Шашлык из осетра
Иногда попробуешь какое-нибудь блюдо, и так оно тебе понравится своим неповторимым вкусом, что надолго западет в память. И будешь о нем вспоминать и рассказывать близким и друзьям. Они будут возражать тебе, говорить, что нет в нем ничего особенного.
А ты даже спорить не будешь.
О вкусах не спорят.
Только хитро улыбаться и вспоминать тот самый вкус.
Как-то случайно наткнувшись, закажешь в ресторане то же блюдо, и ждать его будешь с нетерпением, волнением и трепетом.
Принесут, попробуешь, не то. Нет, совсем не то! Нет того очарования, того потрясения вкусом. Будешь сидеть, растерянный, жуя по инерции, не получая удовольствия.
***
- Это знают только три человека: Я, Каримыч и ты. И больше никто. И ты не должен этого говорить это никому. Никому! Даже самым близким. Ни жене, ни матери. Ты понял меня?
- Да.
- Вот и отлично. Все будет организованно. Сейчас тебя отвезут домой. Утром за тобой придет машина. Отвезет в аэропорт. Билеты куплены. Рейс обычный, гражданский. Естественно, без оружия. Два часа лету. В аэропорту тебя встретит Каримыч. Все передашь ему. На этом эта часть твоей миссии будет завершена, и далее занимайся своими обычными делами.
…
- Все ясно?
- Так точно.
- Не слышу энтузиазма в твоем ответе? Еще раз повторяю: Задача - крайне важная! Можно было бы иначе, сделали бы. Ты слышишь, что я сказал?
- Гм…
- Отставить. Не хмыкать. То-то. … Каримыч за тебя ручается. Поэтому... Смотри. Здесь все упаковано. Принимай. – Он выдвинул ногой огромную хозяйственную сумку.- Открывай.
…
- Что? Не видал такого?
- Нет.
- Это банковские. В каждом блоке по тысяче обычных упаковок. Здесь зарплата всего объекта за шесть месяцев. Включая персонал и наемных рабочих. А там пол города работает. Тянуть с выплатой денег больше нельзя.
…
- Посчитал? Ха-ха-ха. Да ты только блоки считай, их там не много.
…
- Алло, подавайте машину к подъезду.
…
- Ну, с Богом. О завершении, сообщи незамедлительно.
***
Дома я вывалил тяжеленные блоки на пол.
Смотрел долго и тупо.
Взял в руки блок.
Таких денег в руках держать еще не приходилось.
Мысль не шла.
Начал считать пачки, количество рядов вверх умножить на количество рядов поперек, а потом …. Сбился. Хлопнул глазами.
Еще раз поднял блок. Взвесил на руках.
Тяжеленький. Может на вес? Мелочь можно было бы на вес. Но тут не мелочь.
Перевернул блок в руках. Взгляд уперся в наклеенную банковскую этикетку.
- Вот, Черт, тут уже все посчитали. Здесь и написано сколько.
От неожиданности блок выпал, с глухим тяжелым стуком ударился об пол.
Пнул его ногой.
Подумал о Багамах, потом о Гондурасе.
Там точно искать не будут. Или найдут?
Если спрятаться правильно, хрен найдут.
Все в доллары. Всем сменить имена, купить новые документы, визы. Это будет…
Потом дорога, не на прямую.
Ну, и на месте покупка дома, машины, обстановки. Деньги, деньги, деньги.
Сколько, сколько остается?
Черт, о чем я думаю. Вот сволочи. Сволочи. Сволочи. Мысли. Люди. Деньги.
Черт, Черт, Черт…
***
Утром пришла машина. Водитель всю дорогу молчал. Доехав, вызвался помогать.
- Спасибо, не надо, сам управлюсь.
- Удачи.
- И тебе. … Счастливо на дорогах.
Шагов через пятьдесят затекла рука. Сумка оказалась тяжелее, чем первые впечатления.
Перебросил в левую руку. Двинулся к стойке регистрации.
Объявили посадку.
Встал первым. Предъявил билет.
- Девушка, пожалуйста, такое место, чтобы мог ноги вытянуть.
- Постараюсь. Ручной багаж есть?
- Да вот, - рывком поднял над стойкой сумку, стараясь держать с видимой легкостью.
- Сдавать в багаж будете?
Покачал головой.
- Она у Вас большая,- с сомнением сказала девушка.
- Я и сам не маленький. Меня тоже в багаж?
Хохотнула.
- Проходите. Поставите на полку у входа.
- Хорошо. Так и сделаю.
Досмотра практически не было. Быстро прошел сквозь рамку металлоискателя, и все дела.
Места были жутко неудобные. С трудом запихнул сумку, ногам места почти не осталось.
Подбодрил мыслью: - Только два часа, два часа и все.
***
Самолет прилетел по расписанию. Вот и отлично!
Кавказ встречал ярким солнцем и свежим ветерком. Да, это не Москва.
Вышел. Вдохнул свежего воздуха.
- Интересно, где берути кто поставляет этот одинаково вонючий воздух во всех самолетах?
