Предисловие.
Если вы видите перед собой кого-то, читающего вам это – бойтесь, затыкайте уши, не смотрите на него, не слушайте, выгоняйте, делайте что хотите. Ненормальные психоаналитики и верящие в реинкарнацию предостерегают от таких, и в чем-то они правы. Прежде чем послушать человека, посмотри ему в глаза: посмотри в глаза кареглазой блондинке или красноглазой брюнетке, посмотри в глаза сероглазому хиповатому раздолбаю или тому парню в черно-розовом платочке, посмотри в глаза своему отражению в зеркале. И если ты увидишь в этих глазах непонятную, гнетущую и безысходную грусть – беги. Так скажет тебе твое «я». Смотри в глаза каждому, и не моя вина, если ты когда-нибудь поймешь, что бежать некуда.
Часть 1
Трехмерный мир
А будет ли завтра?
Будет ли утро?
Будет ли вечер?
Будет ли день?
Красные руки,
А будет ли вечность?
Синие вены,
А будет ли жизнь?
Спрятав те руки,
И спрятав ту красу,
Спрятав себя под подкладкой пальто,
Вечно ждать завтра,
Вечно ждать утра,
Вечно ждать жизни,
И уже все равно
Будет ли что-то
За тем красным завтра
И уже покрасневшим пальто…
Маленькая Девочка с грустными глазами жила в трехмерном измерении, в кубе с тремя серединными точками. Каждый день, просыпаясь в одной точке, она перемещалась в другую, а затем в третью. Иногда эти точки смещались, сливались одна в другую или разъединялись, как одноклеточные организмы. Иногда появлялись другие субъекты, которые находились вокруг, и, казалось, все время наблюдали за девочкой с грустными глазами, держась, впрочем, на расстоянии. Пару лет назад субъекты появлялись чаще, да и наблюдали за ней больше, чему она, признаться, была рада, а сейчас что-то изменилось – субъекты были заняты своими делами, многие выросли и изолировались, кто-то ушел на грань куба с другими субъектами, а кто-то так и не дошел до грани.
Серединные точки, где практически всегда находилась Девочка с грустными глазами, все время менялись: окрашивались новым цветом, вырисовывались в новую форму, сливались с настроением…и почему то с каждой единицей времени становилось все тяжелее приспосабливаться к окружению новой точки или новому окружению точки, как вам угодно.
Она любила ездить от одной своей середины к другой, она не любила сидеть на одном месте, она меняла траекторию поездки, и, вместо того, чтобы пойти напрямик, выбирала некий петлевой путь. Иногда она просто петляла из точки в ту же точку: вокруг, около, – и это походило на проведение каких-то операций дискретной математики.
Она улыбалась субъектам, встречающимся у нее на пути – знакомым – дружелюбно, незнакомым – холодновато, иногда она говорила, смеялась или молчала с ними, и на первый взгляд казалось, что никто не замечал ее грустных глаз, но это было не так, они видели это, просто никто не говорил ей. Девочка с грустными глазами хотела бы этого не замечать, но не могла.
Новые субъекты сторонились ее, держались в отдалении, а старые знакомые субъекты, знавшие ее еще тогда, когда вирус грусти не распространился по всему ее синему сознанию и еще не запустил свои щупальца в каждую комнату, сократились вдвое.
Ее ломало, крутило в пространственно-временном вакууме, расщепляло на сотни неизвестных частей, ведь даже она была социальным субъектом. И Девочка с грустными глазами решила совершить, казалось, самый разумный поступок в жизни – избавиться от грусти. Она не знала, как это сделает и получиться ли, возможно это было похоже на отчаяние.
И она пошла куда-то от трех серединных точек, все дальше и дальше, к грани куба, пытаясь изменить свой внутренний мир. Она шла долго, а может быть мало, ведь время – понятие субъективное.
Когда она дошла до грани, она села и поняла, что ей больше некуда идти, вокруг была неизведанность – ничто, ей не хватало сил, да и денег, пойти дальше.
Она еще долго так сидела, пока не встала и не пошла обратно.
Эпилог.
Наш социум – это самая жуткая и страшная болезнь человечества.
15.04.2007 22:31
часть 2
Кино
С тех пор она носила очки. Она даже не носила их,а вынесла в себе. Очки были чёрные и модные. Они были со стразами или гладкие, милые или грубые,но безусловно безмерно стильные.
Она ходила в них так же из точки в точку, так же перемещалась. Говорила про экзестенциальный ваакум и прочее, и никогда не снимала очки,боялась,что превратиться в них. Но напрасно,очки ведь не могут быть настоящими? Она изменила траекторию,теперь её точки перемещались,а расстояние увеличилось. С очками все обернулось с головы на ноги и обратно. Она видела огни ночного города сквозь призму,она мечтала и фантазировала,она была полна пафоса.
<<Из верхнего левого угла в правый нижний пролетела птица>>
...
