Изольда Васильевна Извицкая (1932-1971) - советская киноактриса

 

Изольда Извицкая родилась 21 июня 1932 года в Горьковской области в небольшом городке химиков Дзержинске. Её родители не имели никакого отношения к миру искусства: отец работал химиком, мать была педагогом.

Летом 1950 года Извицкая окончила среднюю школу и тайно уехала в Москву подавать документы во ВГИК. Когда её родители узнали об этом, они поступили разумно: не стали устраивать скандала и позволили ей попытать счастья в столице. Видимо, в душе надеялись на то, что у дочери ничего не получится, и она благополучно вернётся в родительский дом. Однако вскоре из Москвы пришло сообщение: Изольда принята во ВГИК с первой попытки.

Дебют в кино 

В кино Изольда Извицкая начала сниматься, ещё учась во ВГИКе, в мастерской Б. Бибикова и О. Пыжовой. Правда, первоначально это были исключительно эпизоды. Её первые фильмы: приключенческая лента «Богатырь» идёт в Марто», оптимистическая драма «Тревожная молодость», мелодрама «Первый эшелон». Ничего особенного в этих картинах Извицкой играть не пришлось, однако само участие в съёмках прибавляло уверенности совсем ещё неопытной актрисе.

На съёмках картины «Первый эшелон» Изольда познакомилась с 20-летним актером Эдуардом Бредуном, который вскоре стал её мужем.

Эдуард Александрович Бредун (1934-1984) - советский актёр кино и дубляжа, муж Изольды Извицкой.

"Сорок первый"

В 1955 году Изольда Извицкая окончила ВГИК. В то же время режиссер Григорий Чухрай задумал снять фильм «Сорок первый» по одноименной повести Б. Лавренёва. Первоначально на главные роли – Марютки и Говорухи-Отрока – были найдены начинающие актёры: Екатерина Савинова и Юрий Яковлев. Однако по разным причинам ни один из этих актеров в картину так и не попал.

И тогда на съёмочной площадке появился уже популярный Олег Стриженов и никому не известная выпускница ВГИКа Изольда Извицкая. Правда, с её утверждением на роль не все было гладко. Худсовет «Мосфильма» выступил против её кандидатуры, так как считал, что не удастся грациозной и красивой Извицкой сыграть диковатую и резкую Марютку. Однако Чухрай считал иначе, и его позиция была непреклонна. В конце концов, худсовет удалось уломать, и съёмки картины начались. Кстати, одну из эпизодических ролей сыграл муж Извицкой Эдуард Бредун.

По сценарию главная героиня влюблялась в классового врага белогвардейского поручика. Это могло стать непреодолимым препятствием для выхода картины. Высокие начальники не могли простить молодому режиссёру его смелость и даже хотели привлечь его к суду, придумав для этого повод – почему на съёмки потрачено столько много денег? Хотя все прекрасно знали, что съёмки проводились в пустыне, в тяжёлых погодных условиях, которые довольно часто сводили на нет работу группы. К счастью, Чухраю удалось всё убедительно доказать.

Роль Марютки была сыграна Извицкой блестяще. Ей удалось передать удивительную цельность натуры своей героини, силу внезапно просыпающегося чувства к белому офицеру и весь трагизм развязки.

Фильм вышел на экраны страны в 1956 году и был восторженно встречен зрителями. Через год его повезли на Международный Каннский фестиваль, где он также вызвал бурю восторга. Правда, поначалу французские журналисты встретили приезд советской делегации скептически. В одной из газет даже писали, что в Канны прибыла делегация из Москвы, в которой присутствует «актриса с ногами степного кавалериста» (имелась в виду Извицкая). Это была откровенная ложь, так как внешность Извицкой могла поспорить с любой голливудской кинозвездой. Однако актриса восприняла этот выпад очень серьёзно и едва не впала в депрессию. Спасибо членам делегации, среди которых были Чухрай и Стриженов, которые смогли найти нужные слова и успокоить её.

Фильм был высоко оценён на фестивале. Жюри присудило ему специальный приз «За поэтичность и оригинальный сценарий». Был по достоинству оценён и талант Извицкой. Она попала в центр всеобщего внимания. Популярные журналы «Нью-Йорк мэгэзин» и «Паризьен либре» вышли с её портретами на обложке, а в Париже вскоре открылось кафе «Изольда».

На волне успеха 

На родине 25-летнюю звезду тоже не оставили без внимания: её сделали членом Ассоциации по культурным связям со странами Латинской Америки, а это значило, что актриса получила прекрасную возможность беспрепятственно путешествовать по миру. За короткое время она посетила Париж, Брюссель, Вену, Будапешт, Варшаву, Буэнос-Айрес и другие города.

Казалось, талантливую актрису ждёт большое будущее. Её стали часто приглашать сниматься (в основном на роли современниц). Это были роли в ходульных советских комедиях и производственных драмах. Удовлетворения актрисе они не приносили.

Во второй половине 50-х вышли мелодрама «Неповторимая весна», киноповесть «Очередной рейс», драма «Поэт», комедия «К Чёрному морю». Однако ни один из этих фильмов не шёл в сравнение с «Сорок первым», где Извицкая сумела раскрыть многие грани своего таланта. Во всех фильмах Извицкая хотя играла и главные, но совершенно похожие роли, которые без особого труда могла сыграть любая начинающая актриса.

 Пагубная привычка 

Между тем время шло, а режиссёра, способного предложить Извицкой достойную роль, так и не находилось. Григорий Чухрай вспоминал: «Многие крупные, да и молодые режиссёры не хотели работать с известными артистами, стремясь из эгоистических побуждений открыть свою собственную кинозвезду. Они не заметили тех значительных возможностей, которые раскрыла в Извицкой роль Марютки. Именно поэтому многие актёры поистине уникального таланта у нас снимались редко, тогда как на Западе большой успех в фильме открывает дорогу актеру ко многим фильмам».

