Притча: Одно весло Ученик спросил у Учителя, когда они садились в лодку: — Мне понятно, что существует радость, поскольку Бог — наш Отец и, естественно, Он должен дарить радость детям своим. Но почему существует печаль, несчастье? Ничего не ответил Учитель, лишь стал грести одним веслом. Лодку закружило. — Что ты делаешь? — воскликнул ученик. — Если ты будешь грести одним веслом, нам никогда не достичь другого берега. Мы так и будем кружить на одном месте. — А ты куда умнее, чем я думал, — отвечал Учитель.

Притча: Учёность и знание


У одного уважаемого мудреца спросили:
— Почему вы сторонитесь учёных, не уличаете их в невежестве? Многие мудрецы это делают, позоря "учёных", а своих учеников восхищая.
Он ответил:
— Я тоже не избежал этого искуса, позорного и пагубного заблуждения, легко разрушая их убеждения. Но нашёлся мудрый человек, который сказал:
— Ты позоришь людей слова, но не знания. Это бессмыслено: учёные не достигают понимания знания и продолжают заблуждаться и после своего позора: таково у них самомнение.
Он добавил:
— Твои ученики научились восхищаться тобой, что отнимает у них много времени, которое они могли бы потратить на беседы с тобой. Поэтому ты потерпел поражение, поражая невежд.
— Это было давно, но с тех пор я не обращаю на учёных внимания ни своего, ни других. Ни ради победы, ни ради поражения. Можно иногда наносить удары мнящим о себе учёным, чтобы показать их пустоту ученикам — как бы стуча по пустому горшку. Иное есть трата времени и придание им важности: сам мудрейший тратит на них время! Все знающие должны поступать так же.

Утренняя мудрость: Ум и сердце Есть люди, которые умом создают себе сердце, другие - сердцем создают себе ум: последние успевают больше первых, потому что в чувстве гораздо больше разума, чем в разуме чувств. Петр Чаадаев

Запомните, карлики, некдотец про "братьев" Рюрика Синеуса и Трувора

Вот и подошли мы к самому главному, читать вам - не перечитать. Чтобы не перетаскивать посты, и ненарушать хронологию, свёл я всё воедино здесь, здесь, здесь, здесь и пока здесь. Короче, указал я тут на истинный возраст Руси, вопреки норманским теориям.

Простое перечисление мало, что даст: кое-что вы уже читали, а кое-что ещё прочтёте: материалов у меня на эту тему не мало, да и я рук сложа, сидеть не стану - время нынче не то. И все несуразицы не буду расплетать, но на двух, пожалуй, остановлюсь. Это чтобы вы могли сравнить качество поданного выше материала с некоторыми измышлениями на заказ под владетельных князей и царей "летописцев" придворных, коим я уже выше полной мерой отвесил. Зачем же возвращаться? А затем, что из этих вот "заказов" и родилась норманская теория. А мы её в самом зародыше и выставим на обозрение во всей красе.
Рюрика Гостомысл отдал за свою дочь полянку, но если кто думает, что это название славянского племени, так я вас разочарую. На древнеславянском полянкой звалась богатырша, не раз одолевавшая на поляне самых крутых воев. Если же решите, что Умила была мощна телесами, снова ошибётесь: статна и пригожа была дева. Таковы были особенности славянских единоборств: ловкость, умение использовать силу и напор противника, а ещё умелое использование секретных родовых приёмов. И правил там не Рюрик, простой наёмный воин, а именно Умила, княжеская дочь. Родила она Рюрику Игоря. Мал был Игорь и властвовать до срока назначен был воевода Хельга или Олег. Он и отвёз игоря в Псков, и повенчал на малолетней дочери псковского князя.

Нестор в угоду Рюриковичам и сплёл свою сказку. Нам не столь интересно сейчас, убивал или нет Олег Аскольда и Дира, последних киевских князей, но вот варяжская теория, что он тут сплёл, а потом всякие лихачёвы подхватили с Карамзиными, вралями каких мало. Помните братиков Рюрика? Вот я для чего историю эту затронул и основное на дессерт приберёг. Синеус и Трувор это такие же фантомы, как сама варяжская теория. Дружину Рюрика  по незнанию языка толмач и перевел со шведского "дружина" (sine hus) как Синеус, который и сел, якобы, в Изборске, а родню по тому же казусу перевел толмач как Трувор (trhu voring). Но Рюрик нравы семейки знал хорошо, потому их отправил подальше от греха в Белоозеро. А потом, якобы, померли оба разом через два года, и больше оних, ни слуху, ни духу. Домысел! Дружина при деле, родня подале: чего волноваться. Вот такие "исседователи у нас и два с половиной тысячелетия вычеркнули из истории, а кровных русаков сменили на наёмных разбойников. Ну, как анекдотец?!

А это я вам не без намёка Гиперборею показал. Нет соображений?

Притча: Блаженство и страдание


Мастер счастлив.
Улыбка не сходит с его лица. Вся его жизнь - улыбка праздника.
Он умирает, но улыбается.
Даже приход смерти ему в радость.
Ученик осмелился спросить.
- Учитель! Я видел вас только счастливым? Но чему вы радуетесь сейчас?
Старый мастер улыбнулся:
- Много лет прошло, как я пришел к моему мастеру. Я был юношей, но уже глубоко страдал. Мастеру было семьдесят лет, а он улыбался и радовался просто так, без всякой причины.
Я спросил, как и ты: как вам это удается?
И на всю жизнь запомнил ответ:
"Каждый человек внутри себя свободен в выборе. Это - мой выбор.
Утром, открыв глаза, я каждый раз спрашиваю себя, что лучше выбрать сегодня - блаженство или страдание?
И почему-то все время выбираю блаженство.
Но ведь это так естественно".

