Спиртовой термометр. Перемещая, из одного места в другое термометр показывает температуру того места, куда вы его поместили. Если разница температур значительная, то показания изменяются быстро, если разница мало заметна, то изменения показаний происходят медленнее. Когда, после перемещения вы захотите посмотреть температуру того места откуда вы его принесли, то термометр уже показывает то, что есть в этом новом месте, а прежние показания исчезают. Для одних целей этот фактор удобен, для других нет. Если к подобному термометру (прибору) подсоединить или уже подсоединено что-то, что будет действовать или приводить в действие что-то, то подобная зависимость будет иметь быстро или медленно сменяемые характеристики, но определённой фиксации или постоянной или временной устойчивости или стабильности не будет. Вы посмотрели на термометр и сделав некоторый вывод, предприняли некоторые действия, которые позволят вам или хорошо работать или хорошо отдохнуть. Или вы рассеяны, не внимательны, не умны или по какой другой причине не смотрели, не сделали вывода, не предприняли должных, в этих обстоятельствах, действий, то, или плохо поработали, или отвратительно отдохнули, или заболели, или умерли. Не сделали то, что надо, а сделали что-то другое, что делать было нельзя или можно было обойтись без этого. В каждом индивиде внутри множество подобных термометров и все они задействованы в сложных системах жизнедеятельности. Все системы жизнедеятельности организма работают в режимах ручного (сознательного) регулирования; полуавтоматического (полусознательного, полубессознательного) регулирования; автоматического (полностью бессознательного) регулирования. Данная тройная схема дана упрощённо, только для более лёгкого понимания («и ребёнок не заблудится» Библия). В действующем живом организме градации, а значит и более или менее точное определение и последующее регулирование физиологических процессов и механизмов будет функционировать или более ровно или более скачкообразно или будет застревать на определённых параметрах или определённых местах, ломая, перекрывая, смещая, сдавливая всё то, на что натолкнётся. Хорошо или плохо, но ОНО образует самостоятельно пробки или заторы или перегородит ток (крови, лимфы, питательных веществ, энергии, информации) как ОНО сможет и как сделает, а посля спрашивайте у врачей: психиатров, гинекологов, а чо это? И будет вам ответ – да не чо!                                                                                                                         

  Ртутный термометр. Начальная стадия замера – положение ртутного столба как можно ближе к нулю. После замера или перед следующим замером не забудьте встряхнуть резко термометр, чтобы вернуть ртутный столбик в исходное положение. Мерьте и трясите, мерьте и стучите, можно попрыгать, подрыгать конечностями, удариться головой или любой частью тела, можно встать на пути насильника, убийцы, машины и уже этим средством вы наверняка всё поставите на свои места, надолго ли, это уже вопрос времени и неконтролируемых событий. Автоматизмы, инстинктивные действия, привычки подключены к подобным приборам как на прямую, так и через сознание. Отсутствие или затруднение на путях (коммуникациях) по вертикали или горизонтали или и тудыма и сюдыма одновременно приводило, приводит и будет приводить туда, «куда Макар телят не гонял». Постоянно можно пользоваться двумя и более видами приборов, только как и когда надо то крутить, то стучять, то становиться на голову? И как они одновременно будут командовать парадом?                                                                                            

   Метровая линейка.   Длина линейки составляет точно один метр. На ней обозначены: одна метровая, десять дециметровых, сто сантиметровых и тысяча миллиметровых  градаций. Всё точно выверено по соответствующим интервалам. Старая линейка или новая кустарного (с нарушениями, без стандартов) производства изготовленная дураками с детства или испорченные современным процессом образования: какие и чего градации ещё или уже стёрты или не обозначены изначально, с нарушениями интервалов как в малом, так и в большом. Постройте с её помощью дом, храм, сарай или сартир. Через сколько времени это взорвётся, обрушится, сгорит или будет затоплено – никто, никогда, никакой гарантии дать не сможет, да и не захочет. Спрашивайте, сажайте, штрафуйте врачей, строителей, банкиров, министров, президентов, свою бабушку и своего прапрадеда. А ещё лучше своих детей, которые « на духу» не знают и не понимают в чём дело. «Ни один волос не упадёт с вашей головы без Его (ОНО) ведения, каждый волосок подсчитан (померен)» Какой линейкой, каким Мерилом, Первым или вторым? Не надо учиться, не надо учить – мы по природе все, без исключения гении, спросите любого или любую, мы Боги и даже Более (не меньше) (Великие личности в Великой стране).  

Краткая история Радио. Первые репродукторы, сороковой год, в наличие только один выключатель, или сразу громко или сразу никак («Всё или Ничего»). Второй этап – появление крутилки громкости. Не ровно, скачкообразно, но терпимо. Два первых этапа понятны как в теории, так и на практике (рабоче-крестьянская страна, рабоче-крестьянская власть, рабоче-крестьянское образование, рабоче-крестьянское мировоззрение, понимание, поступки, действия). Третий этап – одна дополнительная ручка для регулировки звучания (тембра). Или, хошь низко, или хошь высоко, тертиум нон датур (третьего не дано) (И Социализм плохо и Капитализм плохо, но никто ещё не придумал что-то ещё). Сплошной компромисс, кроме крайних точек. (Если меня не выберут, то будем считать выборы не действительными. Это только мне, мне и опять только мне.) Четвёртый этап – разделение регулировки отдельно по низким (беднота) и отдельно по высоким (олигархи), даже добавилась отдельная регулировка по средним частотам (средний класс). Самое большее что можно было теперь увидеть и услышать, так это применение регуляторов тембра, как дополнительные громкости для большего или меньшего шумосозидания. ( все мешающие элементы как то: интеллигенция, художники, писатели, мыслители отправлялись без суда и следствия прямиком на эшафот, как в гражданскую, в тридцать седьмом, пятидесятых годах. В семидесятых – в психушку, в восьмидесятых, ещё лучше и эффективней – в программу по умолчанию или полного игнорирования на любом уровне, от самого низа до самого верха). Пятый этап – появление многополосной регулировки или эквалайзера. Тут совсем и всем счастье без границ. Только никто толком не знает что с этим можно делать, главное ручек много! На счастье изобрели дистанционный пульт управления и автоматическую настройку, как защиту от Дурака, лучше пусть никуда не лезет а то «заставь дурака богу молиться, он и лоб расшибёт» (Народная мудрость). Сняли железный занавес, открыли границы, пустили на «вольные хлеба» торговлю и? Все бросились в торговлю и проституцию, как два самых древних и архаических вида деятельности, доступных для понимания выпускников начальных классов (четыре класса – умения писать и считать), а зачем больше? Технологии двадцать первого века попали в руки варварам (третьи страны), которые умеют примитивно брать, торговать, стрелять, воровать, давать.(А Чо, да Не Чо). Надо дать нации лет четыреста на восстановление генофонда или приглашать варягов. Вся дочеловеческая эволюция стоит на принципе отрубания Хвоста, а у нас доминирует анти принцип – отрубают у нации Голову. Следующий этап эволюции приведёт к возможности приобретения и использованию на малом или среднем уровне летательных аппаратов – вот когда не надо будет ходить в театр или цирк, то с право, то слева, то спереди, то сзади будут красиво сталкиваться, падать и гореть один аппарат за другим – в воздухе не проложить дорог, не сделать разметку, не разместить инспекторов ГБДД. «Это сладкое слово Свобода».  

 

 

Вертикальные качели.
Регулируя длину, меняем амплитуду качения и линейную скорость. Раскачавшись до максимума, проходим верхнюю точку и переводим качение во вращение. С этого момента начинается отсчёт второго круга добавляемого к первому. Увеличивая скорость доводим до завершения второго круга и перехода на третий круг и т. д. Чем больше скорость, тем меньше требуется энергии для плавного ускорения вращения. Скорость стремится к бесконечности, энергозатраты к нулю. Всё человечество живёт на первом этаже, начиная со второго никого нет, за исключением талантов и гениев. Под первым этажом подвал, сырой и тёмный. Ниже подвала земля. Первый этаж – первый уровень относительного здоровья и жизнеспособности. Верхние этажи свободны. Подвал – состояние болезни. Под подвалом земля – смерть. Любые жизненные риски, просчёты, недочёты, любая ошибка – и вы уже в подвале, до земли совсем близко. Дом, строение, двадцать этажей вверх (экстраверсия) и двадцать этажей в низ (интроверсия). Переход на новый уровень, возможностей больше, затрат меньше. Стабильный уровень, горизонтали этажей. Пятый этаж – возможность рисков увеличено в пять раз. Но можно рисковать и на два и на три уровня, тогда возможно падение до третьего и второго этажа, но не сразу в подвал. Если вы на десятом этаже, то можете рисковать на восемь или девять уровней. Но можно не падать при наличии Головы, можно спускаться или опускаться и подниматься до последнего уровня ограниченный вашим индивидуальным развитием. На каждом этаже свои плюсы и минусы, но плюсы прибывают, а минусы убывают. Но эти этажи не только физиологические, но и психологические и духовные. Конец сущности как целого, возврат на первый круг, из состояния вращения в состояние качения и, быстрое или медленное уменьшение амплитуды до нуля. Примеры физиологические: прямоточность сердца и минимизация нагрузки при любых форс-мажорах; при ранениях, остановка или минимизация подачи крови в повреждённое место; равномерная циркуляция крови в независимости от положения тела или его частей в пространстве (пролежни, передавливания) и т.д. и т.п. Психологические примеры: клиническая смерть – спуск на минус первый этаж, на минус второй, на минус третий и - - -. Смерть во сне Брюса Ли – перенапряжение и подъём на новый уровень, спуск и последующее падение на соответствующий плюсовому минусовой этаж. Нарушение закона внутреннего строительства и его режимов. Провалился туда, откуда организм самостоятельно выбраться не мог без вспомогательного участия комплексов сознания. Мгновенная смерть спортсменов – перенапряжение – отклонение – падение. Эпилепсия – разбалансировка организма как целого, движение от гармонии к дисгармонии частей, с периодическим отключением сознания и физическим, насильственным (судороги) приведением организма к возможной для данной сущности гармонии. Церебральный паралич – включение системы «В» и не включение системы «А» для «Нормального» индивидуума. При включении (активации) двух систем одновременно и синхронно, энергозатраты падают до нуля (когда одна система работает как двигатель, вторая, как генератор, и наоборот). Рак – ускоренное производство (синтезирование) строительных материалов, при неготовности организма принять данный продукт. Истерия – экстраверсивный выход на высоту ещё или уже не устойчивую. Шизофрения – интроверсивное падение на глубину ещё или уже не устойчивую. Духовные: идеи, принципы, способы, методики политические, экономические, философские самые эффективные так же находятся на недоступной пока высоте и глубине. Человечество существует за счёт наследия предыдущих этапов развития, не удосуживаясь разработкой своих чисто человеческих идей, технологий, принципов, инструментария. Старое, сколько не тяни, отмирает оставляя за собой пустоту.

Вы не заглянули на мой блог. Там много написано на разные темы ( политика, экономика, технологии, идеи, здоровье, счастье, психические и духовные ценности)и на тему музыкального образования, в том числе. Я ещё не приводил написанное к определённому порядку, поэтому темы разбросаны по всему блогу. Если не поленитесь, то почитайте. Это никому не повредит, а будет только на пользу. Возможно надо будет некоторое терпение, но результат покроет все неудобства. Трудно понять, легко использовать, тем более я пишу об универсалиях, которые нужны всем, везде, всегда, но об этом пока ещё не знают или знать не хотят или, даже не могут, из-за малого багажа знаний и опыта. Вы мне очень нужны, но я Вам нужен несоизмеримо больше. Я часто посещаю Основную Сокровищницу Человечества, но взял от туда только Лампу "Алладина", что являлось, как я понял позже, основным условием тайного договора. Это не мистика, это реальность будущего. Ваше участие ускорит наступление этого будущего.Моя музыкальная технология разработана для клавиш, до остального (струнные, духовые, ударные) пока не дошли руки. Я первоисточник, опасно до последней степени, но отступать я не приучен. Невероятно долго и мучительно, не один десяток лет, ищу Вторых для дальнейшего специфического развития теории и практики. Деньги, известность, здоровье приложатся сами собой. 95% ваш труд - 5% моя подача или, наоборот, выбирать Вам. Такие Шансы на дороге не валяются. "Самый малый в Царстве Отца Моего больше самого большого в Мире этом" Чем цель и задача более, тем лучше и более включаются скрытые ресурсы Нашего Организма, тем "Существование" уступает место "Жизни", а это уже "Быть!" Надумаете - пришлю свой номер телефона, для постоянного сотрудничества.

Вы Мне (Тому, что я делаю, что найдя не бросают по соображениям человеческим и чести, если она для вас существует.) нужны больше, чем воздух. Но я согласен только на специфические отношения - дружеские, не больше и не меньше. Если Вы заглянете на мой блог, то сможете понять и оценить мою принципиальность. В действительности, с тех пор, как во мне открылось это неимоверно трудное, но всё таки Чудо, я уже не я, а скорее Оно, нечто Общее и всем принадлежащее ( и Вам и Мне, в том числе). Такое бывает Раз в Тысячелетия. Жириновский начинал Один, а через короткий промежуток времени, чуть не стал Президентом Страны. Я Вам предлагаю себя "безвозмездно". При положительном результате, пришлю свой номер телефона, для прямой связи. Деньги и Известность прилагаются автоматически.

Предлагаю стать кандидатом в друзья. Юнг работал и жил в экстравертной
цивилизации и культуре. Я - экстраверт в интровертной. Он чувствующий
интроверт в бессознательном - экстравертно мыслительный - гуманитарий. Я
экстраверт мыслительного типа, в бессознательной (или автономной) части
- интровертно чувствующий тип - предрасположенность: инженер, физик. ОН
- теоретик. Я - практик, во второй половине жизни - теоретик, практик.
Крест - М-Ч по вертикале и О-И по горизонтали. Фрейд - Ощущение. Адлер -
Интуиция. Юнг - Чувство. Я замыкаю четвёрку - Мышление. Фрейд видел 1/4.
Адлер - 1/4. Юнг - 3/4. Я - 1.0 плюс сразу открывается дверь в
бессознательное, а это ещё три целых единицы. Работы много, интересная,
конструктивная, всем хватит. Все натыкаются на новое "случайно", разово.
Я - искал всю жизнь, протоптал пока узкую дорожку, прокладываю дорогу.
мечта - собрать команду, больше сделаем. Я вынуждено стал
первоисточником. Ищу вторых, третьих, четвёртых. Найти первых -
наврят ли, но есть надежда. Необходимо всё собрать и разложить по
полочкам, не столько для себя, для других. Преобразованию подлежит всё
без исключения. Юнг ключник, без него не найти дверей и не открыть
(буратино). Цивилизации и Культуре и Все Нам надо стать, чтобы "быть"
(Гамлет). Не спешите. Почитайте мой
дневник, наберите вопросов, подыщите по несколько ответов и приезжайте.

Гёте - Фауст. Для кого знак, для кого символ. Можно всю Жизнь
просуществовать и - только тире между двумя датами на могильной плите. (
Невыпитая чаша остаётся и приплюсовывается к личной вашего потомства,
Крест не несённый приплюсовывается к личностному кресту ребёнка ещё при
рождении). Можно проснуться в конце жизненного пути - тяжело, потому что
уже поздно. (Чем позже, тем труднее, но результат в потенции выше.) -
Лидер первого порядка. Первоисточник. Добровольный ( от устья к началу)
спуск в Ад, или прогрессивный возврат к источнику. Максимальная
Самостоятельность. Проснуться в середине пути - и опыт есть, если он
есть, и знания есть, если они есть, и время есть, если оно ещё есть. -
Лидер второго порядка. Река. Прогрессивное, добровольное возвращение к
источнику с возможно более тщательной проработкой русла, флоры, фауны и
создание иных условий. Состояние полуведомости, полусамостоятельности.
Проснуться в начале пути. Зарождение просыпания, прозревания,
просветления. Максимальная ведомость при максимальной Самостоятельности;
минимальная ведомость при максимальной Самостоятельности. Лидер третьего
порядка с возможностью спуска на четвёртую или пятую ступень. Ваши
Знания и Познавание, Вера и Доверие. Ваш выбор - Ваша Судьба, и Судьба
Вашего потомства, с потенцией переноса Личной Событийности во Внешний
Мир, что есть Судьба Мира Вообще.

Бессмысленно напихивать информацию в космическую пустоту психики (компьютера) запоминание - насколько? Захотите скорректировать или изменить, надо сначала вынуть, откуда и как? Запихивание чревато хаотическим наполнением вашей квартиры всем чем не попадя. В результате - ящик с мусором, какой бы величины он ни был. Достаньте потом что нибудь? Бриллианты вперемешку с гниющими фруктами и протухшей информацией. Современная цивилизация, культура, быт - тот же примитивизм. Причина неразвитость внутреннего мира человека. 99% наших способностей хаотически развить нельзя, лечить нельзя, изменять нельзя. Внутренне развиваясь человек изменяет мир, так как он хочет сознательно, или мир его крутит как игрушку, если человек бессознателен. Выбор один, или ты корова которую что-то кормит, что-то ведёт к быку, что-то убивает, если животное стало ненужным, или Ты Человек и твоя судьба в твоих руках, при учёте факторов природы и космоса. Ваш Человеческий компьютер надо сначала сформировать, по последнему слову техники, а уж только потом эксплуатировать себе на пользу, зная, что он не сломается, не зависнит, не отключится не известно когда и не известно где. Вы пользователь и программист и механик себя самого. Всех и всё надо слушать и слышать, смотреть и видеть, осязать и интуичить, но выводы и решения остаются только за вами одним. Здоровье и счастье вас и вашего потомства, вашего окружения в ваших руках и ничьих более. 99% людей, книг, фильмов, тел. передач - мусор и не может и не должен становиться, для вас, ориентиром по жизни. Найдите для себя тех, кто, хотя и временно, может стать для вас сопряжённым попутчиком, ориентиром в пространстве жизни. Я могу и хочу: подводить, намекать, подсказывать, но не слепо вести за собой. Детская игра "тепло, холодно". Читайте и пишите, если будут вопросы. Идеал: возникает вопрос, вы находите несколько (не один) ответов, я дополняю каждый, вы выбираете. Нельзя и даже вредно развивать отдельно что-то одно: руки, ноги, голову, голос, слух и т.д. Надо систематизировано постепенно развивать всё. Вы не получите сразу нечто оригинальное и не сможете этим выставить себя перед другими, но получите постепенно всё, с постоянным и неограниченным ресурсом к дальнейшему развитию, и вопрос "потолка возможностей" отпадает сам собою. Сколько надо - столько и будет; когда надо - тогда и будет, где надо - там и будет. Постепенно исключаются все негативы, которые вы получили по наследству и не передадите их дальше, своему потомству.

СИСТЕМНАЯ СКЕЛЕТНАЯ ИМПРОВИЗАЦИОННАЯ КОНСТРУКЦИЯ МУЗЫКАЛЬНОЙ ГАРМОНИИ – ДЕВЯТИБЛОЧНАЯ.
Пример возможного стиля записи. (А)
Обр: 000 – 0 – 000 – 0 – 000 – 0 – 000 – 0 – 000 – 0 – 000 – 0 – 000 – 0 – 000 – 0 - 000
1.01 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 – 1 – 132 – 1 – 132 – 2 – 312
1.02 * ----------------------------------------------------------------------------------------\ + 2 – 122
1.03 * ----------------------------------------------------------------------------\ + 1 – 322 – 122
1.04 * ----------------------------------------------------------------------------------------\ + 2 – 223
1.05 * ----------------------------------------------------------------------------------------\ - 4 – 312
1.06 * ----------------------------------------------------------------------------\ - 4 – 213 + 1 – 312
1.07 * ----------------------------------------------------------------------------------------\ - 2 – 231
1.08 * -----------------------------------------------------------------\ + 1 – 322 – 1 – 322 - 122
1.09 * ------------------------------------------------------------------------------------------\+ 2 – 223
1.10 * ------------------------------------------------------------------------------------------\ - 4 – 312
1.11 * -----------------------------------------------------------------------------\ - 3 – 132 – 2 - 312
1.12 * -----------------------------------------------------------------------------------------\ + 2 - 122
1.13 * -----------------------------------------------------------------------------\ + 3 – 221 – 2 - 223
1.14 * -----------------------------------------------------------------------------------------\ + 1 - 231
1.15 * ------------------------------------------------------------------\ - 4 – 213 – 1 – 213 + 1 – 312
1.16 * ------------------------------------------------------------------------------------------\ - 2 – 231
1.17 * ------------------------------------------------------------------------------\ + 2 – 132 + 2 – 122
1.18 * ------------------------------------------------------------------------------------------\ - 2 – 312
1.19 * ------------------------------------------------------------------------------\ + 2 – 132 + 2 – 122
1.20 * -------------------------------------------------------------------------------------------\ - 2 – 312
1.21 * --------------------------------------------------------\ - 2 – 312 – 213 – 1 – 213 + 1 – 312
1.22 * ------------------------------------------------------------------------------------------\ - 2 – 231
1.23 * -----------------------------------------------------------------------------\ + 2 – 132 – 2 – 312
1.24 * ------------------------------------------------------------------------------------------\ + 2 – 122
1.25 * -------------------------------------------------------\ + 2 – 223 – 1 – 322 – 1 – 322 + 2 – 223
1.26 * -------------------------------------------------------------------------------------------\ - 122
1.27 * -------------------------------------------------------------------------------------------\ - 4 – 312
1.28 * -------------------------------------------------------------------------------\ - 3 – 132 – 2 – 312
1.29 * -------------------------------------------------------------------------------------------\ + 2 – 122
1.30 * -------------------------------------------------------------------------------\ + 3 – 221 – 2 – 223
1.31 * -------------------------------------------------------------------------------------------\ + 1 – 231
1.32 * --------------------------------------------------------------------------------------------\ - 4 – 122
1.33 * -----------------------------------------------\ - 3 – 213 + 1 – 312 – 213 – 1 – 213 + 1 – 312
1.34 * --------------------------------------------------------------------------------------------\ - 2 – 231
1.35 * --------------------------------------------------------------------\ + 3 – 132 – 1 – 132 – 2 – 312
1.36 * --------------------------------------------------------------------------------------------\ + 2 – 112
1.37 * --------------------------------------------------------------------------------\ + 1 – 322 - 112

