Живу я себе спокойно в нашем тихом, уютном, провинциальном Курчатове уже 15-й год. Мне здесь хорошо. Неспешная жизнь, всё необходимое есть, люди неплохие. Мне нравится.

   Каждый год как минимум, а то и несколько  раз в году езжу на свою Родину, в Подмосковье. Надо с детьми повидаться, с родственниками, друзьями. Вот и в нынешнем феврале предпринял такой вояж. Расписал для себя схему визита, чтобы максимально всё охватить. И выделил на это 5 дней.

   Сначала всё шло хорошо. На целых три дня завис у младшего сына Алексея, поскольку у него наиболее сложная и трудная сейчас ситуация. В состоянии развода с женой, делёж загородного дома, который он строит уже 10 лет. Это ему я посвятил стихотворение "Дом, который построил сын". Дом удалось отстоять, но 6 соток земли из 10 при нём пришлось продать для выплаты контрибуции  бывшей супруге. Сын уже обзавёлся новой хозяйкой. Молодая женщина с ребёнком, разведёнка. Из Курчатова! Познакомился, когда был у меня в гостях. Сейчас куют своё счастье. Почти в буквальном смысле. Алексей после всяких менеджерских работ сильно разочаровался в них  и занялся предпринимательством. Делает разнообразные изделия из металла: решётки, навесы, ограды, ворота, лестницы и т. д. Соорудил на участке мастерскую, вагончик для 2-3 узбеков, которые там живут и работают. Всё по-честному, не в подпольи. Но его личные заработки нестабильные и хлипкие. Приходится заниматься извозом и прочей подработкой.

   К старшему сыну Константину я поехал в г. Железнодорожный. Он перехал жить в новую 5-комнатную квартиру, которую я ещё не видел. Увидел. Ну, как сказать? У меня было ощущение, что я попал на выставку современного интерьера. Сложная внутренняя планировка квартиры, многообразие форм и отделки, зеркала и зеркальные потолки для расширения и не без того большого пространства, великое множество различных светильников и подсветок от пола до потолка, две ванных комнаты, одна с джакузи, насыщенность современной и с иголочки бытовой техникой, супер-бупер современная мебель - всё это до сих пор не укладывается у меня в голове. Старший сын более успешный , чем младший. Вся эта роскошь пришла к нему не даром. На протяжении нескольких лет он работал менеджером довольно высокого уровня. У него даже был служебный джип с личным водителем. Крепкая семья, жена замечательная, две дочери -  двойняшки учатся одновременно в двух ВУЗах, причём, в обоих на "отлично", 6-летний сын тоже радует. Я искренне за них порадовался.

  Далее мой путь лежал в деревню Пестово, где я провёл много лет своей жизни и откуда уехал в Курчатов. После смерти матери в наследство вступила моя младшая сестра Люба. Имея с мужем неплохой доход ( Люба работает главным бухгалтером в салоне красоты, а её муж в группе "Любэ") они неунаваемо преобразили старый деревенский дом.Собственно, от него почти ничего не осталось. Заменены нижние брёвна, полностью сделана новая крыша, убраны старые и добавлены новые пристройки. Дом обшит вагонкой. Внутри тоже всё по-новому. Есть горячая вода, туалет и душевая в доме. Я за них порадовался.

   В Пестово зашёл и мой брат Александр.Он на 3 года моложе меня. Всю жизнь в трудах. Великолепный токарь, умелец на все руки. Продолжает работать мастером на каком-то частном производстве. Имея квартиру, строит на даче двухэтажный дом, один, без какой-либо помощи. Я за него порадовался.

