Костя Дзю:«Не отрицаю, тиран я,

по-другому и не скажешь»

    Не думал, что вернусь сюда, но вернулся и готов начать все с нуля. Учусь говорить «нет». Для многих это стало шоком. Я хочу строить новую жизнь и буду! И никто ничего с этим не сможет поделать.

Есть старый анекдот, когда мужик развелся, сидит, вздыхает: «Один-один… совсем один…» А через минуту: «Один-один!!! Совсем один!!!» Так вот у меня вторая часть пока отсутствует. Я хотел этого развода много месяцев. Понимал, что надо все упорядочить и

привести к правильному знаменателю. И вот наконец срослось, и я, Костя Цзю, вроде должен упиваться своей свободой, абсолютной и неограниченной. Но что-то не пускает… Нечто подсознательное, которое чувствуешь, но не можешь определить. Все хорошо, а что-то не так.

     Сходное ощущение посещало меня и несколько лет назад, когда я отдыхал в своем большом доме в Австралии. В таком, о котором не только в моем родном Серове Свердловской области, но даже в Москве мечтать сложно. Просторные комнаты, теннисный корт, сауна, бассейн, фонтаны… Одних туалетов семь штук! Соседи прекрасные. Например, голливудская звезда Рассел Кроу, которого я консультировал в картине «Нокдаун», — приятнейший человек. А природа! В двух шагах шумит вечный океан. Небо такое синее, какое только на краю земли и бывает. Деревья на своем участке посадил сам. Сначала елку, потом поменял на пальмы — слишком уж много от елки мусора… Впрочем, это не было моей заботой — за садом присматривал садовник, за домом — домработницы. У меня все есть: трое прекрасных , жена, титулы, о которых многие боксеры могут только мечтать… Я абсолютный чемпион и удостоен чести войти в десятку легенд мирового бокса всех времен и народов. У меня есть даже домашний удав! Потому что я захотел, чтобы был! Ну так вот, сижу в своем «дворце» с семью туалетами, смотрю телик, на мне дремлет удав… И вроде бы все хорошо, правильно, а что-то не так!

 

     Пусть карьера на ринге закончена (вечных боксеров, как ни крути, не бывает), но ощущения того, что пройдет совсем немного — и Костя Цзю превратится в смирного австралийского пенсионера, вынести не мог. Я даже выходные ненавижу! Мне надо быть чем-то занятым, куда-то двигаться. Я человек действия. А там был один сплошной выходной…

     Конечно, мальчик из города Серова и подумать не мог, что такое в принципе может когда-то надоесть, стать банально скучным. Когда в 1992 году меня пригласили в Австралию работать по пятилетнему контракту (а я так «блестяще» владел английским, что ошибся даже в сроке договора), попросил указать обязательное наличие микроволновой печки и удобной двуспальной кровати, потому что ехал с молодой женой. Тогда мне казалось, что предложение и так очень крутое, а если еще и с доп.условиями...

   …Или еще один момент. Бой с Хулио Сесаром Чавесом проходил в Фениксе (Аризона), то есть через дорогу уже Мексика. Поболеть за своего кумира пришло тысяч пятнадцать пьяных мексиканцев. Любят они его невероятно, Хулио — легенда, икона, самый популярный в Мексике боксер. По мою душу восторгов они, понятное дело, не испытывали и, конечно, все пятнадцать тысяч слились в едином желании увидеть меня поверженным. И чем быстрее, тем лучше. Желание их было вполне логичным, потому что Хулио Сесар Чавес провел сто профессиональных боев и ни разу не падал. А в шестом раунде со мной упал. И не смог дальше защищаться. Объявили технический нокаут.

     Когда бой остановили, в нас полетело все, что можно швырнуть, — бутылки, пустые и не очень, какие-то вещи... Поражение своего любимца темпераментный мексиканский люд тихо пережить не мог. Особо отчаянные пытались пробраться к рингу…

     Тридцать человек охраны встали вокруг меня в плотное кольцо и начали потихоньку выводить к раздевалке. Это единственный бой, может быть, даже не только в моей истории, а вообще в истории бокса, когда не объявляли победителя. Судья не поднимал мою руку, не прозвучало, что выиграл Костя Цзю.

