Когда бы, Пушкину вослед,
Роман в стихах я захотела б
Намалевать в расцвете лет,
Я б выбрала «лихую» тему.
Убийство Кеннеди! Иль вот –
Грааля чашу кто скрывает?
За что убит в такой-то год
Такой-то преизвестный гаер?
Куда вывозят нефть и газ
С просторов всей Руси, к примеру?
Как порчу быстро снять иль сглаз?
Как за день стать миллионером?
Как замуж выйти, развестись,
Не пострадать в Стандарте Русском,
От ядерной войны спастись,
Как правильно солить капусту..

Да, в общем, много «вечных» тем…
Моя – не менее избита:
Среди забот-работ-проблем
Душа и красота – забыта.
Растерзаны людской молвой,
Истрепаны, как нерв путаны,
В миру, где каждый сам не свой,
Простые истины – обманны…

Прости, читатель, мой прелюд.
Пора мне подобраться к сути.
Пусть почитает здравый люд,
А там, Бог даст, и не осудит.

Жила-была в одной стране
(нет-нет, увольте!, не Татьяна)
Она была подруга мне,
Звалась же, ну, к примеру, Анна.
Нет. Анна. Аннушка. Избито!
Старо, как шар земной! Кошмар!
Эй, муза! Выручай поэта!
Как обозвать сей экземпляр?
Маруся? Ксюша? Евдокия?
Евлампия? Мафусаил?
Катюша? Даша? Может, Фия?
А, впрочем, был или не был! –
Звалась Евгенией подруга.
Красива, вычурна, умна.
Совсем немного – недотрога.
Совсем немного – холодна.
Училась безупречно в школе,
Затем – престижный ВУЗ Москвы.
…Рыдала у меня в подоле,
И вдруг мы стали с ней на «Вы».

Не надо скепсиса, читатель!
И я не бомж, не вор, не мразь…
Сдается мне, моя Евгеша
Совсем немного зарвалась…
Я к ней: «Женюра, что случилось?
Откуда этот светский бред?
Откуда «Вы», скажи на милость?»
Трясу ее. – она в ответ:
«Оставьте, друг мой, все пустое.
Я вас люблю совсем как встарь.»
И нежною своей рукою
Мою похлопывает. Тварь.
Нет-нет. Она не тварь, конечно же…
Погорячилась что-то я…
Но этот тон – небрежно-вежливый…
Но этот взгляд – исподлобьЯ…

Я очень не люблю загадки.
Сюрпризы тоже не люблю.
И вот я стороной, украдкой,
Такую правду узнаю:
Завелся у моей Евгеши
жАних, аж целый олигарх…
ее брЫльянтами обвешал
и тащит в ЗАГС на всех парах.
А Женя, потерявши разум,
Готова с ним на край Земли.
Подруг всех растеряла разом,
(чтоб, не дай Бог, не увели!)
Кичится, дура, аметистом,
Который он ей преподнес.
Следит, чтоб в доме было чисто
И служит, словно верный пес…

Три года – будто бы в тумане!
У Жени – двое сыновей.
И олгарх, (серьезный парень!)
Плюет – серьезно! – на детей.
Вот с ним никто так не возился!
И к папе он не приставал!
Он в детстве по ночам не писалася,
И среди ночи не орал.
«Да я вообще на совещании!
Не надо мне звонить. Нет. Нет!
Какие, на хрен, обещания?!
В натуре, Женя, где обед?»
Да, олигарх. Простой, как веник –
Лишь пыль в глаза умел пускать.
Так смотришь – вроде куча денег,
А Женечке, все чаще!, мать –
То хлеба купит, то картошки,
То молока для двух внучат –
Болит душа смотреть как ложки
Впустую по столу стучат…
Евгеша по ночам все чаще
Рыдает в комнате одна,
А «олигарх» конкретно тащит
Последний рупь из карманА…
Все чаще пьянствует с дружками,
Все реже дома стал бывать,
А дура-Женя с кулаками
Почти бросается на … мать!

«Зачем, мол, лезешь в наше личное?
Чего ты стала к нам ходить?:
Тебе нужна лишь дочь-отличница,
А просто так ты ни любить
Ни понимать не приспособлена!»
И мать стоит, оскорблена,
Задумавшись, чем обусловлена
Такая в дочке перемена.

Чуть позже вовсе стало худо:
Любимый муж сбежал стремглав.
(но если бы случилось чудо,
Я б не писала этих глав!)
Несчастной Жене круглосуточно
Из банков начали звонить:
Кредитов муж набрал нешуточных,
По ним не думая платить.
Что делать ей, беспечной женщине?
Да с малышами на руках?
Подруги шли навстречу ей
И помогали – кто уж как!
Давали денег, слали платьица,
Делили хлеб с ней и ночлег,
Надеялись – ну, вот расплатимся
И возродится человек!!!

Не ждали вовсе благодарностей!
Хотели – искренне! – помочь!
И все же странно – сколько гадости
Скрывалось в Жене между прочим…
Лишь мы кредит всем миром выплатили,
Как объявился «олигарх» -
Собрал семью и укатил он
На санках их катать. В горах.
Недоуменно лишь плечами
Попожимали все друзья:
«ну, ладно, Бог с ним, пусть умчали,
Авось, наладится семья!»
Вернулась Женя королевою.
Долги не стала раздавать,
Зато направо и налево
Твердит какая горе-мать
Досталась ей. Друзья все предали,
Никто ее не поддержал..
Они одни, мол, с мужем ведают,
Как пережили сей кошмар…

Прости, читатель, за сумятицу,
За нервность строк моих и стиль.
Да только, знаешь, в эту пятницу
Наткнулась на такой пасквиль:
На сайте человека Божия
Моя Евгеша – сирота
Свою историю вдруг выложила…
Она – практически свята!
Она – вся в белом. Одинокая,
Стоит с протянутой рукой.
А под историей намеком –
«Расчетный счет у нас такой.»

И люди – верят! Соболезнуют!
Посылки собирают ей…
Ты знаешь, мой читатель, брезгую
Общаться я с особой сей..

Пожалуйте, бросайте камни
Мне в изумленные глаза.!!!
Да только я считаю странными
Такие жизни чудеса.