяна Шестакова, Алексей Захаров, Дмитрий Бессонов

История отца, талантливого геолога Владимира Ишутина, увиденная глазами сыновей. Фильм воспроизводит 20—30-е годы, когда многочисленные геологические партии искали месторождения бокситов для выплавки необходимого стране алюминия, а затем — в сороковые — стратегическое сырье...

 

http://tormashki.net