В XIX веке театр в России был не только местом, где можно было насладиться великолепной игрой актёров, но и настоящим светским заведением.

Здесь в антракте мужчины назначали встречи и обсуждали деловые вопросы, в театре велись разговоры о политике и заводились полезные знакомства. И вся эта светская жизнь подчинялась особым правилам этикета, нарушать которые было непозволительно.

Внешний вид

Прийти в обычном платье на спектакль дама не имела никакого права. Наряд должен был быть вечерним, но ни в коем случае не бальным, а глубина декольте регулировалась тем местом в зрительном зале, которое она занимала. Самые глубокие вырезы были у дам, сидящих на нижних ярусах, а вот на верхних декольте были тем скромнее, чем был выше ярус.

Михаил Александрович Зичи. «Спектакль в московском Большом театре по случаю коронования Александра II».

Дана Шрайбер. «Театральный дамский набор».

Женщинам старшего возраста позволялось прикрыть вырез накидкой, а молодые девушки носили платья, щедро украшенные лентами, цветами и кружевом. Впрочем, солидным дамам тоже не возбранялось выбирать яркие цвета и самые разнообразные отделки для своих нарядов. Любой наряд обязательно дополнялся перчатками, веером и подходящими шляпками, непременными были и ювелирные украшения с драгоценными камнями. Высокие причёски считались дурным тоном, а этикет предписывал вести себя сдержанно и воспитанно.

Михаил Александрович Зичи. «Парадный спектакль в честь германского императора Вильгельма I в Михайловском театре».

Мужчины тоже выбирали для посещения театра приличествующие костюмы: тёмно-красные, чёрные или синие парадные фраки, белоснежные рубашки с накрахмаленными манжетами и воротничками, изысканные вышитые цветные жилеты. Непременным дополнением были галстуки или шейные платки, шляпы и перчатки обязательно белого цвета. Когда вошли в моду цилиндры, их стали считать приличным головным убором как раз для выхода в свет. Естественно, в театре мужчины головные уборы снимали.

Распределение мест в зрительном зале

Рамон Касас Карбо. «В оперном театре Лисео»

Места в зале распределялись в соответствии с тем положением, которое занимал человек в обществе. В первом ряду партера могли сидеть только высшие гражданские и военные чиновники, а также послы со своими секретарями. Второй и третий ряд занимали сановники с дворянским происхождением, а уже за ними офицеры среднего звена, иностранные гости, известные артисты, меценаты, банкиры. На галёрке дозволялось выкупать билеты зрителям простым, происхождения незнатного: торговцам, ремесленникам, студентам.
Билеты в правой части зрительного зала покупали обычно люди, которые бывали в театре лишь время от времени, а вот слева сидели знатоки и любители искусства. У них, как правило, был свои места, которые они выкупали сразу на весь театральный сезон или, по крайней мере, на несколько спектаклей подряд.

Рамон Касас Карбо. «В театре. Новости»

Дамам было позволено сидеть в партере только со второй половины XIX века, до этого они могли сидеть лишь на передних креслах балконов и лож. Если же дама теперь и могла занять место в партере, то наряд её в этом случае отличался скромностью: никаких декольте и ярких цветов, только чёрный цвет, закрытый воротничок и скромная шляпка без всякой отделки. Одинокая дама, заботящаяся о своей репутации, не имела права явиться в театр в одиночестве, её обязательно сопровождал супруг, а незамужних юных барышень – старшие родственницы или родители.

Поведение во время спектакля

Опоздание на спектакль считалось крайне неприличным, однако зрителям, занимавшим ложи, можно было приходить уже после начала сценического действия или даже посмотреть всего часть постановки. Объяснялось это тем, что в ложах с отдельным входом зрители никому не мешают, уходя со своего места или занимая его позже положенного.

Федерико Дзандоменеги. «В театре»
Громкое обсуждение происходящего на сцене считалось неприличным, как и крики «браво» и «бис». Впрочем, касалось это только аристократов, публика попроще могла себе позволить выражать эмоции. А вот дамам нельзя было даже аплодировать – это была прерогатива мужчин. В партере и на балконах воспрещалось есть и пить, однако в ложи, которые занимала императорская семья или знатные аристократы, подавали прохладительные напитки, сладости и фрукты.

Борис Михайлович Кустодиев. «В ложе».

Театральный бинокль можно было использовать только для того, чтобы лучше видеть происходящее на сцене, рассматривать публику запрещалось категорически. Впрочем, юным зрительницам и без бинокля нельзя было открыто рассматривать людей в зале, только в антракте они могли незаметно взглянуть на других зрителей.

Поведение во время антракта

Пьер Огюст Ренуар. «В театре».

Знатные дамы, располагавшиеся в ложах, по этикету не могли её покинуть даже в антракте. Как правило, мужчина, её сопровождавший, спрашивал, чего бы она хотела, и приносил желаемое. При этом фрукты и сладости надлежало предложить всем, находящимся в ложе, даже если зрители друг друга не знали. 

Пьер Огюст Ренуар. «Театральная ложа (на концерте)».

Если в зале было жарко и душно, дамам дозволялось выйти в фойе со своими сопровождающими. Правда, иногда они пренебрегали сим правилом и прогуливались в одиночестве, там случались приятные знакомства, назначались свидания после спектакля и даже происходили кокетливые объяснения в любви.
Мужчины же спокойно гуляли по фойе, общались со своими знакомыми, обсуждали любые вопросы, завязывали новые знакомства и даже занимались делами. Самое главное было вести разговор тихо, дабы не докучать остальным и не заставлять их слушать чужую беседу.

*    *    *    *    *