В храм Божий по утру зайдя, cклонюсь к иконе скорбной тенью,
К ней припаду, одно моля: - о, Господи! Дай мне терпенья!
В Твоём я доме странный гость. Ты знаешь, редко здесь бываю.
Быть сильной мне не удалось, и я о помощи взываю.

Трепещет пламя у свечей, дрожит от моего дыханья.
Молитв не знаю и речей, - прости же мне моё не знанье.
Поёт в тиши церковный хор, старухи в ветхом облаченьи,
Ведут с Тобою разговор и просят у Тебя прощенья.

А я, притихнув в уголке, ловлю движенье губ бескровных,
И крест держу в своей руке, что куплен в лавке был церковной.
С иконы смотрит светлый лик, - твой лик Божественный и нежный.
Молчу, но Ты услышишь крик души встревоженной, мятежной.

Молчу.... Но Ты услышишь вопль, что заглушает песнопенья.
Моя молитва, – это боль, и страх, и муки откровенья.
Моя молитва, - это плач; так скрипка жалобно рыдает,
Когда старательный скрипач смычком по струнам ударяет.

Моя молитва, – это вой; так старая скулит волчица,
Когда под бледною луной ей, одинокой, всё не спится.
Я приползла к Тебе , в Твой дом, как зверь потрепанный и драный,
На сердце зализать своем, незаживающие раны.

Оно скулит. Оно болит, не прекращая, днём и ночью.
От всех измен, от всех обид... и от предательств кровоточит.
Молчу.... И нужно ль говорить о том, о чём смолчать бы рада?!
Пришла терпенья попросить, а больше ничего не надо.

Как вновь поверить, полюбить мне...
Женщине, смешной и слабой,
И снова научиться жить...
А больше ничего не надо !!!