Как злобное отравленное жало
-Остановить попробуй-ка посметь!-
Способная разрушить полквартала,
А может, больше – смерти вечно мало -
Летела в дом направленная смерть.
Откуда смерть свою черпала силу?
Кому могла девчонка помешать?
А смерть уже готовила могилу,
Чтоб на нее свою обрушить силу,
Чтоб девочку у жизни отобрать.
Незримый вихрь , над домом нависая,
Готовился ударить поскорей,
А девочка, его не замечая,
Веселая, прекрасная, живая,
С собакой в мяч играла во дворе.
Собаки – все равно, какой породы,
Свой дом готовы верно охранять.
Они прекрасно чувствуют невзгоды,
И даже приближенье непогоды
Умеют без ошибки предсказать.
Они умеют снять штаны с воришки
И дать отпор серьезному врагу,
Не сунутся соседские мальчишки,
Когда порой хозяйские детишки
С собаками по улице бегут.
И вот сейчас, увидев смерти жало,
Едва хозяйка со двора ушла,
Там, у порога, где всегда лежала,
За девочку, с которою играла,
Собака в бой вступила, как могла.
Со смертью бой – задача непростая,
Для старых даже опытных бойцов,
А здесь была собака молодая,
По -юному нескладная, смешная,
Совсем недавно вышла из щенков.
Быть может, страшно ей немного было,
Но страх не может быть любви сильней.
На черном жале челюсти сцепила,
И смерть к своей хозяйке не пустила,
За это жизнью заплатив своей…
…Когда живая девочка, рыдая,
Впервые без собаки к дому шла,
Невидимая мордочка родная
К ее руке прижалась, утешая –
«Живи, хозяйка, я тебя спасла.
Ты не грусти. Так, нужно было, значит.
Теперь я буду в радужном саду,
А может, Бог рассудит и иначе,
И, может, жизнь мне новую назначит,
И я тогда к тебе опять приду.
И я тогда сама тебя узнаю,
И ты меня почувствуешь опять.
И ты меня прости, как я прощаю,
И ты пойми, ведь я же понимаю,
Что счастьем было жизнь свою отдать.
За ту любовь, что ты мне подарила,
Не жалко жизнь отдать свою и кровь»,-
Дана собаке магия и сила,
Чтобы она людей тому учила –
Что выше смерти верность и любовь...