     То есть, по сути, опять все правильно. Провоцировать многотысячную пьяную толпу не стоит, имея даже полк охраны. Но… Что-то было не так. Хотя казалось бы — ну и не объявили, все равно результат известен, зафиксирован в протоколах… Но мысль про это «не так» время от времени возвращалась, вплоть до 2011 года, когда нас с Чавесом одновременно ввели в Международный зал боксерской славы (IBHOF). И я был очень рад, что он совершенно искренне мне улыбнулся и протянул руку, то есть продемонстрировал нормальное человеческое отношение. Он хороший парень, этот Хулио. Боец. И действительно легенда. Просто тогда я оказался сильнее. Это всего лишь спорт.

    Спорт — дверь, в которую заходишь и становишься другим человеком. Ринг — в самом деле совсем иная жизнь. Там был другой я. И так-то не самый легкий человек, с капризами, претензиями, а там и подавно… Но не могу сказать, что не любил себя на ринге тем, другим.

     Мысли на тему — кто я, что за человек Костя Цзю — полезли в голову после окончания спортивной карьеры. Раньше я как-то не склонен был к долгим размышлениям, больше отшучивался. Сидишь с мамой и папой у бассейна в своем доме в Австралии и подталкиваешь их в бок: «Все из-за вас. Если б не вы, торчали б мы сейчас в своей коммуналке в Свердловской области». Они смеются... Мой папа работал на металлургическом комбинате, мама — в местной больнице медсестрой. Жили мы так же трудно, как и все вокруг. И вот однажды папа отвел меня в секцию бокса. Без каких-либо далеко идущих планов. Просто решил, что мальчишке, живущему в рабочем районе на краю географии, не повредит. Так домашнего тирана и диктатора своими собственными ручками и создали... Шучу, конечно.

     Когда я приехал на Олимпиаду в Сеул, мне только 18 исполнилось. Пацан совсем. С ума сойти, сейчас моему старшему сыну уже девятнадцать!.. И так меня те Игры вдохновили, что даже проигрыш душевного подъема не испортил. Ездить выступать за рубеж я начал лет с пятнадцати и видел, что мир другой, а совсем не тот, который показывают по двум телеканалам или описывают в газетах в СССР. Но тут — Олимпиада, особый дух! Я захотел стать одним из этих людей — целеустремленных, сильных, современных граждан мира. Возникло желание выучить английский, чтобы свободно общаться со всеми.

     Когда я вернулся в Серов, быть прежним уже не мог. Внутренние изменения потянули за собой внешние. Представь, в 1988 году парень отращивает косичку! Тогда, когда все молодые люди носят одинаково прилизанные челочки, девочки — налево, мальчики — направо, и не рыпаются… А тут сбритые виски под «Пинк Флойд» и, что самое ужасное — косичка. Новому имиджу спортсмена сначала решительно воспротивились наставники. Я входил в сборную СССР, и они ну никак не могли переварить, что представлять великую и державную страну будет такой вот имиджевый оппортунист. Много говорилось про «опозорить светлый облик советского спортсмена», «недопустимо» и так далее. Но ничего не вышло — я остался при косичке. Наверное, это был первый важный момент, когда получилось отстоять свое решение, не дать загнать себя в рамки.

    У родителей тоже, конечно, шок был. Мама чуть в обморок не упала, за голову схватилась: «Что это, Костя?» Конечно, уговаривали вернуть внешний вид обратно. И я предложил: «Найдите мне хотя бы несколько аргументов, почему так нельзя! И я подстригусь». Но подобрать аргументы у них не получилось. Потом косичка стала частью моего имиджа, торговой маркой, визиткой. Хотя, если честно, иногда уже хочется обрезать. Надоела...

Оба моих сына, Тимофей и Никита, прокололи уши. Зачем — не знают. У меня, кстати, прокол в ухе появился примерно в их возрасте, и я тоже не знал, зачем это надо. Но проколол. Поэтому сделали — ну и ладно. Единственное, что я запретил детям строго-настрого, — это наколки. Потому что волосы отрастут, сережку вынешь, а татуировка — штамп на всю жизнь. Даже в паспорте штамп убрать легче! Вдруг что-то поменяется и имена, картинки окажутся неуместными, неприятными? Хочешь о ком-то память сохранить — есть фотографии! Желаний заиметь татуировку сыновья пока не выказывали, но я на всякий случай их предупредил: «Появится — папа будет вырезать ножиком!»

     — Боятся?