1.38 * --------------------------------------------------------------------------------------------\ + 2 – 223
1.39 * --------------------------------------------------------------------------------------------\ - 4 – 312
1.40 * ---------------------------------------------------------------------------------\ - 4 – 213 + 1 – 312
1.41 * ----------------------------------------------------------\ - 2 – 231 – 221 – 1 – 221 + 1 – 231
1.42 * ---------------------------------------------------------------------------------------------\ - 2 – 223
1.43 * ---------------------------------------------------------------------------------\ +2 – 213 – 2 – 223
1.44 * ---------------------------------------------------------------------------------\ - 5 – 322 - 122
1.45 * --------------------------------------------------------------------------------------------\ + 2 – 223
1.46 * ---------------------------------------------------------------------------------------------\ - 4 – 312

Пример возможного стиля записи. (В).
Обр: 000 – 0 – 000 – 0 – 000 – 0 – 000 – 0 – 000 – 0 – 000 – 0 – 000 – 0 – 000 – 0 – 000
1.01 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 – 1 – 132 – 1 – 132 – 2 – 312
1.02 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 – 1 – 132 – 1 – 132 + 2 – 122
1.03 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 – 1 – 132 + 1 – 322 – 122
1.04 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 – 1 – 132 + 1– 322 + 2 – 223
1.05 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 – 1 – 132 + 1 - 322 - 4 – 312
1.06 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 – 1 – 132 - 4 – 213 + 1 – 312
1.07 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 – 1 – 132 – 4 – 213 –
1.08 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 + 1 – 322 – 1 – 322 - 122
1.09 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 + 1 – 322 – 1 – 322 + 2 1.10 1.10 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 + 1 – 322 – 1 – 322 – 4 – 312
1.12 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 + 1 – 322 - 3 – 132 – 2 - 312
1.13 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 + 1 – 322 - 3 – 132 + 2 - 122
1.14 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 + 1 – 322 + 3 – 221 – 2 - 223
1.15 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 + 1 – 322 + 3 – 221 + 1 – 231
1.16 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 - 4 – 213 – 1 – 213 + 1 – 312
1.17 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 - 4 – 213 – 1 – 213 - 2 – 231
1.18 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 - 4 – 213 + 2 – 132 + 2 – 122
1.19 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 122 - 4 – 213 + 2 – 132 - 2 – 312
1.20 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 – 2 – 312 – 213 – 1 – 213 + 1 – 312
1.21 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 – 2 – 312 – 213 – 1 – 213 - 2 – 231
1.22 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 – 2 – 312 – 213 + 2 – 132 – 2 – 312
1.23 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 – 2 – 312 – 213 + 2 – 132 + 2 –122
1.24 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 2 – 223 – 1 – 322 – 1 – 322 + 2 – 223
1.25 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 1 – 322 – 1 – 322 - 122
1.26 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 1 – 322 – 1 – 322 - 4 – 312
1.27 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 1 – 322 - 3 – 132 – 2 – 312
1.28 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 1 – 322 - 3 – 132 + 2 – 122
1.29 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 1 – 322 + 3 – 221 – 2 – 223
1.30 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 1 – 322 + 3 – 221 + 1 – 231
1.31 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 1 – 322 + 3 – 221 - 4 – 122
1.32 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 3 – 132 – 1 – 132 - 2 – 312
1.33 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 3 – 132 – 1 – 132 + 2 – 122
1.34 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 3 – 132 – 1 – 132 + 4 – 223
1.35 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 3 – 132 + 1 – 322 - 112
1.36 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 3 – 132 + 1 – 322 + 2 – 223
1.37 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 3 – 132 + 1 – 322 – 4 – 312
1.38 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 3 – 132 - 4 – 213 – 2 – 231
1.39 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 3 – 132 – 4 – 213 + 1 – 312
1.40 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 – 3 – 132 – 4 – 213 – 5 – 223
1.41 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 + 3 – 221 – 1 – 221 – 2 – 223
1.42 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 + 3 – 221 – 1 – 221 + 1 – 231
1.43 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 + 3 – 221 – 1 – 221 – 4 – 112
1.44 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 + 3 – 221 + 2 – 213 + 1 – 312
1.45 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 + 3 – 221 + 2 – 213 – 2 – 231
1.46 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 + 3 – 221 + 2 – 213 – 5 – 223
1.47 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 + 3 – 221 – 5 – 322 - 112
1.48 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 + 3 – 221 – 5 – 322 + 2 – 223
1.49 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 – 132 + 4 – 223 + 3 – 221 – 5 – 322 – 4 – 312
1.50 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 – 213 – 1 – 213 + 1 – 312
1.51 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 – 213 – 1 – 213 - 2 – 231
1.52 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 – 213 + 2 – 132 – 2 – 312
1.53 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 – 213 + 2 – 132 + 2 – 122
1.54 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 – 213 – 4 – 221 – 2 – 223
1.55 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 – 213 – 4 – 221 + 1 – 231
1.56 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 – 213 – 4 – 221 + 4 – 312
1.57 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 + 3 – 132 – 1 – 132 – 2 – 312
1.58 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 + 3 – 132 – 1 – 132 + 2 – 112
1.59 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 + 3 – 132 + 1 – 322 - 112
1.60 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 + 3 – 132 + 1 – 322 + 2 – 223
1.61 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 + 3 – 132 + 1 – 322 - 4 – 312
1.62 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 + 3 – 132 - 4 – 213 + 1 – 312
1.63 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 + 3 – 132 - 4 – 213 – 2 – 231
1.64 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 – 3 – 221 – 1 – 221 – 2 – 223
1.65 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 – 3 – 221 – 1 – 221 + 1 – 231
1.66 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 – 3 – 221 – 1 – 221 - 4 – 122
1.67 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 – 3 – 221 + 2 – 213 + 1 – 312
1.68 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 – 3 – 221 + 2 – 213 – 2 – 231
1.69 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 – 3 – 221 - 5 – 322 - 122
1.70 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 – 3 – 221 – 5 – 322 + 2 – 223
1.71 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 + 1 – 312 – 3 – 221 – 5 – 322 – 4 – 312
1.72 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 221 – 1 – 221 + 1 – 231
1.73 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 221 – 1 – 221 - 2 – 223
1.74 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 221 – 1 – 221 – 4 – 122 1.75 1.75 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 221 + 2 – 213 – 2 – 231
1.76 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 221 + 2 – 213 + 1 – 312
1.77 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 221 + 2 – 213 – 5 – 223
1.78 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 221 - 5 – 322 - 122
1.79 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 221 - 5 – 322 + 2 – 223
1.80 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 221 - 5 – 322 - 4 – 312
1.81 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 4 – 322 – 1 – 322 - 122
1.82 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 4 – 322 - 1 – 322 + 2 – 223
1.83 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 4 – 322 - 1 – 322 – 4 – 312
1.84 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 4 – 322 – 3 – 132 – 2 – 312
1.85 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 4 – 322 – 3 – 132 + 2 – 122
1.86 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 4 – 322 – 3 – 132 + 4 – 223
1.87 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 4 – 322 + 3 – 221 – 2 – 223
1.88 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 4 – 322 + 3 – 221 – 4 – 122
1.89 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 – 4 – 322 + 3 – 221 + 1 – 231
1.90 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 + 3 - 213 – 1 – 213 + 1 – 312
1.91 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 + 3 – 213 – 1 – 213 – 2 – 231
1.92 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 + 3 – 213 + 2 – 132 – 2 – 312
1.93 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 + 3 – 213 + 2 – 132 + 2 – 112
1.94 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 + 3 – 213 – 4 – 221 – 2 – 223
1.95 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 + 3 – 213 – 4 – 221 + 1 – 231
1.96 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 3 – 213 - 2 – 231 + 3 – 213 – 4 – 221 – 4 – 112
1.97 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 1 – 322 - 1 – 322 - 122
1.98 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 1 – 322 - 1 – 322 + 2 – 223
1.99 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 1 – 322 - 1 – 322 – 4 – 312
1.00 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 1 – 322 – 3 – 132 – 2 – 312
1.01 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 1 – 322 – 3 – 132 + 2 – 122
1.02 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 1 – 322 + 3 – 221 – 2 – 223
1.03 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 1 – 322 + 3 – 221 + 1 - 231
1.04 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 3 – 132 – 1 – 132 – 2 – 312
1.05 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 3 – 132 – 1 – 132 + 2 – 122
1.06 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 3 – 132 + 1 – 322 - 122
1.07 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 3 – 132 + 1 – 322 + 2 - 223
1.08 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 3 – 132 + 1 – 322 – 4 – 312
1.09 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 3 – 132 – 1 – 132 – 2 – 312 1.10 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 3 – 132 – 1 – 132 + 2 – 112
1.11 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 3 – 132 – 4 – 213 – 2 – 231
1.12 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 – 3 – 132 – 4 – 213 + 1 – 312
1.13 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 + 3 - 221 – 1 – 221 – 2 – 223
1.14 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 + 3 – 221 – 1 – 221 – 4 – 122
1.15 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 + 3 – 221 + 2 – 213 + 1 – 312
1.16 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 + 3 – 221 + 2 – 213 – 2 – 231
1.17 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 + 3 – 221 – 5 – 322 - 122
1.18 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 + 3 – 221 – 5 – 322 + 2 – 223
1.19 * 321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 +2 – 322 + 2 – 223 + 3 – 221 – 5 – 322 – 4 – 312
Четыре основные позиции первого аккорда: 321; 212; 123; 232. (1.00; 2.00; 3.00; 4.00)
321 + 2 – 132 – 1 – 221 + 1 – 231 - 132 + 2 – 122 - 1 –132 – 1 – 132 + 2 – 122
212 – 322 – 213 + 1 – 312 – 1 – 322 + 2 – 223 – 1 – 322 – 1 – 322 + 2 – 223
123 + 1 – 221 – 1 – 132 + 2 – 122 – 1 – 221 + 1 – 231 – 221 – 1 – 221 + 1 – 231
232 + 2 – 213 – 2 – 322 – 122 + 2 – 213 – 2 – 231 – 221 + 2 – 213 + 1 – 312
C6---------E7--------A7--------Dmin6----E7------F#min7ь5---F7---------E7------F#min7ь5

А1 – В1 (В2; В3; В4) – С1 (С2; С3; С4) – Д1 (Д2; Д3; Д4)
А2 – В2 (В1; В3; В4) – С1 (и т.д.) – Д2 (и т.п.) Четырёх аккордная схема.

Одно блочные, двух блочные, трёх блочные, четырёх блочные и т.д. конструкции. Развёрнута только третья часть первого варианта девяти блочной конструкции. Содержит 200 – 300 вариаций линейного или строго последовательного проявления. Всего только линейных от 1500 – 3000 вариаций (в одной тональности). Если использовать комбинаторику тональностей (атональность), то количество увеличивается, как минимум, в 12 раз. При использовании, как плавных переходов, так и различной длины скачков или прыжков, количество увеличивается, не менее, чем в десять раз. В итоге: минимальное или оптимальное количество вариаций составит – 400 на 12 на 10 = 40000. Временная длительность каждая линии, при темпе в 100 единиц, составит около 5 минут. Всего – 200000 минуты или 3000 часов или 100 суток или 3-4 месяца непрерывной импровизационной игры при полной гарантии неповторяемости. Изначально задействовано 9 аккордов (кирпичей) на 4 позиции = 36 единиц. Из 36 кирпичиков построено 200000 конструкций, это и эффективно и эффектно!!! Зачем так много? Для желательной или даже необходимой более точной настройки на восприятие слушателей (зрителей), для проведения Их в Мир Искусства. Полностью отпадает такое явление, как плагиат и, тем более, воровство или незаконное присвоение чужой интеллектуальной собственности. Сочинительство, из разряда невозможного или возможного только таланту и вдохновению, переходит в разряд доступного всем и каждому, как для души, так и для заработка. Реальная картина – сегодня музыкальное (интеллектуальное, экономическое, политическое, идейное) развитие пришло в тупик. Все, кто как может извращаются, лишь бы быть непохожим на то, что уже есть и то, что накоплено веками. Загруженность памяти не профильтрованной информацией – тупиковый путь. Предметное видение, слышание, осязание, думание, чувствование не есть полная объективная картина мира, не хватает, всего ничего, пустоты или статических и динамических интервалов между сущностями (фон и динамика фона, перспективы и т.д.). Учитесь видеть союзную или суммарную динамику объективного мира различной направленности или тенденции, как проявляющуюся, так и исчезающую или сокрывающуюся. Учитесь не собирать и копить тленное в огромных количествах, а возводить (конструировать) из ничтожно малого числа бесконечные конструкции, как материальные, так и духовные. (Остальные плюсы системы прописаны в других статьях – конструкция и реконструкция психофизической и духовной сфер человека, общества и природы).

ОСНОВНЫЕ И ВСПОМОГАТЕЛЬНЫЕ ФУНКЦИИ.
Наряду с наиболее дифференцированной функцией в сознании всегда бывает и относительно детерминирует вторая функция, имеющая второстепенное значение, менее дифференцированная. Сознательными могут быть продукты всех функций, но о сознательности функции можно говорить тогда, когда не только осуществление её подчинено воле, но когда и принцип её является руководящим для ориентирования сознания. Например: когда мышление является не только плетущимся вослед обдумыванием и пережёвыванием, но когда его заключения имеют абсолютную значимость, так что логический вывод имеет значение мотива и гарантии практического поступка без всякой другой очевидности. Это абсолютное преимущество эмпирически присуще всегда только одной функции и может быть присуще только одной функции, ибо столь же самостоятельное вмешательство другой функции необходимо повело бы к другому ориентированию, которое хоть от части противоречило бы первому. Так как иметь всегда ясные и однозначные цели является жизненным условием для сознательного процесса приспособления, то равнопоставление второй функции оказывается по закону природы исключением. Вторая функция может иметь только второстепенное значение, что эмпирически всегда и подтверждается. Она не имеет, как первичная функция, единственной и абсолютной достоверности и решающего значения, но учитывается в качестве вспомогательной и дополнительной функции. Например: наряду с мышлением в качестве второй функции никогда не может выступить чувство, ибо его сущность слишком противоположна мышлению. Мышление должно тщательно исключать чувство, если тоько оно желает быть настоящим, верным своему принципу мышлением. Это не исключает существование индивидов у которых мышление и чувство стоят на одинаковой высоте, причём и то, и другое имеет одинаковую сознательную силу мотивации. В таком случае речь идёт не о дифференцированном типе, а о сравнительно неразвитом мышлении и чувстве. Равномерная сознательность и бессознательность функций есть, признак примитивного состояния духа. * Согласно опыту, вторичная функция всегда такая сущность которая является иноу, но не противоположной по отношению к главной функции. Например: мышление в качестве главной функции легко может сочетаться с интуицией в качестве вторичной функции или столь же успешно с ощущением, но никогда не с чувством. Интуиция, так же как и ощущение, не противоположны мышлению, они не должны быть безусловно исключены, ибо они не подобны мышлению по существу, будучи в то же время противоположны ему, как чувство, которое в качестве функции суждения успешно конкурирует с мышлением, напротив, они суть функции восприятия, которые приносят мышлению желанную помощь. Поэтому, как только они достигли бы такой же высоты дифференциации, как и мышление, так они вызвали бы такое изменение установки, которое противоречило бы тенденции мышления. Именно они превратили бы установку суждения в установку восприятия. Неизбежный для мышления принцип рациональности подавляется в пользу иррациональности простого восприятия. Вспомогательная функция возможна и полезна лишь постольку, поскольку она служит главной функции, не притязая при этом на автономию своего принципа. * Для всех, встречающихся на практике типов имеет значение то основоположение, что они наряду с сознательной главной функцией имеют ещё одну сравнительно бессознательную вспомогательную функцию, которая во всех отношениях отличается от сущности главной функции. Из этих смешений возникают хорошо знакомые образы: практический интеллект, сочетающийся с ощущением (МО); спекулятивный интеллект пропитанный интуицией (МИ); художественная интуиция (ЧИ), выбирающая и изображающая свои картины при помощи суждения, окрашенного чувством; философская интуиция (ИМ), которая при помощи могучего интеллекта переводит своё видение в сферу постигаемого (ИМО) и т. д. * Соответственно сознательному отношению между функциями слагается и их бессознательная группировка. Например: сознательному практическому интеллекту соответствует бессознательная, интуитивно-чувствующая установка (МО-ИЧ), причём функция чувства подвергается сравнительно более сильной задержке, чем интуиция. Эта своеобразность представляет интерес лишь для того, кто практически занимается лечением таких случаев. Для него важно знать об этом (МОИЧ; МИОЧ; ИМЧО; ОЧМИ; ИЧМО; ОМЧИ; ЧИОМ; ЧОИМ). Например: врач старается развить у преимущественно интеллектуального (мыслительного) типа функцию чувства, извлекая её непосредственно из бессознательного (МОИЧ – ЧИОМ). Такая попытка должна бы терпеть крушение, ибо она означает слишком насильственное обхождение с сознательной точкой зрения переворот). Если такое насилие удаётся, то появляется навязчивая зависимость от врача, «перенос», который можно пресечь только грубостью, ибо насилие над пациентом лишает его своей точки зрения, его точкой зрения становится его врач. Доступ в бессознательное, и к наиболее вытесненной функции открывается сам собой и при достаточном ограждении сознательной точки зрения, если путь развития проходит через иррациональную функцию (МО – ЧИ; МИ – ЧО). Последняя, открывает сознательной точке зрения такой кругозор и обзор всех возможностей и всего происходящего, что сознание приобретает от этого достаточную защиту против разрушительного действия со стороны бессознательного. Иррациональный тип (ОМ; ИЧ; ИМ; ОЧ), напротив, требует более сильного развития представленной в сознании рациональной вспомогательной функции для того, чтобы быть достаточно подготовленным, когда потребуется воспринять толчок бессознательного (профилактика и сознательная превентивность). * Бессознательные функции находятся в архаически животном (!) состоянии. Их символические выражения, проявляющиеся в сновидениях и фантазиях, представляют собой борьбу или выступление друг против друга двух животных или двух чудовищ. (страна на страну; край на край; демонстрация на демонстрацию; партия на партию; лидер на лидера, двор на двор; деревня на деревню). МОИЧ – ОМЧИ – ОЧМИ – ЧОИМ – ЧИОМ – ИЧМО – ИМЧО – МИОЧ и опять МОИЧ – плавный переход или свобода или автономия комплексов. Внутренние часы, судьба, возможности, процессы и т.д. и т.п.
Юнг интроверт-теоретик имеющий возможность практики в спец учреждении (психиатрическая клиника). В его практическом поле встречались те индивиды которые уже понимали свою психическую неполноценность. Первый и основной шаг – признание осуществлено. Это уже сделанный выбор, это не весь контингент существовавший в стране. Страна в которой развивала деятельность клиника имела, на тот момент, свою психологическую ментальность связанную с физиологической ментальностью населения страны. Великолепно развитая теория и практика имеют ограничения и являются объективно-субъективными. Он описывает то что ЕСТЬ, но не то, что МОЖЕТ БЫТЬ, всё,что у него написано как невозможное и вредное, возможно и полезно, но КАК-ТО по другому. Его слова: «Природа не против того, что мы делаем, она против того КАК мы делаем. Это не спекулятивная подгонка, которой пользовались и пользуются все деятели науки и практики бессознательно в большей или меньшей мере, в зависимости от саморазвития эго комплекса или его личного «Я», совести, чести, достоинства, веры, любви, надежды и т.д. Ответственность возникает только тогда и настолько, насколько развит эго комплекс, всё остальное «от лукавого» ответственности, закону, суду не подлежит. Нельзя спрашивать с мёртвой природы, ни с растительности, ни с животного мира. Суду: уголовному, гражданскому, товарищескому, дружескому, суду чести и достоинства принадлежит только целая или цельная личность, и даже не часть, не говоря о трёх или пяти процентах от номинала. К Юнгу попадал практический материал в котором изначально, но скрытно присутствовали изъяны воспитания и адаптации членов сообщества и которые ненароком столкнулись в жизни с идеями, принципами, инструментарием которые были исключены из системы, которая деспотически доминировала в социальной системе страны воспринимаемых событий. Всё превентивно или вовремя не уничтоженное системой вытеснялось в подпольное или скрытое существование в изменённой форме и содержании. Но оно было и всегда будет и это основной закон жизни вообще. Но если не открыто цивилизованно и культурно влиять и строить жизнь как целое, то подпольно действующее не имеет да и не хочет иметь цивилизованных и культурных рамок, как может, так и действует и это проблема сознания, а не как не бессознательного. Сознание активно, вернее может и должно им быть. Бессознательное только пассивно-реактивно и неподсудно. Если бы вся растительность была представлена только одним видом дерева, то гарантированно не могло бы существовать более девяносто процентов животного мира. Основные законы природы вид гомоэректус, но не гомосапиенс, выбросил из жизни не сохранив и не заменив сознательно рождёнными, изобретёнными, найдёнными, сконструированными и т.д. другими или даже иными законами бытия на основании и по которым могло бы не только существовоать, но полноценно жить не только сообщество уже гомосапиенсов, но и весь мир по нисходящей, как благодарность за уникальную возможность жить и быть Человеку и Человечеству как виду. Природа не умеет пятиться, поэтому любой сбой в системе индивида или системе государства нельзя только методом восстановления или замены одно на другое, но необходимо то, что природа примет с благодарностью, а это уже ИНОЕ, то что забыли или потеряли изначально, и то, что уже давно и само просится к проявлению и встроености в реалии жизни, как иные идеи, понятия, принципы, как иное сырьё, иные комбинации и конструкции, а инструментарий и конечный продукт с невиданными и даже неожидаемыми качеством, количеством, свойствами не заставит себя долго ждать. Психология существует столько сколько существует мир, но как и раньше она как золушка работает в поте лица, и строит и ворует и рожает и убивает. Её не хвалят, положительные результаты приписывая исключительно каждый себе любимому, негатив приписывая своему врагу. Она оживляет все процессы которые только возможны и невозможны, она убивает всё и вся, когда ей не вмоготу от деяний «царя» природы, она везде и одновременно нигде. То что приписывается сегодня психологии и что называют психологией совсем не психология, не наука, а размножающийся суррогат спекулянтов от науки, безответственных фантазёров, псевдописателей и различных прилипал и вампиров. Психология как наука начинается только с Юнговских работ, у которого не было достойных учеников и наследников, способных продолжить начатое им дело. Имя его себе присвоили многие, но чего это стоит, и трёх сребренников в базарный день. Юнговские работы это описание виденное с одной стороны и в одной среде. Но основа заложена хорошая, надо не ломать или игнорировать, а работать и доработать начатое. Как они без ЭТОГО обходились, непонятно, скажут будущие поколения если мы всё поймём правильно и это и будет и «мотив и гарантия практической деятельности». А все наивысшие на сегодня достижения будут достигаться в детском саду или в начальных классах средней школы. Современная литература, кинофильмы, спектакли, музыка останутся как ступеньки развития, для обучения и воспитания молодого поколения. Все проблемы заложенные в произведениях культуры могут и должны решаться уже сегодня, не ожидая кризисов, войн, насилия.