Начало 60-х годов Извицкая встретила творческим кризисом. Главные роли сменились ролями второго плана, а те в свою очередь и вовсе третьестепенными. Слава, едва начавшись, тут же улетучилась, и привыкнуть к этому Извицкой было труднее всего.

В такой момент для человека очень важно иметь верного друга, на которого можно было бы положиться. Однако такого рядом с ней не оказалось. Муж, Эдуард Бредун, будучи актёром среднего уровня, видимо, завидовал успеху жены. Говорили, он сильно обижался, когда на студии ему вслед бросали: «Это Эдик, муж Изольды Извицкой». Единственное, что он смог сделать – так это научил жену заглушать обиды водкой. Так постепенно оба стали спиваться.

А. Бернштейн рассказывал: «Именно Бредун, может быть, сам того не желая, приучил молодую жену к спиртному. Но это не помешало ему впоследствии оскорблять её, обвиняя в пьянстве. Влияние алкоголя на её хрупкий организм было разрушительным: уже скоро она неожиданно для окружающих начала терять координацию движений, уходить в небытие. Актёры рассказывали мне, что во время кинофестиваля в Горьком из комнаты гостиницы, которую занимали Бредун и Извицкая, был слышен такой разговор: «Мне плохо, Эдик… Я больше не могу пить эту гадость». – «А ты опохмелись, легче будет». Бывало, во время отездов мужа на съёмки или гастроли актриса забывала о водке, но неожиданно приезжал Бредун с неизменной бутылкой, затем появлялись «друзья»… А потом она начала пить сама…»

Как это ни кощунственно звучит, но в поведении Бредуна ясно угадывалось желание опустить жену ниже себя. Трагизм ситуации усугубляло то, что актриса не могла иметь детей.

Кино в 60-е годы

В 1963 году режиссёр Сергей Колосов приступил к съёмкам одного из первых в стране многосерийных телефильмов «Вызываем огонь на себя», рассказывающем о борьбе советских разведчиков и польских патриотов в 1941 году на оккупированной гитлеровцами белорусской земле. В главной роли Ани Морозовой снималась жена режиссёра Людмила Касаткина. А её напарницу разведчицу Пашу должна была сыграть Извицкая. По словам Колосова: «Порой на съёмках Изольда была недостаточно собранна, плохо выглядела, чувствовалось, что она ведёт безалаберную семейную жизнь с Бредуном, который был мне антипатичен».

Однако, даже несмотря на свою болезнь, Извицкая справилась со своей ролью блестяще. Почти полтора года, пока велись съёмки, она старалась держать себя в форме, выкладываясь на съёмочной площадке до конца. Многим, знавшим её, тогда показалось, что актриса поверила в себя и впервые за многие годы сможет изменить собственную судьбу. Однако чуда не произошло.

Киноактриса Татьяна Гаврилова позднее рассказывала: «В 1968 году я, моя приятельница, известная актриса Людмила Марченко, и её муж, театральный администратор Виталий Войтенко, пришли в гости к Изольде. Мы были потрясены, увидев, что она сильно избита. Она показала нам множество ссадин на руках и теле, синие подтёки под глазами, но не сказала, кто это сделал…»

Видя, как человек погибает буквально на глазах, некоторые коллеги Извицкой пытались хоть как-то облегчить её участь. Так, в 1969 году они уговорили режиссёра Самсона Самсонова занять её в съёмках своего фильма «Каждый вечер после одиннадцати» (главные роли в нём исполняли Михаил Ножкин и Маргарита Володина). Однако роль Извицкой в этом фильме была такой маленькой, да ещё бессловесной, что её присутствия там никто из зрителей не заметил. Но не это было главное. Съёмки происходили в Сочи, и это обстоятельство для Извицкой многого стоило: ведь в Москве её постоянно спаивали многочисленные друзья-алкоголики.

Между тем тот фильм стал последним, 23-м по счёту, в послужном списке актрисы. Большая часть из этих картин – 17, выпала на десятилетие 1954-1964.

Последние дни

Вернувшись в Москву, Изольда Извицкая некоторое время жила благополучно, но потом её вновь поглотил омут пьянства.

В январе 1971 года от неё ушёл муж Эдуард Бредун. Собрав вещи, он переселился к подруге жены, не оставив Изольде ни копейки. Этот уход окончательно добил несчастную женщину: её рассудок помутился. Она закрылась в своей квартире и неделями не показывалась на улице, питаясь одними сухарями.

В Театре-студии киноактера ей предложили роль в новом спектакле «Слава» по пьесе Гусева. Это предложение ободрило её, Извицкая принялась целыми днями учить дома свою роль. И вдруг – в конце февраля 1971 года актриса пропала. Диспетчер театра, обеспокоенная тем, что телефон Извицкой не отвечает, позвонила Бредуну. Тот в свою очередь вызвал милицию. Взломали дверь…

Изольда Извицкая лежала на полу как-то боком, в стёганном французском халатике, головой - на кухне, худеньким телом – в комнате. Видимо, актриса шла на кухню, но, потеряв сознание, упала и умерла. Судя по всему, пролежала так больше недели. Еды в доме не было никакой, лишь кусочек хлеба, наколотый на вилку, лежал в металлической селёдочнице…

О том, что умерла некогда известная актриса, в те дни сообщила лишь газета «Советская культура». По настоянию Бредуна, смерть объяснили «отравлением организма неизвестными ядами, слабостью сердечно-сосудистой системы». Русская служба Би-би-си трактовала смерть более смело: «Умерла от голода и холода…»