     — Не без того. Но это не первое слово. Номер один — уважение. По крайней мере мне так нравится думать. На мой день рождения старший сын написал в поздравлении, что я его самый лучший друг. Так приятно было!

     Хотя не отрицаю, тиран я, по-другому не скажешь. Мужик старого образца. И вроде отец до сих пор делает попытки главенствовать, но, по сути, все решения в семье на протяжении долгих лет принимал я. Может, потому что с пятнадцати лет зарабатывал больше, чем мама с папой, вместе взятые. Чувствовал себя добытчиком, эдаким вечно ответственным за семью. Сначала вез с заграничных сборов одежду родителям и сестре, сапожки любимой девушке, потом — бытовую технику. На носильщиках экономил, уверенный в том, что сильный молодой мужик должен сам таскать баулы! В Австралию сначала приехали мы с Натальей, потом перевез маму с папой, младшую сестру Олю, которая теперь живет там со своей семьей. Уже через год после приезда смог купить в Австралии первый дом. Позже сломал его и построил на том месте новый. Сейчас в нем мама с папой живут. Я не хотел быть центром их Вселенной, так уж вышло. И это, черт побери, непросто, когда от тебя постоянно ждут совета, решения, указаний. Я всю жизнь слышал: «Дай, Костя, дай». И несмотря на то что это все мои самые близкие, родные люди, которых я люблю и всегда буду любить, устал…

     — Прямолинейно...

     — А я всегда таким был. И в спорте, и в жизни. К таким, как я, никогда не подойдут с предложением «продать бой», знают, что бесполезно. Даже в менее щекотливых ситуациях мог только так, как мог, и не иначе. Поначалу промоутер уговаривал: «Надо чуть-чуть подольше… Ты новый человек в Австралии, тебя должны увидеть, узнать. Поэтому хотя бы не в первых раундах…» Я все понимал, выходил, соперник делал ошибку, и я с лету ею пользовался. Первые раунды — бой окончен. Слишком хотел победить. Раскручивать меня было сложновато, в общем. Правда, уже в третьем поединке против меня вышел бывший чемпион мира, и всю мою юную спесь как рукой сняло.

     Но не напугало. Наверное, именно потому, что никогда я не искал легкой жизни. Есть принципы, которые не стану ломать никогда и ни при каких обстоятельствах. Сигареты, к примеру, не буду рекламировать даже за сто миллионов долларов. Я всю жизнь говорил: «Это плохо. Нельзя». А тут вдруг скажу: «Закуривайте, ребята». И с каким лицом я должен это сделать?.. Честность сейчас почему-то мало кто понимает. Когда я устал жить двойной жизнью и сказал жене все как есть, первые комментарии от друзей-знакомых были: «Дурак!» Говорили, что куча народа так существует и никто пока не умер. Ну пусть эта куча так живет, а я не могу...

     — Говорят, те, кто занимается силовыми вида спорта, и дома не самые сдержанные ребята.

     — Ерунда. Всю свою несдержанность я оставил в юности, да и вообще не про боксеров это. Опасно перегореть перед боем, опасно выплеснуть не туда. Первые тренеры вбивают это в головы молодым спортсменам, как «Отче наш». А на людях вообще нечего свои эмоции показывать. Один дома — еще куда ни шло, рефлексируй, раз есть потребность… Но никогда я не поднимал руку на женщину. Что касается детей, наверное, каждого я единожды в жизни шлепнул по заднице. Только для того, чтобы они это запомнили. А то, что у папы тяжелая рука, они и без уточнений знают. У меня есть фраза, которую слышали все мои дети: «Никогда я не захочу обидеть или унизить вас. Но не дайте мне такого повода».

     Единственной домашней «пострадавшей» был стенка из гипсокартона. Она в начале моей карьеры действительно напоминала дуршлаг, в который женщины макароны откидывают. Я потом заделал ее камнем, чтобы не было соблазнов молотить кулаками.

    Если говорить о спонтанной реакции, то у меня есть одна история, но она больше смешная, чем трагичная. Однажды в Австралии во всем доме внезапно погас свет. Я не электрик, но мужчина, поэтому отправился посмотреть, что не так. Полез в щиток, так кажется, называется эта штуковина с проводами. Со мной пошел муж моей младшей сестры, здоровенный такой мужик ростом под два метра. Стоит рядом, светит фонариком. Протянул я руку к проводкам и попал, видно, плюс на минус… Как меня шарахнет! Все как в тумане, вижу силуэт, срабатывает мгновенная реакция: получил удар — надо ответить! Так с ходу родственнику и «зарядил»! Тот свалился как подрубленный: «Ты что, Кость? Чокнулся?» Неудобно, конечно, вышло. Извинялся.

