– Очень смешно, – кисло улыбнулась подруга. – И тебя с первым апреля.
– Но это правда! – рассердилась Соня. – Это не шутка, я выхожу за него замуж!
– Считай, что я умираю от смеха. Слушай. – Рита решительно встала из-за столика. – У меня работы по горло, я побежала.
– А еще, – прошептала Соня ей в спину, – у нас будет ребенок.
Грамота.ру
Когда Соню пригласили на собеседование в рекламное агентство, ее, вчерашнюю девочку с филфака, трясло как осиновый лист. Выяснилось, что Сонины профессиональные качества работодателей устраивают: каверзный тест на знание русского языка она выполнила блестяще и, значит, в корректоры годилась. Соня успокоилась и развеселилась.
К тому, что ей говорила деловая дама-кадровичка, не особенно прислушивалась, и прозвучавшее слово «стрессоустойчивость» нисколько не насторожило. Как и неосторожная фраза «корректоры у нас не приживаются». С начала следующей недели Соня с пылом неофита принялась править тексты плакатов и буклетов – то на компьютере, то на бумаге.
Через пару дней, украшая корректорскими значками текст очередной брошюры, она вдруг услышала:
– Эй, подруга, это твоя работа?
Она подняла глаза и обомлела: перед ней стоял мужчина ее мечты. Нет, Соня и раньше видела главного дизайнера, но так близко – впервые. Плечи, мускулы, шкиперская бородка, улыбка, как из рекламы зубной пасты, – прямо хоть сейчас влюбляйся… Соня открыла рот и захлопала ресницами.
– Детка, это несерьезно. Ты что тут начеркала?
– Там запятых не хватало… – пролепетала Соня.
– Слушай, да кому нужны твои запятые? Что, из-за такого пустяка переверстывать? – Слава наклонился к ней и заговорщицки подмигнул:
– Может, ластиком подотрем, и все в порядке?
Соня тихо ахнула: мужчина мечты прямо на ее глазах превращался в крайне неприятного типа.
– Это же безграмотно, – пробормотала она. – Я не могу этого допустить.
Красавец и зануда
С этого дня началась их вражда. Слава принимал в штыки буквально каждое действие нового корректора. Ходил по отделам и рассказывал, что «эта зануда» опять задерживает работу – ни с того ни с сего «нарисовала козявок». Соня распечатала из «Справочника издателя и автора» приложение с корректорскими знаками и повесила возле своего рабочего места, а сверху написала: «Кто считает, что это козявки, сам козявка!»
Слава прозвал маленькую и худенькую Соню – Тетя запятая. Соня именовала плечистого Славу не иначе как двоечником и второгодником. Коллектив сочувствовал Соне, но поддерживал Славу – он веселый, остроумный и симпатичный, давно работает в агентстве, его любят. А Соня чувствовала поддержку только со стороны менеджера по продажам Риты. Она, пожалуй, единственная девушка, которая не кокетничала со Славой, так как была крепко и надежно замужем.
Но в один прекрасный момент не помогла и Рита. Соня увидела, как «второгодник» очень похоже изображает ее перед сослуживцами: «А здесь могла бы быть ваша запята-ая!», – и самым глупым образом разрыдалась. Вокруг нее виновато топтался народ, Рита гладила по спине. Потом все разошлись по домам. Убежала и Рита, которой нужно было забирать ребенка из сада, а Соня все не могла успокоиться. Неожиданно кто-то подошел сзади и крепко обнял ее за плечи.
– Ну что ты, как маленькая, – услышала она знакомый голос.
Соня резко повернулась и смело взглянула в ненавистное лицо.
– Иди домой, мальчик, – отчеканила она. – Тебе еще правило учить: жи, ши – пиши с буквой «и».
– Бегу, Мариванна, – ответил «мальчик». И, наклонившись, поцеловал ее.
После этого Сонина жизнь потекла по-другому. Можно сказать, встала с ног на голову. Главный дизайнер по-прежнему несколько раз на дню подходил к ней со своими шуточками, над которыми после ее срыва уже никто не смеялся, кроме самой Сони. «Как она держится! – шептали за ее спиной. – Молодец!» А она с самого утра ждала, когда же появится Слава со своими претензиями по поводу правки текста и в перерывах между упражнениями в остроумии так на нее посмотрит, что внутри у Сони все перевернется.
Иногда она ловила себя на том, что начинает хихикать еще до того, как он раскроет рот. А иногда ей хотелось нарочно наделать в тексте глупых ошибок, чтобы потом послушать, что по их поводу скажет Слава.
Больше всех его поведение возмущало Риту. Новоявленная сладкая парочка то и дело попадалась ей на глаза, но она отказывалась видеть очевидное. «И что он жизни тебе не дает?!» – удивлялась Рита, когда заставала их весело беседующими за столиком в кафе. «Зачем ты только села в его машину?» – недоумевала она в ответ на Сонино робкое оправдание: «Он просто довез меня до работы».
Рита долго уговаривала подругу не стесняться и встретить Новый год с ней и ее мужем. Соня не стеснялась, но и принять приглашение не могла – улетала с «двоечником» в Болгарию. Там-то он и сделал ей предложение. Соня в ответ расплакалась («Ну вот, опять что-то не то сказал!» – картинно развел руками Слава) и призналась, что ждет ребенка.
Будущие новобрачные не очень-то маскировались, но их отношения никто всерьез не воспринимал. Наверное, слишком силен был стереотип «Слава + Соня = враги». Каких только версий не высказывали коллеги: она дает ему уроки русского языка; он подвозит ее на своей машине, чтобы она меньше придиралась к текстам.
Соню начало тошнить по утрам – стали говорить: у нее аллергия на Славу. Она все ждала, что животик вот-вот будет заметен и все всё поймут. Но прежде Соня ухитрилась похудеть на почве раннего токсикоза. Мало того: когда определился день свадьбы, жених и невеста не придумали ничего лучше, как начать приглашать гостей первого апреля.
Слава в ответ на всеобщее недоверие громко смеялся, Соня сердилась и даже плакала – все без толку. Поверили им только на следующий день…
Веселая семейка
– Вот он! – громогласно заявил Слава. – Наследник!
– Какой славный! – Рита наклонилась над кроваткой, в которой бодренько махал ручками головастый малыш.
– А не мог бы папочка убавить громкость? – язвительно поинтересовалась Соня, ловко орудуя утюгом.
– Папочка и так едва шепчет! – завопил Слава и выхватил из-под утюга пеленку. – Ванюшка, у тебя есть пеленка с мишками!
– Не сюсюкай с ребенком!
– Слушаюсь! Иван, у тебя есть пелена с медведями!
– И вообще, твоя очередь гладить, – сказала Соня, подходя к кроватке. – А нам пора кушать, да, Ванечка?
– Теперь ты сюсюкаешь! Надо так: «Иван! Пожалуйте к столу-у-у!» – запел Слава, размахивая пеленкой.
– Фальшивишь! – радостно заметила Соня. – Ты испортишь ребенку слух!
– А ты подрываешь в его глазах отцовский авторитет!
Рита ошарашено слушала, как эти двое, не умолкая ни на секунду, продолжают нападать друг на друга. Слава эмоционально доказывал, что призвание его сына – большой хоккей. Соня утверждала, что уже присмотрела для мальчика подходящую скрипочку. При этом супруги обменивались влюбленными взглядами.
– Да, – вздохнула Рита. – Высокие отношения…