Притча: Любовь и время

За горами Рифейскими, где-то на север от Понта,
В странах мирных и ясных, где нет ни ветров, ни страстей,
От нескромных укрытые светлою мглой горизонта,
Существуют издревле селенья блаженных людей.

Но бессмертны они, эти люди с блистающим взглядом,
Но они непохожи на нас, утомленных грозой,
Эти люди всегда отдаются невинным усладам
И питаются только цветами и свежей росой.

Почему им одним предоставлена яркая слава,
Безмятежность залива, в котором не пенится вал,
Почему неизвестна им наших мучений отрава.
Этой тайны святой самый мудрый из нас не узнал.

Не бессмертны они, эти люди, меж нами - другие,
Но помногу веков предаются они бытию,
И, насытившись жизнью, бросаются в воды морские,
Унося в глубину сокровенную тайну свою.

Константин БАЛЬМОНТ

Всё это было, было, а иное поведал мне Учитель. Неспешен был его рассказ, да великих дел касался, великой земли и великого духом народа. А дух тот хранили четыре сестры-берегини: Любава, Краса, Веда и Добруша. Вы без труда узнаете в них любовь, красоту, знание и доброту. А как же вера, спросите вы? Ведение этого мира через любовь, красоту и доброту и было верой этого народа, нераздельной и неслиянной ведением-верой. Были у народа и иные Хранители, обитавшие на Север от Понта. Сёстры отлучались к ним и чаще других - Веда: ей доверяли Хранители знание для великого народа или ведение. Поскрипывало коло Сварога, да чаще отлучались берегини из великой земли: народ сам изведал пути оберёга.
Самой яркой и заметной из сестёр была многоликая Краса: то красна девица с соболиной бровью и бездонными озёрами глаз; то сама Заря-Заряница; берёзка нежная на взгорке; облачко в небе - всё лучшее, что было в великой земле, отражалось в ней. Отражалось... Лишь Краса и Веда знали: истинной красотой сияла Краса лишь рядом с Любавой. Хороша была и Добруша: всё было спокойным и славным рядом с ней; ручеёк журчал потише; дубрава не так шумела; ветер буйный и тот усмирял свой разгон и норовил приласкаться к её льняным кудрям. Зверушки находили у неё защиту, приходил и мишка, занозивший лапу. Добруша даже считала не без основания, что Топтыжкин лукавил, чтобы она повозилась с ним. На всех их путях царил покой, а уж среди людей... И только Добруша, да Веда знали: истинной благостью дышала и струилась та благодать, что исходила от неё рядом с Любавой. А через Веду познавали великие люди величие и красу родной земли, её тайны и загадки, доброту и мудрость окружающего мира, не ведая, что чуден он тем, что рядом с Ведой была Любава.
Беда приходит незаметно: отлучки берегинь на Остров блаженных сделали некогда великий народ слабым. Перестали они принимать и понимать сестёр, радоваться им: теперь сёстры вызывали у них враждебность. И вот пришло время, когда собрались берегини на поляне, куда ещё не добралась слабость народа. И Веда предложила уходить на Остров блаженных. Дать великому народу побороть самому слабость и вернуть величие. Не успела закончить, видят девы - волхв стоит. Только что тут лучик света был и вот - старец с посохом. На них не глядит, очи долу, чтобы не выдали гневных высверков глаз, голос же гулкий, точно из пещеры.
- Вы, сестрички, - а клюка указует на Красу, Веду и Добрушу, - идите к людям и помогайте исправлять слабость.
- Ты, - тут он поднял,наконец, глаза, в которых могла утонуть поляна, а с ней пол мира впридачу, ясные и молодые, - со мной пойдёшь до срока.
И тут сёстры вспомнили, что любовь и ожигать может: так коротко и хлёстко глянула Любава на волхва.
- Иди, добрый человек, - только и сказала. Помолчала и добавила:
- Добро, красоту и знание надо с любовью людям нести, мы никуда не уходим от людей.
- Добре, я ухожу - волхв сделал паузу, - до срока, ты мне в тот срок тоже надобна станешь, вместе народ лечить будем.
И - как и не было его: травинка шевелится, лучик снова заиграл, а его - нет!
- Ой! - встрепенулась Любава, - а как же имя его?
- Великий лекарь мира могучий Хорс. ВРЕМЯ.
Веда посмотрела задумчиво на Любаву.
- Раз Хорс за дело берётся - быть тому народу снова великим.
Она с каким-то новым, неизведанным её самой чувством глянула на сестру.
- Будет велик народ русов и земля сия великой снова станет.
Голос её звенел и вера-ведение плескались в глазах гордыми сполохами, а голос всё набирал силу и разлёт.
- Время лечит. Велик и могуч Хорс, а и ему не справиться без тебя, Любава! Любовь...