    По сходным причинам боксеру не стоит увлекаться измененными состояниями. Выпивать вообще неполезно, а боксеру тем более. Бывает, подходят в ресторане или просто в компании, начинают доматываться: «Костя, выпей с нами! Что, не уважаешь?» На такие ситуации у меня есть хорошая, безотказно работающая фраза: «Я выпью. Только кто из вас потом будет останавливать пьяного чемпиона мира по боксу?..» Желающих обычно не находится. Зато сразу все успокаиваются, уважения больше никто не ищет, и всем хорошо. Я прекрасно себя чувствую вообще без алкоголя. Для того чтобы стать веселее или общительнее, мне не нужно принимать на грудь. Но не будешь же каждый раз это объяснять?.. Впрочем, я редко захожу туда, где пьют. Очень много дел.

    Мне всегда неприятно слышать о том, что спортсмен, человек, владеющий специальными навыками, применил свою силу в обычной жизни, а не на ринге. Это не по-спортивному. Есть техника ухода от конфликтных ситуаций. Ее очень полезно освоить, если кровь кипит.

     Лично мне «перегореть» хорошо помогает спортзал. Стараюсь не пропускать ни дня. Усталость, раздражение и тому подобные темные явления легче всего выводить с потом. Это я точно знаю. Отправленный в чей-то адрес негатив обязательно вернется. И еще одно: люди находят проблемы, потому что они их ищут. Это энергетика.

     — Ну… К Косте Цзю не подойдут на улице с сакраментальной просьбой поделиться сигареткой…

     — Мне кажется, меня мало кто узнает вне ринга. Сейчас в шапке хожу, косичка внутри, одеваюсь не вызывающе. Вряд ли я могу чем-то привлечь внимание желающих поупражняться в кулачных боях. Да и вообще стараюсь жить незаметно. И закурить никто ни разу ни в одной стране не спрашивал! Правда, однажды была история. Но опять смешная. Приехал в Москву на мероприятие. Астоянка такая, прямо скажем, скромная. Спросил у охраны, где можно припарковаться, поставил машину и пошел. Выхожу, пора уезжать, а автомобиль мой заперт другим. Попросил охранника позвонить владельцу, чтоб пришел и подвинул. Пять минут жду, десять, тороплюсь: ехать надо!.. Минут через пятнадцать медленно выплывает человек не в самом хорошем настроении. «Можно несколько быстрее?» — говорю. «Чего надо?!» — спрашивает сердитый гражданин. «Тороплюсь». — «Не опоздаешь! Сколько надо, столько и постоишь!» Глубокий вдох, глубокий выдох… Выхожу из машины: «Мужик, тебе помочь?» «Попробуй! — начал было человек и осекся. — Костя? Цзю? Минуточку!!! Сейчас все сделаем!» И сразу подвинул свою машину. Как на духу говорю, я очень мирный человек. Мне никогда не хочется решать конфликт каким-то иным способом, кроме словесного.

     — Ясно. И все-таки сложно поверить, что вот так в один день, заскучав в своем огромном доме, человек решает начать жизнь с чистого листа.

     — Конечно, все произошло не в один день и даже не в один год. Наверное, слишком многое накопилось. Бокс — это тяжелая работа, которая приводит к усталости, как любая другая тяжелая работа. Люди зачастую думают, что боксер должен с жиру беситься. Вышел на 20 минут, в красивых трусах походил, кулаками помахал, кучу денег получил — и свободен как ветер. Помню, читал заметку про то, что одна минута Цзю на ринге в среднем стоит 20 тысяч долларов. Но почему-то никто не подсчитал, сколько месяцев тренировок нужно, чтобы не просто продержаться на ринге эту минуту, а предоставить болельщикам удовольствие от интересного боя, — атаковать, попадать... У меня не было легких противников. Неумны те люди, кто считает, что с Мигелем Анхелем Гонсалесом или Шармбой Митчеллом на ринге просто. Мне еще повезло с травмами! То есть ничего серьезного, по сути, не случалось. Все обычно — рассечения, сотрясения, сломанные уши — кто ж их в боксе будет считать? С носом повезло больше — ни разу не разбивали.

