Как-то раз Филипп Бедросович Киркоров тренировался перед зеркалом вести пресс-конференцию с ростовскими журналистами.
- Так, встала и ушла отсюда, - старательно говорил Филипп Бедросович своему отражению, - Так. Встала и ушла отсюда. Пизда. Да. Да.
Филиппу Бедросовичу что-то не нравилось. Он огляделся вокруг, прошелся по коридору, заглянул в спальню супруги. На широкой золоченой кровати лежала розовая кофточка. Филипп Бедросович зашел в спальню, подошел к кровати, взял кофточку и надел ее поверх своего расшитого жемчугом халата.
Потом снова вышел в коридор и подошел к зеркалу.
- На пресс-конференции к звездам надо приходить подготовленными, - сказал Филипп Бедросович своему отражению в розовой кофточке, - Вчера в подворотне, а сегодня здесь вот, во втором ряду.

Филиппу Бедросовичу снова что-то не нравилось. Он оглянулся, прошелся по коридору, заглянул в детскую и увидел там два футбольных мяча – один Максима Галкина, а другой Насти Стоцкой. Филипп Бедросович вошел в детскую, поднял оба мяча и засунул их под розовую кофточку в районе груди.
Потом снова вышел в коридор и подошел к зеркалу. Посмотрел на свои руки и, чтобы чем-нибудь их занять, взял с полки лежавший там инкрустированный бриллиантами платиновый концертный микрофон.
- Меня раздражает ваша розовая кофточка, ваши сиськи и ваш микрофон, - сказал Филипп Бедросович своему отражению, поднося микрофон ко рту, - Научитесь гаварить сначала па-русски.
Филипп Бедросович поморщился, положил микрофон на полку и поднял руками два мяча под кофточкой своей супруги.
- Вы мне надоели, - неожиданно сказал он своему отражению и сделал круглые глаза, - Все, дасвидания.
Филипп Бедросович выпростал из-под кофточки два мяча и пошел на кухню пить кофий.



*******

Как-то раз Максим Галкин вернулся домой, бросил роликовые коньки в угол прихожей и поскакал по коридору. Войдя в детскую, Максим увидел, что за его компьютером сидит Алла Бо®исовна Пугачева и ожесточенно стучит по клавиатуре.
- Алла, Алла! – воскликнул Максим Галкин, - Ты че делаешь-то?
- Не мешай, - махнула Алла Бо®исовна рукой, - Уйди. Тут дело такое…
Максим схватил валяющиеся на детской кроватке ключи от "Бентли" и выбежал из детской.
Он вернулся через несколько часов, весь измазанный губной помадой и с развязанным галстуком. Алла Бо®исовна по-прежнему сидела за компьютером и что-то ожесточенно писала.
- Алла, Алла! – разволновался Максим, - Ты че делаешь-то?
Алла Бо®исовна устало откинулась на спинку кресла.
- Почтовые адреса регистрирую, - сказала она, - Мне надо зарегистрировать миллион почтовый адресов.
- Миллион?! – присвистнул Максим, - Но зачем?!
- Чтобы проголосовать, - сказала Алла Бо®исовна.
- Проголосовать? – удивился Максим, - За кого?
- На за кого, а против кого, - ответила Алла Бо®исовна и вернулась к клавиатуре, - Против Фильки проголосовать, чтоб он дома уже сидел, а не шатался, где попало с Настькой…
Алла Бо®исовна застучала по клавишам.
Максим Галкин удивленно раскрыл рот.
- Это че, референдум? – спросил Максим после некоторой паузы.
- Референдум, - ответила Алла Бо®исовна, - Киркоров.Нет называется. Или, кстати, проголосуй тоже. Скучаешь ведь без него.
Максим посмотрел на Аллу Бо®исовну с большим беспокойством