Великая тайна кирилицы


Прежде чем вынести на свет из тени русофобского мракобесия ещё одно могучее свидетельство чрезвычайной древности русов, заколочу-ка я ещё один добротный гвоздь в норманскую теорию. Помнится, Лихачёв Димитрий Сергеевич именно в этом месте дискуссии стал хватать ртом воздух аки рыба, а потом возопил на визге: "Как вы можете о иврите судить, коли не читали того, что утеряно в Вавилоне!".
Читал, в том-то и дело, что читал я те финикийские иероглифы, что спёрли иудеи для своей альфа-бет у презираемых ими в дальнейшем самарян. А к горбинке на носу Вашем именно тогда приглядываться стали, когда Вы из-за иврита так позорно на визг в споре со мной сорвались. Но то, люди, был новодел: не стоило так волноваться академику. А теперь - от корней...
Многим известен акростих. Но мало кто знает, что из всех европейских азбук только две, кирилица и иврит, обладают уникальным свойством - акрофоничностью. Написал предложение и понял: сам нарываюсь на критику. Почему русская азбука, а не европейский алфавит? И греки вот, чьё, собственно, само слово алфавит, претендуют на акрофоничность. По порядку:
1. Алфавит есть искажение еврейского алеф (бык) - альфа, и бет (дом). То есть: альфабет. "А!" - скажут радостно евреи. Рано...
2. Иврит, на котором писаны древняя (!) Тора и Каббала, есть производное от арийской азбуки русов "Ваттан" и её индо-арийской трансформы "Кабалим". Тора и её эзотерический ключ Кабалла (все знатоки Кабаллы до сих пор пишут её с одним "л") написаны на этом языке, позаимствованном у индо-ариев хаттов и взявших у них язык ранее симитских племён аккадцев. Фу-ух! Диссертабельная тема: пора закругляться.
Понятно, что греки, где лишь 14 из 27 букв алфавита акрофоничны, да и то это скорее бессмысленные для них анахронизмы, отпадают. Но ведь "Ваттан" и "Кабалим" имеют вообще по 22 знака: полное совпадение с ивритом. "Слава Иегове!!!" - теперь уж точно заголосят евреи. Ну куда вы лезете со своим новоделом, убогие? Говорят же вам: азбука сия - древнее ! Слово азбука произошло, как и алфавит у греков, от первых букв глаголицы - аз и буки. Солунские братья Кирилл и Мефодий только составили из 29 (?) знаков глаголицу, начавшую мгновенное победное шествие по славянскому миру. Как лакмусова бумажка выверяла она славянские корни народа: не славянам глаголица, а позже кирилица, не давалась никак!
Двадцать девять символов знаков-понятий. Почему же 29? Да потому, что из них было составлено космическое послание и для працивилизации Земли и для всего будущего человечества. Составлено нам, ариям-русам, вместе с самым удивительным чудом света, акрофонической азбукой, теперь уж точно - единственной на Земле!!! Что касается самого текста послания. Я приведу его в первозданном виде в следующем послании к вам...

Вот это чудо - тайна великая кирилицы!!!


Собственно нам осталось выписать глаголицу в первозданном виде и в первозданном же виде изложить её на нашем, тоже, кстати, претерпевшем мизерные изменения современном языке. За это нам следует благодарить также православную церковь. Ещё какие-то сто лет назад практически каждый отрок, невольно проникаясь в церковной школе Космосом ариев-русов, твердил в самом начале пути к великому знанию:

Аз Буки Веди
Глагол Добро Есте
Живите Зело Земля
И Иже Како Люди
Мыслите Нашъ Онъ Покои
Рцы Слово Твердо
Укъ Фърътъ Херъ
Цы Червь Шта
Еръ Юсъ Ять

И перевод:

Я буквы ведаю.
Слово добро есть.
Живите усердно земляне.
И иже како люди
Мыслите наш мир.
Неси слово твёрдо.
Знание дар Творца.
Дерзай червь что.
Сущее свет понять.

Наконец, сакральный смысл:

Я знаки ведаю, Начало есть Добро. Живите по правде (по Прави, по сердцу) земляне. И как боги люди мыслите наш мир. Несите слово твердо. Знание дар Творца. Дерзай червю подобно Единого свет узнать.