     Отчасти спусковым механизмом стал бой с Рикки Хаттоном в 2005 году. Я проиграл. Это ужасное чувство, когда ты все время выигрываешь, а потом — раз! — и теряешь почву под ногами. Все, в чем ты всегда был уверен, больше не работает. Не зря говорят, что самый тяжелый соперник в жизни — ты сам. Собственная слабость, депрессия, сомнения — они внутри, по ним не ударишь тяжелой правой…

    Тема спорта дома всегда была табу. Никто не мог мне указывать, сколько процентов жизни я отдам боксу, никто и не указывал. Тогда, после поражения с Рикки Хаттоном я нуждался в обычной человеческой поддержке. Но дети заняты своим, Наташа с головой провалилась в очередную учебу и попытки заняться бизнесом… Она все время чему-то учится. То одну специальность осваивает, то другую… Пока ни на кого так и не выучилась.

     Я пытался высказывать свои обиды, искал диалога, но меня никто не слышал. Всю жизнь я был для них номером один, а тут стал даже не третьим и не четвертым... Костя Цзю и дома потерял свое первое место. Может, так всегда и бывает… Не знаю.

     И не надо представлять ту самую 18-летнюю девочку, парикмахера из города Серова, которая трогательно прыгала и хлопала в ладоши при виде новых сапожек или кожаной куртки. Которая смотрела мне в рот, потому что ее собственная жизнь на сто процентов зависела от моей. Той Наташи давно не существует. У Наташи Цзю «Порше» и «Бентли» в гараже. Статусная такая дама. Как шутят у нас на Урале — «прынцесса с ГРЭСа».

     Вот она дает интервью национальному австралийскому телевидению. Что-то говорит про коммуникацию двух стран, мол, муж мой Костя стал связующим, бла-бла... Красивая блузка, макияж, маникюр, ходит в кадре по дому — показывает, и я щелкаю пультом… «А что вы кушали сегодня?» — как-то спросил я у детей. «Воздух!» — отвечают. Воздух они ели! Все, кто сейчас меня читает, девочки дорогие, зарубите себе на носу — такого не должно произойти с женщиной, у которой есть дом и дети. Я мужик старой закалки, из того поколения, которое, приходя вечером, хочет видеть сытых, опрятно одетых детей, чувствовать, что ему рады. Наташа прекрасно готовит! Но не хотела по какой-то причине этим заниматься. Улетучилось само ощущение дома. Нет, у нас всегда было убрано, специальные люди наводили лоск согласно штатному расписанию, только уюта не было.

     В тот момент я и познакомился с Татьяной, совершенно случайно, в компании. Она дала мне номер своего телефона, но я и подумать не мог, что когда-то его наберу. Что-то было в ней такое… Подзабытое чувство тепла, что ли… И я позвонил. По правде говоря, она в тот момент оказалась единственной, кто захотел меня поддержать. Возникла симпатия. А как должен вести себя мужчина, которого одна зовет, а вторая под спинку подталкивает?.. Наверное, все мы вэтом смысле примитивны.

     Итого: Наталья — минус, дети — плюс. И не надо думать, что они стали легким пунктом... Я был рядом, когда каждый из них появлялся на свет. Я слышал первый крик и Тимошки, и Никиты, и Настеньки. А как отмечали их рождение! На входе каждый гость на свое усмотрение должен выпить или стакан виски, или столько же коньяка, или аналогичный объем водки. Закусить чили и закурить сигару. Это «вход». После такого «входа» далеко не все выходили на своих ногах. Традиция, которую потом перенимали друзья.

