Ссылка: Источник здесь

Божий суд

 

Художник Виктор Корольков

Медвежья голова

Повадился как-то раз ходить к деревне медведь. Слишком рано поднялся он из берлоги, был зол, голоден, да еще напоролся на самострел, вот и затаил зло на весь род людской. Для начала завалил неосторожного охотника. А как отведал разок человечины, так и начал искать сладкого мяса снова и снова. Многих людей задрал, и тогда назначили старейшины награду - целое стадо! - храбрейшему охотнику, который избавит народ от людоеда. В доказательство старейшины просили принести в деревню голову и шкуру зверя. Два самых отважных молодца решили попытать счастья. Ушли поутру в лес, а вечером вернулись. У одного в руках правая половина медвежьей шкуры, у другого - левая.

- А где же голова? - спросил кто-то.
- Голову и мясо зверя мы принесли в жертву Зеване, богине охоты, - ответили удальцы. А потом завязался между ними спор.
- Я одолел людоеда! - похваляется один, по имени Корень. - Напоролся он на мою рогатину, пробила она ему самое сердце.
- Нет, свалил медведя удар моего копья в печень, а значит, награда моя, - спорит Бугор.

Развели руками старейшины и порешили отыскать правду с помощью божьего суда. Это значило, что ранним утром выйдут храбрецы на поединок, и кто одолеет соперника - за того боги заступились, он и есть истинный победитель медведя-людоеда. Ночью Бугор тайком пошел к колдунье, жившей на окраине деревни: просить помощи на божьем суде. Посулил в случае победы разделить с ней награду, и дала старуха ему такой совет:
- Если хочешь быть страшен, убей змею черную, а убей ее саблей или ножом, да вынь из нее язык, да вверти в ткань зеленую и в черную, да положи в сапог в левый, а обуй на том же месте. Идя прочь, назад не оглядывайся. Придя домой, положи язык змеиный под ворота в землю. А кто тебя спросит: «Где был?» - с ним ты ничего не говори.

Поклонился Бугор старухе и ушел в лес искать змею черную. Только стихли его шаги, чу! - снова кто-то скребется в двери. Да это Корень явился подмоги чародейной просить! И тоже сулит богатую награду. Усмехнулась колдунья: не послать ли и его в лес за черной змеей? Но сжалилась над молодцем и сказала так:
- Когда пойдешь на суд божий, положи в сапог три зубчика чесноковые, а под правую пазуху привяжи себе утиральник.

И вот наутро принесли волхвы жертвы в капище, призвали всевидящего Дажьбога и грозного Перуна помочь правдивому и покарать обманщика. Бугор и Корень вышли на божий суд. Оба в латах и шеломах, в руках держали мечи. У одного под воротами язык змеиный зарыт. У другого в сапоге чеснок... Сошлись неприятели, ударились... и оба упали замертво. Поразили друг друга с первого удара!

Что за напасть, думают люди, почему же божий суд покарал равно того и другого?! И вдруг из лесу вышел воин. Вся одежда на нем изорвана и окровавлена, на теле глубокие раны, а в руках - огромная, как пивной котел, медвежья голова. У видал воин мертвых Корня и Бугра - да так и ахнул:
- Значит, наказали боги этих жестокосердных!

А потом рассказал, что шел он с войны в свое селение, да по пути напал на него в лесу ужасный медведище. После долгой схватки храбрец его одолел, отрубив голову своим боевым мечом. Удар был такой могучий, что голова закатилась в кусты, а воин упал без сил, страдая от ран. И тут откуда ни возьмись появились два охотника. Не обращая внимания на стоны раненого и мольбы о помощи, они освежевали тушу и ну тянуть шкуру каждый к себе! В конце концов разрезали ее пополам и бросились наперегонки прочь.
Это и были Корень да Бугор. Наверно, думали, что раненый скоро умрет и никто не откроет их лжи. Однако божий суд не обманешь, тут и колдовство не поможет!

Во всякую пору суд божий был высшим и справедливейшим. Вера в него велась на Руси с незапамятных времен.

Еще Перун-громовник, грозный повелитель огней небесных и дожденосных туч, призывался в свидетели-судьи. Каратель злой нечисти, мешавшей труженику-пахарю, он являлся и бичом людских пороков и преступлений. Огню и воде, этим находившимся под его властью стихиям, придавалась сила обличения лжи. Поэтому и обращались наши предки к его помощи, например, часто виновников преступления выявляло огненное испытание. Обвиняемый должен был пройти голыми ногами по раскаленному железу: народ верил, что невиновный человек сделает это безо всякого вреда для себя. При сомнительных, спорных делах тот, кто обвинял неприятеля в преступлении или, наоборот, желал очиститься от подозрения, должен был, допустим, пронести кусок раскаленного железа на несколько шагов или голой рукой достать кольцо из кипящего котла. Вытерпел - значит, выиграл суд. И наоборот...

Судимый водою должен был или достать камень со дна котла с кипятком, или войти в реку в самом широком месте ее, среди водоворотов и омутов, и плыть к берегу. Если виновен, его утопит сама кривда! Случалось, что обвиняемые, страшась кары небесной, сознавались в своих провинностях и соглашались лучше нести наказание от судей земных, чем погибнуть от суда божьего.

Вообще судебные испытания огнем, водою или оружием, носившие названия божьего суда, были распространены в древности у многих народов. Частенько с помощью божьего суда вызнавали затаившуюся ведьму. Женщину, в которой подозревалась связь с нечистой силой, связывали по рукам и ногам и бросали в воду. Выплывет - значит, точно ведьма, потому что дьявол ей помог, ибо «ведьму-колдунью вода не принимает», гласила молва. Ну а потонет - получается, была бедняжка невиновна, зря ее подозревали в сношениях с врагом рода человеческого.

Эта стародавняя форма разрешения споров также просуществовала во многих странах довольно долго и бытовала даже в позднейшие, просвещенные времена. Впоследствии, с течением времени, испытание стало производиться более легким способом: на воду бросали жребии, которые и решали исход дела. Однако и до недавнего времени в народе сохранялись следы веры в божий суд. Двум спорщикам давали зажженные лучины или свечи: чья сгорит раньше, тот и не прав.

Не менее серьезным испытанием был и судебный поединок, когда, из-за недостатка доказательств, спорщики прибегали к единоборству. В назначенный день - под наблюдением посадника или наместника - противники вступали в бой, дав клятву, что не рассчитывают на помощь чародеев.

Судная грамота 1467 г. постановляет, что выходить на поле биться за свою правоту могли не только мужчины, но и женщины.

По летописным свидетельствам, даже исходы войн решались иногда единоборством двух избранных витязей.

Состязание это происходило на виду обеих неприятельских ратей. Исход поединка принимался за непреложный приговор божественной воли, которой равно подчинялись и те, на чью долю доставалась победа, и те, которые должны были признать себя побежденными. Таков был победный бой русского богатыря-Кожемяки с печенегом при князе Владимире Красное Солнышко в 992 году и удачный поединок князя Мстислава Удалого с касожским князем Редедею (1022 г.).

 Отголоски этой древней веры в суд божий можно найти в словах «бог шельму метит», которые означают, что всякий грешный, неправедный человек в чем-то несчастен, небеса его обязательно, пусть и неявно, наказывают за все свершенные злодейства.