Притча: Любовь вернулась

Когда ЕЁ не стало, ОН долго тосковал, по-своему, по мужски. Зелёного змия отмёл сразу: он был врагом семьи всегда и незачем было менять это сейчас, когда от семьи осталась половинка, а он теперь - её хранитель. Он ходил по их местам, как их хранитель, но без НЕЁ хранить было нечего, кроме воспоминаний, а они всегда были при нём. Потом он начал разговаривать с её портретом, потом сам с собой.
- Сегодня на лекции ты был очень убедителен. Или:
- Водичка бежит не очень тёплая, а вот когда сольётся и станет тёпленькая... Монологи множились, становились всё менее внятными и в этот критический момент он подобрал на улице котёнка. Начал он, как и всё последнее время с монолога, но как человек с душой заметил, что котёнок худой и дрожит. И даже, кажется, плачет по-своему. Душевные люди всегда замечают такой "пустяк", как чужая слезинка горя. И принимаются сушить её доступными способами. Тут всё было ясно и через час отмытый в ванной Остап уминал 2-ю варёную сардельку, а он осваивал премудрости кошачьего туалета "Томас". Места для сна он Остапу не навязывал: там, где ошалевший от впечатлений кот свалился, утром уже лежал старый шерстяной пуловер. С местом они угадали, как позже угадывали многое другое: душа в душу с первого дня.
Бавало, сядет он перед ЕЁ портретом, а кот, так и не преобретя дурной привычки лезть на руки, садится в кресло, приятно согревая бедро, и тоже смотрит на портрет. Остап встречал его на подоконнике после работы, провожал до двери утром, выслушивал гневные тирады по поводу чьей-то там тупости так внимательно, изредка склонив голову чуть набок, что казалось, кот всё понимает. Он в таких случаях сбавлял тон, притом, что ему становилось легче и веселее. Мировые проблемы скукоживались до вопроса варёной рыбки для раздобревшего Остапа и бессмысленного валяния на диване: он почему-то перестал читать. Ему нужно было обязательно обсудить прочитанное с НЕЙ, а на Остапа он пока не надеялся. Так они и жили. Но за зимой приходит весна, коты рвутся на дачу, а молодые и не очень мужчины начинают ощущать смутное беспокойство. Остап это почувствовал и насторожился. Не зря...
Как это и бывает в жизни, она требует своё и в один прекрасный ("Сомнительно," - пробурчал бы Остап) день в доме появилась она. Остап только глянул на портрет и ушёл к себе, ловя спиной токи явного недоброжелательства.
- Ты не говорил, что у тебя кот, - она щёлкнула зажигалкой и глубоко затянулась.
- Это что-то бы изменило?
- Ну вот, - с неудовольствием начал формировать мыслеформу Остап, но не успел.
- У нас в доме не курят.
- Как? И он?! - она старалась быть весёлой и остроумной, но получалось слишком развязно.
Она принялась бесцеремонно разглядывать ЕЁ портрет и несколько бестактныз реплик,...не будем об этом.
- Хуже было ночью: Остап не собирался покидать своего места, далёкого впрочем от дивана. И утром понял, что нажил смертельного врага. Сдержанность его, она не связала ни с портретом, ни с его возрастом, когда люди естественно стыдливы в первый раз: только с котом.
- Этот монстр пялился на меня всю ночь.
- Когда ты успела рассмотреть? Или я был недостаточно убедителен?
Так продолжалось до выходных. Когда она узнала, что Остап тоже едет на дачу (а как же иначе?!), она промолчала, но так глянула на Остапа, что он понял: это его последний день здесь.
Остап знал и любил ЕГО, она не знала и не любила, но и мысли не допускала, что ОН расстанется с Остапом. Женская необъяснимая интуиция если хотите. Остап и не подозревал, КАК он расстанется с этим домом и этим человеком по её понятию, но когда они вернулась, он понял всё. Он лежал спиной к ней в кресле, но видел и потёртую сумку и её вороватые взгляды в его сторону. Полагая его спящим, она открыла сумку и стала тихо красться к Остапу: даже дыхание задержала. И тогда, желая положить конец этой бессмыслице и дождавшись её прикосновения, Остап встал на дыбы. Не было в нём злости и зова инстинкта, он просто выпустил когти на всю длину и влепил ей две пощёчины. А потом дал без сопротивления унести себя за шиворот в туалет. Согласитесь, вы, знающие котов, - это необычно.
Он застал её не в слезах, нет, она уже немножко поняла его натуру. Холодная праведная ярость и щёки, как вещдоки были представлены на обозрение, а балаганный аргумент - как резюме: я или он.
Между тем он не слушал её, а смотрел на ЕЁ портрет и ему было стыдно, но хорошо. С лёгким вздохом принятого решения, он отошёл к окну, мучаясь начать разговор о Любви былой, которая оказалась вовсе не былой. И тут взгляд его упал на обшарпанную сумку. Он задумчиво подошёл к ней и Остап мог бы поклясться, если бы знал чем, что только в эту секунду о нем вспомнили. ОН задумчиво достал верёвку с удавкой на конце, молоток и всё понял, потому он уже был почти ОН.
- Сука, - сказал он спокойно. Никакие объяснения больше были не нужны.
- Собирай манатки, - и на попытку что-то изобразить или сказать, отреагировал твёрдым, - ну?!!
Вечером они пили чай. ОН чай пил почему-то со странным бутербродом: булочка с маслом и шпротами, но когда ОН взял шпротину и протянул вежливо и аккуратно взявшему её Остапу, тот понял всё. Они пили чай и смотрели на ЕЁ портрет. В этот дом вернулась Любовь.

Мудрость на ночь: О естественности


Естественность - всего лишь поза, и к тому же самая раздражающая из всех, которые мне известны.Оскар Уайльд

Притча: Лучший из лучших


Мастер всю жизнь делал резцы для ваятелей. И вот весь его опыт, чутьё на нужный сплав и угол заточки режущей кромки воплотились в истинном произведении искусства, способном создавать в твёрдой руке бессмертные творения. Прежде чем уложить резец в сафьяновую коробку выложенную замшей внутри, мастер любовно отложил его в сторону.
- Есть вещи, которые ты должен знать, - сказал он резцу, - прежде чем я отправлю тебя в мир. Всегда помни о них и никогда не забывай, и тогда ты станешь лучшим резцом, которым только можешь быть.
Ты сможешь сделать много великих вещей, но лишь в том случае, если позволишь держать себя в твёрдой руке Мастера.
Ты будешь переживать болезненное истачивание временем, но это необходимо, чтобы стать лучшим резцом.
Ты сможешь исправлять ошибки, которые совершаешь.
Твоя наиболее важная часть будет всегда открыта только тебе.
На каком бы материале ты не работал, ты всегда должен оставить свой след: ты должен продолжать вырезать прекрасное.
Резец понял и пообещал помнить об этом призвании в своём сердце.

