Цитата сообщения LARA_KARGINA ПРИНЦЕССА МОДЫ

Сто двадцать лет назад родилась Коко Шанель – самая гениальная модистка ХХ века. Она была легендой еще при жизни, и восторженные соотечественники ставили ее в один ряд с Шарлем де Голлем и Пикассо.

Философия великой Мадемуазель, как все гениальное, была ясной и простой. «Чтобы выглядеть хорошо, не обязательно быть молодой и красивой. Главное – это стиль, не забывая, конечно, и о маленьком акценте – шляпке, парочке нитях жемчужной «перловки»… И вы всегда в чем угодно выглядите неотразимо». Вот так она открыла женщинам самих себя…

Коллекция молодого дизайнера Кристиана Диора, о которой только и говорили в Париже в послевоенные годы, вызвала у Мадемуазель приступ сардонического смеха. «Скажите-ка, «новый взгляд» Диора… Получите, мадам, рюшики с воланчиками… Этот господин вконец свихнулся! Дамы в его расфуфыренных платьях еле дышат, а стоит только сесть, похожи на старые кресла! И этот мсье выскочка смеет утверждать, что знает женщин? Да он никогда не раздевал женщины – откуда ему знать, как ее одеть, чтобы она выглядела элегантно и неотразимо?» И Мадемуазель презрительно скривилась. Хотя, если поразмыслить, не она ли сама положила монету в копилку его успеха? Вот уже как пятнадцать лет на прилавках не видно (не найти) одежды с маркой Шанель – все хотят только эксклюзив. Bon, отлично, Коко Шанель очень скоро напомнит всем, что она еще жива!

Родом из детства

Как бы человек не менялся с возрастом, все реалии его жизни невидимыми ниточками уходят в детство. У Габриэль оно было безрадостным и суровым. Во всяком случае, именно такой казалась жизнь маленьким воспитанницам сиротского приюта при католическом монастыре близ Сомюра, провинциального городка на западе Франции. Малышку за руку туда привел отец Альбер Шанель, мелкий деревенский торговец. Он зарабатывал на хлеб, разъезжая на двуколке по окрестным деревням и торгуя нехитрым товаром – нитками, булавками, лентами да гребешками. Но в основном околачивался на ярмарках, и поэтому, оставшись вдовцом, не знал, куда сбыть девчонку.

Годы, проведенные за монастырскими стенами, весьма своеобразно отразились на характере юной Габриэль, да и на всей последующей ее судьбе. Сполна познав унижение бедностью и низким происхождением, не надеясь на поддержку отца, девушка очень рано постигла искусство быть очень привлекательной и в дальнейшем целиком полагалась на безошибочный инстинкт женщины. А, кроме того, как и все воспитанницы, она научилась шить и кроить, но, в отличие от своих подруг, Габриэль смотрела на полшага вперед: в строгом силуэте скромного приютского платья, без излишеств, единственным украшением которого был крохотный белоснежный воротничок, ей открылся важный секрет. В будущем он станет аксиомой стиля Шанель – простота и минимализм деталей.

Ветер перемен

Покинув монастырь, 18-летняя Габриэль рассудила, что швейная машинка подождет – а пока она решила попробовать свои силы в качестве певички кафешантана. Весьма резвое начало, ничего не скажешь, учитывая, что голос у самонадеянной мадемуазель был «маленький, но противный». Таково было мнение пехотинца Этьена Бальсана, заглянувшего как-то в кафе «Ротонда» в Мулене, где стояла его часть. Габриэль вот уже как месяц развлекала господ офицеров, темпераментно исполняя песенку о пропавшей собачке «Кто видел Коко на Трокадеро». Дружескую критику в свой адрес Габриэль оценила трезво и без сожаления оставила подмостки – у них с Этьеном, молодым и очень богатым щеголем, вспыхнула любовь. А на память о несбывшейся карьере певички осталось милое прозвище – Коко.

Она перебралась жить в Виши, аристократическое предместье Парижа. Бальсан взял на себя все заботы о возлюбленной, предоставив в ее распоряжение целый особняк. Здесь мадемуазель Шанель с головой погрузилась в беззаботные удовольствия, и попутно раздумывала о будущем. Красавчик Бальсан не отказывал подружке ни в чем, и когда мадемуазель вздумала мастерить шляпки, горячо поддержал эту ее затею и даже снабдил первоначальным капиталом. А позднее Бальсан приобрел для Габриэль и магазинчик, где она взялась торговать своими шляпками. Удивительно простые и вместе с тем элегантные, они покорили сердца парижских модниц. Эту деталь в женском гардеробе Шанель считала чуть ли не главной и сама не выходила без шляпки даже в овощную лавку. «Шляпки делают из женщины настоящую леди», – утверждала Шанель. Будучи далеко не красавицей, она выглядела куда сексуальнее, чем, скажем, Грейс Келли, потому что умела так себя преподнести и с таким изяществом подчеркнуть женское начало, что вокруг нее всегда вился рой поклонников.

Шляпный бизнес стал первой на счету Шанель и весьма успешной атакой столицы.

