Он убегал, в него стреляли люди,
Проваливаясь лапой в рыхлый снег.
Волк твердо знал: спасения не будет,
И зверя нет страшней, чем человек.
А в этот миг за сотни километров,
Был в исполненье смертный приговор,
Девчонка малолетняя там где-то,
Уже четвёртый делала аборт.
Малыш кричал! Но крик никто не слушал...
Он звал на помощь: «Мамочка, постой!!!
Ты дай мне шанс, чтобы тебе быть нужным!!!
Дай мне возможность жить!!! Ведь я живой!!!»
А волк бежал…собаки глотку рвали…
Кричали люди пьяные в лесу…
Его уже почти совсем догнали…
Волк вскинул морду и смахнул слезу…
Малыш кричал, слезами заливаясь…
Как страшно не родившись умереть!
И от железки спрятаться пытаясь,
Мечтал в глаза он маме посмотреть...
Вот только «маме» этого не нужно,
Не модно стало, видите ль, рожать.
Она на глупость тратит свою душу,
Своих детей «не в падлу» убивать…
А волк упал без сил… так было надо,
Он от волчицы варваров увёл.
Одна она с волчатами осталась,
Когда он на себя взял приговор.
Собаки рвали в клочья его тело!
Но только душу волчью не порвать!
Душа его счастливой мчалась в небо!
Ради детей есть смысл умирать!
И кто, скажите, зверь на самом деле?
И почему противен этот век?
А просто человечнее нас звери,
И зверя нет страшней, чем человек!