Притча: ум, мудрость и сила духа


Владыке нашептали на ушко "доброхоты", что его первый министр владеет некоей волшебной силой. Но к каким ухищрениям не прибегал владыка, министру как-то непонятно удавалось отказать владыке, не вызывая гнева, ТО ЕСТЬ того, на что надеялись завистники. Тогда один решил прибегнуть к хитрости и поставить министра в условия, при которых тот, пусть непроизвольно, но выкажет свои способности.
И как-то на прогулке у леса, увидев человека, внимательно разглядывающего деревья снизу и доверху и не обращавшего внимания на близкую свиту, он, равный среди равных, окликнул министра по имени:
- Анри! Почему простолюдин Луи спокойно разгуливает у опушки леса владыки и почему он так голоден. Уж не браконьер ли это?
- Да, - ответь мне, - потребовал владыка, разгадав план придворного. Это был неглупый владыка.
- Его зовут не Луи, а как и меня, Анри, - невозмутимо ответил министр, он столяр-краснодеревшик, получивший сегодня важный заказ от владыки и он не голоден: недавно он перекусил лепёшкой, политой мёдом.
Владыка приказал привести к нему человека, и узнал в нём мастера, которому он тайно заказал резной ларец для любовницы, и об этом не знал никто. Но остальное... Выяснилось, что человека зовут именно Анри, и он недавно перекусил лепёшкой с мёдом. Глаза придворного светились коварством, но министр был непонятно спокоен, хоть уже разглядел ловушку. Зато ликовал владыка и не думая гневиться на министра:
- Вот видишь, - владыка не мог скрыть восторга, - ты скрываешь свои духовные силы и даже мне не признался в своих способностях. Теперь они будут служить и мне: стоит узнать людям о том, чему я только что был свидетелем, тебя или сожгут на костре, или возведут в ранг святых. Как же ты тогда сможешь следовать вашей главной заповеди - всегда быть в тени и изображать простого человека?
- Да, владыка, - светло улыбнулся Анри, - я могу читать мысли, но никто не знает, когда и как я это делаю. А я по природе своей не использую свои способности ради пустяшной забавы: потому тайна моя так и останется нераскрытой.
- Но ты ведь не можешь отрицать, что только что использовал свои тайные знания?
- Почему? - снова улыбнулся своей светлой загадочной улыбкой Анри.
- Тогда объясни, как тебе удалось столь точно ответить на все мои вопросы?
- Ну, владыка, это и вовсе просто. Когда твой человек окликнул меня, этот человек тоже обернулся, и я понял, что его зовут так же, как и меня. Что он мастер-краснодеревщик, я догадался, когда увидел, что в лесу его интересуют лишь деревья опушки, хорошо просушенные и без сучьев, наиболее пригодные для резьбы по дереву. Его интересовали ясень, бук и дуб. Он не поклонился тебе, зничит вы сегодня виделись, а равнодушие к предворным указало, что он получил важный тайный заказ. Ну а по тому, как его лицо одолели пчёлы, и он в раздражении отмахивался от пытавшихся сесть ему на губы, я понял, что совсем недавно он ел мёд - обычный перекус мастеровых вдали от дома. Простолюдин ест чёрный сухарь с ключевой водой.
Вы увидели ум и мудрость, а сейчас увидите духовные силы. Ненадолго.
Светлая улыбка вдруг покинула его лицо, взгляд стал пронзительным и от него никак невозможно было отвести взора нескольким оцепеневшим придворным, сопровождавшим владыку ныне.
- Сейчас вы всё забудете и будете помнить только шутку с мастером и моё объяснение ей. Всё.
Придворные и владыка разом выдохнули застрявший в лёгких воздух, немного растерянно посмотрели друг на друга, потом на мастера, наконец на министра,... и рассмеялись. Громче и веселее всех хохотал владыка.
- Как всё становится просто после твоих объяснений.
- Да, всё в жизни просто, - ответил вновь улыбающийся светлой улыбкой министр.
- И потому позволь мне угостить мастера как наградой за беспокойство, стаканчиком вина.
Он отцепил от пояса красивую фляжку, налил в серебрянный стакан и протянул мастеру:
- Пей, - он улыбался, но поймав глазами глаза мастера, он уже не отпускал его взгляд, и мастер, как во сне, выпил вино, не зная, что пьёт противоядие. Три дня он должен был делать резную шкатулку для любовницы владыки, а на четвёртый умереть от медленного яда, полученного в таком же серебрянном стакане с вином на рассвете из рук владыки. Владыка был действительно умён, а министр - мудр.
ВСЁ ПРОСТО ДЛЯ ЗНАЮЩЕГО, ЕСЛИ ОН НЕ ЗАБЫВАЕТ, ДЛЯ ЧЕГО ДАНА ЕМУ СИЛА ЗНАНИЯ: ДЛЯ СЛУЖЕНИЯ ЛЮДЯМ И ИСТИНЕ. Но не себе: потому министрами они становятся силой ума и мудрости, но не тайной силы. Вы уж мне поверьте.