     Моя любовь к детям неизменна и ответственность за них — тоже. Я приму любые их решения и поддержу всегда, когда понадобится. И еще я, безусловно, ими горжусь. Никита недавно стал чемпионом штата. Мне, когда смотрю на тренировки сына, кажется — он родился в перчатках. У него настоящий талант боксировать! Тимошка тоже занимался боксом, но травмы сделали невозможным для него большой спорт. Оба начали в 13 лет. А Настя играет на пианино — и это такое удовольствие ее слушать! Такое счастье, что она девочка и хотя бы одного моего ребенка не колотят на ринге. Правда, ей только 11, поэтому кто знает, что она еще выберет…

     — Все это хорошо, но в Россию никого с собой взять не захотели…

    — Тоже не так. Сестра с семьей и родители — это одна история. У Оли своя семья, и все они там такие австралийцы-австралийцы, абсолютно прижились. Мама с папой уже в том солидном возрасте, когда желательно жить в тепле и комфорте. И я счастлив, что смог им это дать. Пусть будет так. А Наталья и ребята приезжали. Но жить тут не смогли даже некоторое время, не говоря о том, чтобы вернуться навсегда. Для них Россия — чужая страна. Все мои дети родились в Австралии, и тут они многого не понимают. Наташе было 18, когда мы уехали. Вся ее сознательная жизнь прошла там. Да что говорить, я сам уезжал из другой страны! Забавно, но тогда, в 1992 году, у меня не было тоски по родине, не тянуло. Все дни расписаны по минутам. Тренировки, тренировки, тренировки, бой… Какая уж тут ностальгия? А Наталья — да, скучала, плакала. Звонила по каждой ерунде в Россию. «Сегодня ветрено…» «Как вкусно пожарить курицу?.. Не знаю, как будет по-английски «майонез», а Костя на тренировке…» Несколько раз говорила: «Все, не могу больше, хочу домой». Я отвечал: «Хорошо. Но ты понимаешь, что я куплю тебе билет только в один конец?» Она поплачет-поплачет да и успокоится.

     Плюс условия… Да, условия. За годы я приучил их всех к тому образу жизни, в котором слово «нет» отсутствует. Достаточно слова «Дай!» — и все появится, как из цилиндра фокусника. Семья действительно не знала ни в чем отказа. Мало дома на триста квадратов — построим на тысячу. Новые машины, поездки, барахло… И поэтому слово «Россия» вызвало, мягко говоря, недоумение. Подтекстом звучало: «И где у тебя, дорогой, засвербило в очередной раз?»

     А я до сих пор засыпаю с таблетками. Выпустил детскую книгу. Сейчас не могу отделаться от идеи второй. Мысли роятся и не дают спать! По-прежнему ненавижу выходные, и у меня их практически нет. Я их уничтожил. Боюсь показаться высокопарным, но я действительно надеюсь, что могу принести пользу в России, многое сделать по-другому, и бокс в том числе. У меня есть опыт. Да я вообще позитивный человек и готов этим позитивом делиться! Второй момент — бизнес. Сейчас здесь есть несколько магазинов имени меня, но я ими не управляю. Теперь хочу заниматься этим сам. Привезем хорошие боксерские перчатки, оборудование. Я немало наработал в этой сфере, и мне есть чем удивить.

    Собираюсь привлечь к ведению дел Тимофея, он лучше остальных детей говорит по-русски. Надеюсь, приедет в следующем году и ему понравится. Пока ему только девочки русские нравятся. Никита скоро будет в России на сборах, обязательно увидимся. Дочечка, конечно, маленькая совсем, учится в школе, но сможет навещать папу на каникулах. Вот. Удава отдал. Здоровенный такой вырос! Метра три будет. Собаку забрала моя мама. А я приехал.

    — Цинично, наверное, но намекнули бы жене о другой женщине — глядишь, и поехала бы. Мы все становимся удивительно легкими на подъем при таких поворотах.

    — Она сама себе намекнула. Вы же любите поиграть в сыщиков… Это были СМС, на которых погорело много нашего брата. Классика жанра. Приперла чемпиона к стенке. Не могу сказать, что я сразу во всем признался. Но потом случился второй раз, третий… Есть отличное понятие privat. Нельзя рыться в чужих телефонах — сто раз говорено-переговорено. Но происходит момент сомнения — и ты лезешь в телефон за доказательствами. Увы, иногда именно их и находишь. Хотя я действительно рад, что все выяснилось, потому что устал от двойной жизни. Правда. Врать все-таки надо уметь, а я так и не научился. Поэтому на вопрос жены, есть ли у меня кто-то в Москве, ответил утвердительно.

      Самым сложным стали дети, конечно. Тимошка был в панике. Крики, визги, никто не слышит слов. Даже не помню, что именно он мне тогда говорил. Я пытался быть спокойным, но… Сын заплакал, и я не смог вынести его слез. Ни капли не покривлю душой, если скажу, что по сей день тот момент — самый тяжелый в моей жизни. Я просто вышел тогда из дома, да, сбежал… Но в конечном итоге Тимоха понял. Он у меня вообще парень неглупый.