ИНТРОВЕРТНЫЕ ИРРАЦИОНАЛЬНЫЕ ТИПЫ.
Интровертные типы почти недоступны для внешнего обсуждения. Они интровертны и вследствие этого имеют меньшую способность (не могу) или склонность (не хочу) к обнаружению. Они дают немного данных для меткого обсуждения. Их главная деятельность направлена вовнутрь, вовне не видно ничего, кроме сдержанности, скрытности, безучастия или неуверенности и необоснованного смущения (в антисоциальной системе –зависть и злоба). Если что-либо обнаруживается, то это лишь косвенные проявления подчинённых (неполноценных) и относительно бессознательных (оправдательное осознаётся, предосудительное нет) функций. Проявления такого рода обусловливают предубеждение окружающей среды против этих типов. Их недооценивают или не понимают (когда их меньшинство). В той мере, в какой эти типы сами себя не понимают, ибо им не хватает силы суждения, они не могут понять и того, почему общественное мнение (Запада) их недооценивает. Они не видят, что их, проявляющиеся вовне достижения, действительно имеют малоценные свойства. Их взор прикован к богатству субъективных событий (если бы). Всё свершающееся до такой степени пленяет их и имеет для них неистощимую прелесть, что они не замечают, что то, что они из этого передают окружающей среде, содержит лишь очень мало из того, что они внутренне переживают как стоящее в связи с этим (что простительно маленькому ребёнку). Фрагментарный (!) и эпизодический (!) характер их сообщений предъявляет слишком высокие требования к пониманию и к готовности (понимания) окружающей среды (когда надо чтобы их поняли, а если наоборот то..). Их сообщениям недостаёт теплоты к объекту, которая могла бы иметь убеждающую силу. Эти типы обнаруживают грубо отталкивающее (!) отношение к другим, они не сознают этого (не могут или не хотят) и не имеют намерения это показать. О таких будут судить справедливее и относиться к ним снисходительнее, если узнают, как трудно перевести на понятный язык (?) то, что открывается внутреннему оку. Это снисхождение не должно идти так далеко, чтобы вовсе не требовать от них сообщения (основной постулат воспитания вообще). Это принесло таким типам (всем) самый большой вред. Сама судьба готовит им, может чаще, чем другим, непреодолимые внешние затруднения, способные отрезвить их от упоений внутренним созерцанием (поэтому они и лезут в госструктуры). Но лишь крайняя нужда (?) способна вынудить у них, какое-нибудь человеческое сообщение. С экстравертной и рациональной точки зрения такие типы оказываются самыми бесполезными (при деградации мышечная масса заменяется чисто соединительной, не более). Но если посмотреть с высшей точки, то такие являются живыми свидетелями факта, что богатый и полный движения мир и его бьющая через край упоительная жизнь живут не только вовне, но и внутри. Такие типы суть односторонняя демонстрация природы, но они поучительны для того, кто не позволяет духовной (!) моде (?) данного момента (!) ослеплять себя. Люди такой установки двигатели культуры и воспитатели (а не во власти). Их жизнь (может) поучает большему, чем слова. Их жизнь и их величайший (?) недостаток, неспособность к коммуникации (!!), объясняет нам одно из великих заблуждений (нашей) культуры, суеверное отношение к слову и изображению, безмерную переоценку обучения путём слов и методов. Ребёнок позволяет родителям импонировать ему громкими словами. Верят в то, что этим импонированием ребёнок воспитывается. Дитя воспитывается тем, как родители живут, а словесные жесты, которые прибавляются к этому, только смущают ребёнка. То же и к учителям. Вера в метод так велика, что если метод хорош, то и учитель, пользующийся им, становится освящённым (!). Малоценный человек не бывает хорошим учителем. Он скрывает вредную малоценность, тайно отравляющую учеников, за превосходной методикой и за столь же блестящей интеллектуальной способностью выражаться (набор красивых слов). Ученик более зрелого возраста не желает ничего лучшего (брак производства), как знание полезных методов, он уже побеждён (!) общей (!) установкой, которая верует (?) в победоносный метод. Он знает по опыту, что самая пустая голова, способная машинально повторять метод, является лучшим учеником (карьеризм). Вся окружающая среда показывает словами и жизнью, что весь успех и всё счастье находятся вовне и что стоит лишь владеть правильным методом, чтобы достичь желаемого (?). Разве жизнь религиозного законоучителя (артиста, народного избранника, депутата, олигарха, соседа, родственника) демонстрирует то счастье, которое излучается богатством внутреннего созерцания? Иррациональные интровертные типы не являются учителями совершенной человечности (!). Им недостаёт разума и этики (и эстетики) разума, но их жизнь научает другой возможности, отсутствие которой мучительно чувствуется в культуре (в цивилизации, в быту). (психология группы кардинально меняется при смене статуса большинства на меньшинство и наоборот. При полном отсутствии общества личностей любой строй дерьмо как не выворачивай, герой стоит бандита, насильник насилуемого, судимый судящего, палач жертвы) (на Западе интроверты в меньшинстве и их реакции таковы; в России интроверты в большинстве и не понять это волки в овечьих шкурах или это овцы в волчьих, но суть не измена, все хотят всё, не давая ничего)

ИНТУИЦИЯ.
Интуиция в интровертной установке направляется на внутренние объекты или элементы бессознательного. Внутренние объекты относяться к сознанию аналогично внешним объектам, но они имеют не физическую, а психологическую реальность (на физиологической основе). Внутренние объекты представляются интуитивному восприятию в виде субъективных образов вещей, не встречающихся во внешнем опыте, а составляющих содержания бессознательного – коллективного бессознательного. Эти содержания не доступны опыту (пока), общее свойство с внешними объектами. Внешние объекты относительно таковы, какими мы их перципируем, так и формы явлений внутренних объектов релятивны и суть продукты их, недоступной нам (!) сущности и своеобразности интуитивной функции. Как ощущение, так и интуиция имеют субъективный фактор, который в экстравертной интуиции по возможности подавляется, а в интровертной становится определяющей величиной. Когда интровертная интуиция получает пробуждающий толчок от внешних объектов, она не задерживается на внешних возможностях, а останавливается на том, что было вызвано внешним внутри субъекта. Тогда как интровертное ощущение ограничивается тем, что воспринимает, посредством бессознательного, своеобразные явления иннервации и задерживается на них, интуиция, подавляя эту сторону субъективного фактора, воспринимает образ, вызванный этой иннервацией. Интровертная интуиция воспринимает всё, что происходит на дальних планах сознания, с такою же ясностью, с какой экстравертное ощущение воспринимает внешние объекты. Для интуиции бессознательные образы имеют достоинство вещей или объектов. Так как интуиция исключает сотрудничество (?) ощущения, то она или ничего не узнаёт, или узнаёт недостаточно о расстройствах иннервации, о влиянии бессознательных образов на тело (!). Образы отрешаются от субъекта и существуют уже сами по себе, без отношения к личности. Интровертный интуитивный, имевший припадок головокружения, и не подумал бы, что воспринятый образ относится к нему самому. Это немыслимо для человека установленного на суждение. Безразличие, которое обнаруживает экстравертный интуитив по отношению к внешним объектам, свойственно и интровертному по отношению к внутренним объектам. Как экстравертный интуитив постоянно чует новые возможности и идёт по их следу, не заботясь ни о своём, ни о чужом благополучии и несчастии, небрежно шагая через человеческие отношения и преграды, в вечной жажде перемен, разрушая только что воздвигнутое, так интровертный переходит от образа к образу, гоняясь за всеми возможностями, заключёнными в творческом лоне бессознательного, не устанавливая связи между явлением и собою (первый – катастрофа для социума, особенно если они у власти). Для того, кто только ощущает мир, он никогда не становится моральной проблемой (!), так и для интуитивного мир образов никогда не становится моральной проблемой. Мир как для одного, так и для другого есть эстетическая проблема, вопрос восприятия, сенсация. У интровертного исчезает сознание своего телесного существования (идеал мачо), так и его воздействие на других. С точки зрения экстраверсии о нём сказали бы: « действительность не существует для него, он предаётся бесплодным грёзам» (не имеет значения коммунизма или капиталлизма). Созерцание образов бессознательного, создаваемые творческой силой в неиссякаемом изобилии, бесплодно в смысле непосредственной пользы (необходима дальнейшая доработка). Поскольку эти образы суть возможности концепций, могущих при определённых условиях(!) сообщить энергии (!) новый потенциал, постольку и эта функция, наиболее чуждая внешнему (неполноценному) миру, неизбежна в общем психическом домоводстве. Так и психическая жизнь народа не должна быть лишена соответствующего типа. Израиль не имел бы своих пророков, если бы этого типа не существовало (если жена ушла к другому, то неизвестно кому повезло).
** Интровертная интуиция захватывает те образы, которые возникают из основ бессознательного духа, существующих априори, в силу наследственности. Эти архетипы, сокровенная сущность которых опыту недоступна, представляют собой осадок психического функционирования целого ряда предков, это опыты органического бытия накопленные миллионократными повторениями и сгущённые в типы. В этих архетипах представлены все опыты, которые издревле встречались на нашей планете (и не только нашей). Чем чаще, и чем интенсивнее они были, тем явственнее они выступают в архетипе (как положительные, так и отрицательные). Архетип есть ноумен образа, который интуиция воспринимает и, воспринимая, создаёт. (Практическое развитие и применение в моей теории музыкального образования, как универсальность)**
Бессознательное (основная масса народа) не есть нечто неподвижное, а напротив, нечто принимающее участие в жизни и испытывающее внутренние превращения, которые стоят во внутреннем (негативном) отношении к общему свершению. Интровертная интуиция через восприятие внутренних процессов даёт данные, которые могут иметь (а могут не иметь) выдающееся значение для понимания общего свершения. Она может с большей или меньшей отчётливостью предвидеть новые возможности (кому это нужно), и то, что впоследствии действительно наступает. Её пророческое предвидение объясняется её (позитивным) отношением к архетипам, представляющим собою закономерное течение всех вещей доступных опыту (как внешнему, так и внутреннему).
ИНТРОВЕРТНЫЙ ИНТУИТИВНЫЙ ТИП.
Когда интровертная интуиция достигает (единоличного) примата, то её своеобразные черты тоже создают своеобразный тип человека: мистика мечтателя и провидца, фантазёра и художника. Последнее можно считать нормальным, ибо этот тип имеет склонность ограничивать себя восприемлющим характером интуиции. Интуитивный остаётся обыкновенно при восприятии, его высшая проблема – восприятие, и если он продуктивный художник – оформление восприятия. Фантазёр же довольствуется созерцанием, которому он предоставляет оформлять себя, детерминировать себя. Углубление интуиции вызывает удаление индивида от осязаемой действительности, он становится загадкой даже для ближней среды. Если он художник, то его искусство возвещает необыкновенные вещи, вещи не от мира сего, которые переливаются всеми цветами и одновременно являются значительными и банальными, прекрасными и аляповатыми, возвышенными и причудливыми (Шагал). Если он не художник, то он оказывается непризнанным гением, праздно загубленной величиной, вроде мудрого полуглубца, фигурой для «психологических» романов (Идиот в начале). Превращение восприятия в моральную проблему лежит не совсем на пути интровертного типа, для этого необходимо усиление судящих функций (или равномерное развитие). Однако достаточно относительно небольшой дифференциации в суждении, чтобы переместить созерцание из чисто эстетической в моральную плоскость (не так и сложно). Возникает особая разновидность этого типа, которая существенно отличается от его эстетической формы, всё же характерна для интровертного интуитивного типа. Моральная проблема возникает тогда, когда интуитив вступает в отношение к своему видению, когда он не довольствуется одним только созерцанием, эстетической оценкой и формированием, а доходит до вопроса: какое это имеет значение для меня или для мира? Что из этого вытекает для меня или для мира в смысле обязанности или задания? (Идиот к концу романа) Чисто интуитивный тип, который вытесняет суждение или обладает им лишь в плену у восприятия, никогда не доходит до такого вопроса, его вопрос сводится к тому, каково восприятие. Он находит моральную проблему непонятной и даже нелепой и гонит от себя размышление о виденном (не приведи господь иметь таких в думе или правительстве). Морально установленный интуитив, его занимает значение его видения, он заботится не столько об их дальнейших эстетических возможностях, сколько об их возможных моральных воздействиях, вытекающих для него (и других) из их содержательного (уже не только форма, но и содержания) значения. Его суждение даёт ему возможность познать, иногда лишь смутно (к великому сожалению), что он человек (!), как целое (!), каким-то образом вовлечён в видение, что оно есть нечто такое, что может не только созерцаться, но что хотело бы стать жизнью субъекта (и не только). Он чувствует, что это познание возлагает на него обязанность претворить видение в (свою собственную в первую очередь) жизнь. Так как он опирается только на видение, то моральная попытка выходит односторонней: он делает себя и свою жизнь символической (без необходимой взаимопомощи), хотя приспособленной к наличной фактической действительности (регрессивный возврат). Он лишает себя (или ему помогли) способности воздействовать на неё, он остаётся непонятным. Его язык не тот, на котором все говорят, он слишком субъективен (для псевдообъективной системы). Аргументам не достаёт убеждающей рациональности. Он может лишь исповедовать или возвещать. Он – глас проповедника в пустыне. Интровертный интуитив больше всего вытесняет ощущения объекта. Это отличительная черта его бессознательного. В бессознательном имеется компенсирующая экстравертная функция ощущения, отличающаяся архаическим характером. Бессознательную личность можно лучше всего описать как экстравертный ощущающий тип низшего примитивного рода (воздействие сознания на бессознательную толпу). Сила влечения и безмерность являются свойствами этого ощущения, как и чрезвычайная привязанность к чувственному впечатлению. Это качество компенсирует разреженный горный воздух сознательной установки и придаёт ей некоторую тяжесть, это мешает полному «сублимированию». Если вследствие форсированного преувеличения сознательной установки наступает полное подчинение внутреннему восприятию, тогда бессознательное вступает в оппозицию (!) и возникают навязчивые ощущения с чрезмерной привязанностью к объекту, которые сопротивляются сознательной установке. Формой невроза является невроз навязчивости, симптомами которого частью ипохондрические явления, частью сверхчувствительность органов чувств, частью навязчивые привязанности к определённым лицам или другим объектам.

ИНТРОВЕРТНЫЙ ОЩУЩАЮЩИЙ ТИП.
Это иррациональный тип, он производит выбор из происходящего не на основании разумных суждений, а по тому, что происходит в данный момент (животный уровень). Экстравертный – определён интенсивностью воздействия со стороны объекта, интровертный по интенсивности (субъективной) (экстравертной) части ощущения, вызванной (объективным) раздражением (экстравертная часть экстравертного ощущения ДА,ДА; интровертная часть экстравертного ощущения НЕТ,ДА; экстравертная часть интровертного ощущения ДА,НЕТ; интровертная часть интровертного ощущения НЕТ,НЕТ). Между объектом и ощущением нет пропорционального соотношения, а есть несоразмерное и произвольное (?). Извне нельзя предвидеть, что произведёт впечатление (это врач, преподаватель, начальник, командир, муж ??). Если налицо способность и готовность выражения, пропорциональная силе ощущения (покажите у кого), то иррациональность этого типа бросалась бы в глаза. Это имеет место когда индивид является творящим (?) художником (?). Затруднение в выражении характерное для интроверта, скрывает его иррациональность. Он обращает на себя внимание спокойствием, пассивностью или разумным (?) самообладанием (?). Эта своеобразность, которая вводит в заблуждение поверхностное (!) суждение, обязана своим существованием его неотнесённости к объектам. В нормальном случае объект совсем не обесценивается сознательно, но устраняется в свойстве возбудителя тем путём, что возбуждение тотчас же (!) замещается субъективной реакцией, которая не имеет более никакого отношения к реальности объекта. Это действует как обесценивание объекта. Такой тип может поставить вам вопрос, для чего люди вообще существуют, для чего вообще объекты имеют право на существование, если всё (?) существенное (?) происходит без объекта. Это сомнение может быть правомерно в крайних случаях, но не в нормальном случае, ибо объективное раздражение необходимо для ощущения, но только оно вызывает у интроверта иное, а не то, что следовало бы предположить (?) по внешнему положению дела. Внешнему наблюдателю дело представляется так, как если бы воздействие объекта вовсе не проникает до субъекта. Такое впечатление правильно постольку, поскольку субъективное, возникающее из бессознательного содержание втискивается (!) между сторонами и перехватывает (!) действие объекта. Это вмешательство (!) наступает с такой резкостью, что получается впечатление, будто индивид защищается от воздействия объекта. В несколько обострённых случаях такое защитное ограждение имеет место. Если бессознательное несколько усиливается, то субъективное участие в ощущении до такой степени оживляется, что почти всецело покрывает воздействие объекта. Из этого возникает, для объекта – чувство обесценивания, для субъекта – иллюзорное (?) восприятие действительности, которое только в болезненных случаях заходит так далеко (больное общество любого доведёт до чего угодно), что индивид оказывается не в состоянии различать между действительным объектом и субъективным восприятием. Столь важное различение исчезает вполне в состоянии близком (превентивные профилактические действия медицины ?) к психозу. Уже за долго до того (!) (субъективное) восприятие способно в высокой степени влиять на мышление, на чувство и на поступки, хотя объект ещё ясно видится во всей его действительности. Когда воздействие объекта, вследствие особых обстоятельств (?), чрезмерной интенсивности или полной аналогии с бессознательным образом, проникает до субъекта, этот тип и в нормальных разновидностях бывает вынужден (!) поступать согласно с бессознательным образом. Эти поступки имеют по отношению к объективной действительности (иллюзорный) характер и являются чрезвычайно странными (для безграмотных бездарей). Они вскрывают чуждую (?) действительности (субъективность) этого типа. Но там, где воздействие объекта проникает не вполне, оно встречает проявляющую мало участия, благосклонную нейтральность, постоянно стремящуюся успокоить и примирить («бог терпел и нам велел»). То, что слишком низко, несколько приподнимается, то, что слишком высоко, несколько понижается, восторженное подавляется (?), экстравагантное обуздывается (?), а необыкновенное сводится к «правильной» (!) формуле, - и всё это для того, чтобы удержать воздействие объекта в должных (?) границах. Вследствие этого и этот тип действует подавляюще (все госслужащие без исключения) на окружающих, поскольку его безобидность вне всякого сомнения. Если этот случай имеет место, то индивид становится жертвой агрессивности и властолюбия со стороны других (чиновник никогда не один, он всегда государственная машина, проситель ?! всегда один). Такие позволяют злоупотреблять собою и мстить за это усиленным сопротивлением и упрямством не у места (вымерли во втором веке до нашей эры). Если нет художественной способности выражения (кто или что мешает или не даёт), то все впечатления уходят вовнутрь, вглубь и держат сознание в плену, лишая его возможности овладеть (!) зачаровывающим впечатлением при помощи (!) сознательного (!) выражения. Для впечатлений этот тип располагает лишь (?) архаическими возможностями выражения, ибо мышление или чувство относительно бессознательны, а поскольку они сознательны, то имеют в распоряжении лишь (?) банальные и повседневные выражения. В качестве сознательных функций непригодны для адекватной передачи субъективных восприятий (как и весь чиновничий аппарат, где все вороны крашенные). Этот тип с чрезвычайным трудом доступен для объективного понимания, да и сам он относится к себе без понимания. Его развитие удаляет его от действительности объекта и передаёт его на произвол субъективных восприятий, которые ориентируют сознание в сторону архаической действительности, и этот факт остаётся для него бессознательным, за отсутствием у него сравнительного суждения. ОН вращается в мифологическом мире, в котором люди, животные, железные дороги, дома, реки и горы представляются ему мистическими богами (вышестоящие), зложелательными демонами (подчинённые или в чём то зависимые). То обстоятельство, что они представляются ему такими, остаётся у него неосознанным. Они влияют на суждения и поступки (!). Он судит (!) и поступает так, как если бы он имел дело с такими силами. Он замечает это только тогда, когда он открывает (?), что его ощущения отличаются от действительности (кастрированная действительность не различима). Если он склонен более в сторону объективного разума, то ощутит такое отличие как болезненное (редчайшее исключение); если верный иррациональности, готов признать за своим ощущением значение реальности (норма), тогда объективный мир станет (был, есть и будет) миражём и комедией. До такой дилеммы доходят случаи (?) склонные к крайности. Обыкновенно индивид довольствуется замкнутостью и, относясь к внешней действительности как к банальности, обращается с ней бессознательно-архаически (обыватель как инертная масса.). Его бессознательное отличается вытеснением интуиции, которая имеет у него экстравертный и архаический характер. Если экстравертная интуиция отличается характерной находчивостью, «хорошим чутьём» для всех возможностей объективной действительности (Запад), архаически-экстравертная интуиция обладает способностью пронюхать всё двусмысленное, тёмное, грязное и опасное на задних планах действительности (Россия). Перед этой интуицией действительное и сознательное намерение объекта не имеет никакого значения, она подозревает за ним все возможности архаически-предшествующих ступеней такого намерения. В ней есть опасно подкапывающееся, что стоит в самом ярком контрасте с доброжелательной безобидностью сознания (ступени: расстрел, лагеря, психушки, игнорирование – самое эффективное средство, мол сами подохнут)) . Пока индивид отходит не слишком далеко от объекта, бессознательная интуиция действует как благотворное компенсирование установки сознания, которая несколько фантастическая и склонная к легковерию. Если бессознательное становится в оппозицию (скрытую) к сознанию, тогда интуиции всплывают на поверхность и развивают пагубные действия, насильственно навязываясь индивиду (социуму) и вызывая отвратительнейшие неотвязные представления об объектах. Возникающий невроз есть невроз, в котором истерические черты уступают симптомам истощения (государства, общества, мира).