Притча: Не знаю


Один мудрец прославился своей мудростью. К нему приходили за советом из дальних мест; властители посылали придворных за советом; однажды его посетил сам наследник властителя здешних мест. И все платили деньги за мудрые советы. Мудрец создал на них школу, набрал учеников, которые уважали его за мудрость и бескорыстие. Но был меж них один, вознёсшийся в помыслах до желания сравняться с Учителем в мудрости. Учитель отдавал ученикам все знания и те, кто был прилежен, к концу обучения были готовы к тому, чтобы набравшись кроме мудрости жизненного опыта мудреца, сравняться с Учителем. Но этот путь казался слишком долгим честолюбцу. В свободное от учёбы время он посещал другие школы, отыскивая там недоброжелателя своего учителя, способного задать вопрос, на который у Учителя не найдётся мудрого ответа, и он, ученик, в мыслях своих полагал наивно, что, задав такой вопрос и унизив Учителя, он возвысится таким образом в славе до мудрости Учителя и перебьёт у него всю клиентуру.
Жизнь есть жизнь: нашёлся и завистник, очень неглупый, но и очень тщеславный человек. Он и сыскал коварный вопрос, правильный ответ на который выставил бы мудреца дурным человеком, потому он или откажется отвечать, или скажет: "Не знаю правильного ответа". Но он не стал предупреждать ученика: просто сказал, что на этот вопрос у мудреца нет правильного ответа, а сам же ответ сообщил ученику. И вот во время занятий, на которых в тот раз присутствовали посланцы очень важных людей, ученик задал мудрецу свой коварный вопрос. Мудрец внимательно посмотрел на ученика, как будто пронзив взглядом, но, притушив взор, тихо ответил на вопрос:
- Не знаю.
Это был первый случай для всех, знавших мудреца и изумлению их не было предела. А ученик решил развить успех и, выставив вперёд ногу и пошевеливая ей, что на Востоке считается знаком неуважения к собеседнику, высокомерно заявил.
- Эти люди, - он указал на клиентов, - платят тебе деньги за твои знания, а они не так уж обширны.
Мудрец вздохнул и обратился к купающемуся, как он полагал, в лучах славы ученику.
- Ты мог бы стать великим мудрецом, содержал бы эту школу и стяжал славу и достаток правителей, но только если бы тебе платили за каждое "не знаю"
Ученик не уловил издёвки в словах мудреца и высокомерно выпалил:
- Ты не знаешь ответа на заданный вопрос, а я знаю.
И он сказал этот ответ и все вокруг сразу увидели, какой это плохой человек. И поняли, почему мудрец отказался отвечать на вопрос, чем он заслужил ещё большее уважение учеников и клиентов. А ученик подвергся такому презрению, что немедленно покинул школу и больше о нём никто не слышал.
НЕ БРОСАЙ КАМНИ В ДОСТОЙНОГО, ЕСЛИ САМ ЖИВЁШЬ В ХРУСТАЛЬНОМ ДОМЕ.

Притча: Об истине


Как-то мудреца вызвал шах и пожаловался.
- Все мои придворные лгут мне.
- Ваше величество, не лгут, а искажают истину. Истины - разные. Прежде чем говорить относительную истину, людям необходимо познать реальную истину. Но они всё делают наоборот. В результате они, и твои придворные не исключение, обращаются к тебе со своими искусственными истинами, сознавая внутри, что это иллюзия истины.
- Слишком мудро, ты вот защищаешь их, но тебя они тоже называют лжецом, только мудрым.
- Испытай меня и ты увидишь истину. Позови сюда воина и пообещай выполнить одну мою просьбу.
Шах не мог удержаться от искушения и хлопнул в ладони. Явился начальник охраны. Немая сцена длилась, пока шах не задал вопрос:
- Зачем ты вызвал воина?
- Чтобы он убил меня, если я лгу, я прошу тебя об этом.
- Ложь, я не верю тебе.
- Тогда пусть воин убьёт меня, ведь я солгал, а ты обещал выполнить одну мою просьбу.
- Но тогда ты говоришь правду и тебя нельзя убивать.
- Как и истину, которую ты только что лицезрел, - ответил мудрец.
Что лицезрел шах, оставим на совести мудреца. Но иногда приходится идти на ухищрения, чтобы сохранить истину для людей, достойных её принять.

