Ну что же ты загрустила, Олюшка,
Расскажи, что тебя беспокоит,
А вообще-то молчи подружка,
Мне все ясно, но ведь он тебя вовсе не стоит.
Ты сидишь вечером в одиночестве доме,
Ждешь, когда он наконец-то придет,
Сидишь, убиваешься, не находишь покоя,
А он по-прежнему все не идет.
Ты молча смотришь на притихший телефон
И молишься тихо, чтобы он не молчал,
Ты ждешь с нетерпением, что позвонит он
Скажет, что любит, что сильно скучал…
Нет, так не будет, ты знаешь ведь это,
Как не люби его, все же на свете,
Не существуешь уже для него,
И не поделаешь тут ничего.
Но не оставишь ты все так как есть,
Тут пострадает уже твоя честь,
Твое самолюбие уязвлено,
Но где же то раньше было оно?
Он же любил тебя – ты наплевала
Бросила ты, а потом горевала,
Плакала, билась, но поздно уж было,
Тут поняла ты, что тоже любила!
Ну что же ты сделала, что натворила?
Своими руками любовь ты убила.
Теперь же плачь. Поздно, напрасно
Хочешь ты что-то вернуть –
И тебе это ясно.
Годы пройдут, и ты все позабудешь,
Но не сейчас, потому что любишь…


Ошибки бывают – платить за них больно, -
Ты все заплатила; ну хватит, довольно.
Приди, обними его – это поможет?
Ведь он не дубина. Он любит? – быть может…


Сидишь ты, за окнами снег улетает,
Вот так и терпение медленно тает…
Возьми его руку, прижмись к ней щекой,
Почувствуй душою, пойми ты – он твой!
Заставь же поверить его в это чудо,
И сразу возьмется любовь ниоткуда
Все будет прекрасно, ты верить должна,
Ты знаешь, он знает – ему ты нужна.
И время терять вам обоим не нужно –
Любите, друг друга, живите же дружно!