ИНТРОВЕРТНЫЕ РАЦИОНАЛЬНЫЕ ТИПЫ, Общий обзор.
Рациональные типы основываются на функциях разумного суждения. Разумное суждение основывается на объективно данном и субъективно (что более объективно?) данном. Преобладание того или другого фактора, обусловленное психическим расположением (!), существующим уже (!) с ранней молодости, склоняет разум в ту или другую сторону (пресловутое ДА,НЕТ или НЕТ,ДА). Разумное суждение должно ссылаться как на объективный, так и субъективный фактор (ДА,ДА или НЕТ,НЕТ), будучи способно (!) отдать должное тому и другому. Это идеальный (реальный) случай и предполагает равномерное развитие экстраверсии и интроверсии (гармония и симметрия тела и души). Оба движения исключают (сегодня) друг друга. Пока (!) их дилемма существует, они несовместимы (!) в порядке сосуществования (но не жизни), разве только в порядке последовательности (доминирование принципа последовательности и игнорирования принципа параллельности). При обычных (!) условиях идеальный разум невозможен. Рациональный тип обладает типически видоизменённым разумом. Интровертные рациональные типы обладают разумным суждением. Это суждение ориентируется преимущественно по (субъективному) фактору. Нет даже нужды (!) нарушать правила логики – односторонность (!) заложена в предпосылке. Предпосылка есть то преобладание (субъективного) фактора, которое имеется налицо до всяких выводов и суждений (наследство животной природы). Субъективный фактор выступает с самого начала как имеющий более высокую ценность, нежели объективный (категории ценностей). Речь не о приписанной ценности, а о естественном предрасположении, существующей до всякой оценки. Суждение разума неизбежно представляется интровертному в нескольких оттенках иначе (как), чем экстравертному. Интровертному представляется более разумной цепь (жёсткая ведомость) умозаключений, которая ведёт (автоматически) к субъективному фактору, чем та, которая ведёт к объекту (вторая фаза развития, где ещё нет креста-перекрёстка, плоскости, а есть только линейность). Это маловажное, незаметное различие ведёт в больших размерах (страны, социума) к непримиримым противоположностям, которые раздражают тем более, чем бессознательнее (не правильная система образования) то минимальное перемещение точки (!) зрения, которое вызвано психологической предпосылкой. Главная ошибка (одна из) – стараются указать ошибку в умозаключении, а не признать (!) различие психологических предпосылок (партии и их лидеры). Признание является трудным (!) для рационального типа – оно подрывает абсолютное (!) значение принципа и отдаёт его на усмотрение его врага (!) – это катастрофа (иллюзия). Интровертный тип (большинство России) подвержен этому недоразумению больше, чем экстравертный (Западный). Не потому, чтобы (экстравертный) является для него более беспощадным или более критическим противником, чем он сам мог бы быть (!), но потому, что стиль эпохи, в котором он участвует, против него. Не по отношению к (экстравертному) большинству, а по отношению к общему (западному) мировозрению (!), он чувствует своё меньшинство (ВКПб). Так как он по убеждению (?) следует за общим стилем, то он подкапывается сам под себя, ибо современный стиль с его исключительным (исключающим) признанием видимого и осязаемого противный его принципу. Он вынужден обесценивать субъективный фактор вследствие его невидимости и заставлять себя следовать за (экстравертной) переоценкой объекта (что вредно одному, то вредно и другому, как бы кто не крутил). Он сам низко оценивает субъективный фактор и страдает от чувства (ложной) неполноценности. В (наше) время, в движениях, которые обгоняют (?) современность, субъективный фактор обнаруживается в преувеличенном, безвкусном и карикатурном виде. Современное искусство (политика, экономика, наука). Недооценка принципа делает (!) (интроверта) эгоистичным и навязывает ему психологию угнетённого (и социально опасного). Чем эгоистичнее он становится, тем более другие, те, которые могут принять (проституируя) современный стиль целиком, являются угнетателями, от которых должно (!) защищаться и обороняться (бандитизм, терроризм). Он не видит, что главная ошибка, что он не привязан (!) к субъективному фактору с той верностью (?) и преданностью (?), с которой экстраверт ориентируется по объекту. В следствии недооценивания (собственного) принципа, его склонность к эгоизму становится неизбежной (!), этим он заслуживает предубеждения, которое имеет против него (экстраверт). Если бы он остался верен своему принципу (против лома нет приёма акромя другого лома) (39гг.), то было бы ложным осуждать его, как эгоиста. Тогда правомерность его установки удостоверялась бы силой её общих воздействий (не до опыта, когда даже слову не пробиться) и рассеяла недоразумения.
ОЩУЩЕНИЕ.
Ощущение, по всему существу зависит от объекта и от объективного раздражения, подлежит в интровертной установке изменению. Оно имеет субъективный фактор, ибо рядом с объектом, который ощущается, стоит субъект, который ощущает и привносит к объективному раздражению субъективное расположение. В интровертной установке ощущение основывается преимущественно на субъективной части перцепции. Произведения искусства воспроизводящие (внешние) объекты. Если несколько художников пишут один и тот же пейзаж, стараясь точно передать его, то каждая картина будет отличаться от другой, не благодаря более или менее развитому умению, но вследствие различного видения (различного или недоразвитого). В некоторых картинах проявится ясно выраженное психическое различие в настроении и движении красок и фигур. Эти свойства выдают более или менее соучастие субъективного фактора. Субъективный фактор ощущения по существу один и тот же, что и в других функциях (!). Это бессознательное предрасположение, которое изменяет чувствующую перцепцию во время её возникновения (согласование входа выхода) и тем лишает (?) её характера чисто объективного воздействия. Ощущение относится преимущественно к субъекту и лишь во вторую очередь (или одновременно параллельно) к объекту. Насколько необычайно силён (как и объективный) может быть субъективный фактор. Преобладание субъективного фактора доходит до полного подавления (адекватная ответная реакция) объективного воздействия. При этом ощущение остаётся ощущением, но оно становится восприятием субъективного фактора, а воздействие объекта опускается до роли простого возбудителя (за что боролись, на то и напоролись). Интровертное ощущение развивается в этом направлении. Настоящее чувственное восприятие существует, однако, объекты совсем не проникают в субъект. Субъект видит вещи по-иному (как) или видит иные вещи (какие), чем другие (кто другие). В действительности данный субъект воспринимает те же вещи, как и всякий другой, но не останавливается на воздействии объекта (не стоящего выеденного яйца), а занимается субъективным восприятием, которое вызвано объективным раздражением. Субъективное восприятие отличается от объективного. В объекте его или нельзя найти, или можно найти лишь намёк на него (слепой ведёт слепого). Оно может быть сходным в других, однако его нельзя (?) непосредственно обосновать объективным состоянием вещей. Оно не производит (?) впечатления продукта (кастрированного) сознания , для этого оно слишком родовое. Но оно производит психическое впечатление, ибо в нём заметны элементы высшего психического порядка (!). Этот порядок не согласуется с содержаниями (узкого и однобокого) сознания. Дело идёт о коллективно-бессознательных предпосылках или предрасположениях, о мифологических образах, изначальных возможностях представлений. Субъективному восприятию присущ характер значительного. Оно говорит большее, чем образ объекта, конечно лишь тому, кому субъективный фактор вообще что-нибудь говорит (!). Другому (всем) кажется, что воспроизведённое субъективное впечатление страдает недостатком, что оно не имеет сходства с объектом и не достигает цели. Интровертное ощущение постигает глубокие планы психического мира (родина-мать, бог-отец), нежели его поверхность. Оно ощущает, как имеющую решающее значение, не реальность объекта, а реальность субъективного фактора, изначальных образов, которые в совокупности представляют психический мир зеркальных отображений. Это зеркало обладает свойством изображать (если оно не кривое) наличные содержания сознания не в знакомой (?) и привычной (?) (нам) форме, но так, как видело их сознание прожившее миллион лет (генетическая память и вечная жизнь сознания). Такое сознание видело становление и исчезновение вещей одновременно с их настоящим и мгновенным бытиём, но и то, что было до их возникновения и будет после их исчезновения (вся история от и до). Настоящий момент является (для этого сознания) неправдоподобным. Это уподобление нужно для того, чтобы наглядно понять сущность интровертного ощущения. Оно передаёт образ, который не столько воспроизводит объект, сколько покрывает его осадком стародавнего и грядущего (субъективного) опыта. От этого чувственное впечатление развивается в глубину, исполненную предчувствий (нет пророков в своём отечестве), тогда как экстравертное ощущение схватывает мгновенное и выставленное напоказ бытие вещей. (Весь социум интровертной страны внутри ничего не найдёт, и снаружи весь уподобится экстравертному примитивному типу. Ждать от таких позитивного развития страны и грех и смех) (рад помочь, да не поможешь).

Бессознательная установка. ЧУВСТВО.
Интровертное чувство в основе определено (субъективным) фактором. Для суждения, созданного чувством, это обусловливает столь же существенное отличие от экстравертного чувства, сколь же существенно отличие интроверсии мышления от экстраверсии. Трудная задача (но возможная) интеллектуально изобразить интровертный процесс (!) чувства или дать хотя бы приблизительное (по возможности полное) описание его. Своеобразная сущность этого чувства бросается в глаза, если только вообще замечаешь его (в стране горбатых горбатость незаметна как норма). Так как это чувство подчиняется главным образом субъективным предварительным условиям и занимается объектом лишь на втором плане, то оно выявляется (на поверхности) гораздо меньше и обыкновенно так, что вызывает недоразумения (при минимальных познаниях). Это чувство обесценивает объекты и заявляет о себе в отрицательном смысле (ответная адекватная реакция на адекватный раздражитель). О существовании положительного чувства можно лишь косвенно догадываться (или изучить). Интровертное чувство старается не приноровиться к (к субъективному) объективному, а поставить себя над ним (или бог подо мной или я под богом), для чего оно бессознательно пытается осуществить лежащие в нём образы (глаз за глаз). Оно постоянно ищет не встречающегося в действительности образа (из за субъективности социума), который оно до известной степени видело раньше (отпечаток в генетической памяти). Оно без внимания скользит над объектами, которые никогда (к сожалению) не соответствуют (его) цели. Оно стремится к внутренней интенсивности, для которой объекты дают некоторый толчок. Глубину этого чувства можно лишь предугадывать (в двадцать первом веке?), но ясно постигнуть её нельзя (?). Оно делает людей молчаливыми и трудно доступными (подавляющее ! большинство). Оно, подобно мимозе, свёртывается от грубости (!) объекта (тов), чтобы восчувствовать сокровенные глубины (объективного) субъекта. Для обороны (на войне как на войне) оно выдвигает отрицательные суждения чувства или поразительное (вынужденное) равнодушие. Изначальные образы в той же степени являются идеями, сколь и чувствами (постигаются как мышлением, так и чувством). Такие основополагающие идеи, как Бог, Свобода, Бессмертие имеют настолько же ценность чувства, насколько и значение идеи (отделить зёрна от плевел и зёрна от зёрен). Можно перенести на интровертное чувство всё то, что можно сказать об интровертном мышлении, с тем, что здесь чувствуется всё то, что там мыслится (и даже более). Но если мысли по общему правилу могут быть выражены более понятно (одностороннее развитие культуры и цивилизации), чем чувства, обусловливает то, что при такого рода (?) чувствах нужна необычайная словесная или художественная способность выражения (что необычайно для папуасов, то норма для нормальной цивилизации) уже для того, чтобы, хотя бы приблизительно (?) изобразить или передать вовне их богатство (!!). Если интровертное субъективное мышление вследстве неотнесённости (проблемы всегда двухсторонни) лишь с трудом способно пробудить (?) адекватное понимание (в ком или в чём), то в ещё меньшей мере способно к этому субъективное чувство (норма пятьдесят на пятьдесят; реальность сто к одному). Для того чтобы передать (хочу отдать, да некому) себя другим, оно должно найти внешнюю форму, способную воспринять (!) соответствующим (!) образом субъективное чувство и передать его ближнему (?) так, чтобы в нём возник параллельный (!!) процесс. Благодаря относительно большому внутреннему, так же, как и внешнему сходству между людьми (первичное полученное в дар от природы) такое воздействие может (должно) быть осуществлено, хотя чрезвычайно трудно (трудно то, что не умеешь) найти подходящую для чувства форму до тех пор, пока чувство ориентируется по сокровищнице изначальных образов (полное отсутствие последовательностей переходных модификаций). Если оно искажается эгоцентризмом (от безъисходности), то оно становится несимпатичным. В таком случае оно занимается преимущественно только эго. Тогда оно непременно вызывает впечатление сентиментального себялюбия, интересничания и даже болезненного самолюбования. Как субъективированное сознание интровертного мыслителя стремится к абстракции абстракций (белее белого) и тем достигает (лишь) высшей интенсивности (пустого) мыслительного процесса, так эгоцентрическое чувство углубляется до бессодержательной страстности, которая чувствует только самоё себя (бесконечность внутреннего мира). Эта ступень мистически-экстатична; она подготавливает переход к экстравертным функциям, которые были вытеснены чувством (предавший однажды себя…). Как интровертному мышлению противостоит примитивное (проблема как частная так и социальная) чувство, которому объекты навязываются с магической силой, так интровертному чувству противостановится примитивное (!) мышление, которое в смысле конкретицизма и рабской зависимости от фактов не имеет себе подобного (моносоциум болеет и гибнет от одной болезни). Чувство прогрессивно эмансипируется от отношения к объекту и создаёт себе лишь субъективно связанную свободу действия и совести, которая отрекается от всего традиционного (музыкальный и литературный миниолимп). Бессознательное же мышление тем сильнее подпадает под власть объективного (негатив с двух сторон).
Интровертный чувствующий тип.
Примат интровертного чувства встречается главным образом у женщин (запада, на востоке – наоборот). К этим женщинам применима пословица «тихие воды глубоки». Они молчаливы, трудно доступны, непонятны, часто скрыты под детской или банальной маской, нередко отличаются меланхолическим темпераментом. Они не блещут и не выступают вперёд ( но тихим сапом занимают значимые для социума места). Так как они преимущественно отдают себя руководству (!!) субъективно (невидимое на поверхности переплетение корневых систем) ориентированного чувства, то их истинные мотивы остаются скрытыми (для ленивых и тупых). Вовне они проявляют гармоническую стушёванность, приятное спокойствие, симпатичный параллелизм, который не стремится вызвать другого, произвести на него впечатление, переделать его или изменить (маска). Если внешняя сторона выражена несколько ярче, то возникает лёгкое подозрение в безразличии или холодности, которое может дойти до подозрения в равнодушии к радостям и горестям других (и таким доверяют свои судьбы?). Тогда ясно чувствуется отвращающееся от объекта движение чувства. У нормального типа это имеет место тогда, когда объект каким-нибудь образом действует слишком сильно (тысяча первое обращение оставшееся без ответа). Гармоническое сопровождение чувством со стороны этого типа имеет место до тех пор, пока объект, пребывая в средних тонах чувства, следует своему собственному пути и не старается пересечь его пути (любое чиновничье место – место пересечения путей ??). За настоящими эмоциями объекта этот тип не следует, он подавляет их и отклоняет или охлаждает их отрицательным суждением чувства. Хотя и имеется постоянная готовность спокойно и гармонично идти рука об руку (пока гладишь по шерсти), к объекту не обнаруживается ни любезность, ни тёплая предупредительность (это уже слишком), а проявляется отношение, которое кажется безразличным; холодное, отклоняющее обращение (норма). Объект чувствует, что его существование излишне (ходят тут всякие). По отношению к порыву или проявлению энтузиазма этот тип сначала проявляет благосклонный (лицемерный) нейтралитет, с лёгким оттенком превосходства и критики, от которого у чувствующего объекта легко опускаются крылья (и не только). Напористая же эмоция может быть резко и убийственно холодно отражена (на то и охрана), если только она случайно не захватит индивида со стороны бессознательного, оживит какой-нибудь окрашенный чувством изначальный образ, тем самым полонит чувство этого типа. Когда наступает такой случай, то женщина (мужчина) этого типа испытывает мгновенно просто-таки парализованность, против которой позднее непременно (!) восстаёт тем более сильное сопротивление, и это противление поразит объект в самое уязвимое его место (всех выпускать, никого не впускать). Отношение к объекту поддерживается по возможности в спокойных и безопасных средних тонах чувств, при упорном и строжайшем уклонении от страсти и её безмерности (регрессивное понижение порога чувствительности). Выражение чувства остаётся скудным и объект длительно чувствует свою недооценнёность (максимальную неоценённость), если он это осознаёт (они постараются). Это не всегда имеет место, недочёт часто остаётся бессознательным; со временем, вследствие бессознательного требования чувства, он развивает симптомы, вынуждающие усиленное внимание к себе. Так как этот тип кажется холодным и сдержанным, то поверхностное суждение легко отрицает в нём всякое чувство. Но это в корне ложно (для иной развитой культуры); чувства не экстенсивны, но интенсивны. Они развиваются вглубь (как: в ширину или глубину или И И). Экстенсивное чувство сострадания обнаруживается в соответствующем (комплементарно) месте в словах и действиях и оказывается способным (слишком) быстро освободиться от этого впечатления, то интенсивное сострадание замыкается (!) и воздерживается (!) от всякого выражения и этим (?) приобретает страстную глубину, которая вмещает в себя всё страдание (индивидуального) мира и застывает (!) в этом. При чрезмерном сострадании оно способно прорваться и повести к поразительному поступку, который будет иметь героический характер, но к которому ни объект, ни субъект не сумеют (!) найти правильного (сознательного) отношения. Во вне и для слепого (!) глаза экстравертного человека такое сострадание кажется холодом, оно не производит ничего (?) видимого, а в невидимые силы экстравертное сознание не в состоянии (!!!) верить. Такое недоразумение (?) является характерным событием в жизни (этого) типа и обычно регистрируется как важный аргумент, свидетельствующий об отсутствии у него всякого, более глубокого чувствующего отношения к объекту. Но в чём состоит истинный предмет (!) этого чувства, это даже нормальному типу дано лишь в виде предчувствия. Он выражает (свою) цель и (своё) содержание перед самим собой: может в сокровенной и боязливо оберегаемой от взоров профана религиозности, или в поэтических формах, которые он тщательно оберегает от неожиданного вторжения, не без тайного честолюбия, стремящегося таким образом установить превосходство (иного не знаем) над объектом. Женщины, имеющие детей, вкладывают многое из этого в них, тайно внушая им свою страстность (попытка сохранения отторгаемое социумом). У нормального типа указанная тенденция, стремящаяся к тому, чтобы тайно почувствованное было однажды открыто (+) и явно поставлено над объектом (-) или насильственно навязано ему (=), не играет вредной роли и никогда не приводит к серьёзной попытке в этом направлении, однако кое-что из этого просачивается в личное воздействие на объект в форме трудно (?) определимого доминирующего влияния. Оно ощущается как давящее или удушающее чувство, которое налагает цепи на окружающих. Такой тип (социум) приобретает таинственную силу, которая способна в высшей степени очаровать (или разрушить) именно экстравертного мужчину (экстравертный стиль поведения), она затрагивает его бессознательное. Эта сила исходит от восчувствованных, бессознательных образов, но легко относится сознанием к эго, вследствие чего это влияние ложно (?) истолковывается в смысле личной (корпоративной) тирании. Но если бессознательный субъект отождествляется с эго, тогда и таинственная сила интенсивного чувства превращается в банальное и претенциозное властолюбие, тщеславие и тираническое принуждение (Российский капитализм). Тогда слагается тип (женщины), известный в неблагоприятном смысле беззастенчивым честолюбием и коварной жестокостью (!!). Такой оборот приводит к неврозу (коллапсу, застою, кризису). Тип (социум) остаётся нормальным до тех пор, пока эго (власть) чувствует себя ниже уровня бессознательного субъекта (граждан) и пока чувство раскрывает нечто более высокое и более властное (прогрессивные коллективные идеи), нежели эго. Бессознательное мышление архаично, но при помощи редукций успешно компенсирует поползновения возвести эго до субъекта (временный поплавок). Но если это наступает вследствие подавления (психологическими и духовными методами) редуцирующих бессознательных влияний мысли, тогда бессознательное мышление становится в оппозицию и проецирует себя в объекты (выступления, митинги, погромы). Субъект ставший эгоцентрическим испытывает на себе силу и значение обесцененных объектов (бумеранг). Сознание чувствует то, что думают другие. Другие думают всевозможные низости, замышляют зло, втайне подстрекают и интригуют и т.д. Это субъект должен предотвратить, он превентивно интригует и подозревает, подслушивает и комбинирует. До него доходят слухи, он делает судорожные усилия, по возможности превратить грозящее поражение в победу. Возникают бесконечные таинственные соперничества, и в этой ожесточённой борьбе человек (?) не гнушается никакими дурными и низкими средствами. Употребляет во зло и добродетели, для того, чтобы иметь возможность козырнуть. Такое развитие ведёт к истощению (!). Форма невроза не столько истерична, сколько неврастенична. У (женщин) часто страдает физическое здоровье (увеличение финансирования медицины – капля в море), например, анемия со всеми её последствиями. (Катастрофическая неоценённость психических и духовных воздействий способных к созиданию и разрушению превышающих физические воздействия на множество порядков. В один момент можно разрушить Храм и в три дня его воссоздать).