     Средний сын тему не поднимает. С дочкой тоже пока не обсуждали. Надеюсь, через какое-то время я буду понимать, что и как говорить. Пока не понимаю. Это то, что я знаю точно. В ноябре прошлого года, как раз перед разводом с Натальей, ездил в Австралию. Возил дочку на шоу «Танцы со звездой», она очень хотела побывать. Настя – девочка музыкальная, интересующаяся. Я мало что понимаю в изящных искусствах, но балую, в чем могу. Хотя и не хочу нарочно создавать присущие для разводов дисбалансы, когда «смотри, зайчик, папа хороший, а мама плохая». А вот супруга, на данный момент бывшая, по-моему, много сделала для того, чтобы настроить детей против меня.

      Понимаю, Наташино самолюбие ущемлено, она обижена, но никогда не нужно манипулировать более слабыми. Моя мама всегда находилась рядом с внуками, а Наташа теперь делает так, чтобы они как можно реже виделись и общались. Увезла ребят в другой район. Не мудро. Никите стало неудобно добираться на тренировки. Думаю, она это сделала не случайно. Надеется, что сын отойдет от бокса. Чтобы уж совсем нас ничего не связывало. Все мы делаем неправильные шаги. И я не святой…

      — А нельзя было сказать это Наталье, покаяться? Возможно, и не нужно было бы разводиться?..

      — Каяться я не собирался. Но действительно был момент, когда все можно было вернуть. Наташа не захотела или не смогла. Не знаю почему… Может, разлюбила. А может, просто не хватило женской мудрости. Не могу даже сказать, как сам поступил бы на ее месте. А на своем я пришел и сказал: «Я не прав. Но того, что произошло, уже не изменишь. Если хочешь, чтобы все вернулось, ты ни разу не должна напомнить мне об этом. Тогда я смогу». Наташа согласилась. Но не смогла выдержать даже одного дня. Через несколько часов в разговоре пролетело что-то очень стандартное, типа: «бабу свою поучи». Так соглашение умерло, толком не успев родиться. И я этот факт принял.

      Я в самом деле счастлив, что мы наконец развелись. Думаю, и для бывшей жены так лучше — у нее появилась возможность строить свою собственную жизнь. Правда, дети уже выразили свое видение маминого будущего емкой фразой: «Попробуй только кого-нибудь привести» — там же два боксера…

      — Добрый бывший муж: сам ушел, а двух боксеров оставил…

      — Смешно… Боюсь, бывшей супруге и без учета двух боксеров будет сложновато: слишком высокими стали ее претензии за годы жизни со мной. К чересчур красивым картинкам привыкли ее глаза. А навыков поддерживать жизнь на том же уровне, увы, пока не наблюдается. Все, что я в своей жизни заработал, отдал им. Оставил дом, и многие снова покрутили по этому поводу пальцем у виска: «Дурак!» Может, и так. Но мне даже психологически легче начинать новую жизнь с пустыми руками. А в том, что снова получится заработать, даже не сомневаюсь. Дом, мой дом, который я планировал и строил с душой, они теперь продают. Хотя мне не жаль. Он не принес того счастья, которое ожидалось… Пусть хоть кто-то обретет в нем тыл и настоящую любовь. Наталья уже пожаловалась прессе на дороговизну жизни в Австралии (будто вчера там очутилась, ей-богу!), которая не позволяет одинокой женщине содержать дорогую недвижимость. А бывшая теща порасстраивалась в печати о том, что Цзю выселил ее дочь и внуков в арендованную квартиру. Во-первых, Наташа «выселилась» сама, дом она сейчас сдает в аренду и выставила на продажу. Во-вторых, ее съемное жилье никак не похоже на съемный угол в каком-нибудь Бирюлеве. Место-то классное! Апартаменты с тремя спальнями и видом на залив… Да, бывшая живет в одной комнате с дочкой. Ну и что? Я в коммуналке города Серова вообще спал на матраце под столом, потому что единственную детскую кровать (вторая просто не влезла бы в комнатку) отдали маленькой Олечке, мол, она девочка. И ничего, не умер!