  Тут же на участке в бывшей моей мастерской, приспособленной для жизни со всеми удобствами, живёт моя сестра Татьяна. Это наше горе. Её многолетнее , запойное пьянство так всем надоело, что уже никто не хочет с ней общаться. Её младший сын с 14 лет по тюрьмам, 4 ходки, последня 8 лет за наркоту. Освободившись, заявил, что работать не собирается. Пропьянствовав пару лет, умер. Сейчас Татьяна проживает со старшим сыном ( моему Косте ровесник ), он нигде не работает. Пьют вдвоём. Я к сестре не пошёл. Сильно она меня огорчает.

  В последний день моего путешествия грянул мороз 33 градуса, а я направился на Белорусский вокзал в Москву встречать жену, прилетевшую из Ирана. Перед отлётом она искупалась в Персидском заливе, перепад температур составил для неё 55 градусов. Ну, встретились, как положено. Узнали друг друга сразу. За жену я порадовался, вернулась живой, пока в Иране война не началась. Ей предстоял отчёт в головной организации в Москве, я её отпустил, а сам отправился в гости к своему двоюродному брату Николаю Чекунаеву, живущему близ метро "Сокол". Он мой ровесник, учёный - физик. С женой давно развёлся, с ним проживает его сын с семьёй. Аристократ до мозга костей, вместе с тем компанейский и простой. Почирикали.Занимается сейчас наноисследованиями, изучает трещины на асфальте. Этот наноасфальт давно существует и хорошо себя показал. Но надо же кому-то денег хапнуть и положить в карман ( нетрудно догадаться кому. Кто у нас сейчас главный наноспециалист? ). Выделено на исследования 2 млрд рублей. Теперь Николай и может ещё пару человек подведут теоретическую базу , на основе её будет "разработан" наноасфальт, Коля и его соучёные получат копейки, а оставшая львиная часть ручейком вольётся в мощный поток средств, изъятых у народа. Хорошо живём! За Николая я не порадовался.

   С дочерью Машей удалось встретиться лишь в метро, после её работы. Туда же подъехал и её муж. Оба работают в банках, считают чужие деньги. На работу и с работы тратят по два часа. Живут у родителей мужа в Щербинке. Родители их опекают. Молодые ещё, зелёные. Как жизнь дальше сложится, кто его знает. Порадовался за них, но осторожно.

  Вечером мы с женой сели на поезд, а утром прибыли в Курчатов на День Святого Валентина, где ОЧЕНЬ ДОСТОЙНО его и провели.

  Какие общие впечатления от поездки? Очень крученая, верченая жизнь у моей родни. Тяжело даётся им благополучие. Почти все, за исключением  Любы, завидуют моей жизни, нашему тихому омуту. Но не хотят сюда! А я Москву не любил и не люблю. Чужая она, не ласковая. Здесь мне лучше.

  Каждому своё.

Идут кислотные дожди

И в клочья рвут озон ракеты.

Теперь хорошего не жди

И больше уж не будет лета,

Когда тепло и хорошо,

Растут грибы любого вида.

И можно плавать нагишом

И можно не бояться СПИДа.

Ушло давно всё это вдаль

И вряд ли снова возвратится.

Но всё же мне чертовски жаль -

Воды сырой нельзя напиться.

Опасно стало, просто жуть -

Радиактивность и нитраты,

Свинец и кадмий, хлор и ртуть.

И с каждым днём страшней утраты.

А огурец? Что на базаре.

Каким он ядом напоён?

И в синтетическом угаре

Грешим, и любим, и живём.

Так хочется в тайгу сбежать

Иль в землю глубоко зарыться!

А, может, плюнуть, не дрожать,

Купить  пузырь и вдрызг напиться?

И я давно бы сделал так,

И стало б жить легко на свете.

Но зло сжимаю я кулак -

Скажите, в чём повинны дети?

Ведь им не бегать босиком,

В пахучем сене не валяться

И белый снег не есть тайком,

В ручье хрустальном не купаться.

Кто отравил весь этот мир?

Найдите мне того иуду,

Ему бы морду я набил.

Но много их, они повсюду.

июнь 1990 г.  г. Железнодорожный