ИНТРОВЕРТНЫЙ МЫСЛИТЕЛЬНЫЙ ТИП.
Дарвин – представитель нормального экстравертного мыслительного типа. Кант – противоположный нормальный интровертный мыслительный тип. Первый говорит фактами, последний ссылается на субъективный (внутренне объективный) фактор. Дарвин стремится на широкое поле объективной фактической действительности. Кант отмежёвывает себе область критики познания вообще. Интровертный , как и параллельный ему экстравертный, находится под решающим влиянием идей, которые вытекают (не) из объективно данного, а из (субъективной) основы. Он, как и экстравертный, будет следовать своим идеям, но только в обратном направлении, не наружу, а вовнутрь. Он стремится к углублению, а не расширению (как вовне можно и углубляться и расширяться, так и внутрь и одно и другое одновременно). По этой основе он в высшей мере и характеризуется. То, что отличает другого, его интенсивная отнесённость к объекту, отсутствует у него иногда почти совершенно, как и у всякого интровертного типа (и у экстраверта в интровертной фазе). Если объектом является человек, то этот человек ясно чувствует, что он фигурирует здесь лишь отрицательно, в более мягких случаях он чувствует себя лишним, в более резких – что его, как мешающего, просто отстраняют (при минимуме сознания и максимуме бессознательного). Это отрицательное отношение к объекту, от безразличия до устранения, характеризует всякого интровертного и делает самое описание интровертного типа крайне затруднительным (но порождает массу легенд). В нём всё стремится к исчезновению и к скрытности (сознательно – положительно; бессознательно – отрицательно). Его суждение является холодным, непреклонным, произвольным и ни с чем не считающимся (отличный начальник или безжалостный командир), потому что оно менее относится к объекту, чем к субъекту. В нём нельзя прочувствовать ничего, что придавало бы объекту более высокую ценность, но оно всегда скользит поверх объекта и даёт почувствовать превосходство субъекта (Я господин, ты свинья; ты господин, я свинья). Вежливость, любезность и ласковость могут быть налицо (перед высоким начальством или где возможна выгода), но со странным привкусом боязливости (или подлости), выдающей скрытое за ними намерение, намерение обнаружить противника (и убить не физически, но психологически). Последний должен быть успокоен или умиротворён (для удара в спину), ибо он мог бы стать помехой. Объект не противник, но если он чувствителен, то ему дают почувствовать известное отстранение (до открытого хамства) или не придают никакой цены (ниже плинтуса). Объект подлежит пренебрежению, в худших случаях, он окружается ненужными мерами предосторожности (наветы, наговоры, кляузы, доносы). Этот тип охотно исчезает за облаком недоразумений (игордится этим), которое становится тем более густым, чем больше он, компенсируя, старается с помощью неполноценных функций надеть маску (которую не снимает даже в постели с собственной женой или при общении со своими же детьми) общительности, которая стоит в самом резком контрасте с его действительным существом. Если он уже при построении своего (?) идейного мира не страшится даже самых смелых дерзаний и не воздерживается от мышления какой бы то ни было мысли, ввиду того, что она опасна, революционна, еретична и оскорбляет чувство. То его охватывает величайшая робость, как только его дерзанию приходится стать внешней действительностью (преодоление комплекса неполноценности в террористических актах). Это противно его натуре. Если он и выпускает свои мысли в свет, то он не вводит их, как заботливая мать своих детей, а подкидывает (навязывает подчинённым) их и, сердится (или казнит), если они не прокладывают себе дорогу самостоятельно. В этом ему приходит на помощь огромный недостаток практической способности (на практической должности), или отвращение к рекламе (чужой). Если продукт субъективно верный и истинный, то он и должен быть верным, а другим остаётся преклониться (и подчиниться) пред этой истиной. Он не предпримет шаги, чтобы склонить (склонять –нет, приказать –да) кого-либо на свою сторону, особенно кого-нибудь, кто имеет влияние. А если он это делает, то он делает это так неумело, что достигает противоположных намерению результатов (если он не начальник). С конкурентами он обыкновенно терпит неудачу (или убирает, конечно не сам), ибо не умеет (не хочет уметь) приобретать их благосклонность, он даёт им понять, насколько они лишние. В преследовании идей (и людей носителей иных идей) он бывает упорен, упрям и не поддаётся воздействию. Контрастом тому является внушаемость со стороны личных влияний. Стоит такому типу признать видимую неопасность объекта, и он становится крайне доступным для менее ценных элементов (Сталин и его близкие). Они овладевают им со стороны бессознательного. Он (не) позволяет грубо обращаться с собой, если только ему не мешают преследовать свои идеи. Он не видит (то что нужно и видит чего нет), когда его грабят с тыла и вредят ему в практическом отношении (не успеют). Его отношение к объекту является второстепенным, а объективная оценка продукта остаётся бессознательной. Так как он додумывает проблемы по возможности до конца, то он осложняет их и поэтому остаётся в плену у всевозможных сомнений. Насколько ему ясна (?) внутренняя структура мыслей, настолько же ему неясно, куда и как они могут быть приспособленны к действительному миру. Он с трудом может допустить (он и не допускает), что вещи, ясные для него, могут быть неясными для других. Его стиль обременён добавлениями, ограничениями, предосторожностями, сомнениями, проистекающими из умственной осторожности. Работа у него идёт с трудом (поэтому он идёт в чиновники). Он или молчалив, или наталкивается на людей, которые его не понимают, таким путём он собирает доказательства непроходимой глупости людей. Если его случайно поймут, тогда он впадает в легковерную переоценку. Он легко становится жертвой честолюбивых женщин, умеющих эксплуатировать его критическую беспомощность по отношению к объекту, или же из него развивается холостяк-мизантроп с сердцем ребёнка (Идиот Достоевского). Часто и его внешняя повадка бывает неловкой, педантически заботливой, как бы не обратить на себя чрезмерного внимания (в роли подчинённого), или же необычайно беспечной, детски-наивной (в роли начальника или хозяина). В сфере специальных работ он вызывает самое резкое противоречие, с которым он не умеет ничего сделать, если только он не позволит примитивному аффекту вовлечь себя в полемику, столь же едкую, сколь и бесплодную (корпоративная этика современных чиновников). В более широком кругу его считают бесцеремонным и самовластным. Чем ближе его узнают, тем благоприятнее суждение о нём, и ближайшие к нему умеют ценить его интимность (если она ещё осталась). Стоящим дальше он кажется щетинистым, неприступным и надменным, нередко так же озлобленным – вследствие его неблагоприятных для общества предрассудков (!). В качестве педагога он не имеет большого влияния (большинство преподавателей), так как он не знает (и знать не хочет) ментальности учеников. Да и преподавание не интересует его, разве только если оно станет для него теоретической проблемой (или средством выживания). Он плохой преподаватель – во время преподавания он размышляет о материале преподавания (или об оплате) и не довольствуется изложением его. С усилением его типа убеждения его становятся всё более косными и негибкими. Чужие влияния исключаются. С одной стороны, лично он становится несимпатичнее для тех, кто дальше, с другой стороны, он становится зависимее от близких. Его речь становится более личной, более неестественной, его идеи углубляются, но в имеющемся ещё материале не находят больше достаточного выражения. Недостаток возмещается эмотивностью и чувствительностью (которая выливается на других). Чужое влияние, которое он извне резко отклоняет, нападает на него изнутри, со стороны бессознательного, и он принуждает собирать доказательства против него, против вещей, которые посторонним кажутся излишними (и грязными). В следствии недостатка отношения к объекту, его сознание субъективируется, то ему кажется наиболее важным то, что втайне больше всего касается его личности. И он начинает смешивать свою субъективную истину со своей личностью (государственный или общественный карман со своим). Он лично ни на кого не будет производить давления в пользу своих убеждений, но он ядовито и лично (исподтишка) набросится на всякую, даже самую справедливую критику (!!). Этим он постепенно и во всех отношениях изолирует себя. Его первоначально оплодотворяющие идеи (в начале карьеры) становятся разрушительными (для социума), они отравлены осадком горечи. По мере внешнего изолирования (недоступность социальных учреждений) в нём растёт борьба с бессознательными влияниями, которые понемногу начинают парализовать его (и всю систему). Повышенная склонность к уединению должна защитить его от бессознательных воздействий (просьб, заявлений, предложений), однако она ещё глубже вводит его в конфликт, который внутренне изнуряет его. Мышление интровертного типа направлено позитивно и синтетично к развитию идей, которые всё более приближаются к вечной значимости исконных образов. Но если их связь с объективным опытом ослабевает (или полностью отсутствует), они становятся мифологическими и для данного (и для будущего) времени неистинными. Для современника это мышление ценно до тех пор, пока оно находится в ясной и понятной связи с фактами, известными в данное время. Если мышление становится мифологическим, оно становится безразличным и вращается в самом себе (искусство для искусства; наука для науки). Противостоящие этому мышлению сравнительно бессознательные функции чувствования или интуирования, или ощущения неполноценны (что мешает развить) и имеют примитивно экстравертный характер. Этой бессознательной экстравертности следует приписать все тягостные влияния со стороны объекта, которым подвержен интровертный мыслительный тип. Меры самообороны и защиты сооружения (не мир, но холодная война), которыми такие люди окружают себя, достаточно известны. Всё это служит для отражения «магических» воздействий; сюда же относится и страх перед женским полом (это и есть краеугольный камень – камень преткновения, о который всё разбивается и будет разбиваться впредь).

ИНТРОВЕРТНЫЙ ТИП. К.Г.ЮНГ и Ко. Бессознательная установка.
Преобладание (субъективного) фактора в сознании означает недооценку (объективного) фактора. (Объект) не имеет того значения, которое ему подобало бы иметь. В (экстравертной) установке объект играет слишком большую роль, так в (интровертной) установке он не имеет достаточного голоса (или-или). По мере того, как сознание (интровертного) субъективируется и отводит эго неподобающее значение, (объекту) противопоставляется позиция, которая оказывается надолго (!) несостоятельной. Объект есть величина, имеющая несомненную силу (многолетнее наследство природы), тогда как эго есть нечто весьма ограниченное и неустойчивое (новое; молодое; юное с возможностью становления и выравнивания). Совсем другое дело, если объекту противопоставляется самость (внутренний объект). Самость и мир суть величины соизмеримые (имеющие общую длительность сосуществования). Нормальная (интровертная) установка имеет такое же право на существование и такое же значение, как и нормальная (экстравертная) установка. Но если эго (ещё не развитое) приняло на себя притязания субъекта, то в качестве компенсации возникает бессознательное усиление влияния объекта (выравнивание). Эта перемена обнаруживается в том, что, несмотря на иногда прямо-таки судорожное усилие (однонаправленное), направленное на то, чтобы обеспечить за эго (раньше срока) преобладание, объект и объективно данное оказывают слишком сильное влияние, которое оказывается тем более непобедимым, что оно овладевает индивидом и вследствие этого навязывается сознанию с непреодолимой силой. Вследствие неудовлетворительного (!) отношения эго к объекту, - ибо желание господствовать не есть приспособление (адаптация), - в бессознательном возникает компенсирующее отношение к объекту, которое в сознании утверждается как безусловная (?) и не поддающаяся подавлению (!) привязанность к объекту. Чем больше эго старается обеспечить за собой всевозможные свободы, независимость, отсутствие обязательств и всяческое преобладание (силовым путём), тем более оно попадает в рабскую зависимость от объективно данного. Свобода духа заковывается в цепи унизительной финансовой зависимости; независимый образ действий раз за разом уступает, сломленный общественным мнением (!), моральное превосходство попадает в болото малоценных отношений, властолюбие завершается жалобной тоской – жаждой быть любимым (временное и вечное). Бессознательное печётся прежде всего об отношении к объекту и таким образом, который способен самым основательным образом разрушить в сознании (ошибочную) иллюзию власти и фантазию (фантазму) превосходства (безосновательного). Объект принимает ужасающие размеры, несмотря на сознательное (?) уничижение его. Эгоначинает ещё сильнее работать над отрывом от объекта и стремится к властвованию над ним. Эго окружает себя форменной (формальной) системой страхующих (?!) средств (Адлер), которые стараются сохранить хотя бы иллюзию преобладания. Но этим интровертный отделяет себя от объекта и истощается, в изыскании оборонительных (!) мер, в бесплодных попытках импонировать объекту и проложить себе дорогу (Хабард). Эти усилия постоянно пересекаются с подавляющими впечатлениями, которые он получает от объекта. Против его (?) воли объект настойчиво импонирует ему, он вызывает в нём (внешнее воздействие на внутреннюю готовность) самые неприятные и длительные аффекты и преследует его на каждом шагу. Он постоянно нуждается в огромной внутренней работе (один из малоэффективных способов избавления от излишней энергии), чтобы быть в состоянии держаться. Типичной для него формой невроза является психастения, болезнь, отличающаяся большой сенситивностью, большой истощаемостью и хроническим утомлением (истощение и утомление часть нормального процесса). Анализ личного (?) бессознательного даёт множество властолюбивых фантазий, соединённых со страхом перед могущественно оживлёнными объектами, жертвой которых (интроверт) легко и становится. Из боязни перед объектами развивается своеобразная трусость (присущая всей стране, нации, народности при оболванивающей стандартизации), мешающая отстаивать себя или своё мнение. Такой человек (социум) боится усиленного влияния со стороны объекта. На него наводят ужас потрясающие аффекты окружающих его лиц (организаций), и он еле может удержаться от страха при мысли подпасть под чужое (незнание) влияние. Объекты имеют в его глазах ужасающие, мощные свойства, которые он сознательно не может подметить в них, но которые он воспринимает через бессознательное. Так как сознательное (!) отношение к объекту вытеснено (!), то оно проходит через бессознательное, где оно снабжается его качествами. Эти качества инфантильно-архаические (глас инфантильно-архаического народа – глас инфантильно-архаического бога). Его отношение к объекту (политики и толпа) становится примитивным и принимает все особенности, характеризующие примитивное отношение к объекту. Объект наделяется магической силой (позитивной или негативной, для созидания или разрушения). Незнакомые, новые объекты вызывают страх и недоверие, как если бы они таили в себе неведомые опасности (детские неизжитые страхи). Старые, традиционные объекты привязаны (прикованы) к его душе невидимыми нитями. Каждая перемена представляется нарушением или даже прямой опасностью, ибо она свидетельствует о магической одушевлённости объекта. Идеалом становится одинокий остров, где движется только то, чему позволено двигаться (СССР и железный занавес). Возможность заглянуть в эту сторону (интровертного) состояния души и раскрыть скрытую за ним символику коллективного бессознательного, она принадлежит не только типу, а является общераспространённой (групповой).
МЫШЛЕНИЕ.
(Интровертное) мышление ориентируется прежде всего на субъективном факторе. Субъективный фактор представлен субъективным чувством направленности, которое определяет суждение (!). Иногда масштабом служит и готовый (бессознательный) образ. Мышление может быть занято конкретными или абстрактными величинами, но в решительный момент оно всегда ориентируется на (субъективно) данном. Из конкретного опыта оно не ведёт обратно к объективным вещам, а к субъективному содержанию. Внешние факты не являются причиной и целью этого мышления(хотя интровертный очень часто хотел бы придать мышлению такой вид), но это мышление начинается в субъекте и приводит обратно к субъекту (цель внутри субъекта – наладка, настройка, преобразование и т.д.), даже если оно делает широкие экскурсы в область реальных фактов. Оно в деле установления фактов имеет косвенную ценность, оно передаёт новые воззрения (!) и знание новых фактов (!). Оно выдвигает вопросы и теории, оно открывает перспективы и направляет взор вглубь (!!), но к фактам оно относится со сдержанностью. Оно принимает их в качестве иллюстрирующих примеров, однако они не должны преобладать (в данном процессе). Оно собирает факты в качестве доказательств (вплоть до подгонки), и никогда (?) ради их самих. Если это случается, то в виде комплимента (комплиментарность) в сторону (экстравертного) стиля. Факты имеют второстепенное значение, а преобладающую ценность (первичность) имеет развитие и изложение (субъективной) идеи, (определённой части) изначального символического образа, который более или менее вырисовывается перед внутренним взором. Оно не стремится к мысленной конкретной (!) действительности, а к претворению (цельного) тёмного образа в ясную (цельную) идею. Оно хочет достигнуть фактической действительности (эффект присутствия), оно хочет видеть (!) внешние факты, как заполняющие рамку идеи, а творческая сила проявляется в том, что оно способно создать и ту идею, которая не была заложена во внешних фактах (!), и всё же является самым подходящим абстрактным выражением их, и задача исполнена, если созданная идея представляется (или является) исходящей из внешних фактов и если она может быть доказана ими в верности. Но сколь мало удаётся экстравертному мышлению (к сожалению) извлекать из конкретных фактов прочное опытное понятие или создавать новые факты, столь же мало (!) удаётся интровертному мышлению претворять изначальный образ в приспособленную к фактам (практическую) идею. Как чисто эмпирическое накопление фактов (в 99%) (пресловутое стремление к увеличению памяти) калечит мысль и душит смысл, так интровертное мышление обнаруживает опасную склонность (возможно на безрыбье, как вынужденный ответ) втискивать факты в форму образа или, игнорировать их, чтобы иметь возможность развернуть фантастический образ. В этом случае изображённая идея не сможет скрыть происхождения из тёмного архаического образа (как-то религия). Ей будет свойственна мифологическая черта, которую можно истолковать как оригинальность, как причудливость, ибо её архаический характер не виден для учёного (?) специалиста, не знакомого с мифологическими мотивами (глубоко зарытыми или лежащие на поверхности). Субъективная убедительность такой идеи бывает велика, тем более велика, чем менее она входит в соприкосновение с внешними фактами (религия и быт). Представителю идеи кажется (?), будто скудный фактический материал является основанием и причиной достоверности и значимости идеи, на самом деле это не так. Идея извлекает убедительность из бессознательного архетипа (прихожан, слушателей, зрителей), который имеет всеобщее значение и истину и будет истинным вечно. Однако истина столь всеобща и столь символична, что ей всегда нужно (кому нужно если всем не нужно) сначала вплестись в признанные или способные быть признанными познания данного момента (неандертальцы в двадцать первом веке), для того чтобы стать практической (!) истиной, имеющей жизненную ценность, познаваема в практических причинах и практических действиях (!!). Это мышление легко теряется в необъятной истине субъективного (частного) фактора. Оно создаёт теории ради теории, как будто имея в виду действительные или возможные факты (НИИ), с явной наклонностью перейти от идейного к чисто образному (как исключение). Таким путём возникают воззрения, располагающие многими возможностями (!), из которых ни одна не становится действительностью (?), создаются образы, которые не выражают больше никакой внешней действительности, а являются ещё только символами того, что непознаваемо (псевдоакадемики). Это мышление становится мистическим и настолько же бесплодным, как мышление, разыгрывающееся исключительно в рамках объективных фактов. Последнее опускается на уровень простого представления фактов, так первое улетучивается, превращаясь в представление непредставимого, находящегося по ту сторону всякой образности (продукция псевдонауки). Представление фактов имеет неоспоримую истинность, ибо субъективный фактор исключён и факты доказываются из самих себя. Так же и представление непредставимого имеет субъективно непосредственную, убеждающую силу и доказывается собственной наличностью (право на существование). Доведённое до крайности интровертное мышление доходит до очевидности собственного субъективного бытия (от зарплаты до зарплаты); экстравертное мышление – до очевидности полного тождества с объективным фактом. Последнее полным растворением в объекте, отрицает само себя, так первое отрешается от всякого содержания и довольствуется только наличностью (?). В обоих случаях ход жизни вытесняется этим из функций мышления в область других психических функций, которые до тех пор существовали в сравнительной неосознанности (!). Чрезвычайное оскудение интровертного мышления в отношении объективных фактов компенсируется обилием бессознательных фактов (кандидатские, докторские). Чем более сознание вместе с функцией мысли ограничивается самым малым и по возможности пустым кругом, который содержит в себе всю полноту Божества (божественности), тем более бессознательная фантазия обогащается множеством архаически оформленных фактов, пандемониумом (адом, местообиталищем демонов) магических и иррациональных величин, принимающих особые лики, смотря по характеру той функции, которая прежде других сменяет функцию мышления в качестве носительницы жизни. Если это интуитивная функция, то «другая сторона» рассматривается глазами Кубина или Мейринка. Если это функция чувства, то возникают неслыханные доселе, фантастические, чувствующие отношения и чувствующие суждения, имеющие противоречивый и непонятный характер. Если это функция ощущения, то внешние чувства открывают нечто новое, доселе никогда не испытанное, как в собственном теле, так и вне его (НЛО и мистические программы). Внимательное исследование этих изменений устанавливает выступление примитивной психологии со всеми её признаками (с момента перестройки по сю пору). Испытанное не только примитивно, но и символично; и чем старше и первобытнее, тем истиннее оно для будущего (если будет замечено и оценено). Всё древнее в бессознательном (низ социальной прослойки) подразумевает грядущее. При обыкновенных (?) условиях не удаётся даже переход на «другую сторону», не говоря уже о спасительном проходе через бессознательное (всё невозможное возможно). Переходу мешает сознательное противление против подчинения (?) эго бессознательной фактической действительности и обуславливающей реальности бессознательного объекта. Такое состояние есть диссоциация: невроз, имеющий характер внутреннего (для социума – внешнего) изнурения и прогрессивного мозгового (дума и политики) истощения, - характер психастении. (Если не делать то, что надо делать, то это будет делаться, но где? и как? Расхлёбывать нашим детям).