     Я все в своей жизни заработал сам. И хочу, чтобы они тоже научились. Мне кажется, что я обеспечил им достойные стартовые условия, надо только взять себя в руки и начать. Есть у меня одна мечта — чтобы однажды сын подарил мне на день рождения хорошие часы. Я увлекаюсь часами, и ребята об этом знают. Старший сейчас учится в колледже, собирается перевестись в университет. Вот выучится…

     Говорят, время лечит. Да ни черта оно не лечит! От себя не убежишь. То, что мы разошлись, — это ненормально, но так уж вышло. Мы живем один раз, и не только для того, чтобы были счастливы дети. На собственную жизнь тоже нельзя махнуть рукой.

      Я не жгу мостов. Я спалил мост, по которому перешел из России в Австралию. А потом строил его заново целых пятнадцать лет. Это научило меня не жечь мосты. У меня в Австралии родители, сестра, мои любимые дети. Я буду к ним приезжать. Но жить остаюсь в Москве.

    — Это означает, что будет свадьба с Татьяной?

     — Это ничего не означает, кроме того, что я начинаю новую жизнь и делаю это там, где хотел. Я только что развелся, у нас вся жизнь впереди. В каком статусе мы сейчас находимся, со штампом или без, для нас не имеет значения.

      — И теперь разведенный, чуть-чуть мрачный Цзю в России. Что из запоминающегося успели сделать?

      — Летал на Урал. Там проходил юношеский турнир имени меня. Посмотрел на подрастающую смену. Целеустремленные мальчишки! Теплое такое чувство возникает, когда смотришь на них, — будто на себя самого юного оглянулся. Думаю, некоторые из тех, кого я видел, еще скажут в боксе свое веское слово. И это правильно, жизнь не стоит на месте.

     Вместо старых победителей должны приходить новые. Я, абсолютный чемпион мира Костя Цзю, совершенно с этим согласен.

     В Серов съездил, сто лет там не был. Далековато все-таки... От Екатеринбурга на машине часа четыре в лучшем случае, дороги как были отвратительными, так ими и остались. Покатался по городу. В первую очередь поехал на кладбище, там много моих друзей. Причины? Разные… Один покончил с собой, двоих убили. Остальные — кто от болезни, кто от водки... Такая уж была жизнь. Положил всем цветочков. Позвонил всем, чьи телефоны были. Народ не верил, что я в городе, но встретиться пришли все. Особенно удивилась моя двоюродная бабушка. Старенькая уже совсем. Приехал к ее подъезду и понял, что не помню номера квартиры. Звоню уточнить. «Ой, сыночка…» — обрадовалась бабуля, решив, что я из Австралии. «Бабушка, — спрашиваю, — какой у тебя номер квартиры?» «Семьдесят девять!» Я тут же набираю домофон и слышу в трубке: «Ой, подожди, мне кто-то звонит!» Смешная стала…

    …Я привыкаю жить в России. Многому учусь, наблюдаю. Бывают дни, когда я открываю телефонную книжку и делаю пару сотен звонков в день. Набираю номера людей, которых просто хочу услышать, и говорю: «Привет!» Не потому, что рассчитываю напомнить о себе или мне что-то нужно от этого человека. К сожалению, здесь жизнь такова, что общаться предпочитают только с теми людьми, которые как-то могут оказаться полезными.

    — Костя, а где по-другому?

    — Вот здесь, в области грудной клетки слева, у меня по-другому.

Благодарим ресторан Кости Цзю «Лодка» за помощь в организации съемки

1.


2.

                                   Костя Дзю с сыновьями Тимофеем и Никитой
3.

              "Все дни у меня были расписаны по минутам: одни тренировки да бои"
4.

                         Бой с Хулио Сезар Чавесом. В шестом раунде со мной он упал...
5.

         Дом в Австралии: просторные комнаты,теннисный корт, сауна, бассейн, фонтаны...
6.

                                                                  С семьей
7.

Соседи у меня в Австралии прекрасные: голливудская звезда Рассел Кроу, Николь Кидман
8.

                                                     С бывшей женой Натальей и дочкой
9.

У меня был даже домашний удав размером в

три метра. (2005 г.)
10.

       Я познакомился с Татьяной случайно,

в компании
 

Елена Михайлина,

«Караван историй»

Информация взята из – http://7days.ru/caravan/2014/2/kostya-tszyu-ne-otr...-ne-skazhesh.htm#ixzz3SI0Y53F2