Коко становится Шанель

Габриэль не была бы истинной француженкой, если бы надолго задержалась с повесой Этьеном. Прагматичную, с деловой хваткой, ее заботили и другие моменты. Какой смысл щеголять в модном платье или демонстрировать особую женскую проницательность, когда рядом нет восхищенных мужских глаз? В своих чарах Габриэль уже убедилась и в один прекрасный день переключилась на друга Этьена, англичанина-бизнесмена Артура Кейпела. Тот также был очень состоятельный и разбогател на поставках угля. К удивлению Мадемуазель, возникшее чувство к Артуру оказалось сильнее желания просто нравиться. Их связывало более десяти лет жизни: с 1909 по 1919 год. Динамичный и предприимчивый по натуре Артур не только ввел Шанель в иной круг общения и занялся ее образованием. Он помог ей сформироваться как женщине и как начинающему модельеру. Рядом с ним она превратилась из никому не известной Габриэль в неповторимую Коко Шанель. Спустя год их знакомства, в 1910 году, в центре Парижа, в двух шагах от площади Согласия, она открыла свой первый модный салон одежды с громкой вывеской «Модная одежда Шанель», а спустя три года филиал салона появился в фешенебельном курортном местечке Довиль. Сюда в летнее время съезжался французский аристократический бомонд, и Коко вместе со своей лучшей подругой Мисей Серт частенько эпатировали титулованную публику своими смелыми купальными костюмами. Так было положено начало будущей империи высокой моды, в центре которой находилась она сама. Все эти годы любовь Артура ее вдохновляла и окрыляла, но судьба ревновала ее к любви: в 1919 году Артур Кейпел погиб в автокатастрофе, по дороге в Ниццу.

Русский след

Спустя год, в Биаррице, Коко Шанель встретила другую, очень важную для нее персону. Это был Великий князь Дмитрий Павлович Романов, двоюродный брат последнего русского царя, один из четырех заговорщиков, участвовавших в убийстве Григория Распутина. Она нашла широкоплечего красавца, обожающего поло, «ужасно привлекательным». В Романове нисколько не чувствовалось фамильного апломба, и Мадемуазель мгновенно нащупала верный тон в отношениях с князем: «У меня новое авто и мне нужен шофер. Едем в Монте-Карло!» Закрутился бешеный роман, не без выгоды для обеих сторон: Шанель одела успевшего пообноситься князя у лучших портных, вернула ему прежний лоск и безмятежность, а Дмитрий Павлович, который был моложе Шанель на 8 лет, в свою очередь, помог ей научиться жить без Артура и унять непреходящую боль в сердце. Шанель снова почувствовала вкус к жизни и в середине 20-х годов сделала очередное нововведение – знаменитое черное платье, одинаково шедшее герцогиням и домработницам. Оно было гениально в своей лаконичности – без воротничка, пуговиц, складок, без оборок. Мир испытал шок: все были потрясены гениальной простотой и чистотой дизайна. Это было первое черное платье, предназначенное не для похорон.

В Биаррице осело много русской знати, эмигрировавшей из большевистской России, – образовался своего рода мини-двор, в основном состоявший из дочерей знатных дворянских семей. Дмитрий Павлович перезнакомил Коко с представительницами самых громких фамилий, включая племянницу Николая II Наталию Палей и свою родную сестру Великую княгиню Марию Романову. Кстати, княгиня, несмотря на свой высокий сан, не сидела сложа руки. Мастерица вышивать, она имела небольшую мастерскую и такой же крохотный штат из герцогинь-рукодельниц. Изысканные вышивки из мастерской Марии Павловны Коко оценила по достоинству: не рассуждая долго, королева моды предложила Марии сотрудничество, выгодное для обеих, – и вскоре Париж был заворожен льняными платьями-рубашками с вышивкой и длинными, опоясанными металлическим ремешком, блузы. Разумеется, на русский манер, но с французским шиком!

Между прочим, Дмитрий был не единственным русским в хороводе поклонников Мадемуазель (так стали называть Шанель, уровняв ее с принцессами крови французского происхождения). Ее расположением пользовались и Сергей Дягилев, продюсер и антрепренер знаменитых Русских сезонов, и композитор Игорь Стравинский. Вальяжный Дягилев, одно время щедро поддерживаемый Шанель, даже обронил как-то: «Коко – единственная из женщин, на которой я бы не задумываясь женился хоть сейчас…» Услышать нечто подобное из уст Дягилева, чье пристрастие к красивым балетным мальчикам ни для кого не было секретом, уже само по себе многое значило, и все же несомненно одно – перед «парижской штучкой» он буквально благоговел! А дружба Коко с прославленным танцовщиком Сержем Лифарем, родом из Киева, длилась десятилетия. И когда обожаемой Коко не стало, он с охапкой белых роз навещал ее могилу в Лозанне.

Но вернемся к Великому князю – в судьбе Шанель он сыграл куда более важную роль, чем простого любовника: фактически благодаря князю к Мадемуазель пришла мировая слава.