Притча: Мы приручаем, нас приручают

У меня был друг по имени Нут. Ахалтекинец, чья родословная уходила в тысячелетия. Он был мудр, что однажды стало самой большой трагедией моей жизни: мне пришлось убить его. Слёзы и ком в горле... И так всегда.
Мы росли с малых детей на Буяне и он сразу выделил меня из всех: голенастый жеребчик голенастого мальчишку. И мы всему учились вместе. Любой подросток-казачонок знает, что это такое, но мало кто знал, что мы друг друга любили и только потому освоили некоторые приёмы, не дающиеся и взрослым казакам. Может там не хватало любви и терпения, но скорее всего Нут был намного мудрее своих сверстников.
Спешиться и приказать коню лечь рядом непросто, но этим приёмом владеют все пластуны и большинство староказаков. Куда труднее заставить коня стать на колени или лечь на бок оставаясь в седле. В цирке это можно увидеть под хлыстами, с шумом и гамом неоднократно повторяемых посылов. А в секрете или на тропе, совершенно скрытно? Вот ты выделяешься силуэтом на кромке березняка,...и вот тебя уже нет...
Но то, что мы освоили с Нутом, не делал никто. Совсем. Вы видели съёмки, когда лошадь на скаку заставляют падать с помощью специального приспособления, делающего трюк относительно безопасным? А если на троту или короткой рыси лошадь вдруг опускается на передние колени, скользя по траве (обязательно нужна трава)? Лучше всего скользит ковыль, хуже - полынь или осот. Нут научился делать это, а я научился не вылетать из седла, максимально откидываясь на круп Нута и балансируя руками.
В тот год, уже повзрослевшие, мы уже изрядно сцепились несколько раз с хазарами и этот приём здорово выручал, если ты вляпывался в засаду, лоб в лоб на мокрой травяной кайме плавней. Слева сланцевый распадок, справа болото...и тут Нут по известному нам сигналу, а иногда и не дожидаясь его (ох, умён был!) падал на приличном ходу и скользил по мокрой траве, а засадники, вдруг потеряв нас из виду, получали от меня, как на занятиях, несколько стрел, сразу уравнивавших наши шансы: я их видел в любую ночную мглу или туман, а они меня нет.
В тот день они таки прижали меня к распадку - жёсткому гребню из сланцевой крошки и песчанника. Мы уже уходили по дуге к спасительной дубраве, когда впереди и левее вынырнул ещё не видящий нас дозор. Нут сразу осадил, и перешёл на трот, давая мне время на осмысление положения. Сам он осмыслил его по-своему, но я понял это слишком поздно и, раванув уздечку вверх и вбок, чтобы предотвратить задуманное моим другом, впервые оскорбил его бока каблуками и захрипел: "Не-ет!" Поздно...Он уже оседал на колени, но под ними была не скользкая трава, а наждак песчанника. Я сердцем услышал хруст ломаемой ноги и спрыгнул на через голову Нута навстречу дозору. Они увидели меня, но это им не помогло: в тот раз я не церемонился и через минуты они валялись на траве, к которой мы с Нутом так рвались. Затем я повернулся к преследователям. Передний на скаку пробил мне селезёнку, но это были все их успехи. Под градом астр, которыми я осыпал их с двух рук, забегая по дуге под неудобную для них дериктриссу, они смешались, сбились в кучу и тут заработал лук Гвидона. Они уже драпали, сметённые моей нечеловеческой яростью, а я всё сносил их, чего никогда не делал раньше, и перебил бы всю свору, если бы не вспомнил о Нуте.
Друг лежал на боку, его агатовый глаз радостно (готов поклясться!) смотрел на меня: живой. Я выдрал стрелу, заткнул носовым платком бок и наклонился над неестественно вывернутой ногой друга. Ноги у коней не срастаются никогда.
- Мне больно, - сказал его глаз и из него выкатилась крохотная росинка понимания и горя расставания.
- Ты знаешь, что делать.
Я плакал, целовал его в бархатные губы и бормотал.
- Нут, друг, что ты наделал.
И вдруг гордость сверкнула сквозь слёзы в его взоре былым огнём. Он с трудом, но гордо, поднял голову превозмогая боль и трубно заржал. А потом, разом обессилев, посунулся губами к моим рукам и снова жалобно глянул на меня. Слёзы замутили мне глаза, но я жёстко смазал их рукавом. Последний взгляд друга и немая просьбе: "Я сделал своё, делай же своё и ты, ты знаешь." Я никогда не забуду этот взгляд, я дописываю эти строки сквозь мутную пелену и так будет всегда. Мы ответственны за тех, кого приручаем. А как жить, когда мы приручены сами? На всю жизнь.
Ну-у-ут...

Притча: Почему не хвалил?


Однажды Тимур, жестокий правитель и захватчик, чтобы испугать и пристыдить Насреддина, при всех придворных повернулся к нему и гневно сказал:
— Мне стало известно, что вчера в одном собрании меня хвалили, называя справедливым государем. Ты тоже был там, но о моей доброте не сказал ни слова.
Насреддин невозмутимо ответил:
— Нет, государь, это ложь! Не только вчера, но и ни разу в жизни я не был в таких собраниях, где говорили бы о твоей доброте и справедливости.

Утренняя мудрость: Сердце


Только сердце делает человеком, все остальное — вздор. Петроний

Веданта: Реально ли сотворение мира?


Как я уже говорил чуть раньше, ссылаясь на Традицию и свитки, сотворение мира должно быть реальным, а Бог реальным творцом его. Эти два различных утверждения относительно мира и Бога, естественно, вызывают недоумение. Является ли Бог действительным творцом мира и, следовательно, реален ли мир, или же в действительности не было никакого творения, а мир объектов - лишь простая видимость, химера? Является ли Бог поддающейся определению, познаваемой Реальностью, которая может быть описана с помощью надлежащих атрибутов, или же Бог есть нечто неопределенное, непознаваемое? В чем заключается действительная точка зрения Упанишад? Эти проблемы пытаются разрешить ведантисты во всех последующих трактатах Веданты. Как уже отмечалось, в "Брахма-сутре" Бадараяны делается попытка установить и систематизировать реальные взгляды священных текстов Шрути. Но имеющиеся чрезвычайно краткие утверждения (сутры) сами по себе допускают различные толкования. Куда более ясным и определённым изложением принципов Веданты отличается Мандукья-Карика Гаудапады, которая в действительности является базовым текстом (манифестом) Веданты. Сам Бадараяна, кстати, упоминает в своих сутрах о других семи Учителях Веданты. Последующие авторы-комментаторы "Брахма-сутры" дают свои собственные подробные истолкования Упанишад и сутр. Из различных соперничающих друг с другом школ, которые возникли этим путем, наиболее известной является школа Шанкара-Ачарьи. То, что людьми принимается в настоящее время за Веданту и даже иногда за индийскую философию в целом, есть в действительности Адвайта-Веданта школы Шанкары. Следующей по степени популярности является вишишта-адвайта школы Рамануджа-Ачарьи. Без понимания объединительного начала этих школ, а так же без знания непротиворечивых, дополняющих философскую мысль Веданты, разночтений мы не сможем осмыслить всей глубины философских идей, заложенных в Адвайта-Веданте.

Притча: Бог живой

Кришна был духовным наставником Арджуны.

Однажды, сидя в кругу учеников, он проповедовал истины, недоступные для людей, живущих в рабстве у своей чувственной природы.