ИНТРОВЕРТНЫЙ ТИП. К.Г.ЮНГ и Ко.
ОБЩАЯ УСТАНОВКА СОЗНАНИЯ.
Интровертный тип отличается от экстравертного тем, что он ориентируется преимущественно не на объект и не на объективно данном, как экстравертный, а на субъективных факторах.(И один и другой могут ориентироваться как по объекту и субъекту во вне, так и по объекту и субъекту из нутри).У интровертного между восприятием объекта и его собственным действием вдвигается субъективное мнение (или объективное), которое мешает (или содействует) действию принять характер, соответствующий (объективно) данному. Это специальный случай. Найти общие формулировки! * Интровертное сознание видит внешние условия, но выбирает в качестве решающей (субъективную) детерминанту. Этот тип руководствуется тем фактором восприятия и познания, который представляет собою (субъективную) предрасположенность, воспринимающую чувственное раздражение. Два лица видят один и тот же объект, но они никогда не видят (к сожалению) его так, чтобы оба воспринятые ими образа были (абсолютно) тождественны. Независимо (зависимо) от различной остроты органов чувств и личного подобия (!) существует ещё глубоко проникающие различия в способе (!) и в мере (!) психической ассимиляции перцепированного образа. Тогда как экстравертный тип всегда преимущественно ссылается на то, что приходит к нему от (внешнего) объекта, интровертный опирается преимущественно на то, что привносит к констеляции от себя внешнее впечатление в субъекте. Различие может быть очень тонким, но во всей совокупности психологической (и физиологической) экономии оно становится в высшей степени заметным (или незаметным), в особенности по тому эффекту, которое оказывается на эго, в форме резервата личности (скрытые резервные мало или совсем не используемые) возможности. Принципиально вводящим в заблуждение и обесценивающим то мнение, которое характеризует эту установку как себялюбивую или автоэротическую, эгоцентрическую, или субъективистскую или эгоистическую. Оно соответствует предубеждению (экстравертной) установки по отношению к природе интроверта (другой установки). * Восприятие и познавание обусловлено не только объективно, но и субъективно. Мир существует не только сам по себе, но и так, как он мне (нам) является. У нас нет критерия (к трагическому сожалению), который помог бы нам судить о таком мире, который был бы не ассимилируем для субъекта. Упустить из виду субъективный фактор значило бы отрицать великое сомнение в возможности (приближении) абсолютного познания. Это путь пустого и пошлого позитивизма, и к той интеллектуальной нескромности, которая предшествует грубости чувств и столь же тупоумной, сколь и претенциозной насильственности. Переоценивая способность к объективному познанию, мы (западники) вытесняем значение субъективного фактора, и даже прямо значение субъекта, как такового. НО что такое субъект? Субъект есть человек, субъект (государство) – это мы. Ненормально забывать, что у познания есть субъект и что нет познания, нет и мира (Я есмь; Мир есмь – вторая фаза развития), если кто-нибудь не говорит: Я познаю, тем самым уже высказывается субъективная ограниченность (или расширенность) всякого познания. Это относится и ко всем психическим функциям: они имеют субъекта (ценность субъекта ниже объекта; ценность субъекта выше объекта), который так же неизбежен, как и объект. Для нашей (западной) современной экстравертной оценки характерно, что слово «субъективно» звучит как порицание (так же как и при строительстве коммунизма в России); а выражение «чисто субъективно» имеет значение опасного оружия, предназначенного для удара («у страха глаза велики»)по тому, кто не всецело убеждён в безусловном превосходстве объекта. Необходимо выяснить, что разумеется в исследовании под выражением «субъективно». (Субъективный) фактор – психологический акт или реакция которые сливаются с воздействием (объекта) и дают начало новому психическому факту. Поскольку (субъективный) фактор издревле и у всех народов остаётся в высокой мере тождественным с самим собою, - ибо элементарные (!) восприятия и познания являются повсюду и во все времена одними и теми же, постольку он оказывается такой же укоренившейся реальностью, как и (внешний) объект. Не будь это так, совсем нельзя было бы говорить о какой-либо длительной и остающейся равной себе действительности, а соглашение с традициями было бы невозможным делом (что и происходит повсюду). (Субъективный) фактор есть столь же неумолимо данное, как протяжённость моря и радиус земли, постольку и (субъективный фактор) притязает на все значение мироопределяющей величины, которая никогда и нигде не может (не должна) быть скинута со счёта. (Субъективный) фактор есть второй (первый) мировой закон, и тот, кто основывается на нём, тот имеет столь же верную, длительную и значащую основу (!), как и то, кто ссылается на (объект). Но как объект и объективно данное не остаются всегда неизменными, они подвержены бренности, равно как и случайности, так и субъективный фактор подлежит изменчивости и индивидуальной случайности (есть вечные величины). И ценность его оказывается относительной (относительное относительно; вечное вечно). * Чрезмерное развитие интровертной (экстравертной) точки зрения в сознании ведёт не к лучшему (!) и более значительному (!) использованию субъективного (объективного) фактора, но к искусственному субъектированию (объективированию) сознания, которое уже нельзя не упрекнуть в том, что оно «чисто субъективно» («чисто объективно»). Таким путём возникает противоположность тому сознательному освобождению сознания от субъективности (от объективности), которое встречается в преувеличенно экстравертной (интровертной) установке, заслуживающей определения «себяненавистнической». (Интровертная) установка опирается на всюду наличное, в высшей степени реальное и абсолютно неизбежное условие психологического (и физиологического) приспособления, то такие выражения, как «себя-любиво», «эгоцентрично» и т.п., являются неуместными и негодными, они вызывают предубеждение, будто речь идёт всегда (!) только (!) о нашем любезном эго. Ничто не может быть превратнее такого предположения. Однако с ним встречаешься при исследовании суждений экстравертного об интровертном (и наоборот). Это не ошибка (!) каждого отдельного (!) (экстравертного) человека, а общераспространённое (!!) в наше время (прошлое, настоящее, будущее) (экстравертное) воззрение, которое не ограничивается (экстравертным) типом, а имеет столько же представителей и в другом типе, выступающим таким образом вполне против себя же самого. К этому последнему относится упрёк в том, что он изменяет своему собственному роду (женщины в мужских системах; экстраверты в интровертных системах Востока; интроверты в экстравертных системах Запада), тогда как первый тип не подлежит (зло возникает с двух сторон; исчезает, так же с двух сторон) этому упрёку. В норме (интровертная) установка следует наследственно данной психологической структуре, величина присущая субъекту от рождения. Её не следует отождествлять с эго субъекта, что имеет место при вышеупомянутых определениях. Она есть психологическая (и физиологическая) структура субъекта до всякого развития его эго (эго развивается с момента зачатия). Подлинный, лежащий в основе субъект, а именно самость (мировая сокровищница), гораздо шире по объёму, нежели эго. Самость включает (объединяет) в себя и бессознательное (всю страну), тогда как эго есть центральный пункт сознания (столица). Если бы эго было тождественно с самостью, то непонятно, каким образом мы в сновидениях выступаем в иных формах и значениях. Для (интровертного) является характерной особенностью то, что он, следуя столь же своей (?) собственной (?) склонности, сколько и общему предрассудку, смешивает своё эго со своей (??) самостью и возводит эго в субъекта психологического процесса, чем он как раз и осуществляет вышеупомянутое болезненное (субъективирование) своего сознания, которое отчуждает его от (объекта). Психологическая структура есть коллективное (структура) бессознательное. Индивидуальная самость есть часть, или отрезок, или представитель (!) разновидности которая имеется всюду, во всех живых (!) существах, в соответственных градациях, и которая врождена каждому (живому) существу. Врождённый способ действия – инстинкт или влечение; способ психического (духовного и физического) постижения объекта – архетип (трёхсоставной). Под архетипом следует разуметь «первичный» или «исконный образ». Архетип есть символическая формула, которая (постоянно развиваясь) начинает функционировать всюду там, где или ещё (или уже) не существует сознательных понятий (или необходимых модификаций), или же где таковые по внутренним или внешним основаниям вообще (!?) невозможны. Содержания коллективного бессознательного представлены в сознании как ярко (чаще, как еле) выраженные склонности и понимание вещей. Они воспринимаются индивидом, как обусловленные (объектом), что ошибочно, они имеют источником бессознательную структуру психики, а воздействие (объекта) их только вызывает. Эти субъективные (внутренне объективные) склонности и понимание сильнее, чем влияние объекта. Их психическая ценность выше, так что он становится над всеми впечатлениями. Как интроверту непонятно, почему решающим всегда должен быть объект, так для экстраверта остаётся загадкой, почему субъективная точка зрения должна стоять выше объективной ситуации. В нём неизбежно возникает предположение, что интроверт есть или возмечтавший о себе эгоист, или доктринёр-мечтатель. Гипотеза - интроверт находится под влиянием бессознательного комплекса вины. Этим предрассудкам интроверт идёт навстречу тем, что его определённый и сильно обобщающий способ выражаться, исключающий (!) с самого начала (!) всякое другое мнение, потворствует экстравертному предрассудку. Достаточно одной решительности и непреклонности (субъективного) суждения, априори (!) ставящего себя над всем (объективно) данным, чтобы вызвать впечатление сильного эгоцентризма. Против этого предрассудка у интровертного нет верного аргумента: он не знает (!) о бессознательных, но общезначимых (!) предпосылках своего (субъективного) суждения или своих (субъективных) восприятий. Он ищет вне сознания, а не за сознанием (и не в сознании). Если он страдает неврозом, то это равносильно полному бессознательному тождеству эго с «самостью» , значение самости понижается до нуля, а эго безмерно распухает (гигантомания). Несомненная, мироопределяющая сила (субъективного) фактора втискивается в эго, что ведёт к безмерному притязанию на власть и к неуклюжему эгоцентризму (чем меньше и ничтожней, те более). Всякая психология, которая сводит сущность человека к бессознательному влечению к власти, имеет источником это начало. Безвкусицы Ницше – субъективация сознания.

ИНТУИЦИЯ. К.Г.ЮНГ. и Ко.
Интуиция, как функция бессознательного восприятия, обращена в экстравертной (интровертной) установке всецело на внешние (внутренние) объекты. Интуиция есть бессознательный процесс, её очень трудно постигать сознанием. В сознании интуитивная функция представлена в виде выжидательной установки, созерцания и всматривания. Только последующий результат может установить, сколько было всмотрено в объект и сколько было в нём заложено. Ощущение, если оно имеет примат, не есть только реактивный, безразличный для объекта процесс, а есть активность, захватывающая объект и придающая ему форму, так и интуиция не есть только восприятие, только созерцание, но активный, творческий процесс, который столько же вносит в объект, сколько извлекает из него. Как он бессознательно извлекает своё воззрение, так он, бессознательно же, производит некое действие в объекте. Первичная функция интуиции заключается в простой передаче образов или наглядных представлений об отношениях и обстоятельствах, которые с помощью других функций или совсем недостижимы, или могут быть достигнуты лишь на далёких окольных путях. Эти образы имеют ценность определённых познаний, которые решающим образом влияют на деятельность, поскольку главный вес принадлежит интуиции. В этом случае психическое приспособление основывается почти исключительно на интуиции. Мышление, чувство и ощущение оказываются сравнительно вытесненными, причём больше всего этому подвергается ощущение, потому, что оно, в качестве сознательной чувственной функции, более всего мешает интуиции. Ощущение нарушает чистое, непредвзятое, наивное созерцание назойливыми чувственными раздражениями, которые направляют взор на физическую поверхность, на те вещи, за которые интуиция старается проникнуть. Интуиция направляется преимущественно на объект, то она приближается к ощущению, ибо выжидательная установка, обращённая на объекты, может со столь же большой вероятностью пользоваться и ощущением. Но для того чтобы интуиция могла осуществиться, ощущение должно быть в большой мере подавлено. Под ощущением можно разуметь простое и непосредственное чувственное ощущение, как резко очерченную физиологическую и психическую данность. Это надо с самого начала отчётливо установить, ибо, если спросить интуитивного, по чему он ориентируется, он начнёт говорить о вещах, которые как две капли воды похожи на чувственные ощущения. Он будет даже часто пользоваться выражением ощущение. У него есть ощущения, но он ориентируется не по самим ощущениям; они являются для него лишь точкой опоры для созерцания. Они выбраны им на основании бессознательной предпосылки. Главный вес принадлежит не самому физиологически сильному ощущению, но какому-нибудь другому, которое значительно повышается в своей ценности благодаря бессознательной установке интуитивного человека. От этого оно получает, при известных условиях, главную ценность, и его сознанию представляется так, будто оно есть чистое ощущение. Но это не так. Ощущение стремится достигнуть самой подлинной фактичности, потому что лишь этим вызывается видимость полной жизни, так интуиция стремится ухватить наибольшую полноту возможностей, ибо созерцание возможностей наиболее удовлетворяет интуицию. Интуиция стремится к открытию возможностей в объективно данном, поэтому она, в качестве добавочной, подчинённой функции является тем вспомогательным средством, которое действует автоматически, когда ни одна из других функций не способна открыть выход из положения, со всех сторон загороженного. Если примат принадлежит интуиции, то все обыкновенные жизненные ситуации представляются так, как если бы они были замкнутыми пространствами, которые интуиция должна отомкнуть. Она постоянно ищет исходов и новых возможностей внешней (внутренней) жизни. Каждая жизненная ситуация в самый краткий срок становится для интуитивной установки тюрьмой, гнетущей цепью, заставляющей искать освобождения и разрешения. Временами объекты представляются преувеличенно ценными, тогда, когда им предстоит служить разрешению, освобождению, нахождению новой возможности. Но стоит им сослужить свою службу в качестве новой ступени или моста, как они лишаются всякой ценности и отбрасываются в качестве обременительного придатка. Факт имеет значение лишь постольку, поскольку он открывает новые возможности, уходящие за пределы самого факта и освобождающие от него индивида. Всплывающие возможности суть принудительные мотивы, от которых интуиция не может уклониться и для которых она жертвует всем остальным.
Интуитивный тип.
Там, где преобладает интуиция, обнаруживается своеобразная психология. Так как интуиция ориентируется по объекту, то заметна сильная зависимость от внешних (внутренних) ситуаций. Род этой зависимости отличается от зависимости ощущающего типа. Интуитивный никогда не находится там, где пребывают общепризнанные реальные ценности, но всегда там, где имеются возможности. У него тонкое чутьё для всего, что зарождается и имеет будущее. Он никогда не находится в условиях устойчивых, имеющих общепризнанную, но ограниченную ценность. Так как он всегда находится в поисках за новыми возможностями, то в устойчивых условиях он рискует задохнуться. Он очень интенсивно берётся за новые объекты и пути, подчас даже с чрезвычайным энтузиазмом, но, как только размер их установлен и нельзя уже предвидеть в дальнейшем их значительного развития, он тотчас же хладнокровно бросает их без всякого пиетета и больше не вспоминает о них. Пока существует какая-нибудь возможность, интуитивный прикован к ней силой рока. Вся его жизнь растворяется в новой ситуации. Он только что достиг поворота в своей жизни и он, отныне, не способен ни мыслить, ни чувствовать ничего другого. Как бы это ни было разумно и целесообразно и если бы даже всевозможные аргументы говорили в пользу устойчивости, ничто не удержит его от того, чтобы в один прекрасный день не усмотреть тюрьму в той самой ситуации, которая казалась ему освобождением и спасением. И сообразно с этим он и начинает поступать с нею. Ни разум, ни чувство не могут его удержать или отпугнуть от новой возможности, даже если она идёт вразрез с его прежними убеждениями. Мышление и чувствование, эти неизбежные компоненты убеждения, являются у него менее дифференцированными функциями, которые не имеют решающего веса и поэтому не способны противопоставлять силе интуиции упорное сопротивление. Только эти функции могут действенно компенсировать примат интуиции, давая интуитивному суждение, которое он, как тип, лишён. Мораль интуитивного не интеллектуальна и не чувствительна; у неё своя собственная мораль: верность созерцанию и добровольное подчинение его власти. ОН мало считается с благополучием окружающей среды, физическое благосостояние окружающих, как и его собственное, не является для него веским аргументом. Столь же мало у него уважения к убеждениям и жизненным привычкам окружающих, так что его считают безнравственным и беззастенчивым авантюристом. Он охотно берётся за профессии, где он может развить свои способности, наиболее многосторонне. К этому типу принадлежат биржевые дельцы, акулы бизнеса, продюсеры, политики и т.д. Этот тип чаще встречается среди женщин. Интуитивная деятельность обнаруживается меньше в профессиональной сфере, чем в общественной жизни. Такие женщины умеют использовать все социальные возможности, завязывать общественные связи, разыскивать мужчин, располагающих возможностями, чтобы снова всё бросить ради новой возможности. Такой тип имеет чрезвычайное значение как в народном хозяйстве, так и в строительстве культуры. Если у него хорошие задатки, если установка его не слишком эгоистична, то он может оказать необыкновенные услуги в качестве инициатора или поборника начинаний. Он естественный ходатай всякого, имеющего будущность, меньшинства. Если он установлен не столько на вещи, сколько на людей, предугадывая, постигает в них способности и полезности, то он способен создавать людей. Никто не может лучше подбодрить ближних или воодушевить на новое дело, даже если он бросит его уже завтра. Чем сильнее интуиция. Тем более эго сливается с увиденной возможностью. Он оживляет её, он выводит её наглядно и с убеждающей теплотой, он воплощает её. Это не актёрство, это судьба.
Такая установка имеет свои большие опасности. Интуитивный слишком легко растрачивает свою жизнь, он оживляет людей и вещи и распространяет вокруг себя некую полноту жизни, которую проживает не он, а другие. Если бы он мог остаться у дела, то пожал бы и плоды своего труда; но ему слишком скоро приходится мчаться за новой возможностью и покидать свои, только что засаженные поля, с которых другие соберут урожай. В конце концов он уходит ни с чем. Но если интуитивный доходит до этого, то и бессознательное его восстаёт против него. Бессознательное интуитивного имеет некоторое сходство с бессознательным ощущающего типа. Мышление и чувственный процесс сравнительно вытеснены у него и образуют в бессознательном инфантильно-архаические мысли и чувства, которые можно сравнить с таковыми же у противоположного типа. Они проявляются также в форме интенсивных проекций и оказываются столь же нелепыми, как и проекции ощущающего типа; но только они лишены мистического характера; они касаются конкретных, квази-реальных вещей, как то: сексуальность, финансовые и другие предвосхищения, например предчувствие болезни. Это различие возникает из вытесненных ощущений реальности. Эти последние обнаруживаются также и в том, что интуитивный внезапно пленяется в высшей степени неподходящей женщиной, или женщины неподходящим мужчиной, вследствие того обстоятельства, что эти лица затронули в нём (в ней) архаическую сферу ощущений. Из этого вырастает бессознательная навязчивая прикреплённость к объекту, отличающаяся несомненной безнадёжностью. Симптом навязчивости характерен для этого типа. Он претендует на такую же свободу и не связанность, как и ощущающий тип, ибо он подвергает свои решения не рациональному суждению, а исключительно и единственно восприятию случайных возможностей. Он освобождает себя от ограничений, идущих от разума, и поэтому в неврозе подпадает под власть бессознательного принуждения, умничанья, педантического резонёрства и навязчивой привязанности к ощущению объекта. Сознательно он обращается с ощущением и с ощущаемым объектом свысока, с чувством собственного превосходства и беззастенчиво. Он не считает себя беззастенчивым и вышестоящим, но он не видит объекта, который все могут видеть, и проходит мимо него, подобно ощущающему типу; но только последний не видит души объекта. За это объект впоследствии мстит и притом в форме ипохондрических навязчивых идей, фобий и всевозможных нелепых телесных ощущений.

ИРРАЦИОНАЛЬНЫЕ ТИПЫ. К.Г.ЮНГ и Ко.
Они основывают весь свой образ действия не на суждении разума, а на абсолютной (минимально относительной) силе восприятия. Их восприятие обращено на то, что происходит (частично) и что не подлежит (?) выбору на основании суждения. В этом отношении иррациональные типы имеют превосходство (только частичное) над рациональными типами суждения (как рациональные над иррациональными только в части). (Объективно) происходящее закономерно и случайно. Поскольку оно закономерно – оно доступно (в доступной мере современному) разуму; поскольку оно случайно – оно разуму недоступно (тогда чему?). В происходящем мы называем закономерным то, что представляется таковым нашему (?) разуму, и случайно то, в чём мы не можем (или не хотим) открыть закономерности. Постулат универсальной (?) закономерности остаётся постулатом только нашего (!) разума, но отнюдь не является постулатом (наших) функций восприятия. Так как они не основываются на принципе разума и его постулата, то они по существу своему иррациональны (рациональный основывается на рациональном принципе, иррациональный – на иррациональном принципе). Обозначаются типы восприятия по их существу как иррациональные (безымянность). Было бы не верно в силу этого истолковывать эти типы как неразумные, поскольку они ставят суждение ниже (?) восприятия. Они в высокой (в минимальной) степени эмпиричны; они основываются исключительно (!) на опыте, и даже столь исключительно, что их суждение не может поспевать за опытом (при желании поправимо). Несмотря на это функции суждения существуют, но только они влачат бессознательное существование (вне внимания средств массовой информации). Бессознательное, несмотря на оторванность от сознательного субъекта (чиновников и власть имущих), снова проявляется (демонстрации и погромы), и в жизни иррациональных типов замечаются ярко выраженные суждения и акты выбора в форме явного умничанья (политики), бессердечных рассуждений (бизнесмены) и преднамеренного выбора среди людей и ситуаций. Эти черты имеют инфантильный или (и) примитивный отпечаток; они замечательно наивны, беззастенчивы, резки и насильственны. Человеку установленному рациональным, кажется, что эти люди, по их настоящему характеру, рационалистичны и преднамеренны в дурном смысле (ответственность не может быть частичной). Такое суждение применимо к их бессознательному, а не к их сознательной психологии (тут помню, тут нет), которая всецело установлена на восприятие и благодаря (?) (своему) иррациональному существу недоступна (?) для разумного суждения. Рационально установленному может показаться (?), что такое накопление случайностей (мировая проблема накопления не обработанной и не переваренной информации), вообще, не заслуживает названия психологии. За такое обесценивающее суждение иррациональный платит той же монетой (зуб за зуб); он смотрит на рационалиста как на что-то полуживое, единственная (?) жизненная цель которого состоит в том, чтобы налагать цепи (!) разума на всё живое и душить его за горло (ложными и спекулятивными) суждениями. Это резкие крайности, Но. Суждение рационалиста изображает иррационального как рационалиста второго сорта (рационалист – иррационалист второго сорта), если его понимать на основании того, что с ним происходит. С ним происходит не случайное, в этом он мастер; разумное суждение и разумное намерение, вот на что он наталкивается. Для рационального этот факт непостижим, немыслимость которого может сравниться лишь с удивлением иррационального, нашедшего кого-нибудь, кто ставит (мёртвые) идеи (мёртного) разума выше живого и действительного происшествия. Подобное для него невероятно. Он совершено безнадёжен (!), если поднести ему нечто принципиальное в этом направлении. Рациональное объяснение настолько (?) же незнакомо ему и даже противно (!), насколько немыслимо показалось бы рационалисту заключить контракт без обмена мнений и обязательства.* Проблема психических отношений между представителями разных типов. Психическое отношение обозначается термином раппорт. Раппорт состоит в чувстве существующего согласия, несмотря на признанное различие. Даже признание существующих различий, если только оно обоюдное, есть уже раппорт, чувство согласия. Если мы при случае осознаём это чувство в высокой мере, то мы откроем, что это не просто чувство, не поддающееся в своих свойствах дальнейшему анализу, но так же и постижение, или содержание познания, передающее пункты соглашения в мыслительной форме (!). Это рациональное (!) изображение применимо исключительно к рационалисту, а не к иррациональному. Его раппорт основан не на суждении, а на параллельности (!) свершающегося и живых происшествий. Его чувство согласия есть совместное восприятие ощущения или интуиции. Рациональный сказал бы, что раппорт с иррациональным основан на чистой случайности, если случайно объективные ситуации согласуются между собой, тогда и осуществляется нечто (?) вроде человеческого отношения, но никто не знает, каково будет значение и какова длительность этого отношения (??). Для рационалиста мучительна мысль, что отношение длится лишь до тех пор, пока внешние (внутренние) обстоятельства случайно (!) допускают совместимость. Это для него не особенно человечно, тогда как иррациональный именно в этом усматривает особенно красивую человечность. Результат – они смотрят друг на друга как на людей, лишённых отношений, как на людей, на которых нельзя положиться и с которыми совсем невозможно по-настоящему ужиться (!!). К такому результату можно прийти лишь если сознательно попытаться (?) отдать себе отчёт в своих отношениях к ближнему. Но такая психологическая добросовестность не очень обыкновенна (полное отсутствие). Часто, несмотря на абсолютное (?) различие в точках зрения, устанавливается нечто вроде раппорта и притом: первый, с молчаливой проекцией, предполагает, что второй в существенных пунктах имеет такое же мнение; а второй предчувствует или ощущает (объективную) общность, о которой, первый сознательно (!) и представления не имеет, и наличность которой он тотчас же начал бы отрицать (?), так же, как второму никогда и в голову не могло прийти (!), что его отношение покоится на общности мнений. Такой раппорт основан на проекции, которая в последствии становится источником недоразумений. Психическое отношение в экстравертной установке регулируется по объективным факторам, по внешним условиям. То, что человек есть внутри, никогда не имеет решающего значения. Для нашей (Западной; Американской) современной культуры экстравертная установка по отношению к проблеме человеческих отношений является принципиально руководящей. Встречается (?) (присутствует и действует везде и постоянно) и интровертный принцип, но его значение является исключением (??) и апеллирует к терпимости (!!) современного поколения. ( В России действует исключительно неизученный, не понимаемый, пренебрегаемый интровертный принцип – полная противоположность перенимаемой без изменений и адаптаций Западной культуры и цивилизации – результат не предсказуем в полноте негативности).