Магический аромат

Однажды по дороге в Монте-Карло Дмитрий Павлович предложил Коко заглянуть на огонек к его другу, химику-парфюмеру Эрнсту Бо, жившему в Грассе. Тот как раз экспериментировал с искусственными композициями ароматов. Познакомившись поближе и поддавшись очарованию Мадемуазель, Эрнст загорелся ее авантюрной идеей создать духи «для женщины, которые пахнут как женщина», и открыл ей секрет своей последней разработки. До сих пор считалось очевидным, что женщина должна пахнуть фиалкой, незабудкой, в крайнем случае, розой. Из двадцати пар пробирок, где парфюмер смешал более 80-ти компонентов, Шанель выбрала ту, что под номером 5, эту цифру она считала счастливой, и для полноты букета добавила в нее немного ландыша. Коко назвала их на удачу – Chanel № 5. Интригующе эротичный аромат Шанель вмиг затмил собой плоские запахи общепринятых дамских духов – это был первый синтезированный парфюм-фантазия, не повторяющий никакой другой цветочный аромат.

Успех Сhanel №5 превзошел все ожидания. Духи Шанель стали легендой и, к удовольствию Коко, самым элегантным дополнением к модной одежде от Шанель.

«Коко достался самый заманчивый, самый блестящий выигрыш в лотерее», – не без зависти призналась Мися Серт. Сhanel № 5 быстро превратились в ходовой товар и, кроме громкой славы, принесли своей хозяйке долгожданный капитал.

Очень высоко и очень красиво

Авангардная во всем, что касалось вкуса и умения себя преподнести, Шанель по праву завоевала титул первой модистки Франции. Мир моды Коко Шанель, равно как и ее обаяние, распространились далеко за пределы Парижа. Она богата, знаменита. Среди ее друзей – самые выдающиеся люди эпохи: Пабло Пикассо, Черчилль, Сальвадор Дали, Жан Кокто. Шанель одевает Грету Гарбо, Марлен Дитрих, Глорию Свенсон. Но путь этот был нелегок, а сама Шанель не была застигнута врасплох. Она упорно шла к этому успеху, вырабатывая свой неподражаемый стиль и уже потому достойный подражания. «Высокая мода как искусство признает только совершенное, и ничто кроме совершенного. Мода может меняться, стиль – никогда». Таково мнение Шанель и к нему прислушиваются. Ее секрет как кутюрье лежал просто на поверхности – она ничего не изобретала ни в высокой моде, ни в готовой одежде. Она всего лишь предлагала повторную интерпретацию вещей, в их самом разнообразном смешении, и составляла новые силуэты, удивляя неожиданным сочетанием материалов и форм.

Сверкающие камни на простом платье, море жемчуга и водопад из бижутерии – словом, роскошь и аскетизм стали отличительной особенностью стиля Шанель, где главенствовали безупречные линии и идеальные пропорции. И еще один неоспоримый плюс – удобство и практичность. Одну и ту же модель можно носить годами и выглядеть сногсшибательно – разве это не чудо?

Однако простота от Шанель стоила недешево. Когда Мадемуазель упрекали, что она мастерица опустошать кошельки, она высокомерно отвечала: «Имеет смысл отказывать себе во всем, кроме роскоши». О том, какой бывает истинная роскошь, сама она узнала, когда ей было уже 45 лет. Знатоком-экспертом на сей раз выступал герцог Вестминстерский.

Коко Шанель – одна!

Великий князь Дмитрий еще повсюду сопровождал Коко, когда однажды вечером в Монте-Карло она познакомилась с самым богатым и влиятельным человеком в Великобритании – герцогом Вестминстерским. Он принадлежал к английской королевской семье. «Наконец-то я нашла плечо, на которое могла опереться, дерево, к которому могла прислониться…» С самого начала, как только завязались их отношения, Коко называла герцога по-дружески непринужденно: Бонни. Самый именитый из ее поклонников, был очарован и сражен наповал необычным обликом Шанель: пикантным, естественным, рафинированным и, сверх того, всегда суперэлегантным. На свои годы Шанель совсем не выглядела и казалась чуть ли не вдвое моложе: прекрасная фигура, короткая стрижка «под мальчика», ярко накрашенные губы, дорогие шелковые чулки, шляпа и, наконец, неизменная сигарета. С такой спутницей герцог почувствовал себя влюбленным юношей – он увез Шанель в Англию и снял для нее дворец Итон Плейс. А для услады глаз обожаемой Коко сотня садовников круглый год обязана была украшать покои Мадемуазель розами и орхидеями. Но это еще не все. Потерявший голову Бонни буквально осыпал свою Коко драгоценностями, каких не видывала королева Англии. «Он предпочитал срывать для меня первые примулы на лугах… И был тем богат, что никогда об этом не говорил. Никакие денежные соображения ни при каких обстоятельствах не могли повлиять на его поступки и мнение», – вспоминала позднее Шанель с налетом грусти. Увы, герцог был не свободен, но даже когда и это препятствие наконец было преодолено, их браку помешала досадная мелочь: Шанель не могла осчастливить герцога наследником. По другой версии, она, устав ждать, сама отказала, заявив горделиво Бонни: «Герцогинь Вестминстерских много, а Коко Шанель – одна».

Кто после этого усомниться в судьбе, от которой не дано уйти?..

Елена Кириллина