— Тело, — говорил он, — внешний покров души, есть нечто конечное; но душа, пребывающая в нём, есть нечто невидимое, недоступное тлению, вечное. Земной человек троичен, подобно Богу, которого он отражает в себе: у него есть разум, душа и тело. Чтобы достичь совершенства, нужно овладеть наукой единства, которая выше мудрости, нужно подняться к божественной сущности, которая выше души и выше разума. Божественная сущность, этот верховный друг, пребывает в каждом из нас, ибо Бог находится внутри каждого человека, но мало кто умеет найти Его.

Арджуна в порыве обратился к Кришне:

— Дай нам узреть Его, если это возможно.

И тогда Кришна начал говорить с невыразимой силой о Существе, которое дышит во всякой твари, обладает бесконечно разнообразными формами и образами и смотрит бесчисленными очами. Когда он говорил так, в глазах его зажёгся луч света такой могучей силы, что ученики не выдержали его блеска и попадали ниц к его ногам. Волосы на голове Арджуны встали дыбом, и, покорно сложив руки и склоняясь, он сказал:

— Господи! Твои слова пугают нас, мы не в состоянии смотреть на то высокое Существо, которое ты вызываешь перед нашими глазами. Вид Его потрясает нас.

Далее Кришна поучал:

— Многие рождения остались позади меня и позади тебя, о Арджуна! Я знаю их все, но ты не знаешь своих. И хотя я по природе моей не подлежу рождению и смерти и есть Творец всего сущего, тем не менее, повелевая своей природой, я проявляюсь собственной силой. И каждый раз, когда добродетель падает в мире, а порок и несправедливость преобладают, я делаюсь видимым, и, таким образом, я рождаюсь из века в век для спасения справедливого и сокрушения злого, и для восстановления праведного закона.

Кришна всегда говорил о Боге Живом. Это восхищало и увлекало людей, но иногда какой-нибудь учёный или гордец с неверием просил его объяснить природу Бога. Кришна отвечал так: «Учёность человека полна тщеславия, все добрые дела его обманчивы, если он делает их не во имя Бога».

Притча: А причина - наверху


Он был оптимистом и жизнерадостным человеком, но имел дурную привычку смотреть за завтраком зомбиящик. Его не трогали катастрофы, убийства, теракты, когда "лицо кавказской национальности" оставило в зале ожидания вокзала сумку, стоившую жизни полусотне пассажиров: в сумке была бомба, начиненная дюпелями. Его раздражали журналисты, собирающие наперегонки эту дрянь, чтобы поскорее выплеснуть её на экраны и страницы газет. Выходя из дома он снова излучал оптимизм, не подозревая, что где-то на краешке подсознания эти негативчики находили свою полочку и сидели там до срока, потому что всё в этом мире имеет причину, известную только Творцу. Впрочем это он знал и старался не влезать в дела Его без видимой ДЛЯ СЕБЯ причины. Но когда на вокзале он увидел подозрительное "лицо кавказской национальности" (забыл, что они все выглядят подозрительно даже в неглиже?), быстро уходящее из зала ожидания к WC от только что поставленной на пол сумки, часто оглядывавшееся на неё и убыстрявшее шаги, из подсознания услужливовыплыл такой же эпизод, виденный в зомбоящике.
- Всё, - ахнул он, - вот она бомба и смерть.
Он было рванулся к выходу, хоть всё кричало в нём, что надо всех предупредить, как уже перешедший на спортивную ходьбу кавказец ещё раз оглянулся на сумку...и достал сотовый телефон.
- Сейчас он наберёт код, - услужливо подсказало подсознание, - зайдёт в клозет и нажмёт кнопку вызова.
- Бомба! - заорал он благим матом и ринулся в просвет между тяжёлыми и надёжными скамьями, успев ещё раз проорать, - Бомба!
К нему подбежал нетрезвый страж, но он, опережая вопрос, ткнул несколько раз в сторону безхозной сумки пальцем, а потом в сторону туалета:
- А смертник там, - не сообразив даже, что смертники не прячутся по туалетам, а отправляются прямо к Аллаху...
Через час он мирно сидел в линейном отделении, а рядом потерпевший, замученный диареей то и дело просился,... ну вообщем просился. Час назад, пока все лежали мордой в заплёванный пол, он вернулся к своей сумке и был скручен нетрезвым и его напарником. В сумке оказалось что-то неопрятное и еда. И вот теперь он давал гневные показания под жужжание камер двух невесть откуда взявшихся журналюг и всё время отпрашивался. К человеку вернулся оптимизм вместе с природным чувством юмора: он уже оценил ситуацию и тихо отвечал на вопросы типа "как это произошло и в чём причина". Слово-ключик "причина" заставило его встрепенуться и последний его ответ так и остался загадкой и для задавшего вопрос журналюги, и для нетрезвого, и для всех, читавших потом протокол.
- На Ваш вопрос не существует прямого ответа. Всё зависит от вашего богомировоззрения. Но если вы настаиваете, то скажем так: я здесь оказался из-за вас, - он плавно и с достоинством повёл рукой в сторону журналистов, - а вы из-за меня. Причина же - наверху. Он указал пальцем в потолок. И ещё добавил такое и таким голосом, что получилось совсем как у Христа, да так, что нетрезвый вдруг разом протрезвел:
- Помни, чем твоё Слово отзовётся.
Для прожжёного журналюги, кушавшего и крохи с оппозиционного стола "верх" ассоциировал,...потому в вечернем его обзоре и появилась фраза: "Власть неспособностью борьбы против террора довела народ до последней черты истерии и отчаяния". И это была ЕГО правда.
У человека была другая правда, а правда может быть только одна, какие бы причины её не вызывали.