Ощущающий тип. К.Г.ЮНГ и Ко.
В качестве чувственной перцепции (объективное) ощущение зависит от
объекта. Но оно также естественно зависит и от субъекта, поэтому
существует и субъективное ощущение, которое по роду своему отличается от
объективного ощущения. В экстравертной установке субъективная сторона
ощущения, поскольку речь идёт о сознательном применении его, задержана
или вытеснена. Ощущение, как иррациональная функция, оказывается
сравнительно вытесненным, когда первенство принадлежит мышлению или
чувству. Оно сознательно функционирует лишь в той мере, в какой
сознательная, рассуждающая установка позволяет случайным восприятиям
превращаться в содержания сознания, поскольку она их реализует. Функция
чувственного восприятия абсолютна; всё видится и слышится, поскольку это
физиологически возможно, однако не всё доходит до порога, до которого
перцепция должна достигнуть для того, чтобы она была апперцепирована.
Это изменяется, когда примат не принадлежит никакой иной функции, кроме
самого ощущения. В это случае ничего не исключается и не вытесняется при
ощущении объекта, за исключением субъективной стороны. Те объекты,
которые вызывают наиболее сильное ощущение, являются решающими для
психологии индивида. Возникает ярко выраженная сенсуозная (чувственная)
связанность с субъектом. Ощущение есть жизненная функция, наделённая
самым сильным жизненным влечением. Поскольку объекты вызывают ощущения,
они считаются значительными и, насколько это вообще возможно при
посредстве ощущений, они всецело воспринимаются в сознание, независимо
от того, подходящи они с точки зрения разумного суждения или нет.
Критерием их ценности является единственно та сила ощущения, которая
обусловлена их объективными свойствами. В следствии этого все
объективные процессы вступают в сознание, поскольку они вообще вызывают
ощущения. В экстравертной установке только конкретные, чувственно
воспринимаемые объекты или процессы вызывают ощущения, и притом
исключительно такие, которые каждый повсюду и во все ощутил бы в
качестве конкретных. Индивид ориентирован по чисто чувственной
фактической данности. Функции, слагающие суждения, стоят ниже
конкретного факта ощущения и поэтому имеют свойства менее
дифференцированных функций, отличаются негативностью с
инфантильно-архаическими чертами. Вытеснение сильнее всего поражает ту
функцию, которая противоположна ощущению, а именно функцию
бессознательного восприятия – интуицию.
Нет такого человеческого типа, который мог бы сравниться в реализме (одного момента) с экстравертным ощущающим типом. Его (объективное) чувство факта чрезвычайно развито (на уровне животного). Он в течение жизни (бесконтрольно) накапливает реальные (поверхностные) наблюдения над конкретным объектом и, чем ярче он выражен, тем меньше он пользуется своим опытом (биоробот). В некоторых случаях его переживание вообще не становится тем, что заслуживало бы название опыта. То, что он ощущает, служит ему в лучшем случае проводником (куском провода), ведущим его к новым ощущениям, и всё новое, что входит в круг его интересов, приобретено на пути ощущения и должно служить этой цели. Таких людей будут хвалить, как разумных, поскольку люди (примитивы) склонны считать ярко (?) выраженное чувство чистого (?) факта за нечто очень разумное. В действительности же такие люди отнюдь не очень разумны (если не более), ибо они подвержены (!) ощущению иррациональной случайности так же, как и ощущению рационального свершения. Такой тип – речь часто идёт о мужчинах (в зависимости от коллективной ментальности страны) – не предполагает, что он подвержен ощущению. Напротив, он встретит такое выражение насмешливой улыбкой (или кулаком), как неуместное, ибо для него ощущение есть конкретное (одномоментное) проявление жизни; оно означает для него полноту (?) действительной жизни. Его желание направлено на конкретное (одноразовое) наслаждение, так же как и его моральность (вернее амморальность). Ибо истинное наслаждение иметь свою особую мораль (всё подлое всегда обязательно прикрывается моральностью), свою особую умеренность и закономерность (для самооправдания), свою самоотрешённость и готовность к жертве (лучше кого ни будь другого). Такой человек отнюдь не должен быть (!) чувственным варваром; он может (!) дифференцировать своё ощущение до высшей эстетической чистоты (редчайшее исключение), ни разу не изменив даже в самом абстрактном ощущении своему принципу (объективного) ощущения. Книга Вульфена «Руководство к беззастенчивому наслаждению жизнью» является неприкрашенной исповедью такого типа. На более низкой ступени (большинство или никогда не поднимается или, легко впадает обратно) этот тип является человеком (?) осязаемой действительности (как крокодил), без склонности к рефлексии (!) и без властолюбивых (?) намерений. Его постоянный мотив в том, чтобы ощущать объект, иметь чувственные впечатления и, по возможности, наслаждаться (пока не надоест). Это человек, не лишённый любезности (наносной); напротив, он часто отличается отрадной (?) и живой (?) способностью наслаждаться; по временам он бывает весёлым собутыльником (когда ждёт выгоды), иногда он выступает как обладающий вкусом эстет (для лёгкости приспособления). В первом случае великие проблемы жизни зависят от более или менее вкусного обеда (?), во втором случае он обладает хорошим (присвоенном) вкусом. Если он ощущает, то этим всё существенное для него сказано и исполнено. Для него ничего не может быть выше конкретности и действительности; предложения, стоящие за этим или выше этого, допускаются лишь постольку, поскольку они усиливают ощущение (хлеба и зрелищ). При этом не надо, чтобы они усиливали ощущения в приятном смысле, ибо человек этого типа не простой сластолюбец (садисты гестапо, нквд, палачи), он только желает наиболее сильных ощущений, которые он, согласно с его (?) природой, всегда должен (!) получать (извне). То, что приходит изнутри, кажется ему болезненным и негодным. Поскольку он мыслит и чувствует (суррогаты), он всегда сводит к (объективным) основаниям, к влияниям, приходящим от объекта, не останавливаясь перед самым сильным нажимом на логику (и не только). Осязаемая действительность при всех обстоятельствах даёт ему возможность свободно вздохнуть (без разницы война или мир). В этом отношении он отличается легковерием, превышающим всякое ожидание. Психогенный симптом он, не задумываясь, отнесёт к понижению атмосферного давления (еде, единичному случаю), а наличность психического конфликта представляется ему болезненной мечтой (скандалы, драки,футбольные бои, поджёги машин, магазинов на демонстрациях). Любовь (?) его основывается на чувственных прелестях объекта. Поскольку он нормален (?), постольку он оказывается приноровлённым к данной действительности (пока молодость способна автоматически приспособлять). Его идеалом является фактическая данность, в этом отношении он полон внимания. У него нет идейных идеалов, у него нет и оснований сколько-нибудь чуждаться фактической действительности. Это выражается во всех внешних проявлениях. Он одевается хорошо, соответственно со своими средствами (до тех пор пока запросы умеренные), у него хорошо едят и пьют, удобно сидят, или даётся понять, что его утончённый вкус имеет основание ставить некоторые требования к окружающей среде (вся современная псевдоэлита). Он даже доказывает, что ради стиля безусловно стоит приносить некоторые (?) жертвы.(Принести в жертву всю страну со всем населением ; «после меня хоть потоп»).
Но чем больше ощущение преобладает, так что ощущающий субъект исчезает за чувственным впечатлением, тем неприятнее становится этот тип (временная пьянка и вечное похмелье). Он превращается или в грубого искателя наслаждений, или в беззастенчивого рафинированного эстета (гарантировано всем без исключения). Насколько необходим становится для него тогда объект, настолько же объект и обесценивается как нечто, существующее в себе самом и через себя самого. Объект подвергается вопиющему насилию и выжиманию, ибо он пользуется объектом лишь как поводом (!) для ощущений. Связанность с объектом доводится до крайности. Но и бессознательное лишается компенсирующей роли и вынуждается к явной оппозиции. Прежде всего заявляют о себе вытесненные интуиции и притом в форме проекций на объект. Возникают самые причудливые предчувствия; если речь идёт о сексуальном объекте, то большую роль играют фантазии ревности (из-за собственной несостоятельности и никчёмности), а также и состояние страха. В более тяжёлых случаях развиваются разного рода фобии (наличествует у всех, только в разной степени проявления и незаметного каждодневного вмешательства), и в особенности навязчивые симптомы. Патологические содержания имеют характер ирреальности, с моральной и религиозной окраской (с лёгкой руки художников и религиозных деятелей). Развивается хитрое крючкотворство, мелочная мораль и примитивная, суеверная и магическая религиозность, возвращающаяся (?) к диким ритуалам. Всё это возникает из вытесненных, менее дифференцированных функций, которые резко противостоят сознанию и проявляются тем ярче, что они основаны на нелепейших предположениях (поддерживаемые масмедиа), в полной противоположности с сознательным чувством действительности (кто видел настоящую действительность?). В этой, второй личности вся культура чувства и мышления оказывается («а был ли мальчик») извращённой в болезненную примитивность; разум (где? У кого?) становится умничанием и расходуется на мелочные различения; мораль оказывается праздным морализированием и явным фарисейством; религия превращается (?) в нелепое суеверие; интуиция, этот высокий дар человека, вырождается в личную причуду, в обнюхивание каждого угла и, вместо того чтобы идти в ширь, забирается в теснины слишком человеческой (животной) мелочности. Навязчивый (компульсивный) характер невротических симптомов представляет собой бессознательное восполнение к сознательной моральной непринуждённости, свойственной исключительно ощущающей установке (установке –да; кому то – нет), которая с точки зрения рационального суждения без выбора (любим всех подряд; ненавидим всех подряд) воспринимает всё происходящее. Если даже отсутствие предпосылок у ощущающего типа совсем не означает абсолютной беззаконости или безграничности (с готовностью перешагнуть в любой момент), то всё же у этого типа отпадает очень существенное ограничение, исходящее от суждения. Но рациональное суждение есть некое сознательное принуждение, которое рациональный тип возлагает на себя добровольно (!). Это принуждение обрушивается (если постоянно и во всём опаздывать) на человека ощущающего типа (или на всё население) из бессознательного. Связанность с объектом у рационального типа не имеет столь же большого (преувеличенного) значения, благодаря наличию суждения, как то безусловное (господа !) (из грязи в князи) отношение, в котором ощущающий тип стоит к объекту. Когда (чуть раньше, чуть позже) его установка достигает ненормальной односторонности (!), тогда ему грозит опасность подпасть под власть бессознательного в той мере, в какой он сознательно привязан к объекту. Когда он заболевает неврозом, то его невозможно лечить разумным способом, ибо те функции, к которым обращается врач, находятся у него в недифференцированном состоянии и оказываются ненадёжными или вовсе не пригодными (алкоголики, наркоманы, политоголики, игроманы, шопоголики ит.д. и т.п.). Приходится производить аффективные нажимы (пороть розгами на центральных площадях) для того, чтобы заставить его осознать что-либо.(Изуродованное с детства только господь бог может к чему то приладить).

РАЦИОНАЛЬНЫЕ ТИПЫ. К.Г.ЮНГ и Ко.
Рациональные или типы суждения. Характеризуются приматом функций разумного суждения. Общим признаком является факт, что их жизнь в высокой мере подчинена разумному суждению. Точка зрения субъективной психологии индивида или наблюдателя, который воспринимает и судит извне? Наблюдатель легко приходит к противоположному суждению, если он постигает интуитивно лишь происходящее и по нему судит. Жизнь этого типа, в его целом, никогда не зависит от одного разумного суждения, но почти столь же в высокой мере и от бессознательной неразумности. Кто наблюдает только происходящее, не заботясь о внутреннем распорядке в сознании индивида (группы, нации, страны), поразится неразумностью и случайностью известных бессознательных проявлений (индивида), нежели разумностью его (их) сознательных намерений и мотиваций. Что ощущает индивид (группа) как свою сознательную психологию? Такую психологию можно с тем же успехом воспринять и изобразить в обратном смысле (и изображают в политических или коммерческих целях). Если (наблюдатель, судья, лидер, авторитет, пахан, царь, ген.сек.) обладает другой индивидуальной психологией, то описал бы рациональные типы в обратном порядке, исходя от бессознательного и изображая их иррациональными. Это обстоятельство затрудняет изображение и уразумение психологических (политических, научных, экономических, художественных, духовных) данностей и неизмеримо увеличивает возможность недоразумений. Споры (революции, перевороты, войны, погромы, террор), возникающие из этих недоразумений, безнадёжны, ибо спорящие говорят мимо друг друга (раздирание одеяла, страны, предприятия). Основание – опираться на субъективно сознательную психологию индивида (группы, партии, объединения), ибо мы получаем, по крайней мере, одну (лучше несколько) определённую объективную опору (без опоры никак, трудно долго стоять на одной ноге), которая отпала бы, если бы мы (?) захотели (!) обосновать психологическую (и иную) закономерность на бессознательном. В таком случае объект не имел бы голоса в обсуждении (Сталинские тройки), ибо он во всём знает более, нежели о своём бессознательном (вредители, в этом можно обвинить любого и в любое время). Тогда суждение предоставляется исключительно одному наблюдателю (судье, министру, академику, чиновнику любого ранга) – верная гарантия того, что он основывается на своей (если бы) собственной индивидуальной (корпоративной) психологии и станет навязывать её наблюдаемому (подсудимому). Эта (закономерность) имеет место в психологии Фрейда и в психологии Адлера (в любой, прежних и современных псевдопсихологов). Индивид всецело отдан на усмотрение рассуждающего наблюдателя (словоблуда). Если за базу принимается сознательная психология наблюдаемого – (недоразумения, войны, революции, митинги и демонстрации исчезают). Он (наблюдаемый) оказывается компетентным (в своей области или общеобразовательной), ибо он один (к сожалению) знает свои сознательные мотивы (не всегда, а тем более в номинальном объёме). Разумность сознательного жизневедения – сознательное исключение случайного и неразумного. Разумное суждение – сила, которая втискивает (-) в определённые формы всё беспорядочное и случайное в реальном процессе или старается втиснуть. Этим создаётся известный выбор среди жизненных возможностей, ибо сознательно принимается только то, что соответствует разуму (на момент времени), существенно ограничивается самостоятельность и влияние тех психических (живых людей) функций, которые служат восприятию происходящего вокруг (видение всех процессов как целое и единое). Это ограничение ощущения и интуиции (и их носителей), не абсолютно (благодаря скрытому коллективному разуму общемировой системы). Их продукты подлежат выбору со стороны разумного суждения. Например: для мотивации образа действия решающим является не абсолютная (!) сила ощущения, а суждение (разные весовые категории). Воспринимающие функции разделяют судьбу (?!) чувственного процесса, в случаях первого типа, и судьбу мышления (и его носителей) – в случаях второго типа. Они сравнительно вытеснены и находятся в менее дифференцированном состоянии (алкоголизм, наркомания, отчаяние, подавленность, убийства, самоубийства). Это обстоятельство придаёт бессознательному (инертной массе обывателей) обоих типов своеобразный отпечаток: то, что эти люди делают сознательно и преднамеренно, то соответствует разуму (согласно с их слабо или вообще не развитому разуму), а то,что с ними случается (99%), соответствует сущности инфантильно-примитивных ощущений или (и) сущности таких же интуиций. То, что случается с этими типами – иррационально( с их точки зрения). Есть много людей, которые живут больше тем, что с ними случается (обыватели, мещане), нежели тем, что они делают со своим разумным намерением. После тщательного анализа такой человек назовёт оба типа иррациональными. Бессознательное человека производит гораздо более сильное впечатление, нежели его сознание (что априорно ожидают), и его поступки часто имеют значительно больший вес (устаревшее – «судите его по делам его»), чем его разумные мотивации. Рациональность обоих типов ориентирована объективно (!) и зависит от объективно (!) данного. Их разумность соответствует тому, что коллективно (?) считается разумным. Субъективно они не считают разумным ничего, кроме того, что вообще признаётся разумным. Однако и разум, в немалой (в большей) части, субъективен (секты) и индивидуален (это надо ещё заслужить). Эта часть вытеснена, тем более, чем больше значение объекта (идеи: коммунизма; капитализма; изма). Субъект (группа) и субъективный (групповой) разум всегда находятся под угрозой вытеснения (уничтожения инакомыслия), а когда они подпадают ему, то оказываются под властью бессознательного (обывателя) (из огня да в полымя), которое имеет очень неприятные особенности. К примитивному мышлению присоединяются примитивные ощущения, обнаруживающиеся в виде компульсивных ощущений (демонстраций, выступлений) (в виде навязчивой жажды наслаждений, которая может принимать всевозможные формы: драки, поджёги, грабёж); к этому присоединяются и примитивные интуиции (псевдо лидеры псевдо движений), которые становятся настоящим мучением для самого субъекта (всей группы) и для его среды (страны). Всё неприятное и мучительное, всё отвратительное, уродливое или дурное выслеживается чутьём (сталинская и иже с ними шизофрения) и предполагается во всём, и притом в большинстве случаев дело сводится к полуистинам (непереваренной рвотной массе), которые, как ничто другое, способны вызвать недоразумения самого ядовитого (пагубного) свойства. Вследствие сильного влияния, идущего со стороны оппонирующих бессознательных содержаний, неизбежно возникает нарушение сознательных правил разума, обнаруживается привязанность к случайностям, которые приобретают компульсивное влияние или благодаря силе (!) вызываемых ими ощущений, или их бессознательному значению (абстракции и бред недоразвитого больного воображения). (Всемирная история – история скрытых мотиваций человекоподобной инертной массы).