Спустился по трапу.
Ноги жутко болели. Чуть постоял. Переступая, разминая ноги.
Пропустив вперед часть пассажиров, зашагал в общей толпе прилетевших прямиком через летное поле.
На выходе, как всегда толпа встречающих.
- Где же Каримыч? Что он не мог поближе к входу встать. Нет. И тут нет.
Чья то рука легла на плечо. Сбросил. Резко повернулся.
- Ай-ай-яй-яй-яй, Андрюша, дорогой ты мой, не узнал? Неужели не узнал? Как я рад тебя видеть. Деньги привез?
Поток слов обрушился на меня.
Это был не Каримыч. Это был маленький человечек.
Не переставая громко причитать, он полез обниматься.
Я сделал шаг в сторону, зацепил, кого-то в толпе так, что отлетел и охнул.
Толпа вокруг расступилась. Люди с интересом стали на нас смотреть.
Только этого не хватало.
- Ай-ай-яй-яй-яй, Дорогой, - продолжал крикливо причитать малыш с едва уловимым армянским акцентом, - Что ты меня не узнал? Я же Арон.
Да, я его узнал. Армянин. Руководитель группы химической защиты. В прошлый раз, я даже был у него в гостях. Черт, разве это меняет дело. У меня инструкции - только Каримыч.
- Ну, посмотри на меня еще раз, - продолжал он. – Посмотри дорогой. Ай-ай-яй-яй-яй, не узнал. Ты деньги привез? Я вижу, что привез. Мы все очень ждем деньги. Знаешь, как мы ждем эти деньги. Ты молодец. Ай, молодец.
- Где Каримыч?
- Каримыч занят. Каримыча не будет. Он на объекте.
- Что значит занят? Он должен быть здесь.
- Должен. Конечно, должен, дорогой! Он всем должен. – Кричал Арон без перерыва словно пулемет, отчаянно жестикулируя руками.
– Мне должен. Ванно должен. Семену должен. – загибал он пальцы. - Ой, многим людям должен.
- Зачем я здесь? – он даже подпрыгнул от внутреннего возмущения. - Как думаешь зачем? Потому что он должен. А ты молодец. Ай, молодец. Обещал и прилетел. И деньги привез. Я тебя встречаю. Не Каримыч. Я! Понимаешь, Дорогой? Ай, какой ты молодец. Ай, какой молодец. Это деньги, да? Как мы ждем эти деньги. Весь город ждет. Ты не представляешь себе, как мы ждем эти деньги.
Народ вокруг смотрел на нас уже не просто с интересом.
Мне становилось не по себе.
В голове стучала мысль: - Что делать?
Толпа рассасывалась. Но человек тридцать явно заинтересовались.
Многократно произнесенное слово ДЕНЬГИ, особо подогревало их интерес.
- Так, слушай меня. Во-первых, не ори. Во вторых, выходим из толпы, ты идешь впереди, не оглядываясь. Ты меня понял?
- Конечно, понял, Дорогой, - первых два слова он сказал шепотом.
Затем опять перешел на восторженный крик.
– Привез, привез деньги. Молодец, ай, молодец! Мы так ждали, так ждали.
Он бегал вокруг меня, не в силах совладать со своими эмоциями.
– А я не верил. И Ванно не верил. И Семен не верил. А ты привез.
Я схватил левой его за шиворот, развернул. Наклонился к его уху, сказал негромко, но четко:
- Сказал, помолчи. Иди вперед. Выходим из толпы.
…
- Ты на чем приехал?
- На своей машине.
- Как на своей?
- Дорогой, скажи, чем тебя не устраивает моя машина?
- Заткнись.
- Все молчу. Но, ты скажи, чем тебя не устраивает моя машина?!
- Помолчи, дай подумать.
В мыслях была сплошная карусель.
“Ясно, что Каримыча нет, и не будет. Ясно, что он знал о моем приезде, и если кого послал, он должен быть здесь. Здесь только Арон. Оружия нет. Интересно, у Арона есть? Наверняка. Итак, что мы имеем? Арон и Деньги. Черный, черный нал. Куда с ним? Никуда. Смешно и грустно. Поддержки нет. Арон? Да, Арона видел пару раз, даже был у него дома”.
Толпа бомбил, не получив клиентов, с нескрываемым интересом подтягивалась к нам.
“С другой стороны здесь швали навалом. Все местные. Арон не местный, он недавно прорывался из Грузии на четырех Камазах со всей многочисленной родней в сопровождении вооруженных бандитов. Ладно, была - не была”.
- Где твоя машина? Идем к ней и быстро. Имей в виду, деньги отдам только Каримычу.
В машине сидели еще двое.
Сели, поехали. Две машины сорвались за нами.
…
- Твои люди?
- Где?
- Те, две машины за нами?
- Нет. Мои все здесь.
- Что ж приготовьте оружие.
- У меня нет оружия. – Арон – повернулся ко мне. – Каримыч сказал не брать. Ты можешь обидеться. Он сказал, что ты это… Ну, в общем … это …
- Скажи лучше, что с сопровождением делать будем, если у Вас стволов нет?