ЧУВСТВО. К.Г.ЮНГ и Ко.
(детерминанты, способы, явления, сущности, положения, направления, влияния, проявления).
Чувство ориентируется по (объекту), который является неизбежной детерминантой самого способа чувствования. Оно стоит в согласии с (объективными) ценностями. Объективное чувство, по возможности, освободилось от субъективного фактора, зато всецело подчинилось влиянию объекта (субъективное от объективного). Даже там, где оно обнаруживает свою независимость от свойств конкретного объекта, оно всё-таки находится в плену у (традиционных или других общезначимых) ценностей. Чувство должно пройти через процесс дифференциации, до тех пор, пока оно не отрешится от субъективного (или объективного) фактора. Оценки, выдвигаемые актом чувства, соответствуют или непосредственно (объективным) ценностям, или традиционным и общераспространённым мерилам ценности (неконтролируемая бессознательная установка ценностей). Ему мы обязаны позитивной и распространённой ( одна сторона периодически заменяемая второй) поддержкой социальных, филантропических и прочих культурных начинаний. В подобных (и антиподобных) делах чувство оказывается творческим фактором. Без такого чувствования немыслимо прекрасное и гармоничное общение. В своих пределах чувство есть благодетельная, разумно действующая сила. Это благотворное действие утрачивается, как только объект приобретает преувеличенное влияние. В таких случаях преувеличенное чувство чрезмерно вовлекает личность в объект – объект ассимилирует себе данное лицо – личный характер чувствования, составляющий его главную прелесть, утрачивается. Чувство становится холодным, предметным и недостоверным. Оно обнаруживает скрытые намерения, вызывая подозрение у непредубеждённого наблюдателя. Оно уже не производит приятного и освежающего впечатления, которое всегда сопровождает подлинное чувство (действительно подлинное чувство ещё не могло и не может развиться), оно вызывает подозрение, что на лицо, поза или актёрство (лицемерие). При этом, эгоцентрическое намерение ещё бессознательно. Такое преувеличенное чувство оправдывает (ложные) эстетические ожидания, но оно говорит не сердцу, а только внешним (?) чувствам или, что ещё хуже, только ещё рассудку. Оно может (временно) наполнить эстетическую ситуацию, но этим оно и ограничивается и не действует за пределами этого. Оно стало бесплодно (и было). Если этот процесс прогрессирует, то наступает замечательно противоречивая диссоциация: оно овладевает всяким объектом, подходя к нему с оценкой чувства, завязывается множество отношений, которые противоречат друг другу (или ещё или уже отсутствует избирательность).
Чувство есть особенность более свойственная женской психологии (в экстравертной стране. США) (в интровертной более свойственна мужчинам.Россия), чем мышление. Наиболее ярко выраженные чувственные типы встречаются среди особ женского пола. Если чувство имеет примат, то говорится о чувствующем типе. Такого рода (женщина) живёт руководствуясь своим (чужим, заимствованным) чувством. Благодаря (?) воспитанию (или дрессуре) её чувство развилось до функции приноровленной и подчинённой сознательному контролю ( от 2 до 5%). В случаях не представляющих собой крайности, чувство имеет личный (только в конце длительного и систематизированного правильного развития) характер, хотя субъективный элемент был уже в высокой степени подавлен (выгнан, переселен, расстрелян, посажен в психушку); личность оказывается приноровленной к объективным (кастрированным) условиям. Чувства согласуются с (объективными) ситуациями и (общезначимыми) ценностями. Это нигде не проявляется так ясно, как в выборе объекта любви (во всех остальных случаях всё происходит скрытно, что во много раз хуже); любят подходящего (мужчину), а не какого-нибудь другого; он (она) является подходящим не потому, что (он) вполне отвечает субъективному (объективному) скрытому существу женщины, в большинстве случаев (она) об этом не знает, а потому, что он отвечает всем разумным требованиям в отношении сословия, возраста, имущественного состояния, значительности и почтенности своей семьи. Такую формулу можно отклонить как ироническую и обесценивающую, но чувство любви у этой женщины вполне соответствует её выбору (исключение из правил). Чувство её подлинное, а не выдуманное от разума. Таких браков бесчисленное множество, и они не самые плохие (других просто не существует). Такие жёны бывают хорошими (?) подругами (товарищами) своих мужей и хорошими (??) матерями, пока их мужья и дети имеют обычный (!) в этой стране психический уклад. Правильно чувствовать можно лишь тогда, когда иное не мешает чувству. Но ничто так сильно не мешает чувству, как мышление (то, что особенно мешает будет особенно помогать, когда?). Мышление у этого типа по возможности подавляется. (Она) думает очень много и очень умно (пустое словоблудие), но её мышление никогда не бывает (свободным и естественным), оно лишь придаток её (его) чувству. Что она (он) не может чувствовать, она (он) не может и мыслить сознательно. Насколько ей позволяет чувство она отлично (относительно чего) может мыслить, но каждый, даже наиболее логический вывод, который мог бы повести к нарушающему чувство результату, с порога отклоняется (единый стандарт бюрократической монополии). О нём просто не думают (!). (Она) ценит и любит всё (?), что хорошо согласно объективной (групповой субъективной) оценке; всё остальное существует вне её (их) самой. Картина меняется, если значение объекта достигает более высокой ступени. Тогда происходит ассимиляция субъекта к объекту (или наоборот), что сам субъект чувства более или менее исчезает. Чувственный процесс утрачивает личный (никогда не имел ни одного ни другого) характер, он становится чувством самим по себе, личность растворяется в чувстве (в ощущениях) каждого данного момента. В жизни одна ситуация постоянно сменяет другую, вызывая различные или даже противоположные окраски чувством, то и личность разлагается на столько же различных чувств (ощущений). В одном случае – одно, в другом – другое (прежняя установка: во всех случаях одно и тоже), ибо такое многообразие в единой личности – невозможно (возможно, надо только захотеть). Основа эго остаётся всегда той же самой (в этом все проблемы) и поэтому вступает в явную оппозицию к сменяющимся состояниям чувства. Наблюдатель воспринимает это, выносимое на показ (эксгибиционизм; демонстрации) чувство, не как личное выражение чувствующего, но как искажение его эго, как каприз (это мелочь). По степени диссоциации между эго и состоянием чувства каждого данного момента, возникают более или менее явные признаки разъединения (прежнее единство было насильственным и потому суррогатным) с самим собою. Первоначально компенсирующая установка бессознательного становится явной оппозицией. Это проявляется в преувеличенном выражении чувств, в громких и навязчивых чувствительных предикатах, которые не внушают доверия (политические высказывания кандидатов). Они звучат пусто и не убеждают. Они обнаруживают возможность того, что этим сверхкомпенсируется противление и что такое окрашенное чувством суждение могло бы звучать иначе. Некоторое время спустя оно и звучит иначе. Стоит ситуации чуть-чуть измениться, чтобы вызвать тотчас же противоположную оценку того же объекта. Результат: наблюдатель не может принять всерьёз ни того, ни другого суждения. Он начинает составлять своё собственное (какое жизненно необходимо изначально) (лучше поздно, чем никогда) суждение. Для этого типа важнее всего (?) создать интенсивное, окрашенное чувством отношение к окружающей среде, то понадобятся удвоенные усилия для того, чтобы преодолеть сдержанность окружающих. Это ухудшает положение, создавая заколдованный круг. Чем сильнее подчёркивается окрашенное чувством отношение к объекту, тем больше бессознательная ( на фоне ничтожно минимального сознания) оппозиция всплывает на поверхность. Чувствующий тип больше всего подавляет своё ( и чужое) мышление. Мышление (слабо или совсем недифференцированное) скорее всего способно (!) мешать чувству. В силу того же основания (!!) и мышление, когда стремится достигнуть чистых результатов, исключает, главным образом, чувство, ибо нет ничего, что было бы так способно мешать (или помогать) и искажать его, как ценности (ложного) чувства. Мышление чувствующего типа поскольку является (должно быть) самостоятельной (?) функцией, вытеснено. Но оно вытеснено не вполне, а лишь постольку, поскольку его беспощадная логика принуждает к выводам, не подходящим для (чувства). Мышление допускается как слуга или как раб (наука и система обучения и воспитания). Его хребет сломлен, оно не может провести само себя (!) согласно со своим собственным (!) законом. Но так как всё же есть логика и неумолимо верные выводы, то где-нибудь (где?) они происходят, но только вне сознания (малая кучка), а именно в бессознательном (все остальные). Бессознательное содержание этого типа является прежде всего своеобразным мышлением. Это мышление инфантильно, архаично и негативно (!) (дума, общественная палата). Пока сознательное чувство сохраняет личный характер, пока личность не поглощается отдельными состояниями чувств, бессознательное мышление остаётся компенсирующим. Но когда личность (государство) диссоциируется и распадается на единичные (мелкокняжеские), противоречащие друг другу состояния, тогда тождество (!) эго утрачивается, субъект (объект) становится бессознательным. Попадая в бессознательное, субъект ассоциирует себя с бессознательным мышлением и тем помогает, при случае (?!), бессознательному мышлению осознать себя. Чем сильнее сознательное, окрашенное чувством отношение и чем больше оно отрешает чувство от эго, тем сильнее становится оппозиция. Это выражается в том, что вокруг наивысше оцененных объектов (деньги, власть) скапливаются бессознательные мысли, которые беспощадно срывают ценность этих объектов. Мышление в стиле «не что иное, как» оказывается здесь у места, ибо оно разрушает превосходящую силу прикованного к объектам чувства. Бессознательное мышление достигает поверхности (или удачно тонет) в форме всплывающих содержаний, имеющих навязчивую природу (большинство высказываний и предложений) и обнаруживающих негативный и обесценивающий характер. У женщин (мужчин) такого типа бывают моменты, когда самые дурные мысли прикрепляются к тем объектам, которые их чувство наиболее ценит (бумеранг). Негативное мышление пользуется всеми инфантильными предрасудками и сравнениями, способными вызвать сомнение в ценности, признаваемой чувством, и оно привлекает все примитивные инстинкты (!) для того, чтобы иметь возможность объяснить чувства по схеме «не что иное, как». Таким же способом привлекается и коллективное бессознательное (!!), совокупность изначальных образов, из переработки которых снова возникает возможность перерождения установки (!) на другом (!) базисе (!). Главная форма невроза, свойственная этому типу, есть истерия (бунты, погромы) с характерным для неё инфантильно-сексуальным миром бессознательных представлений («Если ты знаешь, что творишь – ты блажен; если не знаешь – проклят вовеки»). («Что наверху, то и в низу; что в малом, то и в большом»).

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ. (мышление). К.Г.ЮНГ и Ко.
(Ориентирование. Питание. Факты. Факторы. Суждение. Мерило. Первичное. Вторичное. Представление. Заимствование. Понятие. Экстраверсия. Интроверсия. Определение. Восприятие. и т.д. и т. п.)

Мышление ориентируется по (объекту) и по (объективным) данным. Оно питается из (субъективных) (бессознательных) источников и (объективными) данными, поставляемыми чувственными апперцепциями. (Экстравертное) мышление определяется в большей степени последними факторами, нежели первыми. Суждение предполагает известное мерило; для (экстровертного) суждения значительным и определяющим мерилом является, главным образом, заимствование у (объективных) обстоятельств, представляется оно прямо в виде (объективного), чувственно воспринимаемого факта, или же в виде (объективной) идеи, ибо (объективная) идея есть нечто (внешне) данное и (извне) заимствованное, даже если она (субъективно) одобряется. (Экстравертное) мышление не чисто конкретное мышление фактов; оно может быть и чисто идейным мышлением, если установлено, что идеи, при помощи которых протекает мышление, более заимствованы (извне), т.е. переданы традицией, воспитанием и ходом образования (генетически). Критерий для суждения о том, экстравертно ли мышление, заключается в вопросе, по какому мерилу направляется процесс суждения, - передаётся ли это мерило извне, или же оно имеет (субъективный) (внутренний) источник. Дальше – направление умозаключений, имеет ли мышление преимущественное направление на внешнее или нет. То, что мышление занимается конкретными предметами, не доказывает его экстравертной природы, ибо я мысленно могу заниматься конкретным предметом двояко: или абстрагируя от него моё мышление, или конкретизируя им моё мышление. Если моё мышление занято конкретными вещами и могло быть названо экстравертным, то остаётся ещё нерешённым и характерным, какое направление примет мышление: направится ли оно в своём дальнейшем развитии опять к (объективным) (внешним) данностям, к внешним фактам, либо к (общим), уже данным понятиям, или нет. В практическом мышлении купца, техника, естествоиспытателя – направление на (внешний) объект сразу видно. Мышление же философа и направление его мыслей имеет целью идеи. (Экстра-философ или интро-философ). (Теоретическая теория; теоретическая практика; практическая теория; практическая практика). Необходимо исследовать, являются ли эти идеи только абстракциями из наблюдений над объектом, не представляющими собой ничего, кроме высших коллективных понятий, которые включают в себя совокупность объективных фактов; или эти идеи переданы по традиции или заимствованы у духовного мира окружающей среды (если они не являются явными абстракциями из непосредственных наблюдений). Если это так, то такие идеи также принадлежат к категории (объективных) данностей; и такое мышление должно быть названо (объективно- экстравертным). Мышление, которое не направлено ни на объективные факты, ни на общие идеи, вовсе не (?) мышление (субъективно-экстравертное). Все знают и признают только экстравертный (субъективный) тип мышления. По общему правилу всякое мышление, появляющееся на поверхности мира в форме науки, философии или искусства, либо прямо вытекают из объекта, либо изливается в общие идеи. Оно по существу является понятным и потому значимым. Известен только (субъективно- экстравертный) интеллект, именно тот который ориентируется по (объективно) данному. Интровертный интеллект – мышление иного рода, которое не ориентируется ни на непосредственном (объективном) опыте, ни на общих (групповых) и (объективно) переданных идеях. Когда я мысленно занимаюсь конкретным объектом или общей идеей таким образом, что направление моего мышления снова приводит назад к моим предметам, то этот интеллектуальный процесс не есть единственный психический процесс, происходящий во мне в этот момент. Не всевозможные ощущения и чувства, которые обнаруживаются наряду с ходом мысли, более или менее нарушая его (незавершённый процесс становления); это течение мыслей, исходящее от (объективно) данного и стремящееся к (объективному), находится в постоянном отношении и к субъекту. Это отношение непременное, обязательное условие, ибо без него вообще никакого течения мыслей не было бы. Если ход мыслей направляется по объективно данному, то он всё таки остаётся моим субъективным ходом мыслей, который не может избежать вмешательства (?) (содействия) субъективного элемента, ни обойтись без него. Если даже стремиться придать течению мыслей во всех отношениях (объективное) направление, то не прекращается параллельный субъективный процесс (и наоборот) и его участие, не угашая жизнь течения мыслей. Этот параллельный (субъективный) процесс имеет естественную и более или менее неизбежную тенденцию субъективировать объективно данное (объективировать субъективно данное) – ассимилировать его субъекту (или диссимилировать его объекту). Если главный акцент падает на (субъективный) процесс, то возникает другой род мышления, который противостоит (экстравертному) типу, в направлении ориентирующемуся на (субъект и на субъективно) данное – интровертное. Мышление, которое не определено объективными фактами и не направлено на объективно данное, которое исходит от субъективно данного и направлено на субъективные идеи или на факты имеющие субъективную природу. Задача, установить наличность данного вида мышления, чтобы дать необходимое дополнение для (экстравертного) хода мыслей и лучше осветить его сущность. Экстравертное мышление – (объективное) ориентирование получает некоторый перевес. Ничего не меняется в логике мышления, оно образует различие между мыслителями, которое есть вопрос темперамента (и фазы развития). Ориентирование не меняет сущности мыслительной функции, а меняет лишь её проявление. Когда мышление ориентируется по (объективно) данному, то оно является прикованным к (объекту), как если бы оно совсем не могло существовать без (внешнего) ориентирования (маниакальность – прикованность к внутреннему объекту). Оно появляется в свите (внешних) фактов, или оно достигает своей высоты, когда может влиться в общепризнанную идею (олигархия – концентрация власти в одном; физическими, психическими или духовными средствами). Оно вызывается (объективно) данным и способно выводить заключения лишь с его согласия (!!). Производит впечатление (? или) несвободы, близорукости, несмотря на всю его ловкость, которую проявляет в области, ограниченной (объективно) данным. Наблюдатель должен стоять на другой точке зрения (и Быть Автономен), иначе он не может наблюдать самого явления. Благодаря иной (одной) точке он видит только одно явление, а не сущность. Обсуждение, основанное на одном лишь явлении не может по справедливости оценить сущность, поэтому оно обесценивает её. Это (мышление) не менее плодотворное и творческое, чем (интровертное), но силы его служат иным целям. Различие особенно ощутительно тогда, когда экстравертное мышление овладевает материалом, который является специфическим предметом (субъективно) ориентированного мышления (внешнее внутренним; внутреннее внешним). Когда (субъективное) убеждение объясняется аналитически из (объективных) фактов или выводимое из (объективных) идей. Когда субъективное ориентирование делает попытку привести объективно данное в связь с объективно не данными соотношениями, подчинить его субъективной идее (и наоборот). И то, и другое ощущается как нарушение, и тогда выступает затенение, которому оба рода мышления подвергают друг друга (взвесь; смесь;слияние) (недостаточная дифференциация). (Субъективно) ориентированное мышление представляется тогда чистым произволом, а (экстровертное) мышление, напротив, плоской и пошлой несовместимостью. Обе точки зрения непрерывно враждуют (враждовали?) между собой. Эту борьбу можно покончить посредством отделения начисто предметов субъективной природы от предметов объективной природы. Это отмежевание невозможно (было невозможно). Если размежевание (разрыв) происходит, то это большая беда. Оба ориентирования односторонни, имеют ограниченное (?!) значение и нуждаются (в данном состоянии) во взаимном влиянии. Если (объективно) данное подчиняет (?) (мышление) (функцию) своему влиянию в большей степени, то оно стерилизует (мышление) (функцию). Это последнее низводится до простого придатка при (объективно) данном так, что оказывается уже совершенно неспособным освободить себя от (объективно) данного и создать отвлечённое понятие (жили долго и умерли в один день). Тогда процесс ограничивается простым обдумыванием (словоблудием), не в смысле размышления, а в смысле подражания (наихудшим образцам), которое не высказывает (и не делает, не создаёт) ничего, кроме того, что уже содержалось в (объективно) данном. Такой процесс приводит обратно (регрессия), он не выводит за его пределы, не доводит, (даже) до возможности, пристегнуть опыт к (объективной) идее. Это мышление имеет своим предметом объективную идею, но оно не сможет достигнуть практического единичного опыта (и наоборот). Оно пребывает в тавтологическом (примитивно-первобытном) состоянии – (материалистическая) ментальность. Если (мышление) благодаря усиленной детерминированности (объектом) подчинено (объективно) данному, то оно теряется в единичном опыте и создаёт накопление не переваренного, эмпирического (не переваренного теоретического) материала. Подавляющая масса бессвязных (единичных) наблюдений вызывает состояние диссоциации, которая требует психологической (и физиологической и духовной) компенсации. Такая компенсация состоит в такой же простой (общей) идее, которая сообщает накопленному, но бессвязному целому (один-един; один не един) некоторую (ложную) связанность или предчувствие таковой (разбухание мистических негативных процессов). Подходящими идеями для этой цели являются, например: материя или энергия (неопределённая бесконечность; привязка к абсолюту). Процесс привязан не столько к фактам, сколько к традиционным (политическим; зкономическим; духовным) идеям (где можно утопить, закопать всё что угодно). В виде компенсации появляется внушительное нагромождение фактов, которые односторонне группируются согласно сравнительно-ограниченной и бесплодной точки зрения (застревание на первых примитивных ступенях развития). Утрачиваются ценные и богатые содержанием аспекты вещей (фантик важнее конфеты). Головокружительное обилие (научной) (экономической, политической; психологической и т.д.) литературы (культуры и цивилизации) обязано ложному ориентированию.(Усиленное размножение негатива – раковая опухоль во вне, затопление всего её метостазами).

К.Г.Юнг. «Психологические типы» (Нобелевская премия 1956г.) Общие типы установки, отличаются друг от друга направлением своего интереса, движением либидо (энергии). Общие типы установки отличаются друг от друга своеобразной установкой по отношению к объекту. У интровертного отношение к нему абстрагирующее (негативное)(удаляющееся или удаляющее); в сущности, он постоянно заботится о том, как бы отвлечь (не дать) либидо от объекта, как если бы ему надо было оградить (посредством обороны или нападения) себя от чрезмерной власти объекта (повышенная слаборегулируемая или не регулируемая чувствительность – завышенная реакция). Экстравертный, напротив, относится к объекту положительно. Он утверждает его значение постольку, поскольку он постоянно ориентирует свою субъективную (субъективно-объективную) установку по объекту и вводит её в отношение к нему. Объект никогда не имеет для него достаточно ценности, и поэтому значение его постоянно приходится повышать. Оба типа до такой степени различны, и их противоположность настолько бросается (замыливается) в глаза, что наличность их без всяких разъяснений бывает (чаще не бывает) очевидна даже для профана в психологических вопросах (профессиональные психологи не отличат одно от другого), - стоит только раз ( без желания и тысячу раз бесполезно) обратить его внимание на это. Всем, конечно, знакомы эти замкнутые, трудно распознаваемые, часто пугливые натуры (которым незаслуженно приписывают идеально положительные качества), представляющие собой самую сильную противоположность людям с открытым, обходительным, часто весёлым или приветливым и доступным характером ( которым незаслуженно приписывают негативные качества), которые со всеми ладят, а иногда и ссорятся, но стоят в в отношении к окружающему их миру, влияют на него и воспринимают (положительно) его влияние. Люди склонны воспринимать такие различия, как индивидуальные случаи (подавлять или искоренять) своеобразной структуры характера. Кто имел возможность основательно (!) изучить (!) большое число ((в экстравертной стране, с экстравертной культурой, экстравертов большинство подавляющее интровертов и интроверсию (Америка); в интровертной стране, с интровертной культурой, большинство интровертов подавляет экстровертов и экстраверсию; (Россия)) людей, откроет, что эта противоположность отнюдь не сводима к единичным индивидуальным случаям, но что дело идёт о типических установках, гораздо более общих, чем можно было бы предположить на основании ограниченного (или его отсутствии) психологического (и жизненного) опыта. Речь идёт о фундаментальной (жизнеобразующей) противоположности, то ясной, то менее ясной, но обнаруживающейся всегда (?), когда речь идёт об индивидах со сколько-нибудь ярко выраженной личностью (?!). Таких людей мы встречаем не только среди образованных, но вообще во всех слоях населения. Типы могут быть (должны быть) указаны как среди простых рабочих и крестьян, так и и среди высокодифференцированных представителей нации. Разница пола ничего не меняет в этом факте. Эти противоположности встречаются и среди женщин всех слоёв населения. Столь общая распространённость вряд ли была бы возможна, если бы дело касалось сознания, сознательно и намеренно выбранной установки (что приветствовалось бы и Природой и Людьми). Главнейшим носителем такой установки был бы определённый, связанный однородным воспитанием и образованием и местно ограниченный слой населения. В действительности же типы распределяются без всякого разбора (?!). Тип установки в качестве общего и (не) случайно распределённого явления, не является делом сознательного суждения или сознательного намерения, он обязан своим существованием бессознательной, инстинктивной основе (без чьего бы ни было согласия и никем и никак не ограниченная и не контролируемая) и имеет свои биологические предпосылки (!!). С биологической точки зрения, отношение между субъектом и объектом есть всегда отношение приспособления, ибо всякое отношение между субъектом и объектом предполагает видоизменяющиеся воздействия одного на другой (если ты знаешь, что творишь, ты блажен; если не знаешь – проклят вовеки). Типическая установка по отношению к объекту суть процессы приспособления (слепое приспособление негативно, сознательная адаптация позитивна). Природа знает два, коренным образом различных варианта адаптации и две, обусловленные ими возможности самоподдержания живых организмов: первый путь это повышенная плодовитость (Китай) при относительно малой обороноспособности (?) и недолговечности отдельного индивида; второй путь – это вооружение (!) индивида многообразными средствами самосохранения (самосохранения вида) при относительно малой плодовитости (Европа). Эта биологическая противоположность есть общая основа двух психологических способов приспособления. Особенность экстраверта (экстраверсии) – способность постоянно растрачиваться, распространяться и внедряться во все (активность, предприимчивость, деятельность). Тенденция интроверта – обороняться от внешних требований (госчиновники) и, насколько возможно, воздерживаться от всякой затраты энергии (сведение к нулю), направленной прямо на объект, но зато создавать для себя самого (!!) возможно более обеспеченное и могущественное положение (коррупция). «Плодородный (+ +)» и «Прожорливый (- -)». Оба пути удобопроходимы и, каждый по своему, ведут к успеху (частному или социальному?); также и типические установки. То, что один осуществляет посредством множества (качественных?) отношений, другой достигает при помощи монополии (во вред или на пользу, временную или постоянную). Дети в первые годы жизни (и во внутреутробном) проявляют типическую установку (конфликт плода и почвы). К определённой установке принуждает (!) не только борьба (!) за существование, но и (генетическая установка). И малому ребёнку, и даже грудному младенцу, приходится (!) осуществлять психологическое (и физиологическое, в последствии или не исправимое, или трудно исправимое) приспособление бессознательного (!) характера, ибо своеобразие материнских (и всей семьи) влияний в особенности ведёт к специфическим реакциям у ребёнка (с доминированием негатива). Двое детей у одной и той же матери могут уже рано обнаружить противоположные типы, без того чтобы в установке матери можно было отметить хотя бы малейшее изменение. Нельзя недооценивать неизмеримую важность родительского влияния (свой чужой, чужой свой), но решающий фактор следует искать в предрасположении (генетически социальном) ребёнка, (генетически) индивидуальному предрасположению, при возможно наибольшей однородности внешних условий один ребёнок обнаруживает такой тип, а другой ребёнок – другой (и оба искалеченных). Случаи, которые возникают при нормальных (фантастика)условиях. При ненормальных (для ненормальности – норма) условиях, когда мы имеем дело с крайними и поэтому ненормальными установками у матерей (и у отцов), детям навязывается (!) относительно однородная установка (стандартизация), при этом насилуется (!) их индивидуальное предрасположение, которое, может быть, выбрало бы другой тип (или общий, объективный), если бы извне не вторглись (!) и не помешали (!) ненормальные влияния. Где происходит обусловленное внешними влияниями искажение типа, индивит впоследствии обычно заболевает неврозом (чаще скрытым и более разрушительным), и исцеление (нации или мира целиком) возможно лишь при условии выявления той установки, которая, естественно, соответствует данному индивиду (или социуму). Существуют индивиды, которые или обладают большей лёгкостью или способностью (которая целенаправленно может развиваться), или которым полезнее приспособляться таким, а не иным способом (монотип или политип). Дело сводится к недоступным (дуракам и ленивым) нашему (вашему) знанию физиологическим основаниям (компьютерное железо). Обращение (переворот, революция) одного типа в другой может нанести тяжёлый ущерб физиологическому (психолгическому и духовному) здоровью организма (государства), ибо он в большинстве случаев вызывает сильное истощение (при чрезмерном ожирении других) (Олигархи спасли нацию) (при неоправданном повышении уровня жизни это ждёт всех, без исключения, обывателей).