Вы понимаете, что в тот момент я подумал
- А-а-а, Дорогой не волнуйся. Сейчас заедем к кой-куда, стряхнем.
Резко свернули с трассы, пошли по грунтовки.
Столб пыли на мгновение скрыл сопровождающих. Был уверен, они свернули за нами.
Минут пять бешенной пляски по неровной дороге и мы въехали в какой то населенный пункт. Свистя тормозами остановились.
Арон вышел, пошел к дому.
Навстречу ему радостно вышел человек. Они стали обниматься.
Пыль рассеялась. Сопровождение стояло метрах в пятидесяти. Из их машин никто не выходил.
В голову полезли, совсем не веселые мысли:
“Ну, что? Приехали? Как будут убивать?
Все, все. Об этом не думать. Спокойствие.”
Вылез из машины. Вытащил сумку.
Подошел Арон:
- Дорогой, нас приглашают. Это мои очень хорошие друзья. Нельзя отказываться. Пойдем, поедим, выпьем. А они пока решат некоторые наши проблемы.
Мы сидели в тени деревьев.
Пили вино.
Арон беспрерывно говорил, говорил, говорил. О деньгах, о дружбе, о настоящих мужчинах.
Потом принесли шашлыки.
Выбрал шашлык из осетра.
Мы сидели, пили и ели, и никуда не торопились.
Знал, пока мы за столом мне ни чего не грозит.
Господи, какой это был вкусный шашлык! Какое вкусное это было вино. Настоящее домашнее вино.
Пил, ел и гнал мысли,
что вино возможно последнее
и шашлык последний в этой жизни.
Какой же он был вкусный тот последний шашлык.
***
В город мы приехали поздно, без сопровождения.
На посту ГАИ нас остановили. Гаишник подбежал, отдал честь, наклонился, спросил:
- Привезли?
- Ах, Петрович, конечно привезли. Вот смотри, видишь какая сумка.
- А мы Вас заждались!!
- Петрович, Дорогой! Сколько ждали, что еще чуть подождать не можете. Торопились. Знаешь, как мы торопились?!
Петрович радостно припрыгивая побежал к посту обложенному бетонными блоками:
- Привезли, привезли, – кричал кому-то Петрович, прижимая к бедру автомат.
С БТРа спрыгнул солдатик: - Что привезли то? Жрачку?
- Ай, - безнадежно махнул ему рукой Петрович.
Поднялся шлагбаум, мы поехали дальше.
Арон высунул руку и поднял её вверх.
Время от времени проезжающие машины сигналили нам, люди высовывались и махали нам руками. Некоторые разворачивались и следовали за нами, постоянно гудя.
- Куда едем? - спросил я, когда мы миновали поворот на объект.
- В гостиницу, Дорогой. А куда же еще?
- Почему не на объект?
- У меня пропуск дневной. Только днем могу. Завтра поедем. Там охрана чокнутая. Расстреляют на подходе. Завтра поедем, Дорогой!
К гостинице подъехали в сопровождении кавалькады из десятка гудящих машин.
Арон проводил меня в холл.
- Привел к вам Дорогого гостя, - с порога закричал он. – Этот парень привез нам деньги. Смотрите, какая у него сумка.
Сопровождающая толпа восторженно заревела.
Арон повернулся ко мне, виновато улыбнулся:
- Дорогой, ты извини, что я тебя к себе не приглашаю. У меня дети. Боюсь я. Извини.
- Спасибо, Арон, Спасибо!! – мы обнялись. Если бы было можно, я бы заплакал.
- Вам одноместный люкс пойдет? – спросила администратор.
- Давайте.
Потом была бессонная ночь.
С пьяными песнями и плясками за дверями.
Был казачий патруль, вломившийся в номер, для проверки документов, предлагавший передать им деньги для сохранности.
Груз популярности не радовал.
Утром за мной приехала волга в сопровождении БТРа.
По дороге было одно желание, дать Каримычу в зубы, и посмотреть в глаза.
Встретились, посмотрели друг-другу в глаза. О первом желании забыл. Обнялись.
Каримыч выглядел ужасно уставшим, с прошлой встречи, неделю назад, постаревшим на несколько лет. Еще раз обнялись. Молча.
Молча передал ему сумку. Каримыч схватил и не поблагодарив, убежал пересчитывать и выдавать деньги.
Теперь он занимался своим делом, а я своим.
Подходил к концу 1993 год. Впереди был 94-ый.
Прошло 10 лет. Но такого вкусного шашлыка я больше никогда и нигде не пробовал.
И когда мне друзья возражают, говорят:
- Ни чего особенного. Ели. Подумаешь, шашлык из осетра!
Я с ними не спорю.
Вот с Каримычем я бы поспорил.
До хрипа. До драки.
Хороший был мужик.
Настоящий.
Пусть земля ему будет пухом.
Жаль, шашлыка с ним